Баба Клава, или Злачное место для попаданки (СИ)

Глава 41. Роковая Нелепость

Он дико замахнулся рукой, направляя клокочущую, нестабильную энергию не на Клаву, а куда-то вбок, в бессильной ярости. Багрово-черный сгусток рванулся в сторону группы инквизиторов, стоявших ближе всего.

Начался хаос.

Инквизиторы, на которых он был направлен, успели лишь в ужасе вскинуть руки. Сгусток не попал в них напрямую. Он ударил в землю метрах в пяти перед их строем.

И мир… содрогнулся.

Это было как будто сама ткань реальности надорвалась. Земля в месте удара не вздыбилась – она провалилась. Образовалась внезапная, темная, мерцающая неровными краями впадина, из которой потянуло леденящим ветром ниоткуда. Вокруг нее воздух заколебался, как над раскаленной плитой, искажая свет и формы.

Клейтон, все еще занесший руку в жесте броска, замер. Его безумные, горящие глаза расширились. Он почувствовал зов. Странный, мучительный, знакомый зов того самого пространства, которое он так долго пытался покорить. Его поврежденный артефакт, выплеснувший неконтролируемую энергию, не просто открыл портал. Он открыл его прямо под собой, создав воронку нестабильности, чей центр притяжения смещался прямо к источнику энергии – к нему самому и его кольцу.

– Нет… – вырвалось у него хрипло, уже не ярость, а чистый, животный ужас. Он понял. Понял слишком поздно. – Не-е-е-ет!!!

Он рванул поводья, пытаясь развернуть коня, отпрянуть. Но черный конь, уже наполовину обезумевший от происходящего, встал на дыбы с пронзительным ржанием. Клейтон, ослабленный, изможденный, не удержался. Он свалился из седла, тяжело рухнув на спину прямо на краю зияющей впадины.

Его кольцо, реагируя на панику владельца и близость разрыва, вспыхнуло последним, ослепительно-багровым светом, вытягиваясь в тонкую, дрожащую нить энергии, которая потянулась вниз, в темноту впадины. Эта нить натянулась, как трос.

И потащила его.

– А-а-а-а–а-а-аргх! – его крик был уже не человеческим. Это был крик души, осознавшей неминуемую гибель в собственной ловушке. Он вцепился пальцами в мокрую землю, пытаясь удержаться, но тщетно. Его тело, притягиваемое невидимой силой, поползло к краю. Его сапоги скользили по обожженной, стекловидной земле. Он отчаянно бился, как муха в паутине, его глаза, полные немыслимого ужаса, на миг встретились с Клавой. В них не было ненависти. Только панический, всепоглощающий страх перед бездной, которую он сам создал.

Защитники "Злачного Рая" замерли, окаменев от ужаса и невероятного зрелища. Инквизиторы, которых он едва не убил мгновением ранее, в ужасе отползали, не в силах ни помочь, ни понять. "Тени" заколебались, их формы стали расплываться, будто лишенные якоря.

И случилось.

Земля под Клейтоном окончательно обрушилась. Портал в ничто. В мерцающую, свинцово-серую пустоту, откуда несло ледяным ветром и слышался далекий, жуткий вой. Багровая нить от кольца рванула вниз. Клейтон исчез.

Портал схлопнулся.

Последнее, что они видели – это его рука, отчаянно вскинутая вверх, с дымящимся кольцом, и его рот, беззвучно кричащий в немом ужасе. Затем края впадины дрогнули и… слиплись. Земля сомкнулась с глухим, чавкающим звуком, оставив после себя лишь черное, оплавленное пятно размером с телегу и стойкий неприятный запах горелого.

Наступила гробовая оглушительная тишина.Казалось, что никто не дышал.

Потом они увидели кольцо. Оно лежало на черном земле. Дымящееся, треснувшее пополам. Оно коротко вспыхнуло тусклым багровым светом… и потухло навсегда, превратившись в кусок мертвого, оплавленного металла.

Этот момент смерти артефакта стал сигналом.

Инквизиторы пришли в себя первыми. Их дисциплина рухнула под грузом увиденного кошмара. Они не видели героической гибели. Они видели нелепый, жуткий конец своего повелителя, поглощенного его же сумасшедшей силой. Они видели мертвый артефакт. Они видели защитников поместья, все еще стоящих за частоколом, бледных, но не сломленных. И этого было достаточно.

Старший первым развернул коня. Без слов. Без команд. Он просто рванул прочь от этого проклятого места, от черного пятна на земле, от мертвого кольца. Остальные инквизиторы, словно сорвавшись с цепи, бросились за ним. Они не отступали – они бежали. В панике. "Тени", оставшиеся без хозяина и источника энергии, просто… растворились. Растаяли в дожде и сумерках, как утренний туман.

На поле перед "Злачным Раем" осталось только черное пятно, оплавленное кольцо и тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием защитников и тихим повизгиванием Барбоса, прижавшегося к ногам Клавы.

Осада кончилась не героической победой, а роковой, нелепой, ужасающей случайностью. Безумие Клейтона и его сломанный артефакт уничтожили его самого самым непредсказуемым и ироничным образом. Он был наказан собственным оружием и своей бездонной жаждой силы, затянувшей его в бездну, которую он сам и открыл.

Роберин первым опустил меч. Его лицо было покрыто грязью и усталостью, но в глазах читалось не облегчение, а глубокая, ошеломляющая пустота после адреналина и ужаса.

– Он… – Роберин попытался что-то сказать, но голос сорвался. Он просто покачал головой, глядя на черное пятно.

Клава стояла неподвижно. Внутри не было радости. Было оцепенение. И странное чувство… несправедливости? Не за Клейтона. За всех, кто пострадал из-за него. За тех, кто погиб у стен сегодня. За тех, кого он замучил в своих кристаллических ловушках. Его конец был слишком быстрым. Слишком… абсурдным. Она не чувствовала триумфа. Она чувствовала лишь ледяную пустоту и тяжелую усталость тысячелетия.

Тишину разорвал слабый стон из-за частокола. Кто-то из раненых. Живой. Настоящий.

Клава вздрогнула, как от толчка. Она обернулась, встретив взгляд Равенны, которая стояла в дверях недостроенного дома, бледная, с окровавленным передником. В ее глазах читался тот же шок, но и вопрос: "Что теперь?"

Клава глубоко вдохнула. Свобода. Пусть и купленная страшной ценой и нелепой развязкой. Ее голос, когда она заговорила, был тихим, но слышным во внезапной тишине:

– Все… кончено. Он ушел. Навсегда. – Она посмотрела на черное пятно, затем на лица своих людей – изможденные, испуганные, но живые. – Теперь… помогите раненым. Тушите тлеющие головни. И… – ее голос дрогнул, – …похороните павших. С почестями. Они защищали наш дом. Наш Злачный Рай. И они победили.

Она не добавила "несмотря ни на что". Но все поняли. Победа пришла.Буря миновала. Осталось только убрать ее следы и начать жить дальше.