Сердце Аксара, или Измена по-королевски

Глава 11

Когда Рейн, наконец, явился узнать, что со мной случилось, я уже сидела в удобном кресле, прихлебывала начарованное какао из начарованной красивой чашечки и слушала объяснения эгуи Баргиса о том, в чем специфика зеркал, параллельных миров и магии Аксара.

Рейн вошел в мои покои, как к себе.

— Баргис! — воскликнул он, неприятно удивленный. — Что вы здесь делаете?

— Консультирую Ее Величество, — невозмутимо ответил придворный советник.

Король нахмурился и метнул острый взгляд на меня:

— Ваше Величество, если у вас есть какие-то вопросы, вы обязаны задавать их в первую очередь мне! И, раз уж на то пошло, если на вас кто-то нападет, за защитой вы тоже должны в первую очередь приходить ко мне!

— Ва-а-аше Величество, — в тон супругу ответила я, не забыв сдобрить слова ядом, — вы сами меня покинули, оставили одну в постели, в ужасной опасности. Вот уж не знаю, куда вы ушли, но я не могла вас никак дозваться…

У Рейна дернулся уголок губ. Осознал, мальчик, что, пока забавлялся в постели с Луизой, я тоже забавлялась. С Дедриком.

— Позвольте вмешаться, Ваши Величества, — встрял Баргис, уловив, что мы сердиты и готовы цапаться. — Вместе вы, несомненно, сильнее, чем по отдельности, но даже в проклятом состоянии Дедрик опаснее и сильнее вас обоих.

— Как мило, что вы об этом напомнили! — обиделся Рейн.

Я уже успела понять, что красоты и гордости в этом мужчине больше, чем благоразумия, поэтому только усмехнулась. А вот Баргис насмехаться над своим королем не смел, поэтому произнес уклончиво:

— Это констатация факта, Ваше Величество. А факты игнорировать нельзя.

— Ладно, это все старая история. Дедрик — это наше королевское проклятие, ночная проблема… Что он сказал вам, Ваше Величество? — спросил у меня Рейн.

Мне хотелось смеяться в голос от этих его официальных «Ваше Величество» да «вы». Не будь рядом советника, мы бы уже орали друг на друга, потому что скорее небо с землей поменяются местами, чем мы придем к взаимопониманию.

— Ничего особенного, — протянула я. — Потребовал выбрать сторону, а когда я выбрала вас, стал меня душить.

— Душить?! Дедрик? Это невозможно! Он никогда ни одну женщину и пальцем бы не тронул!

— А я особенная женщина, — нахально заявила я. — Вот он и не сдержался.

— Верю. Вы можете быть невыносимы.

— Возможно, но с вами мне не сравниться.

— Ваши Величества, — вновь вмешался Баргис, — мы обсуждаем не те вопросы. В последнее время силы и влияние Дедрика возросли. Полагаю, он потерял терпение и жаждет как можно скорее снять проклятие. Но и вы успешно справляетесь с его атаками. Он не посмеет убить вас, но будет всегда начеку, будет ждать любой вашей оплошности и ошибки, чтобы напомнить, что он и только он заслуживает короны. Мы не можем себе позволить беспрестанно думать о призраке, когда королевству угрожают реальные проблемы. Пользуясь ослаблением магии в нашем королевстве, Имбер кормит и растит даймонов, и напускает в сторону нашей границы. Люди погибают, Ваше Величество. Стаи даймонов создают слишком много проблем, а стражам не хватает магии на то, чтобы ликвидировать проблему. Нужно отдать Источнику кровную дань и обновить потоки Источника.

— И как это делается? — спросила я.

— Вам всего лишь нужно будет смешать свою кровь с кровью супруга, — любезно объяснил Баргис, обрадованный, что мы с Рейном переключились с оскорблений на серьезные вопросы. — Как тогда, на площади. Вы уже связаны кровно, но чем чаще обновляется кровная связь, тем лучше. В давние времена королевская чета обновляла кровную связь каждый месяц. И телесную тоже… — почему-то покраснев, добавил придворный.

— Телесную?

— Имеется в виду физическая близость, — объяснил Рейн с каменным лицом.

— Значит, чем чаще мы с Его Величеством будем обновлять наши связи, телесные и кровные, тем лучше?

— Да, — став совсем пунцовым, выдавил из себя Баргис.

Я вопросительно посмотрела на своего мужа.

А муж посмотрел на меня, как на плотоядное чудовище.

— Физической близости у нас не было вообще, — объявила я. — И не будет, пока не привыкнем друг к другу.

— Телесная связь не так важна, как кровная. Физическая близость может подождать, а вот что касается кровной связи…

— Мы ее обновим как можно скорее, — решительно произнес Рейн. — Я немедленно дам распоряжения о подготовке к перемещению к границе.

— Да, чем скорее, тем лучше. Осень, дороги развезло…

— А причем дороги? — полюбопытствовала я. — Ведь все эгуи могут мгновенно перемещаться куда угодно одной только силой мысли.

— Так и есть, но чем дальше от столицы, от дворца, тем слабее потоки Источника и магия. Мы используем приборы для сохранения связей потоков, но далеко не все в глуши могут себе позволить оборудовать дома приборами. А без них магия быстро развеивается. Поэтому королевская чета должна периодически путешествовать по королевству и обновлять потоки.

— Ясно. Значит, мы скоро выезжаем?

— Да.

— Здорово. Наконец, увижу свое королевство, — улыбнулась я.

— Наше королевство, — мрачно поправил меня Рейн.

Эгуи Баргис сдержал свое обещание, и занялся созданием моей свиты. Он провел меня на тренировочную площадку стражей, и сказал — выбирайте. Так как я ничего не смыслила ни в магии стражей, ни в их умениях, то повернулась к советнику и сказала прямо:

— Выберите за меня.

— А каких стражей вы хотите, Ваше Величество? Учтите, от них будет зависеть ваша безопасность.

— Мне нужны адекватные люди. Те, у которых все в порядке с самооценкой и навыками. И, самое главное — чтобы они относились ко мне как к нормальному человеку, а не как к опасной зверушке из другого мира.

— Тогда я не стану предлагать вам лучших стражей, тех, которые из хороших семей и идеально владеют оружием и магией. Они никогда не станут защищать вас так, как стали бы защищать тэгуи из нашего мира, тэгуи, которая, по их мнению, достойна быть королевой.

— И кого же вы тогда порекомендуете? Неудачников и слабаков?

— Я отрекомендую вам только одного неудачника, — лукаво улыбнулся советник, — которого лишили кнута.

— И зачем мне страж без главного магического оружия?

— Вы не тот вопрос задали, Ваше Величество.

— Хорошо. За что его лишили кнута?

— За дерзость. Он назвал эгуи Дитрича старым козлом.

— Знаете, а мне уже нравится этот страж!

Советник улыбнулся, и вскоре я познакомилась с этим дерзким стражем. Им оказался щупленький, маленького роста парень лет двадцати с небольшим по фамилии Вейль. Я впервые видела стража такой комплекции и роста. И вот этот мальчик — страж? Как же он меня защитит, если на вид весит чуть больше, чем я?

Впрочем, я сразу же себя одернула. Глупо оценивать человека по внешности. Вон, Рейн невиданный красавчик и здоровяк, а по сути — мальчишка безмозглый. Так и под внешностью этого неказистого стража может скрываться мужчина, способный защитить. И не просто же так его Баргис рекомендует!

— Скажите, эгуи Вейль, — протянула я, — вы действительно считаете Верховного Смотрителя старым козлом?

— Да, Ваше Величество, — несколько удивленно ответил страж. Кажется. Он от меня совсем других вопросов ожидал.

— А что вы думаете о короле?

— Ревнивый осел.

— Вы приняты ко мне на службу.

Вейль блеснул глазами. Взгляд у него стал колкий и задорный.

— Но вы еще не спросили, что я думаю о вас, Ваше Величество. И согласен ли я служить вам.

— И что вы обо мне думаете?

— Я думаю, вы поступаете глупо, выбирая в охрану стража без кнута.

Я окинула Вейля взглядом, и он явно приготовился парировать мои замечания насчет того, какой он низкорослый и худой. Видимо, товарищи-стражи не давали ему покоя, посмеивались над этим, а то и в отрытую издевались. Вот он и привык всегда быть готовым огрызнуться.

— У вас есть ум и смелость, как мне кажется, это лучшее оружие, чем кнут, — сказала я, надеясь, что не ошиблась с «умом» и «смелостью». — Ну? Будете меня защищать?

— А вы меня?

Я улыбнулась. Этот страж действительно дерзок, и ничуть не боится вышестоящих.

— Буду.

— Тогда согласен. Но я в помощь себе выберу стражей, — почти угрожающе проговорил Вейль.

— Поступайте, как считаете нужным, эгуи. Я распоряжусь, чтобы вам вернули кнут.

— Увы, Ваше Величество, — встрял Баргис, чрезвычайно довольный тем, что я одобрила кандидатуру Вейля, — это невозможно. Магическое оружие выдается только с распоряжения Верховного Смотрителя.

— Старый козел нам не откажет, — улыбнулась я шире.

Помимо стража, Баргис познакомил меня с человеком средних лет, средней комплекции и непримечательной внешности — с эгуи Боярдо. Боярдо был из Ордена Смотрителей, то есть обладал навыками наведения и развеивания любых чар. Со слов Баргиса выходило, что Боярдо долго пытался попасть во дворец, но его не подпускали к любой мало-мальски важной работе, считая выскочкой из провинции.

Боярдо торжественно обязался вести мои дела, переписку, защищать мои интересы, и, что прекрасно, готовить к Советам и ритуалам, а также писать речи. В общем, он взялся быть моим органайзером, и у меня тоже не было причин отказываться от его услуг. То, что он выскочка из провинции, мне даже на руку. Я ведь тоже выскочка. Из другого мира.

Первым моим поручением к Боярдо было наведаться к Дитричу и заставить того вернуть кнут Вейлю. Я объяснила Боярдо, что именно сказать старому козлу… то есть Коршуну… то есть Дитричу, чтобы он не артачился. Не знаю, передал ли Боярдо дословно мои слова, или что-то добавил от себя, но к вечеру у Вейля был кнут, а у меня — еще двое стражей, которых Вейль лично отобрал для моей защиты.

А уже следующим утром Баргис привел ко мне молоденьких тэгуи, чтобы я выбрала из них фрейлин. Девушкам вменялось в обязанности неотлучно быть при мне — одевать-раздевать, сопровождать повсюду, выполнять мелкие поручения. Всего Баргис привел трех девушек, но только одна из них привлекла мое внимание.

Высокая, плотная, с широкой грудной клеткой и плоской грудью. Корсет и платье как-то, правда, спасали ситуацию, но все равно идеал из таких данных слепить нельзя, как ни затягивай корсет. Волосы невнятного цвета, который невозможно назвать ни темным, ни светлым — так, что-то средне-русое. Глаза тоже неопределенного цвета — то ли серые, то ли голубые, холодные, стальные. Мужчинам такие глаза идут, а вот девушкам — не очень. Нос правильной формы, но слишком крупный для девичьего лица. Будь носик поизящнее, девушка сразу бы стала интереснее. А так… ну, ничего такая. Не дурнушка, и даже симпатичная, но красивой не назвать никак.

Как мне не знать. Ведь у меня у самой была такая же фигура, такие же волосы, такие же глаза. Даже нос — такой же. И даже взгляд… Какого черта? Кто она?

Баргис заметил мою реакцию на девушку, но никак не отреагировал и сделал то, за чем пришел — начал представлять своих подопечных:

— Ваше Величество, позвольте вам представить …

Он назвал имена девушек, но я запомнила только одно имя — Хелена Ланге. Так звали девушку, которая очень на меня похожа. На меня, когда мне было семнадцать.

В общем, я такого потрясения не ожидала. Хорошо, хватило умения скрыть свой немалый шок и провести, так сказать, собеседование. Как только девушки удалились, я добрела до ближайшего кресла и рухнула в него, как изможденная старуха.

— Что-то не так? — насторожился Баргис. Очень высокий, он имел привычку горбиться и, когда чем-то был увлечен, сутулился еще сильнее, отчего становился похожим на знак вопроса.

— Хелена Ланге — кто она?

— Тэгуи из провинции. Работает помощницей секретаря в одном из отделов Канцелярии, получает недурное содержание. Серьезная девушка. Редко какие тэгуи решаются работать — это считается неприличным, но у тэгуи Ланге выбора нет. Ее семья весьма, весьма небогата.

— Она выглядит практически так же, как я выглядела в своем родном теле.

— Вы уверены?

— Абсолютно, — почему-то шепотом произнесла я. — Она выглядит, как моя младшая сестра. Нет, мы не двойники, но очень и очень похожи.

Советник вгляделся в мое взволнованное лицо и разволновался сам. Вспотев, он достал платок из кармана и промокнул лоб.

— Говорите, похожи, как сестры? Возможно, она и есть ваша сестра.

— Как это возможно?

— Я пока ничего не могу сказать, Ваше Величество. Но я обязуюсь выяснить все о том, как вы можете быть связаны с тэгуи Ланге.

— Выясните. Обязательно.

— Если позволите, я начну наводить справки прямо сейчас, — советник попятился к дверям и уже около них вспомнил. — Ваше Величество! Так что с фрейлинами? Они вас устраивают?

— Честно говоря, эгуи, я как увидела Хелену, так сразу все мысли у меня смешались. Так что сами мне скажите — хорошие из них получатся фрейлины?

— Я постарался найти тэгуи, которые чем-то на вас похожи.

— Вам удалось. Вы нашли практически моего двойника… И, эгуи — никому не говорите об этом. Так будет лучше. А девушки пусть приходят завтра.

Баргис кивнул и вышел. Я же осталась переваривать новость о том, что у меня могут быть родственники в Аксаре.

Новые впечатления — это всегда хорошо. Я, наконец, покинула дворец. Первое перемещение, второе, третье, и вот уже мы — король, я, наша свита и сопровождающие — далеко от столицы, движемся по дороге к городку, откуда можно переместиться еще ближе к границе.

Хотелось бы мне познакомиться со своим королевством, погулять по столице, увидеть, как живет город, как выглядят местные жители, но перемещения лишили меня этого удовольствия, а когда магии для них стало недостаточно, мы уже были в глуши, и я могла видеть только осенние леса, грязь да хмурое небо.

Я сидела на мягких сиденьях в некоем подобии кареты. Карета двигалась своим ходом, точнее — ее колеса крутили даймоны, которых местные приноровились использовать не только как источник света и тепла, но и как движущую силу. Перед поездкой духов кормили кровью, чтобы те работали хорошо и не артачились.

К даймонам я уже привыкла, но все равно считала глупым бахвальством их чрезмерную эксплуатацию. Когда они зависают над потолком и дают свет — это одно. А когда они тащат карету… В общем, я почему-то тревожилась, и фрейлины, сидящие рядом, меня успокаивали.

Они вообще оказались очень полезными, как и говорил Баргис. Не было трескучей лишней болтовни, глупого заискивания, презрения — девчонки хорошо выполняли свою работу и, как мне кажется, даже были рады возможности путешествовать вместе с королевой, пусть даже она такая странная и вообще чужачка.

Конечно, больше всего мне была интересна Хелена Ланге, но я сдерживала свое любопытство и совсем коротко расспросила ее о семье, и планах на жизнь. Девушка честно ответила, что не питает надежды выйти замуж, и поэтому очень хочет остаться во дворце служить. Так у нее хотя бы будет шанс прикоснуться к магии, а дома, в провинции, потоки Источника совсем слабы.

— А почему вы думаете, что не выйдете замуж? — спросила я.

Хелена грустно улыбнулась:

— Без приданого я мало что стою.

— Если проблема только в этом, то вам не о чем беспокоиться. И это касается всех вас, — я обвела взглядом фрейлин — остроносую худую Эльвиру, которая в двадцать два года считает себя старой девой, и веснушчатую семнадцатилетнюю Грету. — Казны хватит, чтобы выдать вас замуж.

Девушки рассмеялись, но как-то невесело. И я понимала, в чем дело. Эти девушки — не блестящие красивые тэгуи, которые влюбляют в себя одним движением ресниц. На них мимолетный мужской взгляд не задерживается. И как бы ни были они сообразительны, толковы и воспитаны, им это удачно выйти замуж не поможет: более яркие птички расхватают всех стоящих женихов.

— А я, признаться, и не хочу замуж, — заявила Эльвира. — И не верю в любовь. В нашем королевстве место женщины — за спиной отца, брата, мужа. Ощущение, что мы без мужчин словно бы и не существуем. Или существуем, но только как их придатки. Придатки для рождения детей…

Сказав это, девушка посмотрела на меня. Фрейлины понимали, что я воспитана иначе, чем они, что не так уж уважаю мужчин-эгуи, и что короля не так, чтобы очень «люблю», поэтому им со мной точно не было скучно, и мои ответы они не только внимательно слушали, но еще потом и анализировали.

Я находила это забавным, поэтому тихо рассмеялась в очередной раз вместо ответа.

— Мои рассуждения так смешны? — несколько обиженно спросила Эльвира.

— Нет, вовсе нет. Просто вы смотрите на меня так, будто я кладезь умных мыслей. На самом деле, девочки, я ничуть вас не умнее. Просто я больше прожила, чем вы.

— А сколько вам лет на самом деле, Ваше Величество? — осмелилась спросить Грета, самая младшая и самая миленькая из фрейлин.

— Мне тридцать один год.

Фрейлины вздохнули так, словно бы для них стало открытием, что женщины вообще могут дожить до такого возраста.

— Вы старше короля! — ахнула Грета.

— Да. Старше.

— Значит, у вас осталась в своем мире семья, муж, дети… — протянула Хелена.

— Я не была замужем в своем мире. И детей у меня нет.

— Но вам тридцать один год!

— В нашем мире женщины прекрасно живут и без брака, — доверительно поведала я. — И детей рожают не все. Семья у нас вообще потихоньку отходит на второй план.

— Но как же вы живете?

— Неплохо живем, скажу честно. У нас нет Источника, зато есть своя магия — развитые технологии. Вместо даймонов — электричество, центральное отопление, машины. Но чем больше я нахожусь у вас, тем больше вижу, что наши миры очень похожи. Даже язык, на котором мы сейчас разговариваем, похож на язык из моего мира.

Фрейлины смотрели на меня теперь чуть ли с не благоговением, и с огромным интересом расспрашивали о моем мире, особенно им нравилось, что нравы у нас свободнее, и что возможностей для женщин больше.

В общем, поездка по лесным дорогам не была скучной, и я даже испытала душевный подъем. А жизнь-то налаживается! Я больше не пленница, Рейн уже не считает меня врагом, Баргис называет благом мое появление, и теперь я не одна, а в компании милых барышень, и у меня появились собственные стражи и смотритель. Кто знает, может, мне понравится быть королевой?

К вечеру наша значительная королевская процессия прибыла в небольшой городок. Я во все глаза смотрела из окошка кареты на серые, аккуратные домишки, на зевак, что таращились на нас с интересом и благоговением. На первый взгляд городок ничем особенно не отличался от таких же маленьких, застрявших вне времени городков где-то у нас в Европе, и только отсутствие проводов, светящихся вывесок и следов самолетов в небе говорило — это не мой мир.

Быстро стемнело. Нас встретил смотритель городка (мэр?), провел к себе в родовой замок (серые камни, сквозняк и мрачные портреты предков), накормил-напоил. Уставшая с дороги, я даже не стала возмущаться, когда после ужина Рейн отправил меня ждать его в покоях. В замке было несколько приборов, усиливающих потоки Источника, поэтому фрейлины могли пользоваться магией.

И вот тут-то мое настроение жутко испортилось.

Во-первых, фрейлины перестали разговаривать, зато стали поглядывать на меня странно, а потом стали меня прихорашивать.

Во-вторых, случилась драка. Это Боярдо попытался ко мне пройти, но его не пустили стражи Рейна, а моим стражам это не понравилось. В итоге весь замок переполошился, домашние даймоны начали метаться туда-сюда по углам, и все приборы, стабилизирующие магию, стали сбоить. Боярдо-таки сумел ко мне зайти и предупредить, что король собирается сегодня провести ритуал — кровью обменяться, а потом возлечь со мной в постель.

В-третьих, Рейн снова разъярился, как бешеный дракон, назвал меня ведьмой, обругал мою свиту, и чуть не оттяпал мне пол-ладони, добывая кровь для ритуала. Вот уж не знаю, как, но потоки Источника все-таки обновились, и только тогда Рейн перестал тяжело и гневно дышать. Оба заведенные, мы остались, наконец, одни в спальне.

— …Свиту она завела! — ворчал Рейн. — Если тебе были нужны люди, я сам бы тебе выбрал лучших — стражей, смотрителей, фрейлин и прочих. Где ты раскопала этих необученных, наглых людей?

Я не стала говорить, что всех этих людей мне посоветовал Баргис, и заявила:

— Буду выбирать тех, кого хочу, и тебя спрашивать не стану. Я королева, милый.

— А я король, и ты должна мне повиноваться!

— Я не привыкла слушать глупых людей.

— И снова ты меня оскорбляешь!

— Если бы ты вел себя разумнее, оскорблений бы не было.

Супруг махнул на меня рукой:

— Ладно, хватит! И без того уже ославили себя на всю округу… Завтра утром я намереваюсь проехаться по ближайшим селеньям — здесь даймоны неспокойны. Ты останешься здесь, в замке, слышишь?

— Слышу.

Я легла в постель и укрылась покрывалом. Меня всю трясло, и я сама не понимала, отчего — то ли после скандала, то ли от осознания, что я навсегда привязана к этому мальчишке, а значит, веселенькая мне предстоит жизнь. Или это разговоры фрейлин о независимости женщин так на меня повлияли. Я вдруг ощутила, что эта самая независимость набила мне оскомину, и что очень, очень хочу, чтобы обо мне кто-то позаботился, обнял, сказал, что защитит, и что мне не о чем волноваться. Вот был бы Рейн взрослый, уверенный в себе, надежный, я б сейчас его приняла с распростертыми объятьями и совсем бы не возражала от выполнения супружеского долга.

Рейн улегся рядом, вздохнул шумно. Мы очень старались успокоиться, но у обоих не получалось. Так уж совпало, что нам сейчас очень нужно было тепло, чье-то участие, нежность. А друг друга мы могли порадовать только упреками.

— Соня, — сдался Корбиниан, и повернулся ко мне. — Нам ведь не удастся развестись, и когда-нибудь придется переспать. А я тебя не хочу… никак не могу с тобой рядом расслабиться. Это какой-то ужас, а не брак.

— Согласна. Но нам придется жить вместе… так что придется и спать. И, кстати… мы как-никак женаты, а ты ходишь справлять нужду к Луизе. Разве от этого наша кровная связь не слабеет? Может, тебе перестать ходить к любовнице хотя бы на время, чтобы улучшить состояние магии в Аксаре?

— Я свихнусь без Луизы. Она моя отдушина.

— Где же моя отдушина? — вздохнула я.

Рейн ничего не ответил.