Гримуар Скверны

Глава 3. Дуэль на Арене

Алиса вошла в свою студию за два часа до эфира. Ритуал подготовки был отлажен до автоматизма, почти медитативен. Она провела замшевой салфеткой по глянцевой поверхности монитора, сметая несуществующие пылинки, поправила неоновую сиреневую подсветку, чтобы она мягко очерчивала контур её лица, создавая иллюзию свечения, и расставила коллекционные фигурки в строгом, геометрическом порядке. Каждое движение было точным, выверенным — создание безупречной картинки, где нет места хаосу. Перед включением камеры она на секунду замерла, глядя на своё размытое отражение в тёмном экране. Глубокий вдох. Выдох. И маска «Лисёнки» бесшовно опустилась на её лицо, сгладив морщинки усталости и затушив тень в глубине зрачков. В её зелёных глазах зажегся насмешливый, живой огонёк.

«Идеальный кадр. Идеальный свет. Идеальная жизнь. Сплошной перфекционизм, за которым удобно прятаться».

Индикатор загорелся алым. «В ЭФИРЕ».

— Всем привет и добро пожаловать на огонёк, мои хорошие, — её голос прозвучал в микрофон ровно, с той самой, фирменной лёгкой хрипотцой и обволакивающей насмешкой, которая сводила с ума её фанатов. На втором мониторе чат взорвался — разноцветные взрывы донатов, гифки с лисичками, восторженные «КОРОЛЕВА ВЕРНУЛАСЬ!», «ЛИСЯ, МЫ ТЕБЯ ЛЮБИМ!» и «С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ, БОГИНЯ!». Она улыбнулась, и улыбка эта была идеальной, отточенной, как клинок. — Сегодня нас ждёт турнир. И, кажется, все уже догадались, кто окажется на другой стороне арены. Надеюсь, у нашего местного мачо сегодня чистые носки и настроение соответствует его интеллекту. Хотя на второе я не рассчитываю. Готовьте попкорн, детки. Будет жарко.

В это время Марк входил в свою студию, с ходу снося локтем случайно оказавшуюся на пути куртку. Его логово было полной противоположностью святилищу Алисы — хаотичное нагромождение дорогой техники, пустых банок от энергетиков, разбросанных дисков с играми. Неон здесь был агрессивно-синим, а на стенах висели постеры с мрачными фэнтези-артами и схемами боевых приёмов. Он с размаху рухнул в кресло, с силой надевая на голову массивные наушники. Его взгляд, тёмный и сосредоточенный, упёрся в камеру, словно он видел за ней не абстрактную аудиторию, а конкретного врага.

— Ну что, черти, готовы увидеть, как разносят виртуальные задницы? — его голос, хриплый и уверенный, ударил по ушам его подписчиков без всяких прелюдий. Его чат взревел в ответ — поток мемов, криков «ГОУ!», «МРАКОС, ВСКИНЬ ИХ НАХУЙ!», «МЫ С ТОБОЙ!» и волна гифок с взрывами и черепами. Он ухмыльнулся, оскалив ровные белые зубы. — Сегодня будет короткая и жестокая охота. Разберу эту рыжую куклу на запчасти за три минуты. Она думает, что умная? Сейчас посмотрим, что у неё в голове, кроме желания крутить тощей жопой перед камерой. Погнали!

«Отец смотрит рейтинги. Увидит поражение — получит очередной повод для презрительной гримасы. Не может этого случиться».

Они не видели друг друга, но их миры, их цифровые королевства, уже столкнулись на виртуальном поле боя. Шёл финал самого престижного PvP-турнира сезона. И их дороги, как и предсказывали все букмекеры и фанаты, сошлись в решающем матче. Два титана. Два стиля. Два непримиримых полюса.

На стриме «Лисёнки» царила атмосфера высокоинтеллектуального шахматного клуба, залитая неоновым светом.

Алиса сидела с идеально прямой спиной, её пальцы порхали по механической клавиатуре почти бесшумно отстукивая сложнейшие комбинации. На экране её персонаж — ловкая эльфийка-чародейка в струящихся синих одеждах — скользила по полю боя, как тень, оставляя за собой магические ловушки и ледяные следы, которые замедляли противника.

— Смотрите, он пытается взять контроль над центральной точкой, используя «Рывок берсерка», — её голос был холодным и точным, как скальпель, рассекающий тактику противника. — Это очевидный провокационный манёвр, рассчитанный на то, чтобы я потратила кулдаун на «Ледяную стену». — Она плавным, почти ленивым движением мыши отвела персонажа на два шага влево, и могучий удар берсерка Марка пришёлся в пустоту, вздыбив виртуальную землю и оставив глубокую трещину. — Но мы не будем. Мы сделаем шаг в его мёртвую зону, пока он откатывает анимацию, и применим «Гравитационную яму». Как видите, сработало. Он силён, как бык, и, кажется, делит с ним одну тактическую базу на двоих.

Чат взрывался восхищёнными смайликами и комментариями «ВАУ!», «КАКОЙ АНАЛИЗ!», «200 IQ!». Она не просто играла, она вела лекцию, и каждый её ход был выверен, просчитан и доведён до совершенства. Её лицо на камере оставалось спокойным, лишь в уголках губ играла лёгкая, уверенная улыбка. Но под столом её левая нога нервно покачивалась.

«Слишком прямолинеен. Слишком предсказуем. Но чертовски силён. Один промах — и конец».

Тем временем на стриме «Мракоса» бушевал адреналиновый шторм.

Марк сидел, наклонившись вперёд, его плечи были напряжены до предела, а пальцы с такой силой вбивали команды в клавиатуру, что та угрожающе трещала, отзываясь глухими щелчками. На экране его берсерк — огромный воин в звериных шкурах и рогатом шлеме — носился по арене, как ураган, снося всё на своём пути таранными атаками.

— ДА, КОМУ Я СКАЗАЛ, СУКА?! — он рычал в микрофон, его берсерк с размаху вбивал топор в спину оппоненту, заставляя камеру содрогаться от удара и выбивая из врага сноп искр. — ВОТ ТАК, НАХУЙ! ВКЛЮЧАЕШЬ МОЗГИ? НЕТ, ПРОСТО БЬЁШЬ! ЛОМАЕШЬ! А эта стерва... Крутится, как уж на сковородке! Дай только подойти, сделаю из неё фарш!

Его стиль был чистым, неразбавленным хаосом. Он не предугадывал ходы, он их ломал через чистую агрессию, через неукротимый напор, сметающий любые тактические построения. Его чат сходил с ума, донаты летели стеной — фанаты обожали эту мощь, животную, нефильтрованную энергию, этот выплеск первобытной силы. Его лицо на камере было искажено гримасой яростного усилия, глаза горели диким огнём. Он жил этим.

«Бегает, сука! Как мышь! Дай ей в морду получить, развалится!»

И вот они сошлись. Лицом к лицу. На арене в виде руин древнего храма, залитых багровым светом заходящего солнца. Виртуальный ветер шевелил плащи, а камни под ногами крошились от их шагов.

Первые секунды — разведка, танец. Алиса держала дистанцию, её заклинания — «Ледяные шипы» и «Ослепляющая вспышка» — ложились точными, короткими сериями, вынуждая Марка постоянно двигаться, тратить бесценный запас ярости. Он же, как разъярённый бык, нёсся на неё, снося магические барьеры одним-двумя ударами своего двуручного топора. Грохот, скрежет металла и всплески магии сливались в оглушительную симфонию битвы. Шкалы здоровья ползли вниз, но его — быстрее.

— Он предсказуем, — прозвучало в эфире у Алисы, её голос оставался ледяным, хотя на лбу выступила испарина, а пальцы похолодели. — Как открытый учебник по тактике для начинающих. Вся его сила — в прямолинейной атаке. Сломаешь её — сломаешь его. Он тратит больше сил на крик в микрофон, чем на продумывание комбинаций. Жаль, что шум не наносит урона.

— Заткнись, шлюха! — парировал Марк, в ярости уворачиваясь от ледяной стрелы, которая едва не пронзила его плечо, оставив на панцире след инея. Камера крупным планом показала его сжатые челюсти и дикий взгляд. — Твои словесные поносы только для лохов в твоем чате! Дерись как мужик, блять! Хватит бегать! Или только на камеру раздеваться умеешь?

— Ох, кажется, кого-то задели за живое, — парировала Алиса, её голос сладок, как яд, пока её персонаж фазовым сдвигом уворачивался от очередного сокрушительного удара, от которого содрогнулся весь храм. — Не переживай, милый, после поражения ты всегда можешь пойти и выпустить пар, глянув мой стрим. Говорят, это помогает твоим... поклонницам. — Она знала, что это бесит его больше всего — её невозмутимость и намёки на его неконтролируемую ярость.

«Ещё немного... Ещё чуть-чуть... Надо выманить его ультимейт...»

И тут Алиса пошла ва-банк. Она позволила ему приблизиться, приняла один сокрушительный удар щитом — экран потрясло, шкала здоровья дрогнула, в чате пронеслась волна испуганных «ОЙ!», «АЙ!» и «ЩИТ НАКУЙ!». И в этот момент, когда он был абсолютно уверен в победе, когда его берсерк уже заносил топор для финального удара «Рассечение Голиафа», она совершила то, чего он никак не ожидал.

Она отбросила посох. Предмет с грохотом покатился по камням.

— Что?.. Сука, что ты делаешь? — Марк на секунду замер, его палец застыл над клавишей. Его чат взорвался вопросительными знаками.

Используя магию гравитации, её персонаж рванулся вперёд. Не назад, а вперёд, проскочила у него под рукой, в слепой зоне, и, выхватив из-за спины скрытый, отливающий ядовитой зеленью кинжал отравления, нанесла один-единственный, молниеносный удар «Укус Гадюки» в спину, прямо в щель между пластинами доспеха. Критический урон. Шкала здоровья Марка резко ушла в ноль.

Игровая музыка смолкла, возвестив о победе. На экране замер поверженный берсерк, а над эльфийкой Алисы вспыхнула поздравительная надпись: «ПОБЕДА!».

На её стриме воцарилась тишина, а потом взорвалась овациями. Донаты посыпались как из рога изобилия, чат утонул в восторженных криках «БОГИНЯ!», «ЭТО ШЕДЕВР!», «КТО ТАК ДЕЛАЕТ?!». Алиса откинулась на спинку кресла, вытерла ладонью влажный лоб и позволила себе небольшую, но на этот раз совершенно искреннюю, уставшую улыбку. Адреналин отступал, оставляя после себя приятную, сладкую истому.

— Ну что ж... Похоже, интеллект все-таки победил грубую силу. Или, как сказал бы наш оппонент, «кукла» только что разобрала «мужика» на запчасти. Спасибо за игру, — сказала она, и в её голосе, помимо усталости и удовлетворения, звенела сладкая, победоносная радость. Она поймала себя на том, что ищет глазами в чате его ник... и тут же отогнала эту мысль.

На его стриме повисла гробовая тишина, нарушаемая лишь его тяжёлым, прерывистым дыханием. Он смотрел на экран, на надпись «ПОРАЖЕНИЕ», не веря своим глазам. Его чат замер, а потом разделился: «ЛОХ», «ПОПУСТИЛСЯ», «ЭТО ЧИТЫ!», «УВАЖУХА, ОТЖАЛА!».

— Тварь... Читерская сука! — он прошипел, его голос был тихим и опасным. Потом его лицо исказилось гримасой чистой, неподдельной ярости. Он рванул с головы наушники и с силой швырнул их об стену. Пластик с треском разлетелся на куски. — ДИБИЛЫ! ЭТО ЧИТЫ! КАК?! КАКОЙ-ТО ЕБУЧИЙ КИНЖАЛ! ОНА ЖЕ ДАРИТ ВИДЕОСИГНЫ ЗА ДОНАТЫ, КАКОЙ НАХУЙ СКРЫТЫЙ КИНЖАЛ?! ЭТО НЕЧЕСТНО!

Он впал в ярость, обвиняя в своём поражении кривой баланс игры, лаги, читеров и, конечно, саму Алису. «Эта пластмассовая королева! Настоящего боя не выдержала бы! Только подлых уловок и стоит от неё ждать!» Он видел только её спокойное, холодное, победное лицо на стриме-победителе, которое уже вывели у него на втором мониторе. И этот взгляд, полный превосходства, жёг его изнутри сильнее любого поражения.

«Отец... черт...».

Алиса отключила трансляцию. Эйфория от победы была недолгой, её быстро сменила знакомая, опустошающая усталость. Она автоматически запустила запись его стрима, посмотрела на его искажённое злобой лицо, на скомканные от ярости черты. И странное дело — сквозь привычное раздражение и удовлетворение от победы она почувствовала что-то похожее на понимание. В его глазах, в этом диком, неконтролируемом взрыве, была та же пустота, что и в её зеркале. Только выражали они её по-разному. Он — криком, рёвом, разрушением. Она — молчанием, холодом и безупречным, но таким же одиноким контролем. И их дуэль на цифровой арене была лишь внешним, бледным отражением той настоящей бури, что бушевала внутри каждого из них. Они были разными полюсами одного и того же магнита — отталкивались с такой силой, что не замечали, как сильно они похожи.