Гримуар Скверны

Глава 9. Чрево Скверны

Они шли несколько часов, двигаясь на ощупь вдоль стен туннеля, который, казалось, не имел конца. Влажный камень сменился странной, упругой органической тканью. Воздух густел, наполняясь тяжёлым, сладковатым запахом, напоминающим смесь желудочного сока и разложения. Стены пульсировали с медленным, мерзким ритмом.

— Похоже, мы кому-то не понравились на обед, — хрипло бросил Марк, с отвращением оттирая слизь с рукава доспеха. — Нас просто выплюнули в следующую залу ожидания. Только этот ад, кажется, с пищеварением.

Алиса не отвечала. Её разум, вопреки усталости и отвращению, лихорадочно работал, выстраивая и тут же отметая гипотезы.

«Каменный склеп, теперь... плоть. Два разных биома. Или два разных органа одного существа? Если это система, у неё должна быть архитектура. Цель. Смысл. «Эгида» не стала бы просто бросать нас на смерть. Мы им зачем-то нужны. Тестеры? Сбор данных? Но каких? Нашей реакции на боль?»

«Игроки... Где все? Даже в самой хардкорной MMO есть хаб, точка сбора. Лагерь. Город. Возможность обмена, усиления, смены снаряжения. Здесь ничего. Только бесконечные туннели и твари. Сколько это может продолжаться? Дни? Недели? Мы сдохнем от истощения, даже если нас никто не убьёт.»

— Должна быть какая-то цель, — наконец проговорила она вслух, и её голос прозвучал непривычно громко в зловещей тишине. — Логика любой системы, даже самой извращённой, подразумевает конечную точку. Должны быть другие... участники. Поселение, убежище, чёрт возьми, просто торговая точка! Где возможность улучшить это дерьмовое оружие? Где информация? Сколько нам тут вообще предстоит провести? Месяц? Год?

Марк остановился и медленно повернулся к ней. Его лицо в полумраке исказила гримаса раздражения.

— О, великий стратег задумалась. Ура. Ты сейчас будешь мне читать лекцию о теоретических основах этого говняного мира? Может, построишь график вероятности нашего спасения? Мне плевать на твои «должны»! Я вижу только то, что есть: дерьмо, слизь и твари, которые хотят нас сожрать.

— Если мы не поймём правила, мы станем частью этого декора! — парировала Алиса, её нервы были натянуты до предела. — Мы не можем просто бесцельно блуждать! Нам нужен план. Нам нужно понять, куда мы идём и зачем!

— План? — он ядовито рассмеялся. — Хорошо. Мой план — не быть съеденным. Пока что он отлично работает, пока ты не начинаешь нести свою умную хуйню! Лучше бы мне в напарники кого-нибудь другого подсунули... кого-нибудь попроще, с кем можно было бы просто рубиться, а не выслушивать нытьё о «логике системы»! Ну почему, блять, так повезло именно мне?

— Возможно, потому, что любой «нормальный» человек уже бы сошёл с ума или сдох, оставив тебя одного гнить в этой яме! — вспылила она. — Или, может, твоё обаяние и острый ум так привлекают «Эгиду»?

Туннель внезапно расширился, открывшись в огромную, пульсирующую пещеру, целиком состоящую из плоти. Гигантские прожилки, похожие на сосуды, тянулись по стенам к потолку, по ним медленно перекачивалась тёмная жидкость. Свод низко нависал над ними, с него сочилась едкая, жёлтая слизь. Под ногами не было камня — только упругая, влажная органика, издающая при каждом шаге тихий, тошнотворный хлюп.

— Боже... — выдохнула Алиса, её лицо побелело под слоем грязи. Она чувствовала, как её собственный желудок сжимается в спазме. — Мы внутри чего-то живого.

— Внутри чего-то большого, живого и очень, блять, недовольного, — мрачно констатировал Марк, сжимая рукоять своего топора. Его взгляд метался по жуткому ландшафту, выискивая угрозу. — Надеюсь, у этого ублюдка нет пищевой аллергии на занозы.

Именно тогда из складок влажной плоти на них поползли твари. Не те примитивные слизни из склепа. Эти были больше, с вытянутыми, гибкими телами. Но самое ужасное — их лица. Вернее, то, что их заменяло — сплетённые воедино, шевелящиеся клубки бледных, спрессованных червей.

Боль была настоящей. И это было хуже всего.

Она пронзила Алису, когда когтистая тварь с «лицом» из червей впилась своими костяными шипами ей в плечо, пытаясь пробить кольчугу. Острая, жгучая волна прошла по всему телу.

— Шевелись, блять! — проревел Марк. В его глазах вспыхнул знакомый багровый отсвет Ярости Титана. Жилы на шее вздулись, и его следующий удар топором приобрёл сокрушительную силу, с чавчком разрывая плоть твари. Это была не просто физическая мощь — это была концентрация чистой, неконтролируемой агрессии.

Алиса отшатнулась, едва увернувшись от нового удара. Боль пылала в плече, но её разум уже искал выход. Она увидела, как другая тварь готовится к прыжку на Марка, отвлечённого своей целью.

Нельзя... Но нужно.

Она сконцентрировалась. Пространство вокруг неё сжалось, исказилось, и с оглушительным хлопком она активировала Смертельный бросок. Её вырвало вперёд на несколько метров, прямо на пути у твари. Её клинки, будто живые, описали в воздухе смертельную дугу, прочертив глубокие раны на теле чудовища. Телепортация оставила после себя привкус железа и тошнотворное головокружение, но она была на месте.

— Спину! — крикнула она, ненавидя необходимость ему помогать.

— Знаю! — рявкнул он в ответ, ненавидя необходимость её слушать.

Его топор со свистом рассек воздух и вонзился точно в цель. Существо взвыло и рухнуло, медленно растворяясь в едком дыму. Наступила тишина, нарушаемая лишь их тяжелым, прерывистым дыханием и мерзким бульканьем стен.

Они стояли спиной к спине, как две половинки одного проклятого механизма. Его спина была тёплой и твёрдой у неё за спиной, её волосы, пропахшие потом и кровью, касались его затылка. Это было одновременно отвратительно и... на удивление правильно.

Марк обернулся. Его лицо, испачканное грязью, слизью и кровью, было искажено не сарказмом, а чем-то тёмным и голодным. Он посмотрел на её окровавленное плечо.

— Сдохнешь — прибью, — бросил он отрывисто. Но в его глазах читалось не только раздражение. В них была вспышка чего-то животного. Вид её крови, её уязвимости и этой дикой, бьющей через край жизненной силы сводил его с ума.

— Не сдохну, чтобы тебя позлить, — она попыталась парировать, но голос дрогнул. Она видела этот взгляд.

Внезапно стены содрогнулись с такой силой, что они оба едва устояли на ногах. Пульсация участилась, становясь оглушительной. Из тьмы в дальнем конце пещеры послышалось нечто огромное, неумолимо приближающееся. Глухой скрежет, шелест тысяч щупалец и тихий, сводящий с ума шепот.

Они переглянулись. И в его тёмных глазах, помимо ярости и этого нового, пугающего желания, она впервые увидела то же, что чувствовала сама. Леденящее душу, окончательное осознание.

Это была не игра. Это была охота. А они — добыча.

— Бежать! — прохрипел Марк, и его рука, схватившая её за запястье, была молниеносной. Его пальцы впились в её кожу с такой силой, в которой было и яростное «держись рядом», и «я тебя ни за что не отпущу».

И они побежали. Сквозь пульсирующие коридоры из плоти, от нарастающего рокота приближающегося ужаса. Они не видели выхода, только инстинктивно стремились прочь.

Вырвавшись из очередного отростка-туннеля, они рухнули на относительно твёрдый участок, тяжело дыша. Эхо чудовищных шагов позади постепенно стихло. Они лежали рядом, не глядя друг на друга, связанные не доверием, а шрамами, болью, общим ужасом и этой новой, невыносимой реальностью, в которой мысль была таким же оружием, как и топор.