Вторая жизнь графини, или снова свекровь

Глава 26

Утро началось с того, что моя новая помощница по магическим делам, молоденькая выпускница магической академии по имени Мири, которую мне так щедро выделила городская управа, правда, непонятно пока, с какой целью, сбивающимся от волнения голосом сообщила, что Городская гильдия магов — «колыбель порядка и светила арканологии», как она выразилась, — не нашла времени, если сказать культурно, на отчётность по артефактам, используемым в городских пределах.

А между прочим, я теперь Хранительница. Это как санитар леса. Только не с берданкой, а с магическим кольцом, над которым зависают голографические знаки и вспыхивают древние руны, если кто-то ухитрится проштрафиться у меня на глазах.

— Пора с этим разбираться, — решительно сказала я, нацепила перстень и набросила длинную темно-синюю накидку. С одной стороны, на улице слегка непогодило. Не то чтобы сильно, но неприятный ветерок пробирался к телу даже через немного приоткрытое окно. Так что накидка, определенно, была вполне оправданным выбором. А еще она придавала моему образу некой статусности. Или схожести с ведьмой, смотря с какой стороны поглядеть.

— Может, стоит сначала отправить письмо? — робко предложила Мири.

— Лучше уж лично. — Возразила я, прекрасно понимая, куда гильдия засунет мое письмо. Примерно в то же место, где уже лежат те самые отчеты, которые маги давно должны были сделать.

Итак, городская управа ждет от меня решительных действий? Порядка и структурированности магических организаций? Что ж, это я им с легкостью устрою. И начну прямо сейчас!

Первое, что я почувствовала при входе в гильдию — это запах дешёвых благовоний и хаоса. Травяные отвары, сушеные фрукты, пыльные фолианты, в общем, всё то, что в той или иной степени присутствовало в любом магическом офисе, где люди больше пили чай и прятали старые черновики, чем действительно работали.

На слух тоже было весьма колоритно. Чары в помещении пищали, перекрывая друг друга. Артефакты, талисманы, магические нити, переплелись в тугой пучок, который вряд ли под силу было распутать даже высшему архимагу. Ни контроля, ни структуры.

Никто тут даже не проходил ревизию со времён основания. Это было также очевидно, как и то, что я — графиня Габриэлла Мельтон. И я просто не могла оставить всё как есть! Особенно если вспомнить, что городская управа ждала от меня решительных действий. А за правым плечом нервно переминалась с ноги на ногу Мири, до побелевших костяшек сжимающая в руках блокнот для записей.

— Ваше имя, цель визита и уровень допуска? — задала дежурный вопрос местная ресепшионистка, не отрываясь от вязания летающей кофты, которая то и дело норовила сбежать с крючка и отправиться в свободную от рукавов и ворота жизнь.

— Графиня, Хранительница, ревизия. — Лишних слов я предпочла не произносить, только для убедительности подняла перстень.

Она посмотрела. Замерла. Проглотила слюну. А потом сдавленным голосом прошептала:

— Одну минуту… Уважаемая…

— Графиня Габриэлла Мельтон, — с хищной улыбкой представилась я.

Через пять минут весь вестибюль очистился. Маги, ученики, персонал — все разлетелись, как перепуганные воробьи.

Я, наслаждаясь этим эффектом, направилась по лестнице — конечно же, вверх. Проклятые маги всегда ставят свои кабинеты на верхнем, в данном случае тридцать седьмом этаже без лифта, потому что у нормальных посетителей есть дар левитации, «и чего вы, простые смертные, такие тяжёлые?».

На самом верху, за резной дверью с символами Гильдии, меня встретил он.

Глава местной гильдии магов.

Высокий, с сединой в висках, в серебристой мантии, отглаженной до хруста. Лицо, будто высеченное скульптором из гранита. В глазах — сталь, в каждом слове — сарказм. И что-то в нём неуловимо напоминало мне… капитана Джереми.

Опять мужчина с командным голосом, который звучит так, будто каждый день начинается у него с чая, сарказма и убийства дракона.

— Итак, вы Хранительница? — Он скрестил руки на груди, не кланяясь и не показывая ни капли страха. — И вы пришли на ревизию?

Мири за спиной испуганно пискнула, но мне было не до неё. Если до этого момента я собиралась сперва познакомиться с главой гильдии, потом вежливо уточнить, как это они ухитрились так проштрафиться перед городской управой, то теперь вежливый диалог стал решительно невозможен. Не могу же я, в самом деле, лебезить перед мужчиной, который мало того, что со всех сторон неправ, так еще и смотрит на меня с высокомерием и насмешкой.

— Я пришла, чтобы навести порядок в вашей безобразно организованной гильдии, — ответила я, присаживаясь в кресло напротив его стола без приглашения. — У вас талисманы с утечкой энергии, а по городу бегают проклятые чайники с функцией телепортации.

— Этот артефакт экспериментальный, — хмыкнул он без капли смущения. — И чайник телепортировался ровно один раз. В повара. Сломал ему ребро. Всё в пределах нормы.

— У вас тут норма — это уровень угрозы, при котором у стражи носы дымятся. Я дважды за утро гасила мини-вспышки огня в булочной. Булочной, Карл!

— Меня зовут не Карл, а магистр Эльварин, — холодно сказал он. — И я вас прекрасно слышу. Только вы не из Совета, чтобы диктовать мне, как работать во вверенной мне гильдии.

Я подняла руку. Руна на кольце вспыхнула, по комнате прошёл волновой импульс, и половина хрустальных шаров за его спиной начала мигать тревожным алым светом.

Он замолчал.

— Теперь слышите еще лучше, магистр Эльварин? — я улыбнулась.

Он рассмеялся. Рассмеялся, проклятый артефакт в мантии.

— Вы удивительная женщина, графиня. — Он прищурился. — Не хотите как-нибудь… поужинать? Я покажу вам коллекцию антимагических кинжалов. Думаю, она придется вам по вкусу.

— Убедите меня, что ваши подчинённые завтра же проведут чистку всех артефактов — и я подумаю. Не обещаю, но подумаю, — смилостивилась я.

Не то чтобы я всерьез собиралась заводить романтические отношения с напыщенным болваном в мантии, но худой мир всегда лучше доброй ссоры.

Эльварин медленно кивнул:

— Уговорили. Ужин — завтра. Или через день. Вы же теперь часто бываете в городе, Хранительница?

— О да. Внезапно город стал… интересным, — мечтательно произнесла я, прикидывая, сколько еще мест требуют моего пристального внимания.