Вязаное счастье попаданки

Глава 26. Двумя месяцами ранее

Граф де Сорель

Дядя вызвал меня к себе дождливым весенним вечером. Ему и прежде случалось делать это, когда он впадал в тоску и ему требовался собеседник или партнер для карточной игры. И всё-таки этот раз был особенный. Во-первых, потому что вся записка целиком была написана рукою его светлости, хотя обычно он прибегал к услугам своего секретаря. А во-вторых, потому что в конце ее стояла приписка о том, что видеть меня он хочет безотлагательно.

Такая поспешность была странной сама по себе, ведь мой дядюшка, герцог Альвен, относился к числу тех людей, которые не любили суету и всегда и во всём предпочитали действовать вдумчиво и основательно.

Я прибыл в его особняк как раз к ужину, и он принял меня за богато накрытым столом. Он был гурманом, и ему подавали блюда, которые, должно быть, нечасто едал и сам король.

Перед его светлостью стоял наполненный темным вином бокал. И чувствовалось, что бокал этот — отнюдь не первый. Дядя взмахом руки предложил мне к нему присоединиться, но я покачал головой. Дядя может позволить себе быть нетрезвым, я же во время беседы предпочел бы сохранить ясность ума.

— Я был вчера в гостях у герцога Лефевра, — сообщил он и почему-то внимательно посмотрел на меня.

Эта новость отнюдь не показалась мне интересной. По линии своих жен они доводились друг другу родственниками, и хотя эти жены уже давно отошли в мир иной, два старых герцога поддерживали друг с другом вполне теплые отношения.

— Помнишь ли ты, Арман, что случилось с Эстель, второй женой его светлости? — вдруг спросил меня дядя.

Я кивнул.

— Да, разумеется!

Она скончалась при родах почти двадцать лет назад, и его светлость, искренне любивший ее, до сих пор оставался безутешным и так и не обзавелся новой супругой.

— Если ты помнишь, она умерла, когда отправилась в Арль, дабы навестить там свою сестру.

Я снова кивнул. Герцогиня Лефевр отправилась в поездку на позднем сроке беременности. К несчастью, до замка герцога Альвена — мужа своей сестры — она так и не добралась. Роды ее случились в дороге и оказались тяжелыми. И сама герцогиня, и ее сын умерли в тот же день.

Мне показалось странным, что дядюшка решил вспомнить о столь давней истории, и я спросил:

— Вы решили предаться воспоминаниям о прошлом, ваша светлость?

— Не я, — возразил он, — а герцог Лефевр. И надо признать, у него есть для этого некоторые основания. Недавно он получил письмо от какой-то женщины из Арля. Она написала ему, что ей стало известно, что на самом деле герцогиня Лефевр родила не мальчика, а девочку, и что этот ребенок жив.

Он снова пристально посмотрел на меня, но я в ответ лишь пожал плечами. Слишком многие люди знали о том, что герцог Лефевр до сих пор страдал от потери супруги. Его светлость был уже стар и болен. Кто-то мог просто захотеть воспользоваться этим.

— Да, понимаю тебя, — согласился дядюшка. — Я и сам уверен, что это чей-то жестокий обман. Но речь идет об огромном наследстве, Арман! Так почему бы нам не получить кусочек этого пирога?

Тут герцог Альвен сделал выразительную паузу. И я посмотрел на него с удивлением:

— Боюсь, я не понимаю вас, дядюшка! Какое отношение к этому имеем мы с вами?

— Его светлость тяжело болен, Арман! И всё, о чём он сейчас мечтает, это найти свое дитя от любимой жены! Это успокоит его и сделает счастливым. И я полагаю, что не будет ничего дурного в том, что мы поможем ему в этом.

Но я всё еще ничего не понимал.

— Простите, ваша светлость, но как мы можем найти человека, которого никогда не существовало? Эта девочка никогда не появлялась на свет!

— Но Лефевр уверен, что это не так! — возразил дядюшка. — Он верит, что она жива, и хочет ее разыскать. И ты должен найти эту девушку, Арман! И сделать так, чтобы она в тебя влюбилась! Тогда всё то, что она получит от старика Лефевра, станет твоим.

— Найти? — еще больше изумился я.

Мне показалось, что он сошел с ума.

Но герцог Альвен рассмеялся:

— Всё дело в том, кого именно искать, Арман! Твоя задача найти девушку, которая будет похожа на его пропавшую жену. А уж я сумею убедить его, что это его дочь. Мы придумаем, как это доказать.

Дядюшка был старым лисом, весьма искушенным в дворцовых интригах, и возраст ничуть не притупил его нюх.

— Герцогиня Лефевр была блондинкой и первой красавицей при королевском дворе, — прибавил он. — Я покажу тебе ее портрет. И когда ты найдешь девицу, хоть немного похожую на нее, мы обучим ее всему, что надлежит знать благородной барышне — чтобы никто не усомнился, что это она и есть.

— Но Лефевр захочет узнать, где она была всё это время, — возразил я. — А ведь у этой девушки наверняка будут родные и знакомые, и они будут знать, кто она такая на самом деле. И рано или поздно, правда выйдет наружу.

— Не беспокойся об этом, мой мальчик, — улыбнулся дядя. — Мы купим и ее, и их молчание. Всё в этом мире покупается и продается. Запомни это, Арман!