Секретарь старшего принца 7

Глава 25

— Спасибо, — повторяет Элор мягко. — Ты не представляешь, как много это для меня значит.

Ну почему же, прекрасно представляю, как важна поддержка избранных: нет никого ближе избранных. И нет ничего больнее ситуации, когда самое близкое существо тебя отвергает.

— Иначе и быть не могло, — повторяю я и шагаю в сторону крыльца.

Элор удерживает меня, наклоняется. Его горячее дыхание скользит по моему лбу, виску, скуле.

— На нас смотрят, — шепчу в его пахнущие корицей губы.

— Пусть смотрят и завидуют, — положив ладонь мне на затылок, Элор осторожно касается моих губ поцелуем. Язык скользит, приоткрывая их.

Я закрываю глаза, ощущая в веках какую-то странную тяжесть. Сердце гулко стучит.

Это сон… это так напоминает сон… Этого просто не может быть, но поцелуй Элора обжигает, он слишком похож на настоящий, его руки так крепко прижимают меня к нему. Обхватив его за талию, запрокинув голову, я расслабленно прислушиваюсь к ощущениям. Сладость корицы одуряет. Горячая ладонь чувственно скользит по спине.

Я не могу, просто не могу в это поверить! Не могу окончательно расслабиться, и мой рот как будто теряет чувствительность, не позволяя в полной мере вовлечься в осторожный поцелуй.

И взгляды — чужие взгляды отвлекают, бомбардируют нас.

Оторвавшись от моих губ, Элор заглядывает в лицо. Что-то ищет в моих глазах.

— Раньше мы как-то бодрее целовались, — замечает он.

И мне не удаётся удержаться от подколки:

— Возможно, тебе нравятся существа в брюках.

— Или ты в брюках чувствуешь себя свободнее и смелее? В таком случае надо скорее выдать тебе брючный костюм.

— Тебе, похоже, Халэнн нравится всё же больше, чем я. Наверное, надо снова обзавестись накладкой. Знаешь, — игриво провожу пальцем по пуговицам его камзола, — она ведь полностью действующая. Можно использовать не только для красоты…

У Элора шире распахиваются глаза, он убирает ладонь с моего затылка, и волосы свободно рассыпаются по спине.

— Зачем тебе эта накладка? — глухо спрашивает Элор. — Я просто пытаюсь о тебе заботиться. Ты явно чувствуешь себя неуверенно в платье, я не настаиваю на том, чтобы ты так сразу переходила на непривычный тебе гардероб. Вполне достаточно, если ты будешь ходить в платьях каждый день понемногу, пока не освоишься. А если совсем не хочешь — можешь не осваиваться. Я не собираюсь заставлять тебя одеваться каким-то определённым образом. Для меня важнее твоё удобство и твои желания в этом отношении.

Ответить на эту искреннюю исповедь нечего. И я понимаю, что мои слова — не более чем следствие желания задеть Элора. Желания, в котором я не хочу себе признаваться, но должна, иначе не смогу полностью контролировать поведение.

— Прости, — как приличная драконесса я должна уметь сводить конфликты на нет.

— Ничего страшного, не стоит извиняться, — Элор поглаживает мою спину. — Я понимаю, что ты чувствуешь себя… странно сейчас. Все чувствуют себя странно из-за твоего внезапного преображения. Полагаю, это нормально.

Да, это нормально. Это совершенно нормально, что ни я, ни окружающие не могут привыкнуть к тому, что пятнадцать лет взаимодействовали не с драконом, а с драконессой. Будучи менталистом, я понимаю, как работает память, ассоциации, осознаю, что ещё несколько лет существа будут ловить себя на том, что не понимают, не верят в то, что всё, сделанное Бешеным псом Халэнном, делала драконесса. Я сама буду в этом сомневаться.

Но это не отменяет того, что я должна быть быстрее и эффективнее их всех, я первая должна осознать, привыкнуть, действовать, исходя из новых реалий, и использовать чужую растерянность в своих целях. Вместо этого я сама растеряна, как остальные.

Значит, надо приложить больше усилий для преодоления оцепенения и действовать, а не высказывать всякие обиды и упиваться жалостью к себе!

— Идём, — решительно заявляю я. — Хватит изображать из себя зверушек в зоопарке.

— Идём. Хотя я не против похвастаться своей избранной перед всеми…

Хмыкаю.

Почти дойдя до крыльца, интересуюсь:

— Ты не знаешь, трансформировалось ли моё прозвище?

Бешеный пёс звучит хорошо, а Бешеная сука как-то уже не очень. Неэстетично.

— Ты думаешь, мне об этом расскажут?

— Вдруг ты интересовался…

— Нет.

Мы поднимаемся по ступеням. Дверь перед нами раскрывается, и Элор пропускает меня вперёд. Внутри снова выставляет локоть.

Слишком много церемоний в этих отношениях мужчины и женщины. Приятно, конечно, идти наравне, но…

Гвардейцы делают вид, что смотрят прямо перед собой, но я ощущаю на себе их взгляды всю дорогу до крыла с лабораториями Линарэна. Там охраны меньше, но это не избавляет меня от пристального внимания.

И в зале телепортации пять караульных тоже поглядывают на меня. В Новом Дрэнте внимание было помягче, скорее как к новой королеве. Там, наверное, просто не успели привыкнуть к Халэнну, а здесь все сравнивают тот образ и меня сейчас. Будут не раз обсуждать друг с другом, перетирать кости… возможно, и Дарион об этом услышит. Возможно, его мнение обо мне тоже спросят…

Прямо через вмонтированные в пол магические печати прохожу к стеллажу, в котором хранилось призванное оружие. Наклоняюсь, изучая «свою» ячейку изнутри: Многоликая могла нацарапать послание на деревянной поверхности, но стенки со всех сторон гладкие. Тогда оглядываю остальные ячейки одну за другой, ощупываю, в поисках хоть какого-нибудь знака.

Не найдя их, оглядываю зал, прикидывая, как Многоликой и Жаждущему удалось незамеченными покинуть помещение, ведь караульные стоят по периметру, так что весь зал получается под присмотром.

— Вы всегда так стоите? — интересуюсь я, ни к одному из пяти медведеоборотней не обращаясь.

— Да, госпо-жа, — отвечает старший.

Элор встаёт рядом со мной и тоже оглядывает помещение. Я же, закончив с полом, оглядываю стены и потолок. Караульные вряд ли уделяли им внимание. Подойдя к стене ближе, обнаруживаю над стеллажом маленькие вмятины. Словно чьи-то острые маленькие лапки прорезали поверхность, чтобы уцепиться за неё.

Смещаясь в сторону, по отблескам света определяю «тропинку» из выбоин. Они — прямое свидетельство того, что Многоликая активно участвовала в побеге. Собственными ногами умотала.

Самое плохое, что Элор ходит за мной и смотрит туда же, куда смотрю я. Наверняка он тоже замечает тропку маленьких выбоин, пролёгшую от стеллажа до потолка, а там по периметру в сторону двери. И вниз к двери.

Пока караульные старательно пялились перед собой, моё оружие сбежало!

К сожалению, в коридоре на стенах следов нет. Видимо, Многоликая решила не тратить ресурсы на такой неудобный способ передвижения и дальше перемещалась по полу. Они с Жаждущим могли собраться в подобие голема. У Линарэна в лабораториях големы нормальное явление, никто не обратил на них внимания. Сотрудников опрашивать бесполезно: даже если залезу им в память и перелопачу всё, я не знаю, какую форму приняла Многоликая.

Задумчиво шагаю к выходу из лаборатории. Элор молча идёт рядом.

Если Многоликая изображала голема и в таком виде вышла из лабораторий — это зацепка. Големы Линарэна и по территории дворца ходили, распоряжения выполняли, но это случалось редко, так что появление голема должно было запомниться. Только если спрошу о големе, возникнут вопросы к моему оружию: уруми просто меч, он не может превращаться.

Может выдвинуть предположение, что моё призванное оружие украли злобные големы?

— Ри…

— Что? — рассеянно отзываюсь я, продолжая придумывать легенду появления голема-похитителя.

— Ты ничего не хочешь рассказать мне о твоём призванном оружии?