Хроники Королевств. Царица Степи.

Глава 34.

Глава 34.

Саргал Степной Волк.

Народ после удара гонга собирался живее. Толпа становилась значительно плотнее. Шли все, от мала до велика. Орки знали, гонг просто так не звучит. Даже самому маленькому орчонку не придёт в голову ударить в гонг во время игр. Поэтому сейчас собирался весь город.

С другой стороны, по ступеням, что вели к дому вождя, шли орки малого отряда, слуги и шаман. С краю ступеней встал Хрон, у которого, похоже, была совсем бессонная ночь. Следом орки, на груди которых висел знак стражей, вели тех женщин, что жили в доме вождя на особом положении. Последней два орка привели скованную Мегану.

Я кинул взгляд на шамана. Что же такого рассказала девица, раз он так распорядился её опутать? Но шаман стоял, не скрывая злости и тревоги. Оглядев площадь, он остановил взгляд на мне. И ничего хорошего этот взгляд моей шкуре не предвещал. Затылок как-то заныл, словно заранее предчувствуя тяжёлый разговор с шаманом. Это хорошо, что ещё дядя живёт в городе Верховного. Иначе бы Рагос Верный мне бы уже все мозги когтем выковырял. И сейчас бы шипел над ухом.

Хвост хоть и был мрачнее тучи, но увидев мою Кайру, завëрнутую в шкуру, ухмыльнулся и показал мне оба больших пальца вверх. Сам он встал рядом с Кайрой. Терри отчего-то хмурилась.

- Что случилось? - подошёл к ней я, пользуясь тем, что пока все собирались, время ещё было.

- Если ты не извещал Мегану о своём прибытии, каким образом она тебя встречала? - подняла голову жена.

- Терри, я же тебе объяснил, что после свадьбы ну никаких отношений ни с кем у меня не было и быть не могло, - напомнил ей я.

- Я помню. Но тогда, если на минуточку предположить, что не ты центр мира, то получается, что как только вернулся отец, и прилетел голубь, и всем стало понятно, что вы возвращаетесь, она решила просто улизнуть? А встреча была случайной. - Похлопала ресничками моя зеленоглазая Кайра. - Но куда? И сейчас, уже понимая, что её ложь вскрылась, она стоит если и не с торжествующей, то с самодовольной улыбкой точно. Либо она уверена, что ей ничего не будет, либо уверена, что её союзники, или для кого она там старалась, её вытащат. А союзники есть. Кто-то же помог осветительным артефактам из библиотеки стать холодными. Вот только не пойму, к чему столько стараний и такая интрига?

- Возможно... - я осторожно провёл костяшками пальцев по её щеке. - Чтобы я нанёс своей жене такую обиду, которую она не смогла бы простить.

- То есть, за всем этим стоит идиот, который не понимает, что Терриэль Аргаэт принцесса Империи? Поэтому о моём истинном отношении к окружающим, эти окружающие могут вообще никогда не узнать. Я бы поостереглась настолько недооценивать нашего тайного недоброжелателя. - Хмыкнула Терри, заставив меня задуматься, входит ли муж в определение "окружающие", которым не положено знать, как к ним относится принцесса?

- Вождь, пока не началось то, для чего ты нас всех собрал, я прошу слова! - на ступени поднялся Фалмор, отец Медия и двойняшек-рыцарей.

- Говори, - кивнул я.

- В последний свой поход на скалы, я нашёл оставленную пчëлами большую колонию. С десяток ульев полных мёда. Судя по признакам, о которых сейчас долго рассказывать, да и ни к чему, пчёлы оставили свой город давно, лет пять назад. - Рассказал скальник под дружный выдох собравшихся. - Один из самых старых ульев висел очень неудобно и дальше остальных. Поэтому я отцепил добавочный ремень. Пожадничал. В результате упал. Многие из вас, орда, были свидетелями того, что я уже прощался с семьёй и жизнью. Но наша принцесса решила иначе. Две недели прошли, а я уже на ногах. И верю, что как и обещала жена вождя, через год вернусь к своему промыслу. К счастью, до падения я успел срезать все ульи. И мёда, оказавшегося в них, хватило на пятьдесят три бутылки "Замёрзшего Солнца".

Скальник поднял руку, прося толпу замолчать.

- Как и положено, половина будет передана на племенной кошт, во благо нашего племени! Четверть идёт добытчику, то есть моей семье. Четверть моей ватаге. - Орки поздравляли друг друга.

" Замёрзшее Солнце". Мёд ледяных пчёл, если те, оставляют его в ульях, которые бросают, что само по себе большая редкость, вымораживается морозами, которые нам сложно представить. Взбалтывается высокогорными ветрами. И за год превращается в вино, вкуснее которого ничего представить нельзя. Чем дольше мёд стоит в брошенном улье, тем больше удивительных свойств он приобретает. До этого были несколько бутылок после двух лет, а сейчас...

Эльфы, демоны и вампиры из высших и самых древних родов просто охотятся за бутылками с этим вином. И готовы платить чем угодно за право обладания подобным чудом. А тут... Пять лет и в таком количестве! Да мы без каких-либо ущемлений сможем построить пять таких городов как наш, заселить и содержать всё население. Ещё и жить при этом безбедно!

- Но есть древнее право добытчика, решить судьбу добычи, и я хотел бы им воспользоваться. - Вдруг продолжил скальник. - До начала раздела добычи, я хотел бы передать три бутылки "Замёрзшего Солнца" Терриэль Степной, жене нашего вождя. Мы все помним её танец на празднике в честь хорошей добычи. И помним, что сказал шаман. Что Степь услышала. И я уверен, что такое везение не просто так. А ответ. Ну, и на своих ногах без принцессы я бы точно больше не ходил. Поэтому я принял такое решение!

На площади поднялся одобрительный гул. То тут, то там прорывались выкрики: "Верно". Орда была согласна. Но чутьё мне подсказывало, что чуть позже, когда я расскажу обо всем, я получу неодобрительный взгляд не только от шамана. Морий и Фламми с сияющими мордашками несли за ручки большую корзину, где на подушке из меха лежали три бутылки драгоценного вина.

- Для особого случая, - хитро подмигнул моей жене Фламми. - Например, на рождение сына вождя.

- Дочку вашему вождю! - ехидно прищурилась Кайра.

- Я согласен, - оскалился я, пользуясь тем, что пока у Терри хорошее настроение. - А теперь, я хотел бы вернуться к тому, для чего вас собрал.

Над площадью мгновенно, словно с порывом налетевшего ветра смолкли все крики и разговоры. Рассказ был долгим, меня никто не перебивал. Только женщины всхлипывали, когда я рассказывал о том, что увидел в селении изгоев.

Мать Фламми и Мория молча закрыла лицо руками и уткнулась в грудь мужа, когда услышала, что в возвращающемся обозе едут оба её старших сына, невестка и внук. А вот сам скальник, одной рукой обнимал жену, а кулак другой был крепко сжат. Да и лицо, словно окаменело. Новости о Медии его не радовали.

- Сразу видно, что принцесса. - Подбоченилась хозяйка городской пекарни. - У неё под носом какая-то рыжая стервь под мужика стелится, а она по библиотекам ночи проводит. Деточка, так, на будущее... Скалка, это не только кухонная утварь, но и отличное средство для пробуждения у мужика чести, совести и уважения к жене!

- Чего сразу у мужика-то? - возмутился кузнец.

- Ещё о всякую лярву скалку, которой тесто раскатываешь, портить! Ещё чего не хватало! Кипятка плеснула на спину и хорошо, больше неповадно будет. - Подбоченилась булочница.

- Моя жена, если вы не забыли, вообще-то принцесса. - Попытался приструнить её я.

- И что? Раз принцесса, значит, не баба что-ли? - попытка вышла провальная.

- Её такому во дворце императора не учили, - ответил булочнице Хвост.

- Это да, во дворце императора чему путёвому не научат. - Согласилась булочница. - Ты, вашество, ко мне заходи. Пирогами накормлю, да с киселëм. Заодно и про жизнь бабскую расскажу. Когда скалкой мужу о любви напомнить, а когда и сковороду нагреть не грех!

- Принцесса, дочь императора... - вдруг хмыкнула Мегана, прижимая руку к груди. - Две недели по локоть в дерьме! Плевки с полов мыла...

- Не было такого! - рванулся к Мегане Хрон. - Никаких плевков не было!

- Дерьма в вепрятниках тоже не было? - оскалилась Мегана.

- Ты смотри, голос прорезался! - подняла заплаканное лицо мать Медия. - А ты, дрянь, не забыла, что бывает по закону Степи с девками, что на чужих мужьях виснут и в постель лезут? Или думаешь, про пустой шатер не вспомнят?

- Что? - посерела Мегана. - Вы не посмеете! Я служу Некросам! Думаете, справились толпой всего с двумя слугами на побегушках и всё, великие воины? Вы не посмеете меня тронуть!

- Что ещё за пустой шатёр? - услышал я, как Терри тихо спрашивает у Хвоста.

- У нас же основа всего это семья. И вот когда такая девица лезет в семью, разлад вносит, да не приведи Молотобоец, ещё жена мужа выгонит или сама уйдёт, то, получается, из-за похоти своей основу всего губит. - Тихо рассказывал всё больше хмурящейся жене Хвост. - Вот и повелось... Чего хочет такая девка, того и получает с избытком. Ловили, ставили в стороне от стойбища пустой шатёр и девку там привязывали к центральному опорному столбу. Голышом и чтоб с четверенек подняться не могла. Сутки любой свободный орк мог зайти в шатёр и делать с ней, что угодно. А через сутки отвязывали и в пинки гнали прочь. Только до конца суток мало кто доживал. А если и выживали, то так и дохли не далеко от стойбища.

- То есть, я прямо в день приезда могла потребовать устроить такое развлечение Мегане? - спросила жена, а я отчего-то замер.

- Ну, да. Твоё право, как жены. - Поднёс горящий факел к кипящей смоле Хвост.

- Однако, никто Мегану не осадил, и о наказании не напомнил. Всё это время ей позволялось вести себя как угодно и избегать даже упоминаний наказания, ведь я о своём этом праве узнала только сейчас. Потому что она для вас своя, а я только появившаяся и то, из-за брака. Чужак. - С непонятным, но каким-то усталым болезненным пониманием спросила жена. - Это в отношении меня законы нужно применять ещё до того, как доказана вина.

- Нууу... - не нашелся с ответом Хвост.

- Терри! - кинулся я к жене.

- Исполняй свои обязанности, вождь. У тебя их вон, накопилось. - Чуть дёрнулся уголок искусанных губ.

Терри позволила шкуре сползти на пол, обхватила себя руками и пошла в дом, следом за ней тут же отправился Хракен.

Я провожал хрупкую фигурку, поднимающуюся по лестнице, взглядом, не зная, что теперь делать...

- Чего ты тут стоишь, как сэрге у шатра! - ткнул мне в сторону почти уже поднявшейся жены кузнец.

Бросив всё, успею ещё вопросы задать, я побежал за Кайрой.

- Терри, - почти следом за ней вломился я в её покои. - Ну, ты чего себе там надумала? Просто никто в городах так давно не делает... Да и... Подожди, ты чего? Ты плачешь что-ли?

- Нет, просто устала и последствия после него, - чуть дëрнула она шеей, отворачиваясь от меня. - Саргал, иди. У тебя дела, а я хочу побыть одна.

- Давай я с тобой побуду? - предложил я. - Или в сад сходим, хочешь?

- Нет, настроения нет. Я правду хочу отдохнуть. - Забилась она в угол кровати.

Хракен недвусмысленно и настойчиво начал выталкивать меня из комнаты жены.

- Я тогда попозже зайду, да? - спросил я.

- Ага, - буркнула Терриэль, не поднимая головы от подушки.

Вытолкав меня из комнаты, Хракен, судя по шуму, привалился с той стороны двери. Я сполз по дверному косяку. Идти обратно на площадь не хотелось. Единственное желание, которое сейчас хотелось исполнить, это постучаться головой об стену.

- Ругается? - тихо спросил опустившийся рядом Хрон.

- Нет. Сказала, что устала и хочет побыть одна. Отдохнуть. - Не понимал, что происходит я. - И эта свиномордая скотина меня выпер из комнаты. Мне вообще показалось, что она плачет.

- Показалось? - переспросил мастер.

- Она отвернулась, а потом и вовсе одеяло по самые уши натянула. - Ответил я.

- Плохо дело, - вздохнул Хрон.

- Куда уж ещё хуже? - вздохнул я.

- Да, получается, что некуда. Женщина, она же если плачет громко, с упрёками, в глаза заглядывает, это показного больше. Внимания хочет, чтоб вокруг неё покрутился. - Смотрел куда-то сквозь стену Хрон. - А когда вот так... Тайком и чтобы никто не видел, то значит ей по-настоящему плохо и больно. Когда женщина плачет тихо это самое страшное. Что-то очень сильно задело твою жену, вождь. Я её ни разу за две недели такой не видел. Ни разу не пожаловалась, только смеялась и язвила.

- Пойдём, - решил я. - Нечего здесь сидеть. Надо разогнать всё это кудахтающее паучье логово! И в доме порядок навести.

Обратно на площадь я вернулся уже взбешённым.

- Кто подменил светильные артефакты в библиотеке? - рявкнул я, торопясь расставить все точки на свои места.

- Я вождь. - Заревела Майка. - Я не хотела, правда. Меня заставили. Грюнза велела, сказала, житья не даст. И что принцессе всё равно ничего не будет. Только рот лишний раз открывать не будет или от стыда за работу, которую исполняла во время наказания, исчезнет куда-нибудь, поселится отдельно, от нас подальше. И не будет больше мешать нормально жить.

- Вот оно что. - От моего взгляда вся толпа женщин попятилась. - Почему сразу не сказала? Не мне, так Хвосту, прямо там, у библиотеки, где он тебя застал?

- Я боялась вождь. Просто боялась. Ну, я же ничего не сделала. За что меня наказывать? - ревела она. - Хвост, ты не заступишься?

- Если бы правду две недели сказала, заступился бы. - Громко ответил ей Хвост. - А может и не пришлось бы. Я же думал у Саргала попросить отдать тебя мне женой. Да, живу я не так как вождь. Скромнее гораздо. Но думал, в своём доме, хозяйкой. А там и обустроимся. Но ты ради жизни в доме вождя на подлость пошла, всем лгала. Говоришь, что ничего не сделала, а сама в спину ударила! Кому такая в доме нужна? Я к тебе спиной точно не повернусь.

- Грюнза, я всех вас собрал и всех предупредил, чтобы к моей жене относились с уважением и не смели свои козни строить, - трясущаяся старуха выглядела мерзко. - Ты решила, что я пустое место? Или была уверена, что смерть брата, закрывшего собой в своё время мою мать, когда она вынашивала меня, позволит тебе выйти сухой из воды?

- Вождь, прости! Я думала лишь проучить девчонку, гонор сбить! Я была уверенна, что Мегана просто спрячет ожерелье! Я Молотобойцем клянусь, больше этого не повторится! - зачастила Грюнза. - Вот увидишь, мы найдём с девочкой общей язык...

- Нет. - Оборвал её речи я. - Столько лет племя заботилось о вас. Вы жили в доме вождя, не трудились, но ни в чем не знали отказа. И я хотел бы сейчас спросить как муж, в чью семью вы вбивали клин, ради своей шкуры, чтобы вам в чужом доме себя хозяйками никто чувствовать не мешал. Но мне тут недавно напомнили, что я вождь. Поэтому и спрошу как вождь. Я даже не буду вспоминать, что вы разрушали семью. Основу. Подрубали корни того дерева, из которого растёт племя. Шаман подтвердил, что вы действительно верили Мегане, и были уверены, что она просто спрятала ожерелье вождя. О Каркуте, о том, что она никакого отношения к оркам не имеет, и тем более о том, что у неё есть и другие хозяева, не знали. Но ни одна из вас не вспомнила о племени, что кормило и оберегало вас все эти годы. То, что вы старательно хотели разрушить, это не просто брак Саргала орка и Терриэль смеска демона и эльфийки. И даже не вождя племени Волков и принцессы. Это союз Степи и Империи. Это договора о найме для наших воинов, а значит поток добычи и оплаты. Это обозы с провиантом. Это оружие, редкие артефакты и древесина. Это льготы на торговлю и провоз наших товаров. Позволит ли Империя сохранить нам всё это, если принцессе Аргаэт нанесено столь сильное оскорбление? Спросите любого, кто был со мной в империи, да хоть шамана. Император до последнего не хотел отпускать свою дочь. И вырвать её из его рук вместе с обещанной Степи помощью был всего один шанс. А вы этот шанс решили изничтожить. И не важно, какую цену за это придётся платить всему племени? А то, что император за унижение своей дочери всю Степь кровью умыть может, вас тоже не волновало?

Женщины сбивались в один угол, всё плотнее прижимались друг к другу. Похоже, мои слова для них были открытием.

- Поэтому и вы снисхождения не ждите. Каждая из вас получит знак вора, ограбившего тот кров, где его приютили. Каждой из вас обрубят мизинцы и безымянные пальцы на обеих руках. Вы лгали и клеветали, поэтому ваши языки вырвут, как ядовитые жала. После наказания, вас отправят на прииски, на сортировку породы. Там, зарабатывая свой кусок тяжёлым трудом, вы и будете доживать отпущенный вам Молотобойцем век. Моё слово! - закончил я, не обращая внимания на поднявшийся визг и плач. - Если кто пожелает избавить вас от этой участи, то может взять любую из вас в жëны. Но должен до истечения суток покинуть пределы города.

Те, кто недавно считал себя выше остальных только потому, что жили в доме вождя, чьë положение было особым, сейчас в страхе и ужасе переводили взгляд с одного орка на другого. Но сочувствия ни у кого не вызывали.

- Ещё б и носы срезать, как шлюхам! Но вождь слишком добр. - Донеслось от толпы жителей города.

- Вы... Вы позволите это? - заверещала Грюнза. - Неужели не видите, что он пытается девке своей угодить! Ради неё стелится...

- А он муж! И не ради девки, а ради жены! - ответил ей кузнец. - А если для того, чтобы обида принцессы прошла, нужна пара старых и ядовитых языков, то не велика цена!

- Теперь поговорим о тебе. - Развернулся я к Мегане. - Ты не просто обманом заняла не положенное тебе место.

- Я верно служу своему господину! Не какому-то вонючему орку, животному, возомнившему, что он может править! - скривилась Мегана. - Скоро сюда вернуться истинные хозяева этих земель, а орки сдохнут!

Она резко рванула расшитую бисером горловину своей рубашки. Мелкие синие и зелёные бусины посыпались дождём. Несколько иссиня-чëрных камней, что раньше изображали ягоды на вышивке, полетели в шамана, а рядом с Меганой замерцало марево портала.

Хрон в прыжке повалил шамана, закрывая собой. Но несколько бусин всё-таки попали по шаману. Почти половина его тела словно покрылась инеем. Но шаман успел кинуть какое-то заклинание в портал, заставляя его схлопнуться осколками тёмного зеркала. Тело Меганы, успевшей шагнуть в переход, было рассечено этими осколками на несколько частей.

- Шамана в его шатёр. Я извещу жену. Наказание исполнить. А это... Сжечь. - Коротко отдавал распоряжения я.