Хрустальная невеста

ГЛАВА 26: Танцуя с грозой

– Брак с Алорией Лисавэр… – мысленно повторила, не сводя с Владыки растерянного взгляда. – Алория – это я…

На всякий случай покосилась на отражение. Стены в бальном зале были зеркальными и позволяли рассмотреть себя в полный рост. Тоненькая фигурка, лицо, так похожее на мамино, огромные изумрудные глаза и традиционное платье жрицы… Точно я! И Владыка только что позвал меня замуж?!

Услышанное не укладывалось в голове и, кажется, не только в моей. Гости стояли неподвижно, боясь сделать вдох или пошевелиться. Все ждали реакции императора, но Саиф взял на себя смелость и крикнул первым:

– Поздравляю!

Адмирал подхватил мою руку и поцеловал кончики пальцев. Бегло, без какого-либо романтического подтекста, но крылья всё равно обожгло новой вспышкой ревности.

– Поздравляю! – низкий, грудной голос Марианны прозвучал словно вызов.

Он стрелою пронзил тишину, срывая с окружающих пелену ступора и сомнений. Реакция принцессы для всех стала примером, гости разразились бурными аплодисментами, а дирижёр с надеждой посмотрел на императора, уточняя что в итоге играть: гимн или свадебный марш?

Но Алваро молчал, не сводя с Аргвара напряжённого, тяжёлого взгляда. Я кожей чувствовала их немое противостояние, его отголоски растекались по залу треском битого стекла и запахом гари.

Откажет – ославится на всю империю, покажет, что его слово ничего не значит, а ещё нанесёт чёрным драконам немыслимое, чудовищное оскорбление. Как и всему ковену.

Саиф не зря первым поддержал брата, это неприкрытый намёк, что в случае раскола он и его люди встанут на сторону Аргвара.

Хранители – щит Империи, а морские драконы – её карающая длань. Без них дяде будет сложно удержать власть. Прознав о разладе между Алваро и братьями Нери, соседи не упустят возможности ударить и попытаться откусить от Лиркады кусочек пожирнее.

Согласится – поставит крест на своих планах. Впрочем… этот крест уже поставила Марианна. Принцесса показала, что у неё есть гордость и право самостоятельно выбрать свой путь.

Надеюсь, дядя это тоже понял.

– Достойное желание, – наконец ответил император. Голос звучал ровно, по нему невозможно было понять, что он чувствует на самом деле. – Но моя племянница связана помолвочным обещанием с маркизом Балтимером.

– Именно! – Бран зарычал как демон Пустоши и шагнул вперёд, стягивая с руки белую перчатку.

Дуэль?! На церемонии награждения? Он с ума сошёл?

Нери этот выпад ничуть не смутил, он улыбнулся, сверкнув белоснежными зубами, и лениво опустил руку на эфес сабли.

По залу пронеслось цунами ошалелых шепотков, а за ним пришла звенящая тишина. Гости, затаив дыхание, ждали продолжения.

– Я заставлю вас ответить…

– Сир Балтимер, опомнитесь! – Айролен даже не думала повышать голос, но от прозвеневших в нём морозных ноток захотелось укутаться в тёплую шубу. – Ваше поведение недостойно аристократа.

– Моё поведение?!

Маркиз зло сощурился, в один миг превращаясь из рокового красавца в одичалого оборотня. Ярость сорвала с лица холёную маску, сделав правильные, утончённые черты хищными и жёсткими, а взгляд – маниакальным.

– Именно, – припечатала жрица, – дуэль ничего не решит. Последнее слово должно остаться за леди Алорией и её семьёй. Проявите уважение, докажите искренность своих чувств и позвольте леди самой выбрать.

– Разумеется, никто не собирается давить на Лори. – Услышав сочащийся ядом голос Терезы, я вздрогнула.

Леди Балтимер была напряжена, как тетива, и из последних сил пыталась удержать лицо, но раздувающиеся, словно у взбешённой лошади ноздри всё равно выдавали истинные эмоции. Впрочем, золотая кобра быстро взяла себя в руки и стрельнула в матушку взглядом, надеясь заручиться поддержкой.

Но Селеста оказалась хитрее. Тихонько охнув, она рухнула в обморок. Жаль, я не додумалась сразу поступить так же…

– Предложение Владыки – огромная честь для нашей семьи, – первым опомнился отец, – моя дочь обязательно рассмотрит его и в ближайшее время даст ответ.

Удобнее перехватив бессознательную матушку, он обернулся к Балтимерам:

– Мне безгранично жаль, но полагаю, будет правильным разорвать помолвку с маркизом. Решение Алории должно идти от чистого сердца, а не основываться на былых обещаниях и обязательствах.

Подчёркнуто вежливая речь и ледяной взгляд, которым можно было на лету рассечь шёлковый платок. Родриго не намекал, а открыто демонстрировал своё отношение к помолвке с Браном, при этом давал шанс змеиному семейству поджать хвосты и покинуть поле боя.

Я почтительно склонила голову, принимая волю отца, а заодно пряча счастливую улыбку. Этот раунд оставался за нами!

Молния ударила совсем близко. Опалила кожу огненным дыханием, но не обрушилась на мою несчастную головушку как топор палача. Помолвка разорвана, перевод в Виланьезу согласован, а предложение Аргвара…

Стоило вспомнить о нём, как сердце забилось чаще. Бесполезно отрицать очевидное, мне безумно хотелось прямо сейчас сказать «да», но вместе с надеждами и робкими мечтами пришли и сомнения.

Нери ни разу не говорил о своих чувствах, и для меня его поступок был таким же шоком, как и для остальных. Требовалось время, чтобы всё осмыслить, поговорить с ним и убедиться, что он делает это не из-за Долга жизни.

Кончики пальцев на левой руке неожиданно зачесались, а затем по телу разлилось приятное тепло. Я не сразу вспомнила о подаренном Аргваром колечке и спрятанных в нём эльезах, но их свет согревал даже сквозь подпространство, разгоняя сгустившиеся надо мною тучи и страх.

Цветы говорили обо всём красноречивее любых слов. Такие подарки не делают из вежливости или обычной благодарности. Неужели легенды не врали и хрустальные лилии чувствуют истинные пары ещё до того, как проявятся знаки? Может, дракон Аргвара…

– Поддерживаю, леди Лисавэр должна сама выбрать, но эмоции не должны мешать долгу и работе. – Голос Верховной вырвал из размышлений, кажется, я пропустила новый виток спора… – Её перевод в Виланьезу для всех станет прекрасной проверкой чувств. Я же на правах наставницы прослежу, чтобы на мою ученицу никто не оказывал давления.

– Мудро. – Бран хотел снова возмутиться, но слова императора поставили точку в разговоре. – Моя племянница всегда была благоразумной и рассудительной. Уверен, она примет верное решение.

Гроза пронеслась над нашими головами и растворилась в водовороте чужих эмоций, но я до сих пор слышала её отголоски. Понимала, что дядя не подписал полную капитуляцию, а лишь пресёк публичный скандал, но сейчас была рада и этому.

Алваро не сумасшедший, он не станет мстить. Да и цепляться уже не за что: его планы в любом случае полетели под откос. После того как Владыка при всех попросил моей руки, дальнейшие попытки женить его на принцессе будут выглядеть нелепо.

– Господа, мне жаль покидать вас, но моей жене требуется свежий воздух.

Голос отца вырвал из размышлений. Из-за шока я совсем забыла о мамином обмороке. Пресветлая, и ещё целитель, называется! Стыдно-то как…

Обернулась, собираясь привести Селесту в чувство простеньким заклинанием, но невольно наткнулась на пристальный взгляд Терезы. На красивом лице ведьмы застыл привычный дипломатический оскал, она улыбалась несмотря на поражение и это пугало до дрожащих рук и спазма в горле.

Не знай я, что среди Охотников не бывает женщин, решила бы, что леди Балтимер и есть наш кузнечик. Было в её взгляде что-то странное… пустое, безжизненное, насквозь пропитанное гнилью и ложью.

– Позволите помочь?

Адмирал шагнул вперёд, скалой замерев между мной и миссис Балтимер. Наваждение и страх улетучились в один миг, словно Саиф разорвал невидимые нити, связывавшие меня с Терезой.

– Леди Айролен, у вас, кажется, был флакончик с нюхательной солью?

– Да. – Верховная достала из рукава элегантный серебряный флакончик на цепочке. – Но мессир Лисавэр прав, лучше переместиться на свежий воздух. Здесь слишком душно.

– Пройдёмте на балкон.

Адмирал жестом подозвал официанта и, пока отец прощался с Балтимерами, попросил принести холодной воды. Я же недоумённо перевела взгляд с Саифа на Лауру и обратно.

Зачем сильнейшей светлой целительнице империи какая-то соль, я не понимала. Маму можно привести в сознание одним заклинанием! Или…

Желая проверить догадку, я просканировала Селесту. Удивление сменилось восторгом. Она не теряла сознания, а всё это время мастерски играла на публику.

Интересно, как адмирал обо всём догадался, если даже я не заметила подвоха?

– Алория… – меня зачем-то позвал Бран.

Из его голоса испарились ненависть и злоба, сейчас маркиз был абсолютно спокоен. Впервые я слышала эмоции Терезы лучше, чем его.

– Понимаю, что ты растеряна и сбита с толку предложением Владыки, но предупреждаю, я не отступлю! – на одном дыхании выпалил младший Балтимер. – Буду до последнего бороться за тебя!

– Ваша настойчивость достойна внимания, но не уважения.

Если кто и умел мастерски вклиниваться в разговор и одной фразой вышибать дух из собеседника, так это Ванда. На лице Брана проступили красные пятна, а глаза налились кровью как у быка.

– Светлейш-ш-ш-шая, – прошипел змеёй, – тот факт, что в империи женщину нельзя вызвать на дуэль, не даёт вам права раскидываться подобными оскорблениями.

– Что вы! О каком оскорблении речь? – настоятельница всплеснула руками и обиженно поджала губы. – Я всего лишь напоминаю о просьбе Верховной не давить на леди Лисавэр. А ваше заявление идёт вразрез с ним и словами императора.

– Разве? – скривился Бран.

Стоящая позади Тереза на удивление помалкивала. Видимо, не хотела прилюдно вступаться за сына и ещё больше усложнять ситуацию.

– Я не собираюсь давить на Лори, но и отпустить не могу, – Балтимер многозначительно оскалился.

– К вашему сведению, именно это и называют принуждением, – парировала Ванда и, подхватив меня под руку, потянула к балкону.

Остальные уже переместились туда и теперь дружно приводили матушку в чувства.

– Не вижу смысла продолжать разговор. В вас говорят эмоции, а не здравый смысл, – на ходу бросила настоятельница.

Ответить маркизу не позволил архимаг. Я краем глаза успела заметить, как Винсенто положил руку ему на плечо и что-то прошептал. Жаль, прочитать по губам не получилось.

Мы почти добрались до балкона, когда заиграла музыка и позади раздался хриплый, ставший за эти дни таким родным голос:

– Прекраснейшая леди Алория, позвольте вас ненадолго похитить?

Одна-единственная фраза. Ничего провокационного или выходящего за рамки этикета, но от того, каким тоном это было сказано, у меня покраснели не только щёки, но и кончики ушей, а лежащие в колечке цветочки заинтересованно встрепенулись, опаляя кожу своей магией.

Сомнений не осталось: предложение Аргвара не имело никакого отношения к Долгу жизни и отступать дракон не собирался.

– Темнейший, при всём уважении и моих искренних симпатиях, отпустить Алорию одну я не могу. – Ванда сверкала, словно новенький золотой, и умудрялась не только ослепительно улыбаться Нери, но и победоносно стрелять глазками в отступающих Балтимеров.

По непонятной причине целительнице нравилось провоцировать Брана, я опасалась, как бы маркиз не сорвался и снова не рванул к нам. Его эмоции с каждой секундой закипали всё сильнее, сдерживал лишь архимаг, вцепившийся в стража бульдожьей хваткой.

Винсенто упрямо утягивал Балтимера от эпицентра бури, но смотрел при этом лишь на Ванду. Похоже, у этой парочки были свои отношения, и выяснять их они собирались за наш счёт.

Прекрасно. Мне для полного счастья только затяжного противостояния со вторым советником императора не хватало!

– Владыка Нери, – высвободившись из цепких лап наставницы, я склонилась в реверансе, – сочту за честь встретиться с вами, но мне нужно убедиться, что с матушкой всё в порядке. Во время церемонии ей стало нехорошо…

Запнулась, ожидая, что намёк расценят верно и последуют за нами на балкон.

Судя по доносящемуся оттуда оханью, Селеста уже пришла в себя и помощь ей не требовалась. Но я надеялась воспользоваться ситуацией и под шумок сбежать вместе с Аргваром.

Балконы в бальном зале были с секретом: к каждому прилегал магический подъёмник. Чтобы призвать его, достаточно дважды нажать на нос горгульи, украшающей парапет. Если адмирал снова придёт на помощь и отвлечёт настоятельницу, сможем по-тихому удрать и затеряться в саду.

– Здоровье близких превыше всего, – дракон вмиг посерьёзнел и, подхватив меня под руку, утянул на балкон.

Ванда, к счастью, никак не прокомментировала этот жест. Скромно опустила голову и смиренно поплелась следом, как паж-оруженосец. Только лисий прищур и застывшая на губах настоятельницы предвкушающая улыбка не оставляли сомнений – она уже натёрла шахматную доску до блеска и расставила фигурки для новой партии.

Интересно, целительница хоть иногда отдыхает от интриг? Или даже во сне оттачивает мастерство?

– Владыка Нери! – просияла Айролен, едва мы подошли ближе.

Верховная склонилась над матушкой и неспешно водила у её носа флакончиком с солью. Смысл этого действа от меня ускользал. На всякий случай я даже просканировала кулон, но он оказался обычным, без двойного дна или скрытых плетений.

Хотя… присмотревшись, я заметила одну странность. До оказания первой помощи Селеста выглядела намного бодрее, а сейчас была неестественно бледной и вялой. Взгляд расфокусирован и хаотично блуждает по балкону, руки свисают словно плети…

Сердце сжалось от тревоги: как целитель я по-прежнему не ощущала ничего подозрительного! Физически мама была абсолютно здорова, но, похоже, в соли Айролен было что-то, влияющее на плетения безликой, и плохо Селесте стало именно из-за отката.

Неужели адмирал посвятил Верховную в суть проблемы?!

Я невольно шагнула вперёд, желая помочь, но Аргвар силой удержал меня. Одного взгляда штормовых глаз было достаточно, чтобы осознать – в этом бою я лишняя. Даже отец не вмешивался, позволяя Айролен и адмиралу колдовать над мамой.

Смирение Родриго давалось нелегко. Красивое, родное лицо застыло маской, между нахмуренными бровями залегла напряжённая морщинка, а губы были сжаты в тонкую линию. Он напоминал натянутую струну, и лишь во взгляде читалось полное, безграничное доверие. Отец не сомневался, что действия Верховной пойдут маме на пользу.

– Светлейшая леди Айролен, – Аргвар почтительно поклонился целительнице и на миг покинул балкон. Вернулся со стаканом холодной воды и графином, пропускать к нам официанта он по какой-то причине не захотел.

Присмотревшись, я увидела неподалёку силуэт Лейри. Комплекцией некромант немногим уступал адмиралу, я легко нашла его среди других гостей. Командир и трое его людей заняли позицию поблизости и старательно делали вид, что просто разговаривают.

На самом деле маги охраняли нас, загораживая вход на балкон.

– Прошу, – подавать маме воду самостоятельно Владыка не стал, отдал графин брату и, отступая, будто невзначай перекрыл Ванде весь обзор.

На миг я уловила в воздухе отголоски уже знакомой магии. Адмирал напитал воду своей энергией и лишь после этого протянул Селесте.

– Благодарю, – на губах матушки расцвела слабая улыбка, она всё ещё выглядела потерянной, но взгляд снова стал осознанным, а жесты уверенными.

Лечение явно дало результат!

– Кажется, я всех напугала, – смущённо добавила она.

– Немного, но ваша реакция вполне естественна, – мурлыкнула Ванда.

Настоятельница стремилась поближе познакомиться с моей семьёй и заполучить в союзники Первого советника. Забавно, но раньше мой титул и связи её совершенно не волновали. В обители она оценивала всех по силе Дара и качеству работы, но сейчас не упускала возможности укрепить свои позиции в свете.

– Если бы моя дочь…

Обмен любезностями и поздравлениями пошёл по второму кругу. Воспользовавшись тем что Ванда потеряла бдительность и повернулась к нам спиной, я бросила на отца предупреждающий взгляд и начала пятится к горгулье, утягивая за собой Аргвара.

Времени оставалось в обрез. Скоро оркестр заиграет вальс и начнётся вторая часть бала, нам придётся присутствовать во время танца Марианны, если не хотим нанести императору и принцессе оскорбление. Но до этого я очень хотела поговорить с Нери наедине.