Хрустальная невеста

ГЛАВА 34: На осколках тьмы

Замок Ризолье, комната Алории

Время до встречи пролетело незаметно, я едва успела принять душ, смыв дорожную пыль, и переодеться в свежее платье. Оставалось заплести волосы и дождаться пока служанка принесёт травяной чай.

Проведя щёткой по волосам, посмотрела на флакончик с бодрящим эликсиром. Я заранее подготовила его и теперь размышляла, выпить зелье сейчас или после того как выведем Марианну из магического сна.

С одной стороны, дорога порядком вымотала, а самое сложное только начиналось. С другой, я боялась, что после дополнительной встряски Дар целителя будет слишком фонить и это помешает работе.

Нестабильная магия Марианны превращала процесс лечения в дуэль со смертью, каждое решение давалось с трудом. Рядом с ней я чувствовала себя не опытным лекарем, а адептом-первокурсником: всему приходилось учиться заново.

– Тик-ток… тик-ток…

Внимание привлёк странный звук, будто в комнате появились ещё одни настенные часы, очень старые и большие. Но осмотревшись, я не заметила ничего подозрительного. Единственные часы шли как и раньше, их тиканье было еле различимо и сливалось с шумом ветра за окном.

Скорее всего, звук доносился с улицы. Балкон был открыт нараспашку, но от удушающей духоты это не спасало. Вечера в Ризолье оказались сотканными из южного зноя. Матушка зря переживала, что я замёрзну в дороге. Из-за проблем с Марианной мы сменили маршрут и поехали в объезд туманного княжества, так что плащ и ботиночки не пригодились.

А жаль.

– Уф…

Подхватив лежащий на туалетном столике веер, я нервно обмахнулась. Казалось, проклятая жара усиливается с каждой минутой, заполняя собой всё вокруг.

– Тик-ток… тик-ток…

Звук начинал нервировать.

Отбросив веер, направилась к окну, но не успела ступить и пары шагов, как тиканье повторилось. Теперь, кроме зудящей монотонности, в нём улавливалось что-то болезненно знакомое и жуткое.

Металлический скрежет огромных лап, могильный перезвон и пронизывающий до костей стрекот. Я уже слышала ЭТО…

– Тик-ток… тик-ток… – раздалось совсем близко.

Осознание прострелило позвоночник ледяными иглами. Охотник. Здесь. В замке…

Замерла, боясь дышать. Время остановилось, растворилось в жутких воспоминаниях и предчувствии боли. Казалось, по коже уже скользят липкие нити паутины, оплетая меня словно саван, а крылья вот-вот обожжёт острой болью, но… в этот раз всё было иначе.

Тварь не спешила приближаться, плясала где-то рядом, будто проверяла меня.

– Тик-ток… ток-ток, – гулкие, частые удары моего сердца эхом оттеняли проклятое тиканье.

– Тс-с-ш-ш! – стрекот раздался у самого уха.

Горло сдавило спазмом, я не могла ни закричать, ни позвать на помощь, снова чувствовала себя бабочкой в металлической паутине.

Меня нашли, несмотря на все амулеты и магическую защиту.

– Тс-с-ш-ш! – в голосе Охотника ощущалась глухая ярость и я, наконец, заметила главную странность.

Крылья молчали!

Только кольцо с эльезами казалось обжигающе холодным, точно сотканным изо льда. Дух-хранитель подавал какой-то знак, но мне сейчас было не до ребусов. Едва стрекот отдалился, я собралась с духом и мысленно воскликнула:

– Аргвар! Аргвар Нери… – запнулась, беззвучно молясь, чтобы Зов сработал.

Приди, умоляю… спаси меня!

На несколько секунд в комнате повисла оглушающая тишина. А затем оконное стекло пересекла жуткая трещина, и на пол с ядовитым шипением упало несколько чернильных капель.

Любимый не появился, зато богомол услышал мой страх и напал на след.

– Тик-ток… тик-ток, – тварь растекалась по паркету антрацитовыми нитями.

Онемев от ужаса, я смотрела на смертельно опасные узоры, не в силах отвести взгляд или пошевелиться.

Я могла попытаться убежать, меня ничего не удерживало, но от страха казалось, что любое движение или мысль могут стать фатальными. Тварь тут же бросится на меня, утягивая в своё логово…

Палец с колечком неожиданно закололо, а серебряный ободок вновь стал ледяным. Дух отчаянно сигналил. Я не понимала, чего именно он добивается, но одно присутствие Хранителя приободрило и помогло сбросить навеянное Охотником наваждение.

Кузнечики слепые, а своих жертв находят по хрустальному перезвону крыльев. Если не воспользуюсь магией, чудовище будет плясать вокруг, но сделать ничего не сможет.

– Тик-ток… ток-ток…

Пока я собиралась с мыслями, Охотник полностью материализовался, и теперь у окна застыла тонкая, неестественно длинная фигура. Её контуры подрагивали, как пламя свечи, а само тело казалось прозрачным.

Я кожей чувствовала, что это тот самый кузнечик из кабинета, но не могла понять, почему он так изменился. Чудовище выглядело измождённым, с клыкастой пасти стекала зеленоватая слизь, а обнажённый торс пересекали бугрящиеся белёсые полосы – вздувшиеся и извивающиеся огромной пиявкой.

Он… ранен? Или это реакция на голод?

– Тс-с-ш-ш!

Охотник дёрнулся и потёр передние лапки-сабли. Крылья зачесались, реагируя на зов. Меня запугивали, провоцируя совершить ошибку и выдать себя с головой, но вместо страха в душе всколыхнулось злорадство и жажда отмщения.

Чудовище страдало.

Белые нити, оплетающие его тело, были живыми и, похоже, пили из него силу и магию. Артефакт-вампир?! Но кто мог додуматься до такого?

От одной мысли, что в мире есть твари, страшнее кузнечиков, пробирала дрожь. Только, чем дольше я всматривалась в пульсирующие сети, тем больше они казались мне смутно знакомыми.

– Тс-с-ш-ш!

Тварь с силой ударила саблями, скрещивая хитиновые лезвия и высекая мерзкий металлический скрежет. Крылья уже не чесались, а горели, но вместе с ними пульсировало и колечко.

Дух пристально следил за моим состоянием, ослабляя зов твари и не позволяя поддаться на провокацию.

– Спасибо! – мысленно поблагодарила артефакт и добавила, обращаясь к Дару: – Тихо, мы в безопасности. ОНО нас не видит.

Магия была не согласна и билась загнанной птицей, пытаясь вырваться наружу. Мне стоило огромных усилий удерживать её в узде, зато сейчас я как никто другой понимала Марианну: одна ошибка, одна-единственная вспышка Дара могла стать последней.

– Тик-ток… тик-ток, – сообразив, что зов больше не работает, Охотник сменил тактику и заскользил по комнате.

В прошлый раз он переместил меня в своё логово и ловко прыгал по металлическим нитям. Теперь пришёл в наш мир и вне своих сетей двигался неловко, вразвалочку, и слегка прихрамывал на одну лапу.

Может, удастся добить его? Взгляд невольно переместился на сумку с инструментами. Боевой магией я не владела, а из потенциального оружия был только скальпель. Сомневаюсь, что смогу заколоть им кузнечика.

Охотники на редкость живучи и сильны, даже в таком состоянии тварь представляла смертельную опасность. У меня нет ни единого шанса справиться с ним самостоятельно, но с минуты на минуту должен появиться Аргвар.

Колечко потеплело, соглашаясь с моими мыслями. Похоже, в этот раз дух решил не мудрствовать и подавал сигналы по старому принципу тепло-холодно. Сосредоточившись, попыталась вспомнить его первый намёк.

Артефакт стал холодным, едва я позволила страху сковать себя и замерла соляным столбом…

– У меня есть шансы добежать до двери? – спросила у кольца.

Оно тут же заледенело.

Значит, идея замереть была верной! Получается, я ошиблась в двух случаях – впустив в душу страх и позвав на помощь…

Серебро вновь потеплело, но выяснить подробности не удалось.

– Тик-ток… тик-ток, – Охотник прошёл совсем близко, чуть не задев меня своим брюшком и щедро обдав удушливым ароматом мёртвых роз, тлена и болотной гнили.

Я еле сдержалась, чтобы не дёрнуться, но татуировка пары неожиданно потеплела, реагируя на близость Аргвара.

Мой дракон уже здесь!

Колечко тоже загорелось, подтверждая информацию, а спрятанные в нём эльезы неожиданно зазвенели. Едва слышно, но и этого хватило, чтобы сердце ушло в пятки.

– Тс-с-ш-ш! – Охотник встрепенулся, реагируя на звук, и с шумом втянул воздух. – Тс-с-ш-ш…

– Замолчите немедленно! – мысленно воскликнула, но в этот же миг звон повторился, только раздался уже с другого конца комнаты, и в нём отчётливо слышались знакомые штормовые всполохи.

Аргвар и Саиф готовили ловушку!

Дыхание перехватило от нахлынувших эмоций, но радость быстро сменилась страхом за любимого и его брата. Драконов вымотала охота на контрабандистов, а кузнечик даже в таком состоянии очень силён.

– Тик-ток… тик-ток…

Тварь купилась, потёрла лапки, высекая новый, гипнотизирующий призыв, и обернулась на звук. А я чуть не рухнула в обморок, увидев на спине Охотника жуткие, неровные рубцы.

Они казались высеченными из цельного куска хрусталя и вросли в тело вместо крыльев. Именно от них во все стороны тянулись искрящиеся белые нити, оплетающие кузнечика пульсирующим коконом и причиняющие ему невыносимую боль.

Я понятия не имела, что это, но крыльями чувствовала – в нитях кроется разгадка и наш единственный шанс избавиться от Охотника.

Кольцо молчало, никак не реагируя на моё предложение, только эльезы продолжали играть, растекаясь хрустальным перезвоном. Их зачарованный шёпот кружил голову похлеще молодого вина и, кажется, не только мне. Кузнечик настороженно застыл посреди комнаты, подрагивая и раскачиваясь из стороны в сторону подобно маятнику.

– Тик-ток, тик-ток…

Лишь сейчас я поняла, что мерзкий звук издают шипы на шее Охотника. Выискивая фэйри, он запрокидывал голову назад и покачивал ею, а острые наросты скользили по натянутым между хрустальными рубцами нитям, как по струнам.

Странно, но в отличие от металлического скрежета лап, тиканье не гипнотизировало, а пугало до дрожи и предупреждало о появлении чудовища. Будто кто-то специально пометил его, лишив главного преимущества.

– Тик-ток, тик…

Эльезы зазвенели громче, и тварь резко мотнула головой, за что тут же поплатилась. Один из шипов слишком глубоко погрузился в искрящуюся паутинку, но, вместо того чтобы порвать её, сломался сам.

Кузнечик зашипел раненым зверем и вскинулся на задние лапы, едва не сбив меня с ног. Я чудом успела отпрыгнуть в сторону и тут же испуганно замерла. Но чудовище даже не заметило моего манёвра… Оправившись от болевого шока, оно заскрежетало саблями с такой силой, словно от этого зависела его жизнь, а в зеркале сбоку от меня промелькнула золотая цепь.

«Ловчий змей»!

Сомнений больше не оставалось: это полукровка из госпиталя. Но как он нашёл меня?! Аргвар приложил столько усилий, чтобы изменить мою ауру, неужели всё было зря?

По комнате эхом разлился металлический перезвон, отдалённо похожий на заклинание, которое использовали юркалы. Охотник терял терпение и бросал в бой последние резервы, но с каждой секундой крылья реагировали всё слабее. Будто мои защитные артефакты всё это время обучались блокировать его магию и теперь заработали в полную силу.

Колечко потеплело, подтверждая догадки. Вот почему Аргвар с Саифом не спешили нападать! Ждали, пока дух-хранитель изучит вражескую магию и придумает, как противостоять ей.

– Тс-с-ш-ш! – так и не заметив меня, кузнечик вразвалочку похромал вглубь комнаты. А я, приободрившись, осторожно повернула голову, продолжая наблюдать за ним.

Близость любимого и помощь амулета притупили страх, позволяя подмечать важнейшие детали. Во-первых, тварь была не больна, а именно ранена!

Хрустальные наросты на её спине появились в результате магического ожога, с такого расстояния прекрасно просматривались застывшие под прозрачной коркой пузыри, язвы и специфические дымные разводы, остающиеся после атакующих плетений.

Насколько я знала, кожа кузнечиков только на вид была беззащитной, на самом деле пробить её можно было лишь зачарованной сталью, а обычные боевые плетения на монстров практически не действовали. Отсюда вытекал второй, не менее важный вывод.

Кто-то научился использовать в бою хрустальный Дар и теперь охотился на богомолов так же, как они на фэйри. Я то и дело улавливала от странных наростов и белых нитей родную магию и слышала её тихий, печальный перезвон. Ошибки быть не могло!

– Тик-ток… тик-ток…

Охотник замер и покачал головой. Осторожно, точно боясь снова повредить шипы. Похоже, эти наросты играли не защитную роль, а использовались как вибриссы у животных, обнаруживая магические потоки и движения хрустальных крыльев.

Наблюдение за тварью пугало и завораживало одновременно, я чувствовала себя уже не жертвой, а исследователем, и неотрывно смотрела на кузнечика, мысленно отмечая каждую деталь.

Особенно меня интересовали странные нити и шрамы. Теперь я не сомневалась, что с их помощью можно добить Охотника, но пока не понимала, что именно нужно делать.

– Тс-с-ш-ш!

В глубине дома вспыхнуло целительское заклинание и зазвенели отголоски огненного Дара принцессы. Тварь тут же вскинулась на лапы, реагируя на него. Но не успела я удивиться, как с пола взметнулись теневые щупальца, оплетая лапы кузнечика.

– Рца-а-а-а!

Вечернюю тишину пронзило оглушительным, мерзким визгом чудовища, напоминающим скрежет когтей по стеклу. Он просачивался под кожу, заставляя дрожать от ужаса…

– Лори, назад! – в мысли ворвался голос Аргвара, а кольцо раскалилось, отгоняя панику.

На миг дышать стало легче. Собравшись с духом, я метнулась в другой конец комнаты, увы, магии Хранителя хватило ненадолго. Только нырнула за стол, меня снова накрыло откатом, но теперь я могла видеть происходящее.

Распятая тварь бесновалась внутри чернильной паутины, а вокруг с заговорёнными клинками кружили Аргвар и Саиф. Они двигались так быстро, что взгляд не поспевал за росчерками стали, я видела лишь сверкающие вспышки и чувствовала агонию Охотника.

Тварь умирала, истекая зеленоватой слизью, но по-прежнему сопротивлялась. Яростно, до последнего вкладывая в каждый рывок вековую ненависть и злобу. Слово в трансе я наблюдала за тем, как драконы добивают монстра, нанося удары по самым уязвимым точкам, как разрастается хрустальная язва на его спине, а белые нити становятся всё толще и крепче, выпивая из богомола остатки сил.

Охотник проиграл. Ещё немного и…

Вечерний сумрак рассекла золотая вспышка, а визг раненого монстра сплёлся в унисон со звоном битого стекла. «Ловчий змей» стрелой вылетел из зеркала, метя прямо в МОЕГО дракона…

– Нет!

Казалось, что время остановилось, а страх за Аргвара заглушил здравый смысл. Не понимая толком что делаю, я выбросила руку вперёд и хрустальная магия стремительным потоком вырвалась на волю, наполняя странный артефакт на теле Охотника.

– Рца-а-а-а! – монстр осел на пол, а клинки драконов одновременно пробили шипованную спину. – Тс-с-ш-ш…

Последний хрип разлился по спальне шелестом могильного савана, а через миг Охотник развеялся чернильным маревом, оставив после себя лишь кучку пепла и два хрустальных осколка, связанных искрящимися нитями…