Баба Клава, или Злачное место для попаданки (СИ)

Глава 29. Подозрения Клейтона

Утро в «Злачном Раю» встретило Клаву непривычным гомоном. Деловым гулом голосов, стуком топоров, скрипом пил и запахом свежеструганной древесины. Роберин, верный слову, пригнал плотников, крепких, бородатых мужиков с загорелыми лицами и привычными к работе руками. Они уже сносили остатки опасных стен, аккуратно складировали уцелевшие бревна и размечали место для нового фундамента под двухэтажный дом.

Клава чувствовала прилив странной гордости и волнения. Это был ее дом, ее земля. Пусть пока игруда развалин и планы на бумаге, но процесс начался! Она не могла стоять в стороне. Надев самое простое платье и крепкий фартук, она превратилась в неутомимую помощницу: таскала ведрами воду из колодца для рабочих (молодое тело справлялось лучше, чем она ожидала), раздувала самовар на временно сложенном очаге из камней, пекла на нем лепешки из припасенной муки и нарезала сыр и солонину, принесенные Ларсом.

Роберин был в центре событий. Он четко отдавал распоряжения, показывал на плане, помогал таскать бревна. Его спокойная уверенность действовала умиротворяюще. Рабочие, поначалу робевшие перед начальником стражи и поглядывавшие с опаской на госпожу Сулари, постепенно втянулись в ритм, начали обмениваться шутками. Напряжение первых часов сменилось деловой суетой.

Клава ловила на себе их взгляды – любопытные, оценивающие. «Хозяйка поместья… Молодая… Одна… С господином Инваро…» Она чувствовала эти невысказанные мысли. Но старалась держаться просто, по-деловому, подносила еду и воду с коротким: «Подкрепляйтесь», «Пейте на здоровье». Ее старые навыки общения с людьми неожиданно пригодились.

Она как раз несла полное ведро воды к группе плотников, возившихся с огромной балкой, когда гул разговоров внезапно стих. Словно ветер сдул все звуки. Клава обернулась.

К воротам разрушенной усадьбы, аккуратно объезжая груды мусора, подъехал всадник в черном плаще поверх темного камзола. Инквизитор Клейтон Сулари. Его лицо было каменным, взгляд – холодным и проницательным. Он скользнул взглядом по развалинам, рабочим, Роберину… и наконец, останавливаясь на Клаве с ведром в руках.

Ледяная волна страха прокатилась по ее спине.

Он здесь. Сейчас. С передатчиком?

Роберин шагнул навстречу, его лицо стало непроницаемой маской служаки, но Клава уловила мгновенное напряжение в его плечах.

– Господин Сулари, – его голос прозвучал ровно, вежливо, но без тепла. – Чем обязан визитом?

Клейтон легко соскочил с коня, небрежно бросив поводья одному из замерших рабочих.

– Господин Инваро, – кивнул он с мнимой учтивостью. – Официальная проверка. Поступали сведения… – он сделал паузу, его взгляд снова медленно обошел развалины, – …о возможном укрывательстве государственного преступника, маркиза де Рото, на территории данного поместья. Учитывая масштаб разрушений… – он кивнул на рухнувшую крышу, – …возникли подозрения, что он мог быть завален или скрываться в уцелевших постройках. Должен осмотреть место.

Ложь, причем очень неприкрытая. Все знали, что маркиз бежал, а крыша рухнула позже. Клава почувствовала, как ее пальцы впились в ручку ведра.

"Он ищет не маркиза. Он ищет улики. Кольцо. Портал. Меня." — Клава очень надеялась, что не выдавала своих эмоций слишком явно.

Роберин не дрогнул.

– Маркиз де Рото, по последним данным, скрылся в направлении границы. Обрушение произошло несколько дней спустя, когда хозяйка поместья, госпожа Клависия, уже вернулась и пыталась обустроить жилье. Осматривайте, господин Сулари. Мои люди и рабочие помогут, если потребуется. – Он сделал жест, разрешающий инквизитору действовать, но сам оставался рядом, тенью.

Клейтон медленно пошел по периметру разрушенных сеней, его взгляд выискивал малейшую деталь: обломки, следы на земле, уцелевшие фрагменты стен. Он то и дело нагибался, поднимал щепку, разглядывал ее, бросал. Подошел к временному навесу, где хранились уцелевшие вещи Клавы – сундучок, книги, инструменты. Клава замерла. Кольцо было у нее в кармане платья, но…

– Это имущество хозяйки? – спросил Клейтон, не глядя на Клаву.

– Да, – ответил за нее Роберин. – То немногое, что удалось спасти из-под завала.

Клейтон лишь хмыкнул, бегло осмотрел вещи, даже не открывая сундук. Его интересовало не это.

Затем он повернулся и направился прямо к Клаве. Она почувствовала, как все мускулы напряглись до предела. Он остановился в шаге от нее. Его глаза, холодные и бездонные, впились в нее.

– Клависия, – произнес он тихо, но так, что слышали все ближайшие рабочие. – Вы выглядите… оправившейся от потрясения. Рад видеть поместье восстанавливающимся.

Клава заставила себя поднять голову, встретить его взгляд.

– Восстанавливать надо. Жить где-то. – Ответила она, стараясь. — Маркиз де Рото не бывал здесь. Но вы можете помочь убрать вон те балки… Вдруг он там под ними.

Лишними мужские руки при разборе завала не будут. — Добавила, глядя на него.

В этот момент Клейтон небрежно достал из-под плаща небольшой, отполированный до темного блеска камень овальной формы – Камень Правды. Он держал его в руке, не направляя специально на Клаву, но так, что камень был обращен в ее сторону. Клава почувствовала, как кольцо в ее кармане резко, болезненно холодеет.

И случилось нечто странное. Темный камень в руке Клейтона запульсировал. Не ярким светом лжи, а тусклым, неровным мерцанием. Свет то слабел, то чуть усиливался, окрашиваясь в странные, неопределенные оттенки, не чистый красный, обозначающий ложь, не цветом правды, а что-то мутное, переливающееся. Сам Клейтон едва заметно нахмурился, его пальцы сжали камень чуть крепче. Он явно этого не ожидал.

"Серебрянка?" – мелькнуло в голове Клавы. — "Или само кольцо? Оно мешает камню?"

– Жить, конечно, надо, – повторил Клейтон, его голос потерял часть бархатистости, в нем появились стальные нотки. Он еще секунду смотрел на странно пульсирующий камень, потом резко сунул его обратно в складки плаща. Его взгляд на Клаву стал еще более пронзительным, изучающим. – Странные вещи происходят вокруг этого поместья, Клависия. Обрушение… пропажа маркиза… – Он сделал паузу, давая словам повиснуть. – Будь осторожна. Разруха… притягивает не только плотников.

Он кивнул Роберину, больше похожему сейчас на каменное изваяние.

– Осмотр завершен. Пока… улик не обнаружено. Но расследование продолжается. Желаю успехов в восстановлении. – Его улыбка была ледяной.

Не дожидаясь ответа, Клейтон развернулся, ловко вскочил в седло и тронул коня. Он уезжал так же внезапно, как и появился, оставляя за собой гробовую тишину. Рабочие переводили дыхание, переглядываясь. Шепоток пробежал по рядам:

– Инквизитор… Камень Правды… Мерцал, видели? Никак не мог понять…

– Не к добру это… Лучше бы он не приезжал…

– От хозяйки-то чего он хотел? Так смотрел…

Роберин подошел к Клаве. Его лицо было суровым.

– Вы в порядке?

Клава кивнула, не в силах вымолвить ни слова. Она чувствовала, как дрожат ее руки. Вес ведра внезапно стал невыносимым. Она поставила его на землю.

– Он… камень… – прошептала она.

– Я видел, – коротко бросил Роберин. Его глаза были темными. – Он что-то искал. И что-то… не сработало так, как он ожидал. Это хорошо. Но плохо то, что он еще больше заинтересовался. – Он оглядел рабочих, которые все еще перешептывались, сбившись в кучки. – Работа встала. Им страшно.

Визит Клейтона бросил длинную, холодную тень на начинающееся строительство. Он искал. Он не нашел. Но он запомнил странное поведение Камня Правды возле нее. И Клава знала – он вернется.