Присвоенная по праву сильнейших

Глава 24

Я сижу на коленях Ульфа, чувствуя себя центром урагана, который вот-вот обрушится.

Слышу, как Вард сдавленно рычит, и краем глаза вижу, как он сжимает кулаки с такой силой, что костяшки белеют. Он похож на вулкан, готовый к извержению, а вот Эйнар, напротив, остается неподвижной ледяной статуей, но его холодные глаза, кажется, стали еще острее, в них горит напряженный интерес.

Ульф издает тихий, довольный, рокочущий смешок, который вибрирует сквозь его могучую грудь и передается мне. Его рука властно сжимается на моей талии, прижимая меня к себе еще плотнее.

— Смелая маленькая звездочка, — хрипло шепчет он мне на ухо, и его горячее дыхание опаляет кожу. — Ты сделала правильный выбор.

Он не дает мне времени на ответ. Его огромная ладонь ложится мне на затылок, пальцы зарываются в волосы, и он наклоняет мою голову, притягивая к себе для поцелуя.

Я успеваю лишь судорожно вдохнуть.

Его губы обрушиваются на мои — властные, требовательные, но не жестокие. Это поцелуй не зверя, а вождя, который берет то, что по праву считает своим…

Он пахнет лесом, мускусом и силой, и этот вкус дурманит, заставляет голову кружиться. Мои руки упираются в его широкую грудь, но это лишь рефлекторное, слабое движение. Я вспоминаю слова Финика…

Пока его рот завоевывает мой, моя дрожащая рука поднимается и ложится на его шею, пальцы касаются горячей, упругой кожи. Я закрываю глаза, сосредотачиваясь на этом прикосновении, на нашей близости.

«Ты будешь защищать меня», — мысленно, отчаянно приказываю я. — «От любой угрозы. Всегда.»

В момент, когда я произношу это, я чувствую легкий разряд, прошедший от моей ладони в его тело. Ульф на мгновение замирает, его поцелуй прерывается.

Он отстраняется на миллиметр, в его темных глазах мелькает тень недоумения, словно он услышал далекое эхо, но лишь на мгновение. Животная жажда снова берет верх, и он вновь впивается в мои губы, на этот раз глубже, страстнее.

Кажется, сработало.

Этот поцелуй разжигает огонь. Он медленно перемещается на мою шею, на ключицы, его борода щекочет и царапает мою кожу, посылая по ней табуны мурашек.

Его рука на моей талии скользит ниже, властно оглаживая мое бедро сквозь тонкий шелк халата. Под его ладонью напрягаются мои мышцы.

Мое сердце стучит так громко, будто готовится пробить ребра…

Ульф усмехается, не глядя на своих соперников, и, легко подхватив меня, переносит с колен на мягкие меха кровати, нависая сверху. Его огромное тело — это сама тень и мощь в полумраке комнаты.

Вард, который до этого неподвижно стоял у камина, с силой ставит свой кубок на полку. В тишине этот звук кажется оглушительным.

Он выходит из спальни, а за ним — Эйнар. Двери закрываются.

Я перевожу взгляд на Ульфа… мы остаемся с ним вдвоем.

В его глазах горит темное, тяжелое пламя, обещающее не ярость, а обладание.

В пылающих глазах читается стальная решимость. На губах ухмылка.

Мое сердце замирает.

Хрупкий план вдребезги…

Я оказываюсь в центре его силы и первобытного обаяния.

Ульф опускается на меха рядом со мной, подносит мою ладонь к своим губам, его взгляд внимательно изучает мое лицо.

Я чувствую жар его тела...

Он ничего не говорит, лишь его рука находит мое плечо, пальцы властно сжимают его, и он наклоняется, его губы находят мою шею.

И мир взрывается ощущениями.

Они начинают покрывать меня поцелуями. Его — грубые, требовательные, пахнущие мускусом и зверем — исследуют мою скулу и мочку уха.

Я теряюсь. Моя воля тонет в урагане его прикосновений, запахов, ощущений.

Мое тело перестает мне принадлежать, оно отзывается на каждое прикосновение неконтролируемой дрожью, и я не могу понять, где заканчивается страх и начинается запретное, темное наслаждение…