Присвоенная по праву сильнейших

Глава 32

Я на мгновение колеблюсь, а тогда осторожно высвобождаю свою руку из его хватки, делая шаг назад, чтобы увеличить дистанцию. Я показываю ему, что это деловая часть нашего контракта.

— Я хочу задать вопрос.

Он слегка склоняет голову набок, и от этого движения одна непослушная, толстая прядь его волос освобождается из тугого хвоста и падает ему на лицо, ложась на высокую скулу. Он ее не поправляет, его внимание полностью сосредоточено на мне.

— Я слушаю.

Несколько мгновений я собираюсь с духом. Мой вопрос должен быть точным и хорошо бы, если бы дал мне максимум информации.

— В саду жрецы упомянули наследника Солнечного Трона… они хотят, чтобы я выбрала его. Кто он такой?

При моих словах лицо Кайлена на мгновение становится жестким, как гранит. Улыбка полностью исчезает.

Он смотрит на меня долго, словно решая, насколько правдивым будет его ответ. Но сделка есть сделка.

— Наследник из дома Аргентум. Дом Аргентум — это древнейший род. Когда-то давно именно они были связаны с Артефактом так же тесно, как сейчас Катализаторы, их кровь питала его, но со временем их род ослаб, магия почти иссякла. Жрецы же, которые веками служили этому роду, не захотели терять власть…

Он начинает медленно ходить по круглой комнате, его шаги гулко отдаются в тишине.

— Последний наследник Солнечного Трона, принц Лисандр, был рожден почти без магии. Жрецы скрыли его от всех. Они воспитывали его в изоляции, в своем тайном храме, как живую реликвию. Они верят, если соединить его «чистую» кровь с силой нового, «дикого» Катализатора вроде тебя, это не просто зажжет одну из опор, а создаст идеальное Единение, которое перезагрузит Артефакт и даст жрецам полный контроль над ним.

Его слова обрушиваются на меня, как ледяной дождь.

— Теперь ты готова учиться по-настоящему? — спрашивает он, останавливаясь передо мной.

Я молча киваю, чувствуя, как внутри меня рождается холодная ярость. О, да. Я готова.

— Хорошо, — говорит он. — Тогда забудь все, что говорил тебе твой пушистый друг. Эмоции — это топливо для твоей магии, но не руль. Мы научимся управлять рулем.

Наш первый урок длится, кажется, целую вечность…

Кайлен заставляет меня сидеть на холодной каменной скамье, но мои мысли путаются.

Ответ Кайлена породил еще больше вопросов. Кто этот принц? Где он? И что со мной будет, если я откажусь его выбирать? Моя магия отзывается на эту панику, срываясь, разлетаясь искрами или не появляясь вовсе.

— Ты снова пытаешься заставить себя, — спокойно говорит Кайлен, наблюдая за моими тщетными попытками. — Не возражаешь?

Я качаю головой. Он подходит ко мне сзади и кладет свои прохладные ладони мне на виски.

— Закрой глаза, — шепчет он, его голос звучит прямо у меня над ухом. — Не думай ни о чем. Просто почувствуй мою энергию.

Я подчиняюсь и чувствую, как его спокойная, холодная, как глубокая вода, энергия просачивается в мое сознание, успокаивая мой внутренний шторм. Я снова тянусь к своей силе, и на этот раз она отзывается легче, чувствую, как она собирается в моей груди, готовая вырваться наружу.

И в этот момент, когда наши энергии соприкасаются, его упорядоченная и моя хаотичная, в этом магически запечатанном пространстве происходит всплеск…

Нас не отбрасывает. Вместо этого мир вокруг исчезает…

Я больше не в комнате.

Я вижу поле битвы. Вокруг огонь, крики, лязг стали…

В суматохе замечаю молодых Варда и Кайлена.

Кажется, я перенеслась в его воспоминание.

Здесь совершенно ясно — Кайлен и Вард не всегда были врагами. На этом поле они боевые братья, сражающиеся спина к спине.

В их движениях абсолютное доверие.

Видение резко меняется. Битва окончена. Они стоят в тронном зале перед Старцем. С ними — молодая девушка с такими же волосами, как у Кайлена. Его сестра или родственница…. она испуганно жмется к нему.

— Пророчество ясно, — говорит Старец. — Чтобы остановить нашествие тварей с Севера, один из вас должен получить благословение Артефакта и повести за собой армии. Но Артефакт требует плату за свою силу. Жертву. Кровь с искрой древней магии.

Старец указывает на сестру Кайлена.

— Нет! — голос Кайлена резок и полон ярости. — Мы найдем другой способ! Мы не будем приносить ее в жертву! Мы клялись защищать невинных!

Он смотрит на Варда, ища поддержки. Но я вижу, как на лице молодого Варда идет борьба между честью и жаждой власти, желанием стать тем самым избранным героем, который спасет всех…

— Это необходимая цена, Кайлен, — говорит Вард, и его голос холоден, как сталь. — Цена победы.

Он делает шаг, отстраняя Кайлена, и хватает его сестру за руку, таща ее к алтарю, на котором лежит какой-то ритуальный кинжал.

Последнее, что я вижу — это лицо Кайлена, искаженное не просто гневом, а абсолютной болью от предательства самого близкого человека. Я слышу его отчаянный крик, который тонет в яркой вспышке жертвенной магии…

Реальность возвращается с такой же резкостью.

Мы отшатываемся друг от друга, тяжело дыша.

Лицо Кайлена бледно, на безупречной маске аристократа впервые проступила глубокая, застарелая боль.

— Полагаю… — его голос звучит хрипло и сдавленно, он с трудом обретает самообладание. — Урок окончен.

Тишина.

Мы стоим посреди комнаты, и воздух между нами звенит от невысказанных слов и только что разделенной тайны.

— Вард предал тебя, — шепчу, уставившись прямо в его глаза.

По лицу Кайлена проходит тень. Секунда — он делает резкий шаг ко мне и обнимает за талию, прижимает к себе.

Его губы в нескольких сантиметрах от моих.

И он меня целует.