Фиктивный брак

Глава 22

Утро следующего дня ознаменовалось двумя, по моему мнению, замечательными событиями. Первым был торжественный отъезд наследного принца из Пустошей, а вторым — корреспонденция с письмом от отца и новостью о том, что он преодолел половину пути к столице без всяких происшествий, вследствие чего полагает, что уже на следующие сутки будет дома ближе к вечеру. И если первое обрадовало увы не всех, то второе было приятным исключительно для меня одной.

Леди Джоанна, по всей вероятности, очень надеялась, что пребывание монаршей особы в Пустошах будет длиться дольше, но судьба и принц, в ее лице, решили иначе.

Полагаю, будь Альберт уверен в том, что достигнет своей странной цели, он бы еще задержался. А так, сборы, завтрак в зале и вот вещи сложены в экипажи, а наследник престола и его приближенные, все, за исключением Розы, с недовольными минами на холеных лицах, собираются в путь.

— Благодарю за гостеприимство, — принц все же был любезен.

— Ждем вас всегда и всегда будем рады, — живо отозвалась бабушка Неда. Впрочем, ее никто не поддержал.

— Эдвард! — кивнул генералу наследник престола.

Бэрилл кивнул в ответ.

Мне досталась большая часть внимания от Альберта. Наследник престола подошел ко мне и поцеловал руку, что вызвало слаженный вздох всей женской половины приближенных.

— Был очень рад более близкому знакомству с вами, леди Бэрилл, — учтиво проговорил мужчина.

— Я тоже была рада знакомству с вашим высочеством, — я присела в глубоком реверансе, опустив скромно глаза.

— Эдвард, тебе, право слово, повезло с супругой, — сделал мне комплимент Альберт. — Леди Эйвери сделает честь любому мужчине. Береги ее, — он промедлил, прежде чем развернулся и направился к королевской карете. А я мысленно, да и не только, выдохнула с облегчением.

Видят боги, как мне хотелось, чтобы поток этих родственников, желающих проведать молодых, наконец, истощился. А ведь медовый месяц подошел к концу. Значит, скоро все соседи, те, кого ранее Бэриллы принимали в своем доме, потянутся с поздравлениями и желанием познакомиться с новой леди замка. И как бы мне не хотелось, придется принимать всех. Улыбаться и делать вид, что рада новым знакомым.

— Надеюсь, мы еще увидимся, леди Эйвери, — голос Розы заставил меня встать.

Наши взгляды встретились. Девушка качнулась ко мне, обняла, словно мы были близкими подругами. Ее шепот, достигший моего слуха, заставил вздрогнуть от неожиданности.

— Я никому не скажу, леди Эйвери, что Габи совсем не тот, за кого себя выдает, — она распрямилась, но мы были еще слишком близко друг к другу, чтобы я успела поблагодарить загадочную фаворитку наследника.

— Удачи вам и лорду Эдварду, — она улыбнулась. Единственная искренняя улыбка за все прощание.

— Спасибо, — только и смогла проговорить.

Принц дождался свою спутницу. Лично помог ей забраться в карету, подав руку. Это значило многое. Если не его любовь, то настоящее уважение к леди.

Хотя, возможно, он ценил не ее саму, а те ее таланты, которые девушка умело скрывала.

— Хорошей дороги вам, ваше высочество! — громко произнесла леди Джоанна.

Принц забрался в экипаж, и лакей закрыл за его высочеством дверь, а я отошла назад, к Эдварду, положив руку на его плечо. Второй сразу же завладела Габи. И прикосновение маленькой ладони к моим пальцам, придало мне сил и уверенности в будущем, возможно, нашем общем.

— Вам стоило уговорить принца остаться, — уже, когда кортеж тронулся с места, недовольно сказала старая леди, глядя на сына и внука.

— Его высочество сам решает, когда ему приезжать, а когда возвращаться в столицу, — ответил сэр Томас.

— А мне принц понравился. И пони он подарил красивого, — Габи вскинула голову, поймала мой взгляд. — Вы научите меня сидеть верхом, леди Эйвери?

— Конечно. Думаю, сегодня и начнем, — улыбнулась я девочке. — Как насчет трех часов дня?

Габи расцвела в улыбке, став еще больше похожей на Эдварда.

— Пойдемте в дом. Мы же не будем стоять здесь вечно? — произнес генерал и положил руки на колеса своего кресла.

Леди Джоанна пошла вперед, обогнав всех слуг, вышедших провожать венценосную особу. Мы с Недом чуть приотстали. Габи тоже вырвалась и побежала. Ей не терпелось выпустить из покоев Джесси и выйти с ней прогуляться в пустоши. А я чувствовала, что Нед хочет что-то спросить, или просто побыть наедине.

— Вы получили за завтраком письмо? — спросил он.

— О, да!

— И судя по вашей улыбке, письмо было приятным, — продолжил муж.

— Это от отца, — поспешила успокоить мужчину. Кажется, он решил, что мне написал кто-то, кого он не знает. Подобное походило на проявление толики ревности.

В груди стало теплее.

— Он написал, что благополучно преодолел половину пути и находится в дороге. Велел ждать письма из столицы. Полагаю, вместе с ними придут и бумаги. Мне пора начать заниматься делами не только вашими, но и своими.

— Конечно, — Эдвард улыбнулся.

— Сегодня, после ужина, спустимся в подземелье? — тихо спросила я и тут же добавила: — Не терпится посмотреть, что произойдет, когда мы вернем часть картины на место. И я обещала Габи, что она пойдет вместе с нами.

Эдвард сдвинул брови, но затем кивнул.

— Хорошо, — только и произнес муж.

Стоит ли говорить, что до самого вечера и даже за ужином, мне было тяжело усидеть на месте. Представить не могла, что загадка замка настолько увлечет меня. Кажется, мне более всех хотелось узнать, существует ли этот клад. И даже маленькая Габриэль держалась спокойнее. У меня же внутри царил целый ураган чувств. Все они наслаивались друг на друга, будто пирог. Слова Розы перед ее отъездом, предвкушение и, чего уж скрывать, надежда на то, что фрагмент картины даст очередной ответ, или подсказку, где искать загадочный клад.

Сердце чувствовало, что все не просто так. И что приезд принца обоснован чем-то более важным, чем его желание породниться с Бэриллами еще более тесным образом.

Слова Альберта противоречили его действиям и, полагаю, желаниям. Все было подозрительным.

Зачем принцу замок? Пустоши, которые остро нуждаются в ремонте и во вложении приличной суммы денег.

Нет. Дело не в замке. Мне хотелось верить, что я разгадала истинный замысел Альберт.

Все ищут клад. Он и его отец, хотя не говорят об этом прямо. Для Бэриллов существование сокровища не более чем простой интерес. Любопытство, с толикой праздности. Нед и сам искал сокровище, еще будучи ребенком. Теперь Габи…

Это говорит о том, что они, даже сейчас, не воспринимают серьезно то, что скрыл от них предок.

— Вы совсем погрустнели, леди Эйвери, — голос старой леди Бэрилл вывел меня из задумчивости. — Скучаете по обществу принца и его свиты? — уточнила леди Джоанна, словно бы невзначай.

Я мысленно рассмеялась.

Вот уж по чьему обществу скучать не намерена. Хотя, стоит признать, фаворитка его высочества мне понравилась. При других обстоятельствах, мы вполне могли бы подружиться.

— Эдвард! — обратилась к внуку дама. — Вам стоило настоять и уговорить принца погостить еще немного. Тогда все в округе сразу бы поняли, что к нашей семье вернулась милость короля.

— Матушка, полагаю, мы можем уже не переживать по этому поводу. Одно то, что Пустоши посетил принц Альберт, скажет тем, кому надо, о многом, — заметил тихо сэр Томас.

— Ох, если бы это было так, — проговорила леди-дракон, а я посмотрела на Габи, которая украдкой стащила кусок отбивной и, замотав его в салфетку, спрятала на коленях. Заметив мой взгляд, девочка улыбнулась, и я улыбнулась ей в ответ.

Но вот ужин подошел к концу. Мы с Эдвардом покидали зал вместе. Я успела сообщить Габи, о том, что скоро мы отправимся разгадывать загадку. Сообщила шепотом, склонившись к уху ребенка. И едва услышав заветные слова, девочка помчалась к себе, готовиться к приключению. Пусть маленькому, но яркому. Так что, к моменту, когда мы вышли в холл, малышка была уже на последних ступенях лестницы.

За день и за вечер, прислуга приладила новые доски на лестнице. Так что теперь Эдвард мог снова беспрепятственно подниматься на второй этаж.

— Помните, куда мы собрались идти? — спросил он тихо, едва мы оказались наверху.

— Да. Только переоденусь и зайду к вам, — ответила с улыбкой.

Сердце в груди трепетало. Оно было полно от предвкушения чего-то большего, чем клад. И волноваться его заставлял не фрагмент картины. Нет. Теперь это был Эдвард. Мой генерал.

Мы расстались в коридоре. Бэрилл направился к себе, а я к себе.

В комнате уже ждала служанка. Она же и помогла мне сменить наряд.

Облачившись в простое платье, в котором обычно работала в кабинете и которое было не жаль замарать чернилами, я распустила волосы, вытащив шпильки из сложной прически, а затем просто затянула их в конский хвост.

Быстрый взгляд в зеркало явил ту, прежнюю Эйвери, что так любила верховую езду и управлять экипажем. Ту девушку, по которой скучала нынешняя леди Бэрилл.

— Я вам еще понадоблюсь? — уточнила горничная.

— Нет. Ступайте. Я хочу немного поработать в кабинете, — ответила быстро и, дождавшись, когда женщина уйдет, достала найденный фрагмент картины и отправилась к мужу.

Нед уже был готов и ждал меня. Стоило постучать в дверь, как она тут же открылась и супруг выехал в коридор.

В отличие от меня он не стал переодеваться, довольствуясь лишь тем, что сменил камзол.

— Отличное платье, — окинув меня взглядом, сообщил генерал.

— О, в нем я делаю деньги, — ответила искренне. — А теперь, пойдемте к Габи. Полагаю, она нас уже ждет.

— Давно не испытывал такого волнения и предвкушения тайны, — тихо признался мне мужчина. — Знаете, Эйвери, я словно вернулся в детство.

Улыбнувшись мужу, прошла вперед и мы направились в крыло, где располагались покои девочки.

Габи нас ждала. Подобно своему отцу, она открыла дверь на первый же стук, едва при этом не подпрыгивая от нетерпения. За ее спиной возникла Бесси. Лицо у служанки при этом было крайне взволнованным, но увидев своего хозяина и хозяйку, черты женщины разгладились.

— Милорд, миледи, — она сделала книксен.

— А мы пришли за Габи, — сообщила я. — Хотим вместе посмотреть замок.

— Слава богам, что это всего лишь прогулка. — Бесси распрямила спину. — Просто у Габи был такой вид, что я невольно предположила, что маленький мастер задумал проделку.

Ага! Мастер, подумалось мне. Бесси не знает, что я раскрыла обман. Ну и пусть пока все остается так, как есть.

— Готов? — обратилась к девочке.

— Да, леди Эйвери, — она улыбнулась. Глазенки светились в предвкушении, она разве что не подпрыгивала на месте. Было заметно, что подобное оживление Габи заинтересовало горничную. Но будучи воспитанной женщиной, она не посмела полюбопытствовать по этому поводу. Правда, посмотрела так, что я поняла: наш поход по замку слуги вскоре будут обсуждать. Хотя, что здесь такого? Мы ведь с Эдвардом муж и жена. Имеем право.

Дорога к тайному ходу отняла не так много времени. Для меня оно вообще пролетело как один миг. Я шла рядом с мужчиной, который мне по-настоящему стал нравиться. И держала за руку девочку, которая могла стать мне названной дочерью. Разве это не счастье?

Габи открыла проход. Эдвард проехал первым. За ним вошла девочка и я замыкала шествие.

Обступившая нас темнота зазвучала звуком закрываемой двери. И вот во мраке вспыхнуло пламя, рожденное на ладони маленькой магички.

Габи подбросила огненный шар вверх и взмахом руки отправила его освещать нам путь и лететь впереди, перед коляской отца.

Эдвард на подобное проявление силы дочери просто кивнул. А я посмотрела на свои руки, вспомнив, как не так давно и сама создала огонь.

- Интересно, что произойдет, когда мы вернем часть картины на место? — спросила я шедших впереди.

- Скоро узнаем, — отозвался Эдвард. И в тоне его голоса отчетливо проступило нетерпение. Такое же, как и мое собственное.

Ему тоже было любопытно. Но генерал делал вид, что это не так. Зато Габи радовалась искренне, со всей непосредственностью юной души, свойственной только детям.

Вот и заветная комната с колонами. Все тот же спертый запах с привкусом сырости, щекотавшей нос. Влажные стены и картина, освещенная подлетевшим к ней магическим шаром.

Эдвард подъехал первым к стене. Запрокинул голову, взглянув на изображение замка и прилегавших к нему земель. Маленькая копия Пустошей, словно взгляд со стороны, древняя и загадочная, она словно манила подойти и прикоснуться к тайне.

- Эйвери, дайте фрагмент, — попросил генерал.

- Отец, а можно мне? — робко поинтересовалась девочка, но Нед качнул головой.

Я же протянула сверток мужу и, положив ладонь на плечо Габриэль, пояснила действия Бэрилла.

- Габи. Отец разрешил бы тебе поставить часть картины на место, будь уверен, что это безопасно.

- Но что может произойти? — она передернула узкими плечиками.

- Мы не знаем, под какой защитой находится это место, — проговорил Эдвард. — Я могу только предположить, что не все так просто, как кажется на самом деле.

Он положил сверток на колени и развернув, извлек на свет один из недостающих кусков картины.

Наклонившись над плечом мужа, я взглянула на часть дома. Судя по всему, это была комната за галереей, та, где находился еще один тайный зал Пустошей, с колодцем. Именно там Эдвард провел ритуал, поделившись со мной магией рода. Но я, конечно, могла и ошибаться.

- Ну, поглядим, что получится, — Эдвард подъехал ближе к картине. Поднял фрагмент и приложил точно по форме.

Кажется, мы с Габи застыли. Нет, даже само время замедлило бег.

Мне чудилось, что сейчас произойдет нечто невероятное. Может, комната озариться ярким светом, и он польется в неизвестность, указывая на очередной тайник. Туда, где сокрыт следующий тайник, или хотя бы намек в направлении, где его искать.

Давно я так не волновалась. Даже ладони стали неприятно влажными, а маленькая Габи обратилась в подобие фарфоровой статуэтки с блестящими от нетерпения глазами.

Щелчок. Фрагмент занял свое место и…

…и ничего не произошло.

- Что? — в голосе девочки прозвучало откровенное разочарование.

- О! — и я не смогла удержать вздоха разочарования.

Никакой магии. Вообще ничего!

Эдвард осторожно убрал было руку, но вернувшийся на картину фрагмент не пожелал держаться на месте. И непременно упав, разбился бы о каменный пол зала, не успей генерал подхватить его с помощью магии.

- Как же так? — пролепетала девочка.

Казалось, еще миг и она расплачется.

Эдвард оглянулся на меня. Затем посмотрел на дочь и, положив нашу находку на колени, протянув руку, привлек Габи к себе.

Она всхлипнула, уткнулась лбом в его плечо.

- Ну-ну, дочка, — обнял девочку Бэрилл. — Это же такая мелочь! Не стоило особенно надеяться…

Опустив глаза, я призадумалась.

Эдвард и сам сказал, что все может быть непросто.

Мысли закружились в голове, словно стая вспугнутых птиц. И в тот миг, когда идея пришла в голову, Эдвард вдруг отстранил дочь и, посмотрев на меня, высказал то, о чем я подумала всего секунду назад.

- Огонь.

- Да! — улыбнувшись, кивнула.

- Смотрите, Эйвери, — он снова взял в руки часть картины. Покосился на дочь, предупредив: — У нас может и не получиться.

- Но если подумать логично, то поиски связаны напрямую с вашей родовой магией, Нед! Вспомните, нам удалось найти этот фрагмент только использовав силу огня. Именно вашу силу, а не просто любое пламя!

- Возможно, наш предок сделал все так, чтобы клад мог найти лишь его потомок, — проговорил генерал и, не глядя на нас с Габи, снова поставил кусок карты на место. Прижал и, вздохнув, накрыл ладонью, будто припечатывая к стене.

Я замерла, глядя, как из-под ладони боевого мага вспыхивает, рождаясь, пламя. И картина тут же отозвалась. Находка вспыхнула огнем и Нед спокойно убрал руку, глядя, как по контуру картины тянется огонь. На миг изображение поместья вспыхнуло. Мне даже показалось, что я вижу, как в окнах замка просыпается свет, а затем все исчезло, словно ничего и не бывало. А найденная нами в часах часть намертво приросла к картине. Так, будто и была там все эти долгие годы. А может, и не годы, а целые века!

- Вот теперь, все как надо, — спустя минуту молчания, проговорил генерал.

- А где же клад? — спросила тихо Габи.

- Ну… — улыбнулся Нед. — Полагаю, чтобы найти его, нам сначала надо отыскать второй, недостающий фрагмент картины. По крайней мере, мы знаем, что магия в замке еще жива. А значит, если сокровище Бэриллов существует, мы обязательно его отыщем.

- Правда? — улыбнулась малышка.

- Правда. Хотя, это возможно, будет сделать не так-то просто! Но нам поможет Эйвери, — муж посмотрел на меня. — У вас превосходно получается искать сокровища, моя дорогая.

От пристального взгляда генерала мне стало немного не по себе. Непривычное чувство смущения охватило, опаляя щеки жаром. Едва удержавшись от желания прижать ладони к лицу, никак не ответила на слова мужа, решив не заострять на них внимания. Только сердце выдало смятение и чувство радости.

Быть влюбленной в собственного мужа. Пусть фиктивного, но, кажется, мы уже решили с Эдвардом этот вопрос.

— Итак, чтобы, так понимаю, найти клад, нам нужна недостающая часть картины, — озвучил Нед то, что и так было ясно.

- А где ее искать? — тут же оживилась Габи. — Я хорошо знаю стишок. Наверное, там говорится про море. У нас ведь поблизости нет другой воды. Ни родников, ни речек…

— Только не вздумай сама что-то искать, — тут же произнес Бэрилл. — Это опасно.

Девочка кивнула, но я невольно заподозрила, что она не оставит так просто поиски. Дети любопытны сверх меры. И Габи не исключение. Особенно теперь, когда до разгадки тайны, кажется, остался всего один шаг.

— Ну, что ж, будем искать, — я улыбнулась мужу и его дочери.

— Будем, — кивнул Эдвард с таким видом, что я ему сразу поверила.

Ночью была гроза. Ливень и гром взрывались за окном, стучали в стекло, словно просились в гости.

Прежде я любила спать в такую погоду. Ненастье за стенами дома, наводило на меня всегда умиротворение и чувство защищенности. Мысль о том, что ты в тепле и уюте, всегда слаще и ярче, когда бушует непогода.

Но мне не спалось по другой причине. Мысли не давали покоя. Я думала то об Эдварде, то вспомнила наши совместные поиски клада, устроенный мной маленький пожар в обеденном зале. Но больше всего не давал уснуть поцелуй. Тот, который соединил нас с генералом в кабинете. И чувства, которым я позволила проникнуть в мое сердце снова.

Новая вспышка осветила спальню. Яркий, секундный свет, пробился через плотно задернутые шторы, нарисовав на стене странные силуэты, а в стекло словно бросили горсть сухого гороха.

Откинув одеяло, опустила ноги, поставив на ковер. В сердце что-то забилось быстрее и сильнее. Какая-то неведомая сила подняла меня, толкнула бережно в спину, указала призрачной рукой на дверь. И я вышла, влекомая собственными желаниями и эмоциями, которым, как думала раньше, не могло быть места в моей душе.

Но я ошиблась. И теперь благодарила судьбу и даже самого Чарльза, что не позволил нам, или мне одной, свершить ошибку, соединив свою жизнь с жизнью того, кто был меня недостоин.

В гостиной было пусто. В расшторенное окно стучалась непогода. Бросив взгляд на темное небо, успела заметить вспышку молнии и облака, низкие, словно текущие на уровне с замком. Они плакали, роняя слезы на засыпающую землю, а я, собрав все силы воедино, пошла дальше и остановилась только у двери, смежной с покоями генерала.

Именно здесь меня и оставила моя хваленая храбрость.

«Что я делаю?» — мелькнула мысль в голове, яркая, как молния, что мгновение назад сверкнула за окном.

Нет, это не я! Эйвери не пойдет в спальню к своему мужу. Я не уверена в нем, в себе… Или просто боюсь. Но рука дрогнула, поднялась, потянулась к дверной ручке, да так и застыла, потому что секунду спустя дверь тихо распахнулась и на пороге появился Эдвард.

— Вы? — проговорила я и поняла, что не узнаю своего голоса.

За спиной Неда, в его гостиной, царил полумрак. Темноту разбивал свет от камина, в котором танцевало пламя.

Мое сердце пропустило удар. На миг закрыв глаза, представила себе, как нелепо, наверное, выгляжу, стоя вот так, на пороге перед покоями мужа. Что он теперь обо мне подумает, хотя, о чем это я? Он ведь первый открыл дверь. И он, кажется, тоже направлялся ко мне.

— Эйвери, — проговорил Нед.

Ему тоже было не по себе. Неловко, как и мне.

— Я шла к вам, — призналась честно.

Он отъехал назад, пропуская меня в комнату. Переступив порог, успела заметить, что дверь в спальню мужа распахнута и виден свет одинокой свечи на прикроватном столике. Сам мужчина был одет в тонкую рубашку, распахнутую на груди, и в темные штаны. Все явно надевалось в спешке.

— А я шел к вам, — Нед произнес фразу спокойно, но отчего-то стало понятно, чего ему стоило это напускное спокойствие и выдержка. — Мы так и не договорили, тогда, утром. Приезд Альберта нарушил наш разговор и не позволил мне сказать вам то, что я собирался. Да и, признаться, я боялся, наверное, впервые в жизни, сказать правду, отрыться вам.

Я сделала еще один шаг. Вздрогнула, когда следом за молнией прозвучал гром. Казалось, непогода бушует прямо над башнями Северных Пустошей. И этот дождь, просто стена воды, разрываемая ветром! Точно тоже чувствую сейчас и я. Меня разрывает на части, выворачивает чувства изнутри. Все то, что я когда-то держала в себе, ненависть и обиду к Чарли, то, о чем не признавалась так долго даже себе самой, вдруг вырвалось со вздохом.

— Эйвери, дайте мне шанс. Я согласен ждать вас из академии. Я готов ждать сколько угодно, лишь бы вы стали моей женой. Настоящей. А этот фарс…

Бэрилл улыбнулся. Сдержанно так, словно ему было трудно не только говорить, но и улыбаться.

— Сегодня, там, внизу в подземелье, рядом с этой картиной, рядом с вами и с Габриэль, я понял, что уже давно нашел свой клад, свое сокровище. Что оно находится рядом и это совсем не золото и не драгоценные камни. Это вы, Эйвери Латимер, моя жена перед богами и людьми.

Закончив говорить, Эдвард опустил руки на колеса своего кресла, словно пытаясь подчеркнуть уязвимость и слабость. Словно предлагая мне сделать выбор именно сейчас.

А что я? Я уже выбрала. И сердцем, и умом.

— Полагаю, я не самая завидная партия для такой блистательной леди как вы, — усмехнулся мой генерал. — И… — начал он, явно намереваясь перечислять свои минусы, но я не выдержала. Склонилась ниже, обхватила ладонями лицо мужчины и поцеловала его сама, первой, так и не позволив своему генералу произнести ненужную глупость.

Он застыл, обратившись в изваяние, словно не веря своим глазам и чувствам, а затем сильные руки обхватили меня за талию, утягивая на колени супруга. И уже не я, а он целовал меня так, что даже непогода притихла, будто боясь нам помешать. Или, возможно, я просто перестала ощущать все, что окружало нас, сосредоточившись лишь на Эдварде и его поцелуях.

Мы оба превратились в сумасшедших. Но каким сладким было это сумасшествие!

Я позволила своим пальцам зарыться в жесткие волосы мужа. А он, положив ладонь на мой затылок, притягивал меня сильнее, ближе, теснее. Опустив руку на грудь мужа, почувствовала, как под кожей ладони стучит стремительное, волнующееся сердце.

Его желание было столь очевидным и оно, словно эхо, или отражение, повторяло мои собственные чувства и желания. И не было силы больше противиться себе самой и тому, что зародилось между нами.

Эдвард не Чарли.

Кажется, я давно уже это поняла. Но мне стоило понять еще одну важную вещь и, кажется, ее я осознала еще там, стоя у алтаря в храме, когда церковник соединял наши судьбы… Даже отец раньше меня понял все и осознал…

Этот брак не фиктивный. И я пошла на него, подсознательно надеясь, или, может, даже мечтая, что в итоге все получится именно так?

— Эйвери… — прошептал Нед..

— Тсс, — я отстранилась, прогнулась назад, опустив указательный палец, словно печать, на его губы. Его взгляд последовал за мной. Взгляд, от которого под кожей разлилось пламя, совладать с которым было невозможно. — Слова не нужны. Не надо. — Шепнула, понимая, что голос меня предал, стал непривычным, горьким, словно шоколад, и полным естественного искушения.

— Вы же прекрасно понимаете, что со мной происходит, — голос мужчины был хриплым и оттого еще более волнующим. Мы оба превратились в натянутые струны. Казалось, одна секунда, одно движение, сейчас решали все.

— Я знаю, — ответила тихо.

— Вы очень дороги мне, Эйвери. Но я не стану давить… Я не буду принуждать, я…

Он на миг замолчал. Руки, удерживавшие меня на его коленях, в тесных, пьянящих, подобно дорогому вину, объятиях, вдруг стали тяжелыми и чужими.

Взгляд генерала опустился вниз и мне не нужно было ничего спрашивать. Без слов поняла: он думает о своих ногах и о том, что может предложить мне калека.

Какой же он глупый! Неужели, считает, что его покалеченные ноги способны меня оттолкнуть!

Медленно встала с колен супруга. Он вскинул голову, проследив за моими движениями пристально, настороженно. В темных глазах плясало пламя и что-то новое. Дикий смех, готовившийся вырваться наружу? Разочарование? Мысль о том, что я сейчас уйду?

Не сомневаюсь, именно об этом он и подумал. А я…

Опустив ладонь на плечо мужа, бросила взгляд в сторону его спальни. Затем шагнула вперед.

Эдвард развернул кресло, глядя на меня. Обернувшись через плечо, ощущая себя одновременно стыдливой и соблазнительной, произнесла:

— Я еще не видела вашу спальню, Нед. Может быть, вы ее покажете мне сегодня?

Он тронул колеса. Гром за окном оглушительно ударил, почти одновременно со вспышкой молнии, разрезавшей небо напополам. В комнате стало удивительно ярко, и я не сразу поняла, что глаза Бэрилла будто бы горят огнем.

О, если он сейчас спросит в очередной раз, уверена ли я в своем выборе, наверное, я закричу. Но он не спросил.

— Покажу, — прозвучало в ответ хриплое, волнующее до дрожи в танцующих коленях.

В спальню генерала я вошла первой. Огляделась, оценивая обстановку и понимая, что ничего не вижу. Все мои мысли, все мое существо сосредоточилось на том, что должно было произойти. И видят боги, я была рада, что подарю Неду то, что хотела отдать Чарли!

Теперь я была даже благодарна бывшему жениху, что бросил меня там, у алтаря. Не сделай он так, не убеги от меня в погоне за более выгодным союзом, и я бы потеряла то, что важно для каждого. Настоящую любовь. Настоящего человека, предназначенного только мне одной.

За спиной скрипнула, затворяясь, дверь. Больше не оглядываясь на мужа, я прошла вперед. Остановилась только у кровати, заметив откинутое одеяло и смятую простынь. На подушке еще оставался отпечаток головы Неда и сам воздух в этой комнате, наэлектризованный до безобразия, таил в себе аромат любви и грозы.

Подняв руку, осторожно, подрагивавшими пальцами, обнажила плечо, спустив вниз бретельку ночной сорочки. Эдвард до хруста сжал подлокотники кресла и этот звук пролился бальзамом на мою душу.

Он меня желал. А я желала его. Это так естественно, любить и хотеть собственного мужа!

Вторая бретелька опустилась вниз, открывая плечи и спину. Я шевельнулась, перекрестила руки, дернув ночную рубашку, ощутив почти мгновенно, как тонкая, дорогая ткань скользит вниз, возбуждая разгоряченное тело. И вот я обнажена, а ничтожная преграда, которая еще была между нами, лежит на полу, шелковой лужицей.

— Эйвери! — Руки Неда опустились на талию. Он оказался намного ближе, чем я могла предположить.

Сильные пальцы обожгли кожу. Жаркие губы прикоснулись к спине, заставив прогнуться, закрыв глаза. Сколько это длилось не знаю. Гремел гром, молнии освещали комнату. Дождь, настойчивый и даже наглый, стучал в стекло, словно торопил нас. Но мы не спешили.

Опустившись на постель, я, наконец, взглянула на мужа, увидев выражение полного обожания в его горящих глазах.

— Я тоже люблю вас, Эдвард Бэрилл, — шепнула я, глядя как он, подъехав вплотную к постели, поднимает на руках свое тяжелое, напряженное тело.

Тело, которое мне нравилось. Мужчина, от которого я была без ума.

Подвинувшись, посмотрела на мужа. Он сел на край кровати. Поднял руку, потянувшись ко мне. Коснулся лица ласково и волнующе. И от этого невинного прикосновения по всему телу пробежала дрожь.

Жадный взгляд скользнул по моему телу, задержавшись на груди и опустился ниже. За взглядом последовала рука. Сильная. Нежная. Желанная. Я закрыла глаза, отдаваясь во власть этих рук, этих губ. Слушая гром и уже не понимая, что звучит громче, непогода, или наши сердца, бьющиеся безумной страстью. Бьющиеся в унисон.