Секретарь старшего принца 7

Глава 18

Едим молча. Элор вяло ковыряет мясо на своей тарелке. У меня совершенно нет аппетита, кусок в горло не лезет, но надо поесть, набраться сил, поэтому впихиваю в себя мясо. Тщательно жую. Это отвлекает от мыслей. Отвращение к еде и необходимость его преодолеть отвлекает от эмоций.

А когда я, наконец, заканчиваю с порцией, ответ на предложение Элора уже готов. Как-то сам собой, словно пришёл в обход разума.

— Я с ней встречусь. — Я откладываю вилку.

Элор через стол смотрит на меня побитым псом. Его предложение в чём-то… странное, но аргументы разумные.

Мне действительно стоит поговорить с драконессой. Я слишком долго жила, как мужчина, и мне может быть полезно общение с представительницей женского пола. Ведь девушки общаются друг с другом. Мне, возможно, нужны какие-то подсказки. Напоминания. Просто собеседница…

— Сейчас? — уточняет он.

— Да, раз уж она здесь.

— Где тебе будет удобнее?

Задумываюсь лишь на секунду:

— В твоей гостиной. Там порядок. Платье передашь Нодане, пусть сшивает, — я решительно поднимаюсь с постели и задеваю коленом столик. — Я сейчас сниму его, отправишь ей. Скажешь ей, что надо на ширину ладони опустить вырез на спине. Меня устраивает её работа.

Надо налаживать связи. Новые. Здесь. И по возможности снизить репутационный вред от устроенной истерики.

У меня много дел. У меня слишком много дел, чтобы рыдать и предаваться страданиям.

— Ты уверена? — Элор поднимается и следом за мной идёт в мою комнату.

Там вспыхивает свет.

— Да.

Я прохожу в гардеробную — там тоже загораются магические сферы — и застываю…

Меховые покрывала так и лежат заготовкой кокона.

А одежды нет. Висевшей здесь одежды нет… Ни мундиров, ни рубашек. Ничего.

Внутри снова разливается холод, а вместе с ним приходит неожиданная ярость. Резко обернувшись, оказываюсь лицом к лицу с Элором. И меня бесит его растерянный вид.

— Где одежда?

— Она тебе больше не нужна, я подумал, что лучше её убрать…

Поспешил избавиться, значит? Боится, как бы я обратно не переоделась?

Рык вырывается из груди, я вскидываю руку для удара, но останавливаюсь: я не импульсивный дракон-стихийник, я менталист. Вдыхаю и выдыхаю, унимая проснувшееся пламя, подавляя холод ужаса, всё вдавливая под колпак спокойствия.

— Мне нужен халат.

— Возьми мой, — предлагает Элор почти обрадованно. — А ещё бывают ведь готовые платья, можно заказать…

— Твой халат на время этого разговора меня вполне устроит.

Он протягивает мне руку. От нелепости этого жеста чуть не фыркаю: он собирается проводить меня до комнаты, словно драконессу?.. В сердце опять вспыхивает боль. Я вкладываю пальцы в ладонь Элора, он мягко придерживает их и ведёт меня обратно. И это почти смешно.

Но к этому надо привыкать. Теперь должно быть так.

Почти торжественно Элор подводит меня к своему гардеробу и интересуется:

— Ты войдёшь внутрь или вынести халаты сюда? Возможно, захочешь выбрать что-нибудь другое?

Он разговаривает со мной иначе. Другие интонации. Другой взгляд. Словно мы незнакомцы, словно мы впервые встретились на его отборе и готовимся к свадьбе, присматриваясь и принюхиваясь друг к другу. Словно не было этих пятнадцати лет.

— Войду и выберу, — подтверждаю я, и тогда Элор пропускает меня вперёд.

Неловко. Это всё слишком неловко. Ощущение неправильности царапает душу.

— Халаты здесь…

Отбросив мелькнувшую было мысль вырядиться в рубашку и брюки Элора и уменьшить их магией под мой размер (вряд ли это получится: на рабочей одежде магическая защита), я разворачиваюсь к развешанным халатам. Красный, синий, чёрный, зелёный, белый… с вышивками и тиснениями. Красный даже с кисточками. Окинув взглядом эти произведения искусства, я тянусь к чёрному… и в последний момент меняю направление, снимаю с вешалки белый халат. На нём простые водоотталкивающие и самоочищающие чары, так что он легко поддаётся трансформации и сжимается до моего размера.

Белый бархат, серебряное шитьё… вполне подойдёт для приватной встречи. Я запускаю пальцы в волосы, перебираю пряди, заставляя расти. Длинную косу отращивать не буду, неудобно, но у меня неприлично короткая для девушки стрижка. Момент напоминает о сцене в доме Дариона, и пальцы вздрагивают. Я заставляю волосы стать чуть длиннее, чем планировала вначале, чтобы не повторить ту причёску.

Элор наблюдает почти не дыша. Сосредоточенно. Внутри всколыхивается неприятное ощущение. О чём он думает? Как оценивает мои действия? Насколько всё отличается от его представления о том, как я должна себя вести?

Я встряхиваю головой, чтобы расправить волосы и выбросить все эти ненужные сейчас мысли. Элор настроен на совместное проживание, явно не собирается меня убивать и готов помочь с Неспящими. Этого достаточно.

Достаточно!

Первой покинув гардеробную, я прохожу сквозь спальню Элора к двери в его королевскую гостиную. Окидываю её взглядом: здесь всё в порядке, достойное место для встречи. Взмахом руки раскрываю портьеры. Солнечный свет наполняет пространство, пронизывает его лучами, играет на лаковых поверхностях весёлыми бликами. Повторно убедившись, что здесь полный порядок, как и подобает покоям короля, усаживаюсь на диван и поворачиваю голову к Элору.

— Можешь звать её… и нам нужен чай. С пирожными, вареньем и прочими угощениями… Пожалуйста.

Он всё так же сосредоточенно смотрит на меня. Кивает. И выходит из гостиной.

Я не хочу гадать, что он там думает. Не хочу задаваться вопросом, почему он не спрашивает об абсолюте. Но гадаю. И задаюсь. И хотя я уверена, что в сложившейся ситуации веду себя правильно, меня не оставляет чувство какой-то болезненной неправильности.

Хотя это естественно, что нам с Элором надо заново узнавать друг друга: он не знает меня, а я не знаю, как бы он стал вести себя со своей избранной. Я не видела его в таких отношениях.

Это неизведанная сторона жизни для нас обоих.

Двери приоткрываются, и в гостиную заходит Вейра. То ли она знала, что у меня проблемы с одеждой, и специально оделась в скромное домашнее платье из однотонной ткани без всяких изысков, то ли со сменой статуса решила отказаться от показной роскоши (может даже платья свои драгоценные продала). Делая реверанс, она изящно разводит подол руками, на каждом пальце которых висит по объёмному бумажному пакету.

— Приветствую, ваше величество, — звучит почтительно.

Но в следующий миг Вейра хитро сверкает на меня глазами и стремительно закрывает дверь. Подходит к дивану, шурша пакетами и продолжая внимательно меня разглядывать.

— Даже не верится, — произносит она. Не сводя с меня взгляда, Вейра сбрасывает пакеты практически к моим ногам и что-то вытаскивает из одного из них. — Я желала Элору убойную избранную, но представить не могла, что моё пожелание настолько исполнится и переплюнет мои самые смелые мечты. Так выпьем же за это!

И она поднимает руку с зажатыми в ней двумя бутылками огненного драконьего вина.

Так-то я собиралась обсудить с ней женскую моду и её тенденции (модистка хорошо, но и самой надо немного разбираться в вопросе), узнать, какие слухи ходят обо мне и Элоре, как это приняли (я должна понимать это для выправки репутации), потренироваться в общении с женщинами как женщина (и даже может позаимствовать что-нибудь из её манер), а не напиваться, но…

Но…

Кубки Вейра тоже вытаскивает:

— Элор не разрешил тебя спаивать, но мы же не будем его слушать, правда? — интересуется Вейра… весело.

Она свободно себя чувствует, не осуждает и не удивляется. Она ведёт себя со мной, как и раньше. Словно ничего не поменялось. Это странно… и от этого почему-то натяжение моих нервов чуть ослабевает.

Я принимаю наполненный кубок из её рук. Вино полыхает, языки пламени нежно трепещут. Вейра наливает и себе тоже, изящно усаживается в противоположный угол дивана и, облокотившись на спинку, смотрит на меня. Отхлебнув полыхающий напиток, блаженно жмурится и снова смотрит на меня:

— Элор попросил помочь, если у тебя какие-то вопросы по женскому поведению, если тебе нужна подруга или просто поговорить, обсудить наши женские какие-нибудь мелочи.

— И ты согласилась.

— Ты всегда мне нравилась. И теперь я понимаю, почему из всех драконов мне так нравился только Халэнн, почему казался таким сладким, — она мягко, будто извиняясь, улыбается. Но эта немного грустная улыбка сменяется ухмылкой. — И разве могла я отказаться посмотреть на тебя после того, как Элор написал мне, что я умная женщина? Всего пара дней, а ты его вон как перевоспитала.

Как же легко себя ведёт Вейра… Словно правда ничего не изменилось.

Поднеся бокал к губам, я ощущаю волшебное пламя как едва уловимый поцелуй. Делаю глоток, один, другой, третий… Горячая жидкость вливается в меня, пламенем пробегает по нервам. Я глубоко вдыхаю, ощущая, как по телу разливается лёгкая истома.

Ловлю на себе изучающий взгляд Вейры. Она отпивает немного и признаётся:

— Не могу поверить, что это ты.

Я задираю бровь.

— Серебряная принцесса. — Вейра улыбается одним уголком губ. — Так тебя называли. Я столько слышала о тебе. Столькие хотели тебя заполучить. Гадали, кому ты достанешься. Тебя в правящие рода готовы были взять, даже как не избранную, а просто жену. — Она качает головой. — Повезло Элору. Даже если он не сразу это осознает и начнёт что-нибудь лепетать о менталистах, ему повезло. Но сначала ты его помучаешь, ведь правда?

— Зачем? — спрашиваю ровно.

Не знаю, как относиться к словам Вейры. Они потрясающе бестактны. Но почему-то меня не раздражают. Кажутся… естественными, что ли.

— В отместку за то, сколько раз он тебе говорил, что женщины, а значит, и ты, глупы! Ох, — запрокинув голову, Вейра смеётся. — Как вспомню, сколько раз он приводил тебя в пример, что ты умная, не то что мы женщины, и его понимаешь, и с тобой всё понятно…

Невольно хмыкаю. И правда забавно звучит. Я-то ещё чаще это слышала, чем Вейра.

— Да и просто чтобы не расслаблялся. Возьмёшь меня в любовницы, например, — продолжает Вейра задумчиво и оживляется. — А что, законом не запрещено! Скажешь, что привыкла к девушкам за это время.

Похоже, вино она начала пить ещё до прихода сюда. Хотя что-то в её словах определённо есть: «Прости, Элор, я так привыкла посещать бордель, что не могу от этого отказаться».

— Представляю выражение его лица в этот момент: глаза огромные, рот открыт, — выдавливает Вейра и начинает смеяться.

Да так звонко и заразительно, что уголки моих губ дёргаются вверх.

Справившись со смехом, Вейра добавляет себе и мне вина, обмахивает раскрасневшееся лицо ладонью и просит:

— Извини, не удержалась, но… Но правда… Просто представляю, сколько раз он говорил тебе о глупости женщин, сколько раз нахваливал тебя и говорил, что ты не то что женщины, а потом… потом… Я бы все платья отдала, чтобы увидеть его лицо в момент осознания. И ведь ты ни разу ему ничего не высказала! У тебя просто изумительное терпение! Я бы так не смогла.

Я жду, что Вейра похвалит меня и за терпение к высказываниям о менталистах, всё же она не глупа, должна понимать, что это куда большая проблема, чем невысокое мнение Элора об интеллекте женщин, да и сама вскользь упоминала об этом. Но Вейра, похоже, достаточно тактична или просто умна, чтобы сейчас на этом внимание не акцентировать:

— Ты уж заставь его просить прощения за нас всех. Аргументацию его ты своим поведением убила на корню, но хочется ещё немного сладкой мести. Красивой, — последнее слово Вейра тянет мечтательно и салютует мне кубком. — За тебя, наша красавица.

Выпив до дна, она отставляет кубок на пол и склоняется к пакетам:

— Начну с того, для чего Элор меня вроде как позвал.

Шуршание прерывается стуком в дверь. Вейра выпрямляется, так ничего и не достав, оглядывается.

— Входите! — разрешаю я.

И дверь отворяется. Небольшой человекообразный голем вкатывает тележку-столик с чайником, чашками и сладостями. Подкатывает его к дивану, и Вейра взмахивает рукой:

— Кыш, не надо за нами подсматривать.

— Этого достаточно, спасибо, — произношу я, и голем направляется к двери.

Я слежу за ним, чтобы с него не убежал и не спрятался в комнате голем помельче, хотя маленький шпион мог проскользнуть в дверь, пока та была открыта, или прятаться под нижней полкой тележки. Впрочем, я не собираюсь говорить ничего такого, и если Элору интересно послушать, пусть слушает.

Голем затворяет за собой дверь, и Вейра снова наклоняется к пакетам:

— Итак, у нас в Эрграе наметился интересный проект, я подумала, что тебе кое-что пригодится, чтобы сделать жизнь Элора чуть более невыносимой. — Она выпрямляется и высыпает на сиденье между нами свёртки. — Я надеюсь, ты в воспитательных целях не подпускаешь его к себе. Надо же, чтобы Элор осознал всю троекратную глубину своего недопустимого поведения и прочего-прочего. — Свёртки шуршат в руках Вейры, пока она высвобождает цветные кружевные тряпочки. — Проникся, так сказать, всей сложностью воздержания.

Она разворачивает кружева. Это какие-то очень-очень-очень укороченные панталоны, обрезанные короткие корсажи, корсажи из одних кружев. Нечто подобное последнему я видела в воспоминаниях в борделе, но там это был особый заказ для особого клиента, а здесь?

— В общем, это иномирное бельё, — поясняет Вейра гордо. — Не местные попытки копирования, которые скоро хлынут на рынок, а оригинал. Мы с Тарлоном подсуетились, раздобыли немного для частного использования и подарков. И я решила поделиться с тобой.

У меня нервно дёргается уголок губ:

— Ты бы не признавалась так явно в контрабанде. Это наказуемо.

— Почему не признаться? — пожимает плечами Вейра. — Все свои, почти родственники. И вы больше в ИСБ не служите. К тому же обидно будет, если ты не обзаведёшься такими вещичками раньше аристократок твоего королевства. Нет-нет, я бы просто не выдержала, если бы драконессу обделили, в то время как человеческие женщины начнут в этом щеголять.

Переставив свой кубок на столик, я поднимаю необычное тонкое и лёгкое кружевное бельё, скептически оглядываю.

— И в этом удобно? — с сомнением осматриваю почти ничего не прикрывающую конструкцию.

— Да, это не какой-то ширпотреб, достали настоящие элитные модели! На мне бельё той же фирмы, гарантирую — удобно. Удобнее панталон однозначно. Особенно если надо кого-нибудь подразнить.

И снова этот намёк на то, что я должна помучить Элора, прежде чем ему сдаться…

Подняв с пола свой бокал, Вейра наливает себе ещё вина и отхлёбывает большой глоток:

— Мерить при мне предлагать не буду. Хотя из этого может получиться очень милая сценка. Если, конечно, ты сама не хочешь хотя бы приложить к себе всю эту прелесть.

— Боюсь, я не настолько пьяна.

— Это повод выпить больше! — помахивает Вейра полыхающим кубком. — Теперь продолжаем дело, в котором ты, по мнению Элора, не слишком разбираешься. Мода. Будем подбирать тебе одежду. Конечно, всё на твой вкус.

У меня нет вкуса. Я слишком давно не думала о платьях как о том, что могу надевать я, слишком давно не оценивала их с такой точки зрения.

— Платья — в топку! — заявляет Вейра, вытаскивая из сумок яркие каталоги со странными названиями и одеждами на обложках. — Ты давно в них не ходила, теперь обратно влезать — слишком непривычно. Это как мне только в брюках начать ходить: вроде и нормально, но что-то не то. А вот на Терре девушки и женщины давно поменяли моду. Думаю, тебе это больше подойдёт.

И она начинает раскрывать странные каталоги из другого мира. Там действительно много брючных костюмов, и глядя на моделей я не всегда могу точно сказать, какие из них женщины, а какие мужчины, но… Это не похоже на мужскую моду Эёрана. Не похоже и на женскую, хотя если смотреть отдельные детали, то вроде и такое встречается, просто сочетание необычное.

Нодана будет в ужасе. И, возможно, немного в восторге, что ей достанется такая ценная информация. Заметив восторженный блеск в глазах Вейры, полушутливо замечаю:

— Смотрю, ты плотно встала на тропу контрабанды.

— Мне просто было любопытно. К тому же образы без технически запрещённых средств заимствовать можно. Я лишь посмотрела, а потом узнала о тебе и подумала, что тебе пригодится. Модистке придётся попотеть, но зато ты будешь выглядеть великолепно и, подозреваю, чувствовать себя лучше, чем в объятиях подола.

— Возможно, — не спешу ни соглашаться, ни отрицать. Предложение Вейры не лишено смысла, но прежде, чем что-то делать, надо всё обдумать. Я теперь не просто секретарь Элора. — Угощайся.

— Я не один литр выпила и восемь пирожных съела, пока ждала, согласишься ты меня принять или нет. Но за компанию могу осилить ещё чашечку с ещё одним пирожным.

— Так хотелось меня увидеть? — Я склоняю голову набок и даже не смотрю в сторону столика. Я сыта. Я на своей территории. И драконье вино мягко кружит мою голову. — Узнать подробности из первых уст?

Выражение лица Вейры меняется, становится серьёзным, и голос у неё тоже серьёзный:

— Нет. Мне интересно, конечно, но я уверена, что правильно угадала все подробности. Основная причина моего появления здесь вовсе не в этом.