Хрустальная невеста

ГЛАВА 24: На балу как на войне

– Слышала, на сегодняшней церемонии будут гости со всех уголков империи, – выдержки хватило ненадолго, и едва мы отдалились от поста стражи, я попыталась увести разговор в нужное русло.

В первую очередь меня интересовал визит адмирала. Аргвар упоминал, что Саиф сильный стихийный маг, одно его присутствие существенно ослабит Терезу и заставит пересмотреть планы. Я безумно переживала, успел ли дракон добраться до столицы.

Если леди Балтимер всерьёз наточила зубки на Марианну, бал может закончиться катастрофой. Хотелось бы иметь пару козырей в рукаве на случай, если змея пойдёт ва-банк.

– Полагаю, этот вечер запомнится многим, – в бархатном голосе дракона проскользнули мурлычущие нотки, отчего фраза стала ещё двусмысленнее.

Владыка предупреждал, обещал и угрожал одновременно.

Любопытство взяло верх, но в отличие от Аргвара я не настолько хорошо владела игрой слов. Пока размышляла, как элегантно обыграть интересующие меня вопросы, мы дошли до малого бального зала.

– Жемчужинки мои, вы изумительны, прекрасны и неподражаемы! – Голос императорского церемониймейстера я услышала ещё из коридора. – Но реверанс и выход нужно отрепетировать ещё раз! На позиции!

Ответом стал слаженный и полный тоски вздох. Похоже, на позиции леди выстраивались уже раз десять и считали, что и так сойдёт. Но от Франко Тореса ещё никто не уходил. Он не успокоится, пока не добьётся идеального результата.

Я не понаслышке знала, сколько нервов может вытрепать этот улыбчивый мужчина в несуразно большой шляпе, делающей его похожим на гриб-сыроежку. Вкрадчивый тон и добродушное выражение лица производили обманчивое впечатление, а забавная внешность скрывала стальной характер. Франко служил церемониймейстером ещё у деда нынешнего императора и мог в кратчайшие сроки подготовить любое светское мероприятие.

– Пташка моя, двигайся легче! Меньше скованности, представь, что твои руки – это крылья!

Месье Торес легко отвёл ногу назад, исполняя эталонный реверанс. Несмотря на солидный вес и низкий рост, двигался мужчина плавно и грациозно.

Стоящая напротив молоденькая жрица смущённо улыбнулась, повторяя за ним.

– Прекрасно, великолепно, изумительно! А теперь повторите несколько раз, чтобы тело запомнило движения. – Заметив в зеркале новых гостей, Франко выдал поручения остальным целительницам и направился к нам. – Звёздной ночи, темнейший Владыка Нери, светлейшая леди Лисавэр.

– Звёздной ночи, лорд Торес, – поклонилась, – рада видеть вас в добром здравии.

На лунообразном лице церемониймейстера расцвела искренняя улыбка. В прошлом месяце я выписывала ему лекарство от подагры и сейчас одной фразой продемонстрировала, что помню всех пациентов в лицо и переживаю о них даже вне госпиталя.

– Вашими стараниями, леди Лисавэр, – скромно потупился маг, – я бы рад побеседовать, но времени, увы, в обрез. Позвольте вас ознакомить со сценарием церемонии.

Один щелчок пухлых, унизанных кольцами пальцев, и на ладонь Франко приземлился увесистый свиток.

Откашлявшись и развернув его, он принялся зачитывать вслух. При этом церемониймейстер не забывал поглядывать на кланяющихся жриц. Девушки так прониклись его речами, что ни на миг не прекращали тренировки. К слову, результаты впечатляли. Франко в очередной раз продемонстрировал невероятное мастерство и совершил невозможное: целительницы двигались легко и слаженно, будто впитали искусство реверансов с молоком матери, а не обучились ему только что.

– Все жрицы, представленные к награждению, выходят согласно чину и заслугам. Первой следует госпожа настоятельница, – голос церемониймейстера эхом разлетался по бальному залу, настраивая на нужный лад и задавая тон всему вечеру.

Тревоги отступили на задний план, я всецело погрузилась в репетицию.

– Услышав своё имя, вы должны не спеша пройти сквозь арку Героев. Голову следует держать слегка опущенной, по сторонам не смотреть, взгляд не поднимать, пока вам не вручат орден, – дождавшись от жриц утвердительных кивков, Франко продолжил: – Реверанс следует исполнить дважды: как только приблизитесь к Его Величеству, и после получения награды. Напоминаю, вы должны остановиться в двух метрах от императора! На алой ковровой дорожке есть крохотная отметка…

В коридоре послышались мужские шаги, я сразу узнала тяжёлую поступь и чеканный ритм. Ему вторил звонкий цокот каблучков, лёгкий, словно перезвон хрустальных колокольчиков.

– Его Величество, светлейший император Лиркады – Алваро Первый и его дочь, светлейшая принцесса Марианна Иоланта Карин дэ Сарвэй! – провозгласил герольд, а через миг двери зала распахнулись, впуская венценосных гостей.

Франко взмахнул свитком как дирижёрской палочкой и жрицы слаженно склонились в реверансах. Визит Алваро выходил за рамки вечерней программы, но никто не выдал удивления ни вздохом, ни жестом.

– Ваше Величество, – Владыка щёлкнул каблуками и вытянулся по струнке. Согласно Кодексу, император считался верховным командором армии, поэтому военные приветствовали его как высшего по чину. – Ваше Высочество, – Марианне галантно поклонились.

В душе заскулила ревность. Тоскливо, протяжно, надрывно. Мне стоило огромных усилий придушить её на корню и не выдать себя. Успокаивала лишь реакция принцессы: на Нери она смотрела с любопытством, но без тени женского восхищения и кокетства.

– Светлейшая леди Ванда, – повисшую в зале тишину разбил голос Алваро. Низкий, грубый, с выраженной хрипотцой и тяжёлыми, рычащими нотками, он пугал и завораживал одновременно. В нём чувствовались сила и власть. – Вы в очередной раз доказали, что не зря занимаете свою должность. Рад, что в своё время поддержал отмену Старого кодекса. Результаты внедрения новой программы приятно удивляют.

Настоятельница склонилась в глубоком, почтительном поклоне. Для неё этот день был особенным вдвойне.

Ванда родилась в семье обычных магов, но благодаря упорству и сильному Дару стала первой простолюдинкой, добившейся права обучаться в храме Пресветлой.

В те времена светлые целительницы считались не просто элитой, а были сродни небожителям. При монастырях учились и работали только представители высшей аристократии. Одарённых среди них было мало, желающих посвятить себя благому делу – ещё меньше. После обучения большинство жриц благополучно выходили замуж и забывали о высоком долге.

Работать стало практически некому, но Совет и слышать ничего не хотел про изменения в Кодексе. И тогда после очередного прорыва на аудиенцию к императору пробилась Ванда. По слухам, ей помогли предыдущая Верховная и ещё несколько высокопоставленных жриц. Речь девушки и её яростная жажда знаний впечатлили Алваро, он поддержал законопроект, и двери обители распахнулись для всех желающих.

Правда, многие восприняли указ в штыки. Прошли десятилетия, пока одарённые целительницы низшего класса встали вровень с потомственными аристократками.

– Ваша похвала – величайшая честь для меня, – голос Ванды слегка дрожал, выдавая яркие эмоции.

Я впервые видела настоятельницу без привычной маски, и, пожалуй, только сейчас осознала, через что ей пришлось пройти.

– Алория, – взгляд императора скользнул по мне, сканируя, вспарывая все щиты и пронизывая до костей. Казалось, от него ничего невозможно утаить. – Твои успехи меня так же несказанно радуют.

Он не спешил упоминать о переводе и это настораживало. Я крыльями чувствовала неладное, но не могла понять в чём дело, а применять новые способности боялась. Да что там, я даже смотреть лишний раз на дядюшку не рисковала.

Высокий, крепкий, с бугрящимися мускулами, заметными даже сквозь элегантный камзол, император напоминал дикого зверя. А грубые, словно высеченные из камня черты лица и мрачный взгляд прекрасно дополняли этот образ. Не представляю, как от такого мужчины могла появиться на свет столь хрупкая и нежная Марианна.

Внешне девушка пошла в мать и от отца унаследовала лишь разрушительную и чудовищную по силе магию.

– Ваше Величество, – вперёд вышел Франко, его певучий голос разбавил напряжённую атмосферу. – Мы как раз репетировали выход…

– Похвально, – одобрительно кивнул император, – но я бы хотел внести коррективы в сегодняшнюю программу.

От слов дядюшки пробирал озноб, мне категорически не нравился его настрой и начало разговора. О каких изменениях может идти речь, если до церемонии осталось всего ничего?

– Как вам будет угодно, Ваше Величество, – на лице церемониймейстера застыла безмятежная улыбка, он слишком хорошо знал императора. – Позволите уточнить подробности?

Алваро ответил не сразу, жестом затребовал сценарий и принялся внимательно изучать его. Секунды казались вечностью, а тихий шелест свитка растекался по залу шипением ядовитой змеи. Я затаив дыхание ждала вердикта, мысленно прокручивая самые ужасные варианты.

Отец говорил о заморозке помолвки на неопределённый срок. Разумеется, я бы предпочла сразу разорвать её, но в нынешних реалиях согласна и на это. Главное, чтобы император не решил ускорить процесс и отправить меня в Виланьезу замужней леди!

Хотя… без согласия Родриго он не сможет объявить об этом, а отец поклялся защитить меня. Остаётся брак Мари и Аргвара, но досрочно их обвенчать император тоже не сможет.

Во-первых, принцесса не достигла брачного возраста. Драконицы начинали чувствовать истинных только после двадцати одного года, а Её Высочеству до второго совершеннолетия оставалось чуть меньше месяца. Столь поспешное объявление о помолвке будет грубым нарушением Кодекса и лишением Мари права самостоятельно встретить пару. На такое Алваро точно не пойдёт.

Во-вторых, Аргвар ни разу не давал повода думать, что между ним и принцессой возможны близкие отношения.

– Ваше Величество, я могу чем-то помочь? – подал голос церемониймейстер. Франко то и дело посматривал на настенные часы, до начала церемонии оставалось меньше десяти минут.

– Нужно включить в программу вальс, – меня окинули пристальным, пронизывающим взглядом, – Алория и маркиз Балтимер откроют бал.

Стоило представить танец в объятиях кукловода и горло сдавило спазмом. Даже не знаю, как выдержать это испытание, если меня тошнит от одной мысли.

– Отец, я понимаю, что традиции нерушимы, но леди Лисавэр не может открывать сегодняшний бал, – из петли панических мыслей вырвал грудной голос Марианны. Он завораживал мелодичностью и лёгкой, чарующей хрипотцой, но казался слишком глубоким для юной девушки. – Это нарушает Кодекс.

Наткнувшись на ледяной взгляд отца, принцесса виновато улыбнулась и похлопала ресничками. Сама невинность… только в золотых глазах плясали лукавые искорки.

Вот уж у кого стоит поучиться искусству слова! Одна фраза, а у меня камень с души слетел.

И да хранит Пресветлая госпожу настоятельницу! Кто бы мог подумать, что её идея надеть на всех форму станет для меня спасительной соломинкой?

– На следующей неделе состоится бракосочетание Алории и маркиза Балтимера, – отрезал Алваро, – первый вальс сезона принадлежит им по праву.

Аура императора давила могильной плитой, а слова разбивали душу на осколки. Мне стоило огромных усилий удержать эмоции в узде и не выдать себя.

– Ваше Величество, это огромная честь, но боюсь, принцесса права, – я почтительно склонила голову, – жрицы не имеют права танцевать на балу в церемониальных одеждах.

Взглядом дяди можно было убивать, но на помощь снова пришла Марианна.

– Если Алория не возражает, бал открою я. Это не будет нарушением этикета, – принцесса кокетливо улыбнулась и как бы невзначай скользнула взглядом по Нери.

Меня вновь накрыло удушливой волной ревности, но в последний миг я зацепилась за пустоту в её глазах и странную улыбку. Словно Мари подавала мне знак и всеми силами пыталась предупредить скандал.

Да и Аргвар вёл себя подозрительно тихо. Или он обо всём знал, поэтому и намекнул с помощью эльез, что ему можно и нужно доверять?

– Как можно, Ваше Высочество? – улыбнулась, мысленно представляя на месте Аргвара другого Нери, старшего. Это помогло сохранить лицо и задушить ревность в зародыше. – Буду рада уступить вам эту честь.

В зале повисла тишина. Император обдумывал сказанное дочерью и выискивал подвох, жрицы и церемониймейстер тем временем прикидывались безмолвной ветошью. А я судорожно цеплялась за слова отца о втором, более подходящем женихе для Марианны. Да и поведение самой принцессы не вписывалось в рамки женского соперничества. Она осторожно подыгрывала мне, хотя её истинных мотивов я пока не понимала.

Сомневаюсь в простом благородстве, наверняка что-то затребует взамен…

В попытке немного отвлечься, я принялась рассматривать её. Для церемонии Мари выбрала платье с открытыми плечами и пышной юбкой из персиковой парчи. Классическое, элегантное, но с изюминкой в виде замысловатой золотой вышивки и очаровательной бахромы на рукавах и корсете. Тончайшие нити, украшенные жемчугом и хрустальными бусинками, стекали с ткани искрящимися ручейками, заменяя привычное кружево.

Роскошно, необычно и идеально подходит, чтобы с одного танца вскружить голову мужчине… Вопрос лишь, какому именно?

– Хорошо, – убедившись, что я помню о своём месте и его планах, император снисходительно улыбнулся, – так и поступим. Франко, после церемонии награждения прикажи играть ливуарский вальс.

Знаменитый танец, на который леди приглашают понравившегося мужчину. Намёк, что Мари может выбирать, а я – нет. Впрочем, судя по хитрой, предвкушающей улыбке, принцесса вела свою игру, и она явно шла вразрез с планами императора.