Ириниец

Глава 7

Я стоял среди водопада сверкающих фиолетовых брызг и наслаждался зрелищем. В груди зудело чувство, сродни перфекционизму. Удовлетворение от проделанной работы и смакование своих новых возможностей, которым ещё очень далеко до финального мазка, — эти эмоции породили в душе порцию неги, которая удерживала меня на месте и говорила: «Смотри, на что ты теперь способен. А что будет дальше? Ты вообще представляешь, каких вершин теперь сможешь достичь? Никто тебе не сможет указывать, как жить. Все там, наверху, — слабаки, которые лишь в начале пути».

И да, это было именно так. Я, Глеб Кронов, был представителем второго поколения магов. Мои покойные родители являлись одними из первых, кто вошёл в нутро пространственного сдвига и обзавёлся магическим сердцем. Этот новый своеобразный полис влияния лишь только начал набирать силу на поверхности. Но я не сомневаюсь, скоро самыми богатыми, востребованными и значимыми персонами будут именно маги и магические семьи. Да что говорить, оно уже и сейчас практически так и есть. А ведь с момента появления первого пространственного сдвига прошло всего двадцать два года.

Стоя с закрытыми глазами, я наслаждался, возможно, и мнимыми, но в моменте крайне приятными мыслями о превосходстве. Ни капли усталости. Победа досталась мне слишком легко. Ну и хорошо. Пусть засунут в жопу языки те, кто говорит, что чтобы чего-то добиться, надо страдать. Хотя… А я разве не страдал?

— Ещё как страдал, — открыв глаза и осмотрев своё тело, произнёс вслух.

Наконец проснулся Единый и вывел меня из совершенно ненужных размышлений. Вспыхнули строчки текста.

«Цель уничтожена. Поглощено 36 единиц грязного эфира. Преобразовано в 12 единиц чистого эфира. До следующей эволюции 88 единиц чистого эфира».

Ни секунды не раздумывая, я двинулся дальше. Стигматы помогали мне выслеживать тварей по эфирному следу.

Убил ещё несколько медузоподобных тварей. Они оказались слабее первой, и с них получил всего по восемь единиц чистого эфира.

После убийства третьего существа я, как и предыдущие разы, не стал задерживаться и вошёл в очередной проход. Внезапно по телу от солнечного сплетения распространилась адская боль. Схватившись за живот, рухнул на колени и уткнулся головой в пол. В глазах побежали круги. Дыхание перехватило. В ушах запищало.

— Единый, мать твою, что это за херня со мной происходит? — через силу выдавил я слова.

«Для поддержания работоспособности оставшихся от исходного тела органов требуется любая органическая пища».

— Да где я её здесь возьму? — закусив губу до крови, возмутился я.

«…ЛЮБАЯ… органическая пища», — вывел уточнение Единый.

— Сука-а-а-а… В смысле, любая. Ты что, предлагаешь жрать мне тварей? Да я заблюю всё вокруг от такой перспективы. Тем более мне негде их приготовить. Жрать сырыми, что ли? — возмутился я.

«Адаптивная метаболизация (пассивный навык ветки „Плоть и сталь“) — возможность усвоения любой органики. Разложение органики. Нейтрализация ядов (в том числе и трупных). Активация навыка — 10 единиц чистого эфира. Активировать?»

Ответить я не смог. А всё потому, что, когда я представил, как жру трупы, меня начало фонтаном рвать какой-то желчью. В итоге мне стало ещё хуже. Появились конвульсивные судороги. Я содрогался на земле, не в силах ничего изменить. Чушь, конечно. Я знал, что надо делать.

— Ак-ти-ви-руй… — с большим трудом произнёс я. А ведь этого не требовалось. Можно было мысленно дать команду, но башка уже не соображала.

«Активация… Успешно».

Прочитав сообщение от Единого, я воткнул пальцы в землю и подтянул тело в направлении последней убитой твари. Потом повторил это действие ещё раз, а затем ещё и ещё.

Через десяток минут мучений я лицом упёрся в склизкое, растёкшееся по полу тело медузоподобной твари, которая не взорвалась пылью, как первая, а умерла без спецэффектов. Рвотные позывы начались сразу же, как в нос попал омерзительный запах существа. Но, к сожалению или к счастью, внутри меня уже даже желчи не осталось.

Заставить себя сразу откусить кусок я не смог. Рванул плоть рукой и выдрал шмат желеобразной субстанции. Попытался пихнуть его в рот, но меня вновь затошнило.

Я, может, и вообще не смог бы употребить это месиво в пищу, но боль усилилась. Из глаз брызнули слёзы. Из глотки раздался неестественный хрип. Зажав пальцами одной руки ноздри, я начал пихать плоть существа себе в рот. Не жуя, проглотил, но ненадолго. Меня сразу же вырвало.

Получилось не выблевать эту херню лишь с третьей попытки. Измученный, поглотив не менее полкилограмма этой отвратительной массы, я провалился во тьму. Был это сон или потеря сознания… Трудно сказать. Однако, когда я проснулся, боли уже не было. Смахнув с лица измазанные в телесных жидкостях твари длинные патлы, встал и подвигал конечностями.

— Хм… Всё вроде в порядке. — с сомнением произнёс я. Перевёл взгляд на останки твари. Как ни странно, теперь они не вызывали у меня такое отвращение, как изначально. Ну да, ком в горле присутствовал, но рвотных позывов не наблюдалось.

— То есть мне, как и раньше, нужно есть органическую пищу? Только теперь я могу употреблять её даже не свежей? — поинтересовался у Единого.

«Необходимость употребления органических соединений — высокая»

— Понятно. — задумчиво произнёс я. — Получается, моя иринийская часть питается эфиром?

«На поддержание 100 % работоспособности иринийских узлов требуется 2 единицы эфира в сутки».

— Хорошо. Тогда скажи, сколько вырабатывает эфира непосредственно мой организм? — задумавшись, спросил я.

«6 единиц в сутки» — выдал Единый лаконичный ответ.

— А куда тогда делся весь выработанный мною эфир за год? — возмутился я.

«Эволюция…»

— Сука. Ну точно же. Эволюция. А какой у меня резервуар для хранения эфира?

«На данный момент есть возможность хранения 248 единиц чистого эфира».

— Ну что же. Неплохо так-то. Тогда погнали дальше. — Активировав стигматы, я двинулся в глубь очередного прохода.