Золотарь. Путь со дна

Глава 10 «Зонк»

От души намывшись я решил «шикануть». Не, ну а что? Раз пошла такая пьянка — режь последний огурец! И я отправился в городскую корчму.

Конечно, можно было бы поесть и у Качки, но… Меня не отпускала мысль, что все они — там, на выселке — повязаны. И весть, что я откуда-то раздобыл деньги, немедленно дойдёт до Хавло. А в том, что этот хорёк сможет сопоставить не нашедшуюся пряжку с моим внезапным обогащением, я не сомневался.

На входе в верхнюю корчму вновь был остановлен Якубом.

— Вонючим говнарям тут не место, — не глядя на меня брезгливо бросил корчмарь.

Ах ты ж, тварь! Кровь бросилась в лицо, но я сдержался. Значит так?

— Так значит? — я посмотрел на хозяина исподлобья, стараясь придать взгляду тяжести. — Решил обвинить честного члена гильдии? Беспочвенно обвинить? Похоже, мне стоит сходить за рихтаржем и предъявить тебе, Якуб, встречное обвинение в оскорблении моего достоинства!

Не знаю, поверил он в мои угрозы или просто охренел от такой наглости, но, натурально обнюхав меня и выразив всем видом изумление, корчмарь тут же сменил презрение на милость и широким жестом пригласил войти.

Впрочем, внутри я не остался — в корчме дым стоял коромыслом, а я теперь к вони относился… по-особенному. Я по-прежнему вонь — терпеть не могу. И перед каждым выходом на работу стараюсь не есть, хотя бы часа за четыре, иначе обед рискует оказаться в том же самом ведре. Выезжаю, как говорится, «на морально волевых». Но за работу мне хотя бы платят. А терпеть дым, гарь, запах пережаренного масла, лука, а ещё — вонючих кож, преющей соломы и ещё чёрт знает чего бесплатно? Увольте!

Расположился на улице, усевшись под навесом на лавке так, чтоб за спиной оказался подпирающий навес столб. На обед я решил взять кашу с мясом и вдобавок — хороший шмат свинины. Пиво пришлось заказывать, так сказать из среднего ценового диапазона, поскольку, когда я услышал сколько стоило «хорошее», я опять резко почувствовал себя нищебродом.

И, всё равно — чисто намытый, с вкуснейшей кашей в животе и неплохим, по местным меркам, пивом в кружке, я откинулся спиной на столб и почувствовал себя на вершине блаженства. Дело близилось к полудню, народу в корчме было немного, погода сегодня стояла отличнейшая. Эх, и чего ещё человеку надо⁈

На счёт «человека» не знаю, а мне — надо.

Мне нужен свет в яме. Не тот, что сейчас, позволяющий разве что стенки ямы да поверхность хм… содержимого видеть. И различать вёдра. Но как сделать так, чтоб фонарь светил вниз⁈ Почему-то в голову лезли варианты, которые без развитого стекольного и оптического производства не реализовать. Да ещё эта свеча! Она же помимо света даёт и копоть, и размещать какой-нибудь рефлектор над пламенем было не самой здравой мыслью…

— Достопочтенный горожанин, — рядом со столом остановился какой-то мужик, — я вижу вы скучаете? Может?.. Хотите развлечься?

Я почему-то в первую очередь подумал о «девочках», но мужик тряхнул перед грудью руками. Звук, который сопроводил это действо, шёл от деревянного стакана, внутри которого перекатывались твёрдые, явно имеющие грани предметы.

— Сыграем? — с полуулыбкой взглянул он на меня.

А я тебя вспомнил! Котта другая, а вот войлочная круглая шапочка таже самая. Только тогда у тебя рожа была скучная-скучная… Ведь именно ты меня тогда направил на выселок? Что ж, я по своему, тебе за это даже благодарен.

— Я не горожанин, — усмехнулся я, — но сыграть можно. Только, — я словно извиняясь развёл руками, — я правил не знаю.

— О! Правила здесь просты. Запомнит и ребёнок! — оживился мужичок подсаживаясь за мой стол.

— Ещё чего-нибудь выпить? — откуда не возьмись рядом нарисовался сам хозяин корчмы.

Ну да, ну да… Мужики, вы же в казино не бывали? Это извиняет — там бы на вас посмотрели как на детей, в деле облапошивания ближнего.

— У меня ещё есть, — я приподнял кружку глядя на корчмаря.

Корчмарь разочарованно отошёл от стола.

— Так что там с правилами? — я посмотрел на игрока выжидательно. — Как играют в твою игру?

Зонк[1] — так называлась игра, оказалась не самой простой, но тем лучше. Игры рассчитанные на чистую удачу, типа орлянки, дают вероятность пятьдесят на пятьдесят, что для профи — а мужик был явно не скучающий горожанин, не знающий как убить время — не очень хорошо. Профи садятся за стол не интереса ради, и не скуку убить. Для них это работа. Такая же как для меня — ночные походы по выгребным ямам. А значит, ровно так же, как у меня «болит голова» о том, как увеличить свои шансы разглядеть в содержимом сортиров что-то ценное, у них «голова болит» как увеличить шансы выпадения выигрышного значения. И поэтому играть с ними — без шансов. Только за руку ловить. Но, если за спиной не стоит пара амбалов с бейсбольными битами — толку от поимки шулера ноль. Или, результат может оказаться вообще «отрицательным».

А вот в играх требующих хоть каких-то мозгов, профи больше полагаются на свои знания правил и лучшее умение считать варианты. Поэтому какие-никакие шансы у меня есть.

Цель Зонка оказалась простая — набрать четыре тысячи очков. Кто первым набрал, тот деньги и забрал. Очки набирали кидая шесть классических шестигранных кубиков, известных наверно ещё с античности.

Результативным считался такой ход, где выпадали тройные значения: три двойки, три тройки, три четвёрки и так далее. «Стоили» они по номиналу: двести, триста и четыреста очков соответственно. Были ещё единичка и пятёрка, которые играли «в одиночку» — единичка шла за сто очков, пятёрка за пятьдесят. Правда три единицы это стразу тысяча.

— Что ж, — хмыкнул я, — не выглядит сложно. А можно?.. — и я протянул руку к кубикам. — Просто никогда не держал их в руках.

В принципе — не соврал. Конкретно в этих, Хлупековых, руках действительно не держал.

— А чего их смотреть, — расплылся в улыбке игрок, — их кидать надо. Играешь?

— Тебе что, жалко? — состроил я удивлённую рожу. — Или боишься что схвачу и убегу?

На столь наивный вопрос мужичок не нашёл что ответить и, пожав плечами, протянул стаканчик.

Стаканчик, как я сразу опознал, был деревянным, явно точёным на токарном станке. Кубики костяными. На вид — самыми обычными.

Я покатал их в руке, кинул несколько раз на стол из ладони. Мужик смотрел на это со снисходительной улыбкой и вроде — не напрягался. Да и кубики всякий раз выпадали случайным образом. Ну, так мне на первый взгляд показалось. Похоже, что всё-таки не специальные — с определённым образом скошенными гранями или утяжелённые по одной стороне.

— Так как? Попробуем? — подмигнул мне мужичок.

— Давай, — неуверенно хмыкнул я. — Только объясни ещё раз, хорошо? А то я что-то до сих пор никак не въеду.

Мужик снисходительно улыбнулся

Первым кидал Альфонс — так звали мужичка. Я когда услышал, непроизвольно хрюкнул в кулак — никогда бы не подумал, что человека могут так звать.

Выпали две двойки, две четвёрки, единичка и шесть.

— Видишь, — Альфонс ткнул пальцем в единичку, — это сто очков. Я отложу… — он взял кубик отодвинул его в сторону, — и кидаю снова, потому что отложил.

При втором броске выпали три двойки.

— Это двести, — пояснил «учитель», отложил. И бросил оставшиеся два кубика снова.

Выпали четвёрка и шестёрка.

— Нечистый! — наигранно громко воскликнул Альфонс, тут же сделал испуганное лицо, широко перекрестился, приговаривая: — Прости меня, Господи, что помянул имя врага человеческого!

Потом он обратился ко мне:

— Видишь? Ход не принёс очки, значит всё, что я набрал сгорает, и ход переходит к тебе. Кидай, — протянул он мне стаканчик.

Выпала пятёрка, единичка, тройка, две четвёрки и шесть.

— Ух ты! — снова довольно наигранно воскликнул Альфонс. — Тебе везёт!

— Это же результативный ход? — уточнил я.

— Конечно! Ещё какой результативный!

— А я могу не откладывать, а кинуть снова?

— Нет, парень, — лицо игрока на миг заледенело, — что-то отложить надо. Не откладываешь — не кидаешь!

Я отложил единицу.

— Вот же ещё! — Альфонс ткнул пальцем в пятёрку. — Ещё очки!

Я на секунду задумался — стоит пояснять, что шанс выигрышной комбинации на пяти кубиках выше, чем на четырёх? И позарившись на пятьдесят очков я уменьшаю себе шансы? Но решил, что мужичок и без меня это знает, а вот светить, что и я в азартных играх что-то понимаю — не стоит.

И я отложил ещё и пятёрку.

На следующем броске у меня опять выпала единица, которую я отложил. И передал ход, сохраняя набранные двести пятьдесят очков.

— Курочка по зёрнышку, — пояснил я, напуская на себя самодовольный вид.

— Ты осторожен, мой друг, — покровительственно заметил Альфонс. — Но удача любит рисковых!

Три первые партии мы сыграли на «просто так». Ожидаемо — я все выиграл: Альфонс или без нужды рисковал, или наоборот, с первого же хода откладывал единицу или пятёрку и передавал ход.

— Скучно просто так кости кидать, — словно ни к кому не обращаясь, проговорил Альфонс.

— Хорошо, давай поставим, — хмыкнул я и показал последнюю медяшку.— Только уговор: по маленькой!

Из взятых с собой денег у меня оставался один медяк: три я потратил на обед — доселе неслыханная роскошь, ещё один остался в купальне. То, что это последние при себе деньги я, естественно, говорить не стал. Тут же интерес для Альфонса потеряю. А так — сидит себе чувак в корчме, пьёт не самое дешманское пиво, чистый-намытый, днём и не на работе. Ну явно же — при деньгах. Пусть и в простой одёжке. Значит ещё лучше — какой-нибудь незатейливый работяга, получивший расчёт у хозяина и решивший «шикануть».

— Только что собирался предложить, — расплылся в улыбке игрок. Пояснил: — игра волнительнее становится. Интересней же!

В принципе, с местными Альфонс, скорее всего, выезжал на своей большей практике. Я не заметил чтоб он как-то мухлевал, кубики у нас были одни на двоих и чтоб какие-то значения выпадали чаще я не углядел. Сейчас, когда на кону появились деньги, набор очков у Альфонса пошёл быстрее… Вот только откуда ему было знать, что я в универе даже специально на факультатив по терверу — теории вероятности — ходил. И карты в прошлой жизни очень любил. А если к реальным играм приплюсовать, сколько партий сыграно в компьютерных игрушках, в том числе и в кости, то Альфонс против меня всё равно что ребёнок, только что изучивший правила и прибежавший к друзьям похвастаться умением.

Жаль, тут выигрыш был фиксированным — сколько поставил, столько забрал. Сначала я выиграл два раза по медяхе, потом одну проиграл, потом одну выиграл и снова проиграл.

— Вижу ты фартовый парень, — с деланным удивлением проговорил Альфонс. Подмигнул: — Поднимем ставки?

И к моим двум медякам, лежащим на столе, двинул свои два.

— А, давай! — я сделал вид, что поддался азарту.

Не ребёнок же он, думал я тряся перед грудью стаканчик, должен понимать, что кроме одной монетки все остальные деньги из его кошелька? Расчёт на то, что проиграю, и, в желании отыграться, достану ещё монет? Похоже на то.

— А давай ещё раз на всё⁈ — сверкая глазами предложил Альфонс, когда я сгребал к себе лежащие на кону четыре монетки.

«А ты азартен, Парамоша[2]», — с внутренней усмешкой я вспомнил фразу из старого фильма.

Нет, конечно. Просто старая как мир стратегия повышения ставок. Рано или поздно череда побед одной стороны прекратится, и тогда постоянное удвоение вернёт все деньги второй стороне. И вот тогда, будучи разогрет чередой случившихся перед этим выигрышей, я точно полезу за другими своими деньгами…

— Давай! — снова подыграл я Альфонсу.

И, первым же ходом, облажался.

Кинул первый раз. Из результативных — две единички и пятёрка. Не гонясь за «мелочью» из двухсот пятидесяти очков, отложил единичку чтоб иметь ход, кинул ещё раз.

Четыре шестёрки и пятёрка! Четвёртая шестёрка дала удвоение очков плюс пятёрка — итого тысяча двести пятьдесят, и — ещё ход! Снова в игре шесть кубиков, выпадают единица и две пятёрки.

Тут, наверно, и стоило отложить дарованные свыше двести очков и записать уже набранные тысячу пятьсот пятьдесят. Но я вновь отложил одну единицу и снова кинул пять кубиков…

Такое бывает — на пяти кубиках выигрышных комбинаций не было!

— Не повезло, — с улыбкой Альфонс забрал кубики.Как мне показалось — с плохо скрываемым облегчением. И под мой зубовный скрежет!

Чёрт! Я чуть было кулаком по столу не хватанул — так глупо профукал половину победы!

Тут же поймал ироничный взгляд игрока.

И вот этот-то взгляд меня внезапно привёл в равновесие — а что я теряю? Моих денег на кону один геллер. В конце концов, как говорится: не корову… Эмоции мгновенно ушли, голова прояснилась.

— Удача, она такая, — ответил я уже спокойно, вновь забирая кубики…

— Ещё разок? — предложил он, когда я потащил к себе горку из восьми монеток. — На всё? Или… — азартно блеснул глазами, — давай сразу по десяточке⁈

И потряс у меня перед глазами кошелём. Денег там было прилично.

— Нет, уважаемый, — я усмехнулся лишь краешком рта, — в долг не играю. Да и пора мне.

— Куда это пора-то? — натурально изумился игрок. — Самая игра пошла!

— Дела, — я развёл руками в ответ.

И с ледяным спокойствием уставился ему глаза в глаза.

Момент, конечно, был щекотливый. Альфонс — мужик лет под тридцать, не силач конечно и не атлет, но и я — до конца не восстановившийся после голодовки пацан. При желании он легко может забрать у меня выигрыш… Вот только мы были не в каком-то подпольном казино. Рядом, если можно так сказать, «шумела улица» — ходили по своим делам горожане, разок прошёл стражник. В корчму входили-выходили посетители, путь и редкие в это время. Несколько мужичков только что расселись за соседним столом.

Всё это я явственно прочитал в глазах Альфонса, пока он, пытаясь скрыть неприязнь, смотрел на меня и раздумывал над ответом.

— Было здорово, — я встал, не дожидаясь пока игрок «сделает свой ход», — надо будет как-нибудь повторить.

— Приходи, — он окинул меня каким-то новым, пристальным взглядом, — всегда рад сразиться с хорошим игроком.

Мы попрощались, и, уже уходя, я услышал за спиной:

— Достопочтенные господа, не хотите развеять скуку?..

Ничего, мысленно хмыкнул я, сейчас отыграется.

Я неспеша шёл вниз по главной улице — пора было возвращаться на выселок: перед сменой надо выспаться.

Я не рекон и не историк. Я вообще не тот, кого обычно писатели попаданческих книжек выводят в своих опусах. Я обычный студент, любитель клубной жизни и девчонок. А ещё, в той, потерянной для меня жизни, я обожал азартные игры. И считал себя осторожным игроком — не наглел, не зарывался и всегда платил по счетам. И не играл в долг. Никогда.

Тогда деньги меня не интересовали — я любил саму игру, необходимость «шевелить мозгами» и просчитывать варианты. А деньги? Деньги мне давали родители.

Но сейчас… Взглянул на зажатые в кулаке восемь геллеров. Сейчас это оказалось неплохим подспорьем!

Кстати! Я ещё раз посмотрел на деньги «в потной ладошке». И перевёл взгляд на лавку купца Тобиаса.

— Здравствуйте уважаемый Тобиас, — поздоровался я, входя внутрь.

— И вам хорошего здоровья, юноша. К сожалению не знаю вашего имени. Что привело вас ко мне?

— Найдётся простой, недорогой, но надёжный кошель?

В результате я приобрёл не только кошель — небольшой льняной мешочек с завязочкой, но и тонкий матерчатый пояс без пряжки — не широкий, около трёх сантиметров, но длинный — меня можно было два раза обернуть. А ещё — иголку и прочную нить, метров двадцать. И за всё про всё отдал два геллера.

И уже собирался уходить, как взгляд зацепил небольшой ножик, лежащий в самом углу прилавка. Нож явно был не новым — короткий клинок, сантиметров около десяти, видимо точили бесчисленное количество раз, из-за чего он приобрёл почти треугольную форму. Рукоятка из дерева тоже оказалась вытертой от длительного употребления.

— Сколько?

— Три геллера, — пожал плечами Тобиас.

— Два, — я посмотрел ему прямо в глаза, и добавил: — больше за это барахло никто не даст.

— Забирай, — отмахнулся купец.

Ножен у него подходящих не нашлось, и я прямиком отправился с сапожнику.

Там, за две монеты поставил новую — двойную подошву на башмаки, а за один геллер мастер Петер из обрезков кожи соорудил мне довольно удобные ножны. По моему «проекту» — я попросил добавить длинный «хвостик» на всю длину рукоятки.

После сегодняшней игры в кости мне вдруг остро захотелось иметь хоть какой-нибудь «острый аргумент», если дело дойдёт до «агрессивных переговоров». Но и носить нож открыто я не хотел — пусть будет сюрприз для оппонента. Необычные ножны я планировал скрыто закрепить на поясе.

На выселок я вернулся уже за полдень. На душе пели птички, в кошельке, который я, по примеру Смила, пристроил под рубаху, позвякивали две оставшиеся монетки. Нож в ножнах пока нёс в руке — на задуманное рукоделие нужно время.

— Откуда это ты такой довольный? — заставил оглянуться знакомый голос.

За столом под навесом сидел Томаш и внимательно меня рассматривал.

— Да так, — ответил ему нахальной улыбкой, — настроение хорошее.

И, не дожидаясь продолжения разговора, пошёл дальше — в свою «нору». Всё-таки я не железный, и перед сменой надо выспаться.

И, уже засыпая, вспомнил игрока в верхней корчме, потом мужиков, к которым он подсел после меня.

«А вы азартные здесь, Парамоны», — мысленно хмыкнул я. Что ж, надо попробовать это использовать. Надо только придумать — как?

[1] Игра «Зонк» взята целиком из компьютерной игры KingdomCome.Разработчиками заявляется, что правила аутентичны. Не специалист, но все правила игры в кости, что я нашёл в источниках оказались более примитивными, и я решил остановиться на этих.

[2] Конечно же «Бег». Бесподобная сцена с Михаилом Ульяновым и Евгением Евстигнеевым.