Не хочу, как Русалочка!

Глава 49

Эттриан

Панику, которая началась при затоплении, не удалось остановить, и я сосредоточился на спасении самых важных для королевства (и себя) жизней. Ведь ни отец, ни сестра плавать не умели. Дэйжина я обучил, но король не поддался на уговоры. Отговариваясь, что нет необходимости, он на самом деле боялся воды.

Первым делом я вытащил короля, а потом осмотрелся и крикнул:

— Лейя!

Перекричать шум воды, крики паники и мольбы о спасении было невозможно, но один человек каким-то образом услышал меня.

— Я держу её, Риан! — с трудом расслышал Зелота, но выдохнул с облегчением.

— Плыви за мной, — приказал ему и поволок отца к тайному ходу, который располагался за троном.

Нейг поведал, что за гобеленом всегда стоит человек, который наблюдает за всеми и записывает всё, что кажется подозрительным. Из каморки, где он обычно сидел, есть винтовая лестница в башню, а нам как раз требовалось подняться выше уровня воды.

Подплыв, мы скользнули под гобелен и оказались в помещении, где едва можно было поместиться втроём, поэтому я пропустил Зелота к лестнице, а сам подождал, наблюдая за тем, что происходило в зале.

К моему удивлению, большинство придворных неплохо держались на воде. Особенно повезло дамам, которые предпочитали подкладывать под юбки надутые свиные пузыри вместо того, чтобы использовать сложные металлические конструкции, придающие пышность. Платье было гораздо легче и… не позволяло утонуть!

Но Лейе по статусу принцессы приходилось избегать ухищрений, поэтому она быстро пошла ко дну, а теперь Зелоту приходилось несладко, когда он тащил мою сестру по лестнице, но мужчина, шумно дыша, делал шаг за шагом.

— Если в Котлийе эти конструкции в ходу, чувствую, скоро их отменят, — усмехнулся я и, взвалив на себя бесчувственного короля, начал подъём сам. Проворчал, обливаясь потом: — Кажется, кому-то строит похудеть.

— Как ты разговариваешь с королём? — услышал слабый голос и обрадовался.

— Вы очнулись?

— Нет, тебе показалось! — фыркнул он. — Неси дальше.

И сильно закашлялся, отплёвываясь от воды, а я сжал зубы и ускорился, чтобы поскорее добраться до смотровой и помочь королю прийти в себя. Когда мы оказались наверху, отцу уже стало лучше, и он даже встал на ноги, хоть и покачивался, крепко держась за меня. Смотрел перед собой расширенными от изумления глазами:

— Ч-что это⁈

Я и сам, признаться, растерялся при виде барахтающегося в воздухе посла Котлийи. Рядом с ним то тут, то там виднелись обломки корабля, крутилась мачта, и ветер полоскал оборванные паруса. Всё казалось совершенно нереальным, и было непросто поверить, что всё происходит на самом деле.

— Льински⁈ — справившись с изумлением, крикнул король.

Тот замер на миг, а потом закрутил головой так отчаянно, что, казалось, она вот-вот отвалится. Заметив нас, обрадованно дёрнулся и завопил:

— Ваше величество! Спасите! Помогите!

Он задёргал пухлыми ногами, будто собирался бежать по воздуху, но с места так и не сдвинулся.

— Что с тобой произошло? — крикнул король.

— Всё из-за его высочества принца Дэйжина! — запищал посол. — Он вспылил и оскорбил морского царя, а тот поклялся, что сотрёт с лица земли Вазриан. Я пытался помешать! Сел на корабль и пустился в погоню…

— Ты остановил морского царя? — не поверил мой отец.

И правильно сделал. Я бы тоже засомневался, что с помощью одной щепки можно сменить русло полноводной реки.

— Да! — забарахтался посол. — У меня был артефакт, очень древний и редкий. Я использовал его для вашего блага!

— Хм… — помрачнел король. — А где Дэйжин?

— Не горюйте о гибели наследника, ваше величество. — Посол тяжело вздохнул, а потом стрельнул глазками в Лейю, которую придерживал Зелот. — У вас есть дочь, ради которой эр Зелот Правски попросит поддержки у короля Котлийи, и вместе вы одолеете Тристрида. Всего-то и нужно, что объявить её наследной принцессой!

Я быстро обернулся к отцу:

— Не спешите, ваше величество! Дэйжин отлично плавает. Я сам обучил брата!

Король горько скривился и, ничего мне не ответив, повернулся к котлийскому принцу. По губам Зелота скользнула улыбка победителя, и я сильно пожалел, что Лейя, возжелав свободы, так беспечно отдала свою руку этому интригану. Похоже, эр предусмотрел и её характер.