Проводив удивленным взглядом телегу, я опустилась пятой точкой на ступени крыльца.
Мои руки явно не приспособлены жить здесь, значит, я не отсюда. Ну не я, а эта девушка, в чье тело я попала.
Всё, дожилась, Клава.
Оказывается после смерти есть жизнь. Какой кошмар! Никакого покоя!
И где я?
Можно было бы, конечно, удариться в форменную истерику, но… тут даже публики нет, да и смысла нет. Я уже поняла, что единственный, кто мог помочь, укатил восвояси.
С платьями и побрякушками? Это какими-такими побрякушками? Неужели ее, то есть меня, еще и ограбили!
«Взяли оплату» подсказывает мозг. За год. Представляю, сколько там набежало процентов.
Это как так получилось, что моя предполагаемая семья не платила этой женщине целый год. Я посмотрела на палящее солнце над головой. Уже полдень. Привезли девушку, судя по всему вчера, а она еще умоляла кучера не оставлять ее здесь. Это первое. Второе, дом и двор, скорее всего, ей и принадлежат.
А здесь тихо. Птички чирикают по весеннему так, травка зеленая, двор не ухоженный, но приятный. Всё утопает в зелени. Я прошлась босиком по мягкой траве до калитки. Тут было нечто вроде почтового ящика, оказавшегося пустым. Я и в него заглянула, да. Калитка скрипнула и я шагнула на улицу.
Лачуга стояла на опушке леса, впереди только поля. Злак похожий на пшеничный. Чуть поодаль несколько домов. Не могу с такого расстояния определить жилые они или пустуют.
Так, что мы имеем.
Пшеница, будем называть ее так, растет не сама по себе, ее явно посеяли. Значит, будут и убирать. Дома скорее всего жилые по этой же причине.
У меня есть свой дом. Я обернулась к нему лицом и замерла. Над воротами красовалась надпись:
«Злачный рай»
Я чуть со смеху не упала. Расхохоталась так, что меня точно бы услышали в тех домах вдалеке.
Рай! Это мой персональный рай такой?
Почему злачный? Злачное место, очень злачное! Я прыснула со смеху. Шагнула во двор, направляясь к дому.
Любите вы там наверху пошутить.
Я вернулась в дом, прошлась по двум комнаткам, в своей заглянула в сундук. В пустых небольших мешочках, скорее всего и были «побрякушки». Знать бы еще, какой именно ценности. Теперь уже не понять. Что за глупая девушка, как можно было драгоценности и деньги вот так оставлять. Да и платья получше поди та женщина и прибрала к рукам.
Разложив, что осталось, я насчитала семь платьев. С десяток комплектов нижнего белья. Видимо, оно сильно не приглянулось. Выглядело довольно фривольным. Одни домашние тапочки и ботинки, несколько шарфиков, или поясков, это как посмотреть. И собственно, всё. Даже расчески или гребня не нашлось.
Да уж, рассчиталась за рай. И мне удружила.
— Ме-е-е-е…
Этот еще… Я вышла из комнаты, встала над козленком.
— И где твоя мать, спрашивается?
Маманька у него явно где-то присутствовала, кормить-то его надо было. Я решила переодеться в более удобную одежду, нашла простое платье, сильно надеясь, что это не ночная рубашка, подвязала поясок, обула домашние тапки. На улице лето, сойдет. Волосы приколоть было нечем, пришлось перехватить другим пояском. Во второй комнатке нашлось маленькое зеркало.
Насколько я могла себя разглядеть, ничего так, довольно симпатичная мордашка мне досталась. Даже на меня чем-то в молодости похожа. Глазами что ли. Подхватив козленка, я вынесла его во двор. Ища место, куда бы его пристроить, обошла дом и увидела маленький навес-пристройку. Там на привязи паслась коза.
— Ну вот и мама. Всё равно не знаю, что с тобой делать.
Я опустила его рядом с козой и огляделась.
Здесь же под навесом был и насест для кур. Получается, даже сарайки нет. Просто этот навес. От дождя спасет, а зимой?
А есть ли здесь зима?
Это еще предстоит выяснить. А то, может, не только козы, но и куры в доме зимой живут?
Брр… Жуть какая. Не дай бог!
Нашла колодец с чистой водой. Тут же набрала ведро и появилась мысль прибраться в доме. Заодно и придумаю, что дальше делать.
Пока я драила полы, отмывала стены и мебель, ничего не придумалось. Только устала и проголодалась. Еды я во всем доме не нашла. Ни крошки!
Потом вспомнила о курах. О козе, которую, наверное, можно было бы подоить. Кто б умел еще.
Так и есть. Козленок присосался к матери, я решила его не трогать, пусть кормит своё дитятко. Всё равно доить я не умею и желания учиться нет. Вот честно.
Прошлась к насестам и там под ними в деревянных коробах обнаружила яйца.
— Ура! — захлопала в ладошки! — Сегодня у меня на … эммм, завтрако-обедо-ужин омлет!
Пришлось вернуться за корзинкой, которую из комнаты вынесла на крыльцо. Собрав яйца, я прошлась по заднему дворику. Сначала я думала, что тут заросшее травой всё, но приглядевшись, нашла растущий лук, зелень, похожую по запаху на петрушку, мятные кустики, и плоды напоминающие то ли морковь по цвету, то ли баклажан по форме. А рос он как огурцы.
Заметив что-то вроде лунок, поняла, что этот овощ тоже был посажен вручную. Смело сорвала пару плодов.
Вернулась в дом со своим «уловом», и развернулась к печи.
И как я ее зажгу?
Рядом ничего, что напоминало бы спички, кремень, или вообще хоть что.
Я опустилась на табурет, опустив голову на руки.