Ночью я остановилась у озера. Тихого, тёмного, с отражением луны на воде.
Развела костёр. Накормила лошадей.
А потом сняла платье и пошла к воде — стирать.
Мука, жир, пятно от мёда… и, может быть, слеза, которая упала прямо на ткань.
Я стояла по колено в холодной воде, тёрла ткань и плакала.
Не тихо. Не «по-взрослому».
А так, как плакала тогда, на мраморе — без стыда, без надежды, только с болью.
— Как так получилось? — шептала я, словно жалуясь судьбе. — Я же ничего не сделала… Я же старалась…
Я выпила столько «Принцессы»…
А им — плохо.
Значит, дело не в напитке.
Или… всё-таки в нём?
А вдруг какая-нибудь личная непереносимость?
И тут вспомнились слова мага:
«Это экспериментальный вкус. Ещё нет в продаже!».
А у солдат — рвота и бред.
Значит, я всё-таки виновата.
Не злым умыслом. Не ядом.
А глупостью.
Глупостью торговки, которая решила, что знает лучше мага. Глупостью экспериментатора, который хотел сделать этот мир чуточку лучше! Безалкогольное вино! Это же гениально! Мне так казалось.
«Немного магии» — это безопасно.
Что мир прост и добр.
Я прижала мокрое платье к груди и обняла себя.
Как тогда, в трактире, когда держала плащ.
Только теперь — никто не спасёт.
Потому что я сама всё испортила.
Завтра у меня есть выбор.
Вернуться на поляну — и рисковать, что солдаты больше не придут. Что генерал запретит торговлю. Что слухи разнесут: «Дора отравляет!».
Или… попробовать свои силы в городе.
Среди тех, кто не знает моего имени.
Кто не видел, как я плачу над бочонком.
Кто не знает, что за «Принцессой» скрывается бывшая жена дракона, которая всё ещё ошибается.
Я не знаю, что выберу.
Но знаю одно:
Блинный пирог останется.
А «Принцесса»…
«Принцесса» умрёт сегодня ночью.
Вместе с моей наивностью.
Я вылила остатки бочонка в ведро. Видя, как красивый напиток плещется в ведерке.
Я расхаживала у костра, завернувшись в одеяло. В костре догорали бумажки и стаканчики. Я считала, что уже достаточно насолила природе, когда прибиралась в фургоне. Теперь у меня всё экологично. Без отходов.
Лошади фыркали во сне.
«Может, быть свободной — это и есть платить за каждую ошибку самой?»
И, может быть…
Это и есть настоящая жизнь.