Униженная жена генерала дракона

Глава 19

Я вернулась в фургон. И замерла.

Там… было пространство. Настоящее, живое, чистое пространство. Солнечный свет, проникающий через окошечко, играл на чистых старых досках пола. Воздух пах свежестью и… надеждой. Моей надеждой.

Я встала посреди фургона. Раскинула руки.

— Это… это мой дом, — прошептала я. — Мой настоящий дом. Без принцев. Без тронов. Без унижений. Только я. Мои руки. И моя мечта.

Я улыбнулась. Широко. Искренне. Впервые за очень, очень долгое время.

— Ладно, девочки! — крикнула я лошадям. — Отдыхайте! А я… я сейчас прилягу на чистый пол и помечтаю о блинах! О золотистых, румяных, с дырочками блинах!

И я легла. На чистый, твердый пол. Закрыла глаза. И улыбалась. Потому что знала — самое сложное позади. Теперь начинается самое интересное. Покраска фургона!

Ну что ж, Дора. Ты выгребла мусор, как навозный жук на чемпионате мира. Ты отмыла фургон до блеска (ну, почти до блеска — некоторые пятна, похоже, решили остаться с нами навсегда, как непрошеные родственники). Ты выкинула матрас, от которого пахло прошлым веком и чужими слезами. И теперь… теперь настал великий час.

Час Краски. Я его так ждала!

Я поставила ведро с «Солнечным желтым» посреди полянки, как священный Грааль. Взяла кисть. Посмотрела на фургон. Он смотрел на меня. Мы оба понимали: сейчас начнется что-то грандиозное. Или катастрофическое. В зависимости от моего умения держать кисть.

— Ну что, красавчик, — сказала я фургону, похлопывая его по облезлой дверце. — Готов к преображению? Скоро ты будешь не фургоном старого зельевара, а… шедевром! Шедевром, от которого люди будут плакать от восторга.

Я макнула кисть в краску. Она была густая, яркая и пахла… чем-то неприятным.

Первый мазок — на дверь. Получилось… как у ребенка, который впервые взял кисть. Криво. Клякса. Зато ярко!

— Арт-хаус! — объявила я лошадям, которые с интересом наблюдали за моим творчеством. — Это называется «Экспрессионизм блинной королевы»! Не понимаете? Ну, вы же лошади. Вам простительно.

Я красила. Красила стенки. Красила раму окна. Красила даже колеса, потому что почему бы и нет? Пусть весь мир знает: здесь едет желтая угроза!

Краска капала мне на ноги. На руки. На нос. Я выглядела как ходячий абстрактный экспонат.

— Герцогиня, подай мне ведро! — скомандовала я лошади, протягивая руку. Она фыркнула и пошла жевать траву. Неблагодарная.

Красить внутри было еще веселее. Я залезла в фургон, как в гробницу фараона, и начала творить. Потолок — желтый. Стены — желтый. Даже шкаф с зельями — желтый. Теперь они выглядели не как аптека ведьмы, а как коллекция волшебных пузырьков в очень жизнерадостном интерьере.

— Вот так, — сказала я, отступая на шаг и любуясь своим творением. — Теперь здесь не пахнет плесенью, а пахнет… успехом! И краской. В основном краской. Потом я стала красить оранжевым и красным. Все вдруг стало таким приятным, что я сама улыбнулась. Кто бы мог подумать, что бывшая принцесса красит свой фургон!

Но потом я вспомнила одну маленькую деталь.

Краска долго сохнет.

Я вышла наружу. Посмотрела на солнце. Оно светило ласково, но явно не торопилось помогать мне.

— Ну что, солнышко, — сказала я ему. — Давай, пожарь немного сильнее! У меня тут блинная, открытие планируется! А ты тут как черепаха на спа-курорте!

Солнце, естественно, не отреагировало. Оно вообще не любит, когда с ним разговаривают.

Я вздохнула. Решила не сдаваться. Если краска сохнет медленно, значит, у меня есть время для планирования!