Невеста напрокат

Глава 3

Беккер сидел за столом. Расслабленная поза, мощные плечи, хищный оскал и глаза, выдававшие оборотня.

— Мисс Истрейдж! — пробасил он, но даже не подумал встать, как полагается в приличных домах.

И стул не спешил мне предлагать. Хотя в этом плане я была только рада. Рассиживаться здесь не хотелось. Все, о чем я мечтала, это отдать золото и поскорее убраться из дома банкира. А потом еще на один месяц забыть о нем, как о страшном сне.

— Рад вас видеть, — продолжил хозяин дома и сел прямо, положив громадные руки на стол.

— Вот. Я принесла деньги. — На негнущихся ногах я шагнула к столу. Положила мешочек с золотом перед мужчиной и отошла назад, стараясь, чтобы мои движения не выдали страх и отвращение.

Он кивнул. Подхватил золото, и я увидела, как мешочек почти утонул в громадной ладони. Беккер подбросил его, примеряясь к весу, а затем отправил в ящик стола и снова устремил взгляд на меня.

— Если все в порядке, сэр, я пойду, — сказала решительно, но едва успела развернуться в сторону выхода, когда банкир поднялся на ноги и, выйдя из-за стола, оказался рядом.

Массивная фигура преградила дорогу. Желтые глаза по-звериному взглянули на меня, и я поджала губы, заметив, как Беккер начал принюхиваться. Он делал так всегда. То ли ему нравилось пугать меня, поступая подобным образом. То ли действительно нравился мой запах. Я надеялась на первый вариант.

У Горана Беккера было широкое лицо, и они с Цаплей совершенно не походили друг на друга. Огромный, массивный, он представлял собой чистую силу в ее зверином проявлении. Я чувствовала в оборотне примесь человеческой крови, но для полукровки он слишком силен...

— Куда это вы направились, мисс Истрейдж? — спросил мужчина, смерив меня взглядом с ног до головы и обратно. — Кажется, я еще не отпускал вас.

— Я отдала деньги, и больше мне здесь делать нечего, — ответила, мысленно холодея от ужаса.

Нет, он меня никогда не трогал. Все же я ведьма, пусть и не самая сильная. Но вполне могу дать отпор. Если успею... Зато пугать мистер Беккер любил. Вот и сейчас он нависал надо мной всей своей тушей, довольно мерцая желтым взором. И явно желал потешиться.

— А вот и нет, мисс Ивэлин! — пробасил банкир. — Дело в том, что у меня для вас есть очень неприятные новости.

Я вопросительно приподняла брови.

— Так что придется задержаться, мисс, — добавил он. — Стул? — предложил внезапно, и я не успела даже испугаться, когда оборотень подтащил высокий стул с резной спинкой и ткнул мне под колени. Двигался он слишком быстро. Так, что глазу не успеть за перемещениями.

Невольно плюхнувшись на сидение, ощутила, как меня, вместе со стулом, перенесли к столу. А сам Горан занял свое место и теперь, усмехаясь, наблюдал за моей растерянностью.

— Что еще произошло? — Я взяла себя в руки. Не позволю ему наслаждаться моим страхом. — Я плачу деньги, как мы договорились. Каждый месяц двести золотых, и пока еще ни разу не пропускала выплаты.

— Знаю, — он равнодушно кивнул. — Но, видите ли, мне предложили большую сумму и сразу. Так что я принял решение разорвать наш договор, мисс Ивэлин.

А вот это меня возмутило.

— Что? — Я едва не подскочила со стула. — Вы не имеете права так поступать. Мы подписали договор, по которому я имею право отдавать деньги в течение двух лет. И у меня осталось каких-то восемь месяцев. Я…

— Я верну вам все, что вы мне дали, мисс Истрейдж, — почти радостно оскалился оборотень.

— Нет! — Злость отмела прочь мои страхи. — Вы не имеете права!

— Как раз имею, — Беккер порылся в столе и достал копию договора, которую швырнул на стол. — Просто вы невнимательно читали условия, мисс Ивэлин.

Но этого быть не могло.

Я схватила бумаги и принялась просматривать их в полной уверенности, что прочитала и изучила документ от корки до корки. Там не могло быть лазейки! Не могло! Но самоуверенный вид Горана говорил обратное. И я нашла. Строку, написанную совсем мелким почерком. Строку, которой прежде не было!

— Вы подлец! — заявила я. — Вы использовали невидимые чернила, — догадалась с отчаянием.

— Я просто знаю свое дело, мисс, — обрадовал меня этот негодяй. А мне захотелось как следует расцарапать его лицо. Даже зная, что на оборотне ранки зарастут достаточно быстро. Зато подобное принесло бы мне толику удовольствия.

— Вы же понимаете, что доказать ничего нельзя, — прорычал Беккер. — Слишком много времени прошло с момента подписания договора. Теперь ни один маг не сможет придраться к этим чернилам.

Сердце болезненно сжалось. Держа себя в руках, контролируя ярость и обиду, я положила документы на стол и взглянула на Горана, надеясь, что он поймет всю силу моего презрения по взгляду.

Он понял. Беккер был негодяем, но не дураком. И мой взгляд ему очень не понравился.

— Даже не думай проклясть меня, ведьма! — Он снова оказался рядом со мной. Так близко, что впору было закричать. Я ощутила тонкий запах его дорогого одеколона и еще один. Едва уловимый, но такой неприятный — запах псины.

Отпрянула, надеясь избежать контакта с банкиром, но не тут-то было. Сильная рука обхватила мое запястье, удерживая на месте.

— Я предлагал тебе другой вариант оплаты, — прорычал мужчина и с силой втянул воздух, наклонив голову к моему лицу.

Как же это раздражало, когда он меня вот так обнюхивал, словно я не женщина, а его самка. Волна отвращения поднялась по горлу, и я поняла, что если он продолжит вести себя подобным образом, не удержусь и сделаю глупость.

— А ведь я мог существенно сократить твой долг, ведьма.

Беккер едва не ткнулся носом в мои волосы, а его ладонь решительно опустилась на мое бедро. И тут я не выдержала. Отпрянула, ударив наглеца. Но не просто ладонью. Такого удара он не ощутил бы. А потому ударила силой. И оборотень, яростно вскрикнув от боли, отступил.

— Не смейте меня лапать, мистер Беккер! — сказала спокойно, а в дверь тревожно постучали. Явно Морган. Старый слуга выждал пару секунд, а затем решительно распахнул дверь и застыл на пороге, глядя на нас с банкиром.

Я тяжело дышала. Неприятная и короткая схватка вывела меня из себя. Но когда посмотрела на Моргана, постаралась, чтобы лицо было спокойным.

— Мисс? — хмуро спросил он.

— Все в порядке, Морган, — ответила я, глядя, как наливаются кровью глаза Беккера. — Подожди еще немного! Я скоро выйду!

По лицу моего друга было заметно, как сильно ему не хочется оставлять меня наедине с взбешенным оборотнем, но, помедлив, он принял верное решение. Поклонился и вышел, предоставив мне разбираться с Беккером. И это было правильно.

— Значит так, — встряхнув головой, прорычал банкир, — вижу, ты не понимаешь, маленькая мисс Истрейдж, или как там тебя?

Сжав кулаки, я вскинула голову.

— Если завтра же ты не принесешь мне остаток суммы, то я разрываю наш договор, — продолжил Горан. При этом глаза его засветились от потаенной радости. Он прекрасно понимал, что за одни сутки мне не найти такие деньги. Даже если я продам себя некромантам на опыты. О, думаю, если бы он мог, то уже сейчас разорвал бы бумаги и швырнул в меня обрывки документа. Но та же маленькая поправка, которая сейчас ввергла меня в пучину отчаяния, не позволяла ему сделать этого.

Сволочь и обманщик! Как же хотелось высказать ему в лицо все, что я думаю! Но вместо этого я стояла, отчаянно соображая, что же теперь делать? В висках пульсировали два слова, в которых было столько обреченности: «Один день!»

— Так что жду вас завтра, мисс Истрейдж, — прорычал он, немного успокоившись. Знал, гад, что не успею. Что я в его власти. — Если в вашей маленькой головке есть хоть немного мозгов, то вы вернетесь и будете более покладистой со мной. Или потеряете свой драгоценный дом.

— Я подам на вас в суд, — произнесла тихо, понимая, что это только слова. Но не сказать совсем ничего просто не могла. Гордость не позволяла. Видят боги, как это унизительно стоять перед таким ничтожеством и чувствовать, что ничего не в силах изменить. Оборотень, поднявшийся из низов благодаря своей подлости и вымогательству, был мне противен.

Горна рассмеялся. Сипло и уже почти спокойно. Кажется, он уверился в том, что никуда я не денусь. Что приду и смирюсь с неизбежным. Что окажусь в его власти.

— Думаю, мне пора.

Бросив взгляд на Беккера, я даже не подумала попрощаться. Просто развернулась и направилась к двери, слушая, как в такт моим шагам в груди тяжело бьется сердце.

За спиной раздался довольный рык. Банкир явно предвкушал завтрашний день, а я выскользнула в коридор и едва удержалась, чтобы не захлопнуть с силой за собой дверь.

— Вы в порядке, мисс Ивэлин? — Морган оказался рядом, готовый поддержать.

— Да, — ответила еле слышно, понимая, что сейчас обманываю и его, и себя.

Я не была в порядке. И отчаяние заполняло каждую клеточку моего тела, грозясь излиться слезами.

— Пойдем, Морган. — Вот не заплачу, ни за что! Не в этом доме, на потеху Беккеру и его окружению.

Старый слуга сразу понял, что случилось нечто из ряда вон. Вздохнув и понимая, что не стоит пока приставать с расспросами, он позволил мне пройти вперед. И по знакомому до отвращения коридору мы направились к лестнице, чтобы как можно скорее покинуть этот дом.

— Риан, прошу всеми богами, будь сегодня поласковее со своей невестой! До свадьбы осталось всего две недели, а ты совсем не проявляешь к Элеоноре интерес. Мне уже просто неловко перед мистером и миссис Вандерберг!

Сидя в покачивающемся экипаже, леди Дерри смотрела на своего сына, и во взгляде ее было столько мольбы и нежности, что Эдриан Дерри невольно поморщился. Он терпеть не мог все эти женские нежности. И единственной, кто себе позволял называть его Рианом и говорить с ним в подобном тоне, была его мать. Леди Элиса Дерри, в девичестве Раттертон. Для остальных он поблажек не делал и не собирался делать никогда.

— Матушка, — со вздохом ответил мужчина, — вы прекрасно знаете, что данный брак договорной. И он не подразумевает ответные чувства с моей стороны, да и со стороны мисс Элеоноры тоже.

— Но, Риан! — ахнула леди.

— Что? — Его глаза мрачно сверкнули.

— Я просто не понимаю тебя! Как можно игнорировать такую девушку, как Элеонора? — Она едва не всплеснула руками. — Она ведь прекрасно образованна, красива и состоятельна. Мечта, а не супруга.

«Все, что мне потребуется от жены, это наследник, — хотел было ответить он, — или, желательно, два. Все остальное неважно». Но дальше мыслей эта фраза не ушла. Эдриан прекрасно понимал, что мать обидится на подобное заявление. Подобно всем представительницам женского пола, она верила в то, что называли любовью, а сам лорд Дерри представлял немного в ином качестве.

Женщины у него были. И немало. Он пережил даже несколько коротких романов, но все что ему требовалось от дам, он получал и уходил. А чувства? Нет. Подумав, он понял, что ничего не чувствует к тем, с кем проводил когда-то время. И Элеонора точно так же не вызывала у него ничего, кроме вынужденного интереса.

Да. Эдриан признавал, что в словах матушки есть смысл. Мисс Вандерберг — отличная партия, но не более того. Красивая, ухоженная, изысканная. Все это можно было сказать о его невесте. Вот только маг чувствовал, что внутри у нее пустота. А подобные женщины его не привлекали.

Элеонора была себе на уме. Расчетливая и холодная. Только, к сожалению, его матушка совсем не замечала таких неприятных качеств будущей невестки. Более того, юная мисс Вандерберг умело манипулировала людьми и при желании могла казаться обаятельной и милой.

Рядом с леди Дерри мисс Вандерберг источала тепло и дружелюбность. Но Эдриан видел ее насквозь. А порой жалел о том, что помолвку нельзя расторгнуть. Впрочем, с невестой он мог и хотел договориться. И желательно сделать это до того, как они заключат брак. Он знал, что предложит девушке, и знал, что попросит взамен. Возможно, он переговорит с ней уже сегодня, чтобы знать, чего ожидать после церемонии. И, конечно же, при достижении согласия они подпишут документ, отдельный от свидетельства о браке.

Дерри бросил взгляд на мать. Но леди Элиса уже поняла, что он не склонен к беседам. Отвернувшись, она смотрела, как экипаж сворачивает к столичному дому семейства Вандерберг. А увидев знакомые ворота с гербом, изображавшим мешок с золотыми монетами, оживилась и обернулась к сыну.

— Почти приехали, — сообщила она и напомнила тихо: — Риан, ты обещал мне быть любезным.

Не ответив, сын лишь сдержанно улыбнулся. А спустя минуту экипаж оказался у ворот, и привратник, узнавший карету лорда Дерри, поспешил из своей сторожки.

Дом Вандербергов находился в самом уютном, по мнению Эдриана, уголке столицы. Рядом был разбит королевский парк, через который протекала река Черная, а на территории, возле громады особняка, поднимались к небу два высоких дерева. Все остальное место занимали лужайки с зеленой травой, тянувшиеся до излучины реки, низкого берега, поросшего ивами.

Сам дом представлял собой белый монолит, украшенный башенками и колоннами. Над главным входом козырьком нависал открытый балкон, а в окнах приветливо горел свет.

Когда карета остановилась, подоспевший лакей в золотой ливрее и парике распахнул дверцу, приветствуя гостей. Эдриан выбрался наружу первым, чтобы подать руку матери. А затем повел ее по лестнице к главному входу.

Леди Дерри, шагая под руку со своим статным сыном, внутренне радовалась этому вечеру и предстоявшему ужину. На фоне Эдриана она даже самой себе казалась маленькой и хрупкой — ее Риан возвышался над матушкой на добрых две головы. Женщина не могла не гордиться сыном, добившимся в этой жизни всего без посторонней помощи, ведь ее почивший супруг оставил сыну только имя и старый дом. А теперь, благодаря Риану, они считались едва ли не самым состоятельным семейством в королевстве.

Стоявший у порога слуга почтительно поклонился, пропуская в дом лорда и леди Дерри. А затем прошел следом, закрывая за спиной гостей высокую дверь.

Эдриан еще не успел отдать шляпу и плащ слуге, когда им навстречу, вышла хозяйка дома в сопровождении своей дочери. Они торопливо спускались по широкой лестнице.

В облаке розового шелка миссис Вандерберг выглядела, на придирчивый взгляд Эдриана, слишком жеманно, но помня об обещании, данном матери, он выдавил улыбку и поклонился, приветствуя будущую родственницу. Ее дочь, одетая в бледно-голубой наряд, улыбалась не менее широко, чем матушка. И всем видом излучала невероятное счастье от состоявшейся встречи.

— Добрый вечер, леди Элиса! — прощебетала мадам Розалинда и протянула руку лорду Дерри. — Добрый день, лорд Эдриан! — Она одарила его радушным взглядом и обволокла облаком сладкого парфюма, вдохнув который, Риан едва не закашлялся.

— Как мы рады видеть вас! — в тон матери прощебетала мисс Элеонора и тоже протянула руку в белоснежной перчатке, к которой Дерри едва прикоснулся пальцами. А уж губами... Нет. Сделал вид, что целует, и отпустил тонкие пальцы девушки, распрямившись и глядя ей в глаза.

— Пройдемте в гостиную, — миссис Вандерберг завладела вниманием будущих родственников. — Слуги скоро накроют стол. Посидим в тесном семейном кругу. Правда же, чудесно? И мистер Вандерберг очень извиняется, но его задержали дела. К ужину он непременно будет.

Леди Дерри согласно кивнула и вместе с Розалиндой прошествовала через холл к арочному проходу. Эдриану не оставалось ничего другого, как составить компанию мисс Элеоноре, хотя он не испытывал ни малейшего желания развлекать ее светской беседой. И все, о чем мечтал, — чтобы вечер и ужин закончились как можно скорее.

Шли молча. Элеонора бросала на Риана любопытные взгляды, но ни он, ни она не спешили заговорить. В просторной гостиной их встречали слуги. Старшие дамы уже присели на диван, и мисс Вандерберг поспешила присоединиться к ним. Дерри взглядом отыскал глубокое кресло и занял его, глядя на мать, явно довольную компанией.

— Свадьба уже так скоро, — проговорила она. — А наши дети почти не знают друг друга.

— Тогда давайте встречаться как можно чаще, — предложила Розалинда.

Дерри хмыкнул. Именно этого ему хотелось менее всего. Он снова взглянул на свою невесту. Красивая, ничего не скажешь. Но ее наигранные милые ужимки вызывают отторжение, а не интерес.

— Сколько осталось до ужина? — спросил он спокойно у хозяйки дома.

Миссис Вандерберг бросила взгляд на часы, занимавшие часть каминной полки.

— Не более получаса, — сообщила она. — Я сегодня пригласила замечательного кондитера из столичного ресторана. Надеюсь, он порадует нас чем-то изысканным и особенным.

Дерри кивнул, хотя ему не было дела до блюд, которыми собралась угощать их Розалинда. Он перевел взгляд на невесту и продолжил:

— Возможно, мы сможем потратить оставшееся время с умом. Что, если мисс Вандерберг покажет мне дом?

Элеонора приподняла брови. Их глаза встретились, и Риан понял, что девица не против.

— О! — обрадовалась инициативе сына леди Дерри. — Думаю, это замечательная идея.

Миссис Вандерберг благосклонно кивнула, и Эдриан, поднявшись с кресла, подошел к невесте, предложив ей руку.

Ее прикосновение не вызвало в нем ничего. Не отозвалось ни в сердце, ни в душе. И все же, чтобы порадовать матушку, маг улыбнулся.

— Буду рад небольшой экскурсии.

Она поднялась с дивана с легкостью и даже изяществом. Вцепилась в его руку и мило улыбнулась:

— И я буду рада!

— Показывайте дорогу, мисс Вандерберг! — кивнул Эдриан, стараясь, чтобы голос не был слишком сухим. У него плохо получалось играть в эти светские манеры.

— Вы можете называть меня просто, Элеонора, лорд Дерри, — ответила она. И Эдриан подумал, что его матушка была бы рада, обращайся они теперь друг к другу по имени. Но сам, шагая рядом с невестой, не чувствовал совершенно ничего. И ему казалось, что свадьба, которая уже маячила на горизонте, не его.

Под прицельными, пристальными взглядами матерей пара вышла из гостиной. Элеонора продолжала висеть на руке жениха и явно не спешила отпускать добычу. Так они поднялись по лестнице, миновав слуг, застывших в холле, и лишь оказавшись на втором этаже, юная невеста нарушила молчание.

— Что хотите посмотреть, лорд Дерри? Портретную галерею, или коллекцию холодного оружия? У моего отца замечательная коллекция, и он по праву гордится ею.

— Что вам самой больше по душе, — равнодушно ответил маг.

— Хорошо, — согласилась Элеонора и потянула его за собой через широкий коридор, увешанный пейзажами, к открытой галерее, где магическое пламя танцевало от дуновения ветра, врывавшегося в одно из распахнутых окон.

Галерея представляла собой длинный коридор с арочными окнами по левой стене. Вдоль правой расположились мраморные статуи дев, застывших с изысканных позах. Едва скользнув взглядом по обнаженным каменным красавицам, Риан понял, что они здесь с Элеонорой одни. Мгновенно высвободившись из ее цепких пальцев, он посмотрел в лицо невесте и произнес:

— Давно хотел поговорить с вами, мисс Вандерберг.

Она смерила его ответным взглядом, в котором мало осталось от милой улыбки и ужимок, и поправила:

— Элеонора. Вы можете называть меня по имени. Ведь мы уже скоро станем мужем и женой. Привыкайте, Дерри.

Он невольно усмехнулся. Такой, открытой и не изображавшей из себя покладистую деву, невеста ему нравилась больше.

— Вы прекрасно знаете, что этот брак договорной, — начал он. — Я бы хотел заранее обговорить условия, чтобы потом не было претензий с обеих сторон.

— Да? — Одна ее бровь насмешливо изогнулась. — Чего же вы хотите, лорд Эдриан?

— Во-первых, честности между нами, — ответил маг. — Вы перестанете жеманничать и изображать наигранный интерес к моей персоне.

— А что, если вы мне действительно нравитесь? — спросила Элеонора тихо. Заложив руки за спину, она смотрела на Дерри и понимала, что с этим мужчиной ей придется тяжело.

— После брака мы с вами не станем ограничивать свободу друг друга, — сообщил жених, проигнорировав наводящий вопрос. — Но ваши дети будут только от меня. Это единственное условие.

— Дети? — спросила она странно глухим голосом, а затем, выдержав его пристальный взгляд, добавила: — Нет ли чего-то более важного, что вам стоило бы рассказать мне, милорд?

В его ответном взгляде на миг промелькнула какая-то тень, и Нора поняла: не скажет. Возможно, он и сам не верит в то, что скрывает, но не скажет. А ведь она знала его тайну. И знала, почему его матушка так спешит с этой свадьбой. Только сам жених, кажется, считает подобное глупостью и сказками.

Несколько секунд оба молчали. Элеоноре показалось, что ее сердце замерло в ожидании. Как-то сразу вспомнилось все. И сегодняшняя попытка найти для себя замену. И эта тайна, открывшаяся так случайно и недавно. Тайна, связанная с родом лорда Дерри. Тайна, которая пугала ее до дрожи в коленях.

Нет. Она сделает все, чтобы мисс Ивэлин заняла ее место. Завтра же они с матушкой будут искать причину и возможность заставить наглую девку, продававшую себя, работать на них. Занять ее место.

Всего две несчастных недели! А потом, когда все произойдет, она покажет этому Эдриану, чего стоит.

— Если вас интересует что-то особенное, спрашивайте прямо, — сказал маг, и мисс Вандерберг лишь усмехнулась.

— Нет, милорд, — проговорила, уже зная, что ни за что на свете не откажется от такого супруга. И, главное, от того, что ей принесет брак с ним. — Я согласна обсудить все ваши условия. Только пусть наши матери не будут в курсе этого разговора, — заявила она.

Дерри смерил ее взглядом и кивнул. Вот только в глубине темно-синих глаз мужчины Элеоноре померещилось что-то странное. Но она сделала вид, что не заметила.

Они обговорили свой союз достаточно быстро. Условия подходили и Норе. Девушка так же, как и ее будущий супруг, не желала зависимости от брака. Все, что ей было нужно, это свобода, пусть даже такая относительная, и положение в свете. Все это Дерри мог ей дать. А что касалось любви... Мисс Вандерберг даже не подумала об этом. Да и стоит ли думать о том, во что не веришь?