А в это время в нашем мире…
В больнице было тихо, пахло лекарствами и дезинфицирующими средствами. Вася лежал с распахнутыми глазами и смотрел в потолок, почти не мигая. После операции ему сказали, что Арина Константиновна не проснулась после наркоза.
— Простите, меня, — прошептал ребёнок.
Её большое доброе сердце остановилось во время операции, и мальчик винил себя в смерти женщины, которую полюбил, как родную бабушку.
— Я виноват.
Ему повезло, и семья, усыновившая Василия, оказалась большой. Арина Константиновна была её сердцем, магнитом, который притягивал хороших людей. Солнцем, вокруг которого вращались другие планеты.
— Это моя вина.
Слёз не было. Вася отучился плакать ещё в приюте, ведь взрослых они только раздражают и облегчения не приносят. С болью мальчик тоже смирился. Он думал, что от него откажутся сразу, как только узнают о болезни, но ошибся.
— Мне так жаль!
Бабушка сказала своё веское слово, а другие, как бы ни возмущались, никогда не перечили Арине Константиновне. Мама Аня была похожей, стойкой и любящей, но не такой весёлой. Васе казалось, что невестка изо всех сил старалась быть похожей на свекровь.
Которой больше нет.
— Это несправедливо! — мучительно скривился мальчик.
— Что несправедливо, Васёк? — неожиданно услышал он весёлый голос.
Ребёнок сжался и, не дыша, смотрел на потолок, где вдруг появилось изображение прекрасной молодой женщины. Будто некто включил невидимый проектор, который иногда доставали из пыльной кладовки, показывая детям очень старые фильмы.
— Вы кто? — пролепетал мальчик. — Ангел?
В высшие силы Вася не верил, так как не мог понять, почему у других детей есть мама и папа, а у него нет. Но всё равно спросил.
— Я? — Она как-то очень знакомо хохотнула. — Это вряд ли!
— Может, вы галлюцинация?
Мальчик слышал, как медсёстры обсуждали пациента, который в каждой женщине видит свою жену, с которой развёлся давным-давно. К тому дяде вызвали психиатра, ведь он не подпускал к себе даже врача.
— Тоже мимо, — махнула она рукой. — Это магия, парень! Честно говоря, я думала, что просто на тебя посмотрю, но получила приятный бонус. Мы сможем пообщаться. Как ты себя чувствуешь?
— Нормально, — привычно ответил ребёнок.
Незнакомка наморщила нос совершенно так же, как делала бабуля:
— Ой, не плети мне косички! В каком месте тебе нормально⁈
Внезапно у Васи задрожали губы, а из глаз сами собой полились слёзы. Он будто снова говорил с Ариной Константиновной, и хотелось излить всё как на духу. Торопясь, будто видение могло вот-вот растаять, Вася проревел:
— Она умерла! Бабуля умерла из-за меня! Я виноват! Всё я!
— Тише, тише, — сурово проговорила блондинка. — А то швы разойдутся. Ты же не хочешь огорчить бабулю и вернуть ей подарок?
— Подарок? — Всхлипывая, он непонимающе посмотрел на потолок.
— Почку. — Женщина подмигнула совсем как Арина Константиновна. — Подарок необычный, но весьма ценный, если исследовать рынок. Береги его, Васёк! И знай, что твоя бабушка всё ещё жива.
— Да? — По щекам мальчика снова полились слёзы. — Как? Где она?
— Секрет, — прищурилась незнакомка. — Просто знай это. И ещё. Она тебя очень-очень любит!
Видение растаяло, будто и не было, но Вася сжал кулаки и упрямо выдохнул:
— Оно было. Было! Мне явился ангел… Нет! Ко мне приходила моя любимая бабушка Арина.
И поклялся с этого дня заботиться о своём здоровье и беречь ценный подарок. В надежде, что Арина Константиновна как-нибудь ещё навестит его, подмигнёт, одарит знакомой улыбкой и выдаст любимое: «Не плетите мне косички!».