Фиктивный брак

Глава 2

Вот, значит, как! И почему я не удивлена отказу? О, этот Бэрилл тот еще гордец. Видимо, увидел на письме печать торговца гильдии и сделал определенные выводы! Значит, дочь торговца ему не пара! Думает, что все благородные девицы столицы побегут на этот отбор с сумками, набитыми золотом только ради благородной фамилии? А ведь кроме нее ему и предложить-то нечего.

Гордец!

Да, до войны, сотворившей с ним этот ужас, лорд Эдвард Бэрилл считался самым завидным женихом в королевстве. И потом, когда, после родов, умерла его супруга, он снова стал объектом внимания каждой леди, имеющей дочь на выданье. Как же. Красив, богат, сильный маг, гордость королевства!

Я с улыбкой отпустила Фреда, вернувшегося ночью с пустыми руками от Бэрилла. Перевела взгляд на отца, читавшего свежую газету, и произнесла:

— Отец, как посмотришь на прогулку сегодня днем?

Мистер Латимер поднял взгляд от прессы и взглянул на меня.

— Что ты снова задумала?

В отличие от меня, отец был доволен отсутствием ответа от потенциального жениха. И полагаю, уже припас мне на десерт пару-тройку портретов с молодыми аристократами. Но я уже поставила перед собой цель и добьюсь желаемого, чего бы мне это ни стоило.

— Ну, почему сразу, задумала. Просто хочу опробовать новых лошадей, которых ты мне подарил.

— Да? — отец отложил газету. — И куда направимся? Парк? В центр?

— К Бэриллам с визитом! — почти весело ответила ему. — Вот только не надо так смотреть на меня. Я ведь уже говорила, что одна поехать не могу. Это просто неприлично!

— Заявиться без приглашения тоже неприлично, Эйвери! — напомнили мне.

— О! Не подумай, что собираюсь навязываться этому… — я хмыкнула, — герою войны.

— А как иначе можно назвать этот визит? — усмехнулся отец.

— Деловым, — ответила бодро. — Он даже не удосужился узнать, что мы собираемся ему предложить. Если не глуп, то, конечно, догадался. А я склонна верить, что лорд Эдвард имеет незаурядный ум, под стать внешности. Но, в таком случае, он должен понимать, что вряд ли найдет партию, более выгодную, чем я.

— Вот как! — улыбнулся отец. Мои размышления его веселили.

— Да. Скорее всего, милорд посчитал торговку не парой для своей родовитой особы. Поэтому и не счел нужным отправить ответ.

— Уверена, что он правильно понял суть послания? — спросил родитель. — Хотя, я не знаю, что именно ты написала этому господину.

— Ничего такого, за что можно было бы краснеть Ты же меня знаешь, отец.

— И несмотря на то, что тебя проигнорировали, собираешься все же нанести визит? — уточнил мистер Латимер.

— Я настроена более чем решительно. Этот милорд еще поймет свою выгоду, если не дурак.

— Хм, — кажется, ситуация немного забавляла отца. — А почему бы и нет, — вдруг согласился он.

Отца я знала и понимала хорошо. И сейчас видела его мысли, словно они были моими собственными. Папа сомневается, что нас вообще примут в доме лорда Бэрилла. Ох, будь я более азартна, непременно затеяла бы пари. Но это не обо мне.

— Значит, после обеда велю заложить коляску, — сообщила решительно.

— Боги, милая, только прошу, давай возьмем кучера! — тут же взмолился отец на что я ответила хитрой улыбкой.

— Боюсь, я вынуждена в этом тебе отказать. Мои лошади, моя коляска!

— Но леди не должна править экипажем! — произнес отец.

— Ты забыл, что я вовсе не леди. И уж точно, не в глазах Эдварда Бэрилла. Иначе он не посмел бы оставить записку без ответа. Хотя бы, вежливого отказа.

Отец молчал недолго. Сообразив, что спорить и уговаривать бесполезно, просто кивнул, признавая мое право решать.

— Хорошо, Эйвери. Но я тебя предупреждал.

— Все будет хорошо. Вот увидишь, — ответила я и потянулась за чашечкой кофе, мысленно уже перебирая наряды из гардеробной. Если мне повезет встретиться с лордом Эдвардом и его отцом, то пусть оба поймут, что могут получить… Или потерять.

К поездке готовилась с особой тщательностью. Надела лучшее платье, лучшую шляпку. Не поскупилась и на украшения, подобрав под зеленый наряд золотую цепочку с изумрудом в форме слезы. Точно такие же серьги украсили мои ушки. Стоя перед зеркалом, качнула головой, отчего тяжелые камешки пришли в движение, вызвав у меня улыбку. Великолепно смотрится. Просто глаз не отвести!

Этот гарнитур подарил мне на восемнадцатилетие отец. Камни отлично подходили под цвет моих глаз, ярких, словно весенняя трава, что удачно сочеталось с темными густыми волосами и чистой кожей, моей особенной гордостью.

Несколько минут покрутившись перед зеркалом, взяла сумочку и, еще раз одарив себя уверенной улыбкой, покинула спальню в сопровождении камеристки.

Отец ждал внизу. Я увидела его еще с лестничной площадки. Заложив одну руку за спину, второй он держал трубку, выпуская в воздух дым с ароматом моей любимой вишни.

Стоило отдать папе должное. Оделся он изысканно. Лучший костюм, трость и высокая шляпа, лишь недавно вошедшая в моду.

— Эйвери! — увидев меня, отец улыбнулся. — А ты приоделась.

— Ты тоже! — вернула скупой комплимент.

— Если Бэрилл увидит тебя, то боюсь, свадьбы не избежать, — расстарался мистер Латимер.

— Кто знает, — я пожала равнодушно плечами. — Боюсь, что у милорда Эдварда предубеждение перед нашим положением в обществе. А по этой причине, он вполне может не разглядеть моей неземной привлекательности, — сказала и улыбнулась.

— В любом случае, лично мы ничего не теряем, — приободрил меня отец.

— Еще бы. Я давно хотела опробовать своих лошадей, — ответила и первой шагнула к входной двери.

Лакей, стоявший наготове, с поклоном отворил их, выпуская нас с отцом во двор, где на дорожке, посыпанной мелким гравием, уже стояла коляска, запряженная парой гнедых.

Коляска была новой модели, рассчитанная скорее на скорость, чем на удобство. Открытая, двухместная, с подножкой для лакея, которого сегодня было решено с собой не брать. Отец настаивал на обратном, но я попросила его пощадить несчастного слугу, так как не собиралась плестись через город и заторы, а намеревалась проехаться по обводной дороге, пролегавшей через лесной массив.

Да, для этой цели придется выехать за город, зато мы сэкономим время, и я смогу проверить своих скакунов, объезжая самые людные и заполненные кварталы столицы.

— Мисс Эйвери, — кучер, сидевший на облучке, ловко спрыгнул вниз и поклонился, прежде чем передал мне хлыст и бразды правления. Я же прежде всего подошла к лошадям. Не удержалась, приласкав каждую по мощной шее.

Лошади были красивыми, тонконогими, предназначенными для скорости, которую я так любила.

— Ну, милые, покажете сегодня хозяйке на что способны? — спросила у лошадок.

— Слушаю тебя и мне уже становится страшно, — сказал отец, забираясь в коляску. — Может быть, Адам поедет с нами? — сделал он последнюю попытку.

— Нет! — отрезала я и подошла к облучку, позволив кучеру помочь мне забраться на козлы. Отпустив Адама кивком головы, крепче сжала хлыст и закрутила на кулак поводья, предвкушая прогулку. Ох, только бы не сорвало с волос шляпку! Вдруг не удержит лента? Но разве подобное меня может остановить?

Полная предвкушения, отпустила поводья, давая волю молодым скакунам. Они будто только и ждали этого момента. Потянули коляску и без кнута перешли с шага на бег, понукаемые одним лишь голосом.

За спиной охнул отец. Кучер отошел в сторону, а я прижала кнут, понимая, что использую его только в крайнем случае. Не люблю бить животных. Да и зачем, если у меня есть моя, пусть и не великая, но магия.

— Вперед, мои красавицы! — крикнула я, хлестанув поводьями, что совершенно безвредно для моих лошадок. — Вперед, дорогие.

Магия потекла по поводьям, вдохновляя лошадей, даря им ощущение свободы, первозданной дикости. Ветер ударил в лицо, когда мы промчались через распахнутые ворота. Успела увидеть, как привратник низко поклонился, встречая господ, но сама едва кивнула ему, вдохновленная ходом своих лошадей.

Шли они бойко. Ровненько. Слажено. Вот будто всегда ходили в упряжке на пару.

Ветер ударил в лицо, и мы помчались в сторону от переполненных центральных улочек и скверов. Туда, где ничто не помешает насладиться скоростью и легким возбуждением от маленького, но приключения.

Вот и городская стена. За ней высокий мост и нужная мне объездная дорога, тянувшаяся за городом, вплоть до въезда в Речной квартал, где находятся магазины и лавки торговцев. Милая сердцу среда обитания. И привычная для нас с отцом.

Еще немного магии и лошадки помчались еще быстрее. Здесь, за пределами города, где вдоль дороги тянулись лишь высокие деревья и поляны с густой травой, я с каким-то отчаянным восторгом вдыхала свежесть ветра, трепавшего кружева на шляпке, ощущая, как из горла рвется дикий крик, который я, впрочем, удержала, чтобы не пугать отца.

Несколько раз оглянувшись назад, увидела, как он напряженно вжался в сиденье, явно недовольный происходящим. В отличие от меня, мистер Латимер скорость не жаловал. Ему более по душе был размеренный бег экипажа, да по тесным улочкам города.

— Боги великие! — крикнул папа не выдержав. — И это моя дочь!

Вместо ответа рассмеялась и свернула на мост, за которым открывался зев арки ведущей в город. Придержав лошадок, вполне довольная подарком, отпустила магию, разочарованная тем, что снова возвращаемся в столицу.

— Вот и славно! — похвалил отец. — Умеешь же нормально править коляской, если захочешь!

Мы миновали арку и гвардейцев, со скучающим видом несших караул. Через тесные улочки торгового квартала выехали в зеленый парк — границу между двумя своеобразными мирами, за которой начинался квартал высших мира сего.

Первые дома показались сразу за зелеными насаждениями. Первые были скромнее, но, как говорится, чем дальше в лес, тем толще волки. В нашем случае, благородные господа.

А вот и нужный дом. Адрес я узнала у Фреда еще утром. Теперь же, подъехав к высокому трехэтажному дому с лепными фигурами на фасаде и высокими колонами, служившими скорее украшением, я остановила лошадей и несколько секунд рассматривала столичный дом лорда Бэрилла.

Особняк был добротный. Крепкий и явно стоит немалых денег. Невольно призадумалась, почему хозяева, находясь в столь затруднительном материальном положении, не продали его в уплату долгов, но потом сделала, как мне кажется, правильный вывод, что лорд Эдвард оставил дом сыну. Впрочем, почему нет? Квартал здесь уютный, дорогой. Соседи все сплошь господа да лорды. Здесь вряд ли проживают зажиточные торговцы. На каждом доме герб рода. И дом Бэрилла не исключение.

Отец выбрался из коляски и подал мне руку. Легко спрыгнув на тротуар, поправила шляпку, добавив к движениям рук немного магии, дабы привести в порядок растрепавшиеся волосы.

— Удобная вещь, эта магия, — проговорил мистер Латимер, предлагая мне руку.

— И не говори, отец, — ответила и посмотрела на входную дверь. Секунду спустя, она распахнулась, выпуская слугу в ливрее. Я удивленно взглянула на лакея, приподняв брови.

Получается, у Бэрилла все не так плохо, если он продолжает держать прислугу? Или это последние попытки к прежней жизни? Конечно, невозможно тому, кто не привык что-то делать собственными руками, резко изменить стиль существования. Сомневаюсь, чтобы лорд Эдвард и его отец умели готовить, убирать и прочее. Да и статус не позволяет упасть еще ниже, лишившись слуг. Полагаю, этот лакей единственный из штата.

— Милейший, извольте передать своим господам, что к ним пожаловали мистер и мисс Латимер, — произнес отец, пока лакей, отчего-то удивленный, рассматривал гостей на пороге.

— И присмотрите за нашей коляской, — добавила я, после чего потянула отца на ступени. Не будем же мы стоять на улице и ждать, пока нас снизойдут принять?

— Милейший, вы окаменели? — пошутил папа и тут лакей запоздало поклонился.

— Да, господин. Минуту, господин.

— Вот карточка. Передайте ее хозяину! — отец достал из кармана карточку и передал ее слуге.

— Да, сэр! — тот поспешно распахнул перед нами двери, вспомнив о манерах.

Появилось стойкое ощущение, что гости в этом доме, с некоторых пор, редкость. Так как лакей пытался справиться с искренним удивлением во взгляде.

Вот, значит, как все запущено. Тут посетители редкость?

На миг даже стало немного обидно за лорда Бэрилла. Пока был здоров и богат, пока ему пели дифирамбы, как герою войны, осыпая почестями, его имя не сходило с полос газет и девиц, если верить сплетням, желающих стать леди Бэрилл вилось рядом немерено. А тут все. Никому не нужен!

Я покосилась на отца, пока лакей, придя в себя, проводил нас в гостиную, где и оставил у разожженного камина ждать ответа. Судя по быстроте его передвижения, милорд Бэрилл был дома. Да и куда может отправиться калека?

— Как думаешь, нас примут? — спросил лениво отец, расположившись в кресле напротив камина.

— Да, — ответила уверенно. — Из чистого интереса, чтобы взглянуть, что это за такие Латимеры, которые позволяют себе приходить нагло в дом, где их не ждут.

Сказала и оглядела скромное убранство помещения.

На стенах шелковые обои. Некогда они были яркими и красивыми, а теперь золото потускнело, было заметно, что на полках и на книгах, лежит пыль. А значит, мои предположения верны. В доме не хватает рук. Шторы давно не стираны, ковер выцвел и требует замены, так как стиркой и чисткой его уже не спасти. Мебель кажется ухоженной. Видимо, господа часто изволят отдыхать здесь у огня.

Развернувшись, направилась к окну, мельком поглядев на покосившуюся картину, висевшую на пустой стене. Отчего-то унылый осенний пейзаж, изображенный на холсте, придавал гостиной еще более мрачных красок. Обстановку не спасал даже веселый огонь, трещавший в камине.

Лакей вернулся как раз тогда, когда я принялась рассматривать через стекло окна дорогу и дом напротив.

— Мистер Латимер, мисс Латимер, — прозвучал голос слуги. Я обернулась, а отец поднял глаза.

— Лорд Бэрилл примет вас в своем кабинете через несколько минут, — проговорил лакей с важным видом, а я смотрела на застиранную ливрею, которую давно стоило отправить на помойку.

Да. Дела у Бэрилла плохи. Но при этом он пытается изображать гордость.

Невольно хмыкнула.

Гордость штука хорошая. Но в случае благородных особ, только тогда, когда есть деньги.

— Позвольте, я провожу вас, — проговорил лакей.

Отец поднялся с кресла, а я поспешила к выходу. Мне не терпелось увидеть лорда Эдварда. Увидеть и понять, помнит ли он меня?

Конечно же, нет. Но вдруг?

Кабинет, куда нас проводил слуга, располагался все на этом же первом этаже. Из чего я сделала вывод, что верхние, скорее всего, попросту закрыты. Это было логично. Зачем обедневшим аристократам столько комнат? Ведь за ними надо смотреть и убирать.

Вот интересно, есть ли в этом доме хотя бы одна горничная?

Судя по количеству пыли, она стара, или ее попросту нет. Склоняюсь к первому варианту. Так как при отсутствии горничной, пыли все же, было бы намного больше.

Мы прошли узкий длинный коридор, в конце которого горела одинокая свеча. Лакей остановился у двери, постучал, вошел и, назвав наши с отцом имена, отступил в сторону.

— Прошу, господа, — сказал он и я первой ступила в кабинет, залитый светом, льющимся из высокого окна.

Первым, кого я увидела, был высокий мужчина в темном костюме. Но то, что он стоял на своих двоих, говорило о том, что перед нами старший представитель рода Бэрилл.

— Милорд, — лакей отступил в коридор и вышел, закрыв за собой дверь.

— Чай, кофе? — запоздало предложил мужчина. Я же перевела взгляд на второго представителя славного семейства. На лорда Эдварда, сидевшего на механическом кресле. Сделав быстрый и, наверное, не очень грациозный книксен, подняла глаза на лицо потенциального жениха, застыв в ожидании.

Сердце почему-то пропустило удар. На миг, когда наши взгляды встретились, я было решила, что он сейчас узнает и меня, и отца, но нет. Во взгляде мага ничего не промелькнуло. Он смотрел холодно и, я бы даже сказала, недовольно. И все же, он почти не изменился за те несколько лет. Такой же надменный и красивый, лишь лицо стало худее и будто бы немного осунулось. Темные глаза смотрят пристально, будто видят тебя насквозь. Длинные волосы собраны в хвост, руки лежат на подлокотниках кресла. Спина нереально прямая с идеальной осанкой. Скорее всего, ему больно так сидеть. И все же, в этом весь он. Эдвард Бэрилл. Аристократ до мозга костей. Боевой маг высшей ступени. Умрет, но не покажет, что слаб.

— Милорды, — улыбнувшись, огляделась в поисках дивана или стула. Присесть мне не предложили, ну и манеры!

— Благодарю, но нам не нужны ни чай, ни кофе. Мы здесь, можно сказать, по деловому вопросу, — произнес мой отец спокойно. Вот горжусь! Умеет себя вести достойно. И не скажешь, что торговец. Впрочем, я всегда считала, что благородство оно внутри. Его не купить и не получить по наследству. Оно или есть, или его нет.

— Мистер Латимер? — сухо спросил лорд Эдвард, а сам посмотрел на меня. Снова. И опять не узнал. — Я вчера получил вашу записку, но полагал, что отсутствие ответа говорит само за себя?

— Нед! — сухо окликнул сына старший лорд, после чего взглянув на нас с отцом, произнес: — Я прошу прощения. Мой сын немного не в духе с некоторых пор. Присаживайтесь. Я все же велю принести чай. Вы ведь приехали поговорить о чем-то важном? Боюсь, причины я не знаю. Не имел счастья прочитать вашу записку.

Стул для меня нашелся возле письменного стола. Отец присел в свободное кресло, расположившись так, чтобы видеть и меня, и хозяина дома.

— Мы, действительно, прибыли по делу, — сказала я. — Не нужно звать слугу. Чай и кофе не то, что нас интересует.

— А что вас интересует, мисс Латимер? — спросил сэр Томас Бэрилл. В отличие от сына, он явно хотел знать причину, приведшую нас в его дом.

— Видите ли, вчера за завтраком я случайно прочитала в газете объявление, — проговорила спокойно. Краем глаза отметила, как помрачнел Эдвард. Опустив взгляд, увидела плед, прикрывавший ноги мужчины. На секунду даже стало жаль его, а потом я поняла, что жалеть Бэрилла не стоит, так как он и сам прекрасно справляется с этой задачей. Более того, он, кажется, потерял веру в себя и в то, что в его жизни может быть что-то лучшее, чем это кресло и долги.

Но нет. Блеск темных глаз опроверг мои догадки.

Он не смирился. Но зол на себя за увечье. За то, что ему, аристократу, приходится принимать в своем доме простых, пусть и состоятельных, торговцев.

Вздохнув, снова повернулась к старшему лорду и продолжила:

— Так вот, я прочитала объявление об отборе и хотела бы сделать вам выгодное и интересное предложение. — Сказала и тут же поправила саму себя. — Точнее, не я, а мы с отцом.

Сэр Томас как-то поежился. Не сразу, но поняла, что он намерен отказать мне. Потому что решил, будто я собираюсь проситься на роль одной из невест и бороться за сердце его сына на отборе. Ну нет! Это совсем не для меня.

— Видите ли, мисс Латимер, — проговорил сэр Томас. — И вы мистер Латимер. Я не хочу вас обидеть, но дело в том, что нам нужна девица из благородного семейства. Вы, конечно, весьма привлекательная леди, но ваш статус…

— Отец, — хмуро перебил старшего Бэрилла сын. — Перестань оправдываться. — И добавил, взглянув не на меня, но на моего отца. — Вы нам не подходите.

Сказано резко и твердо.

— Правда? — я усмехнулась. — А вот вы мне, так вполне. — После чего поднялась, понимая, что разговор дальше может завести нас всех в тупик.

Открыв сумочку, достала карточку со своими именем. Положила на стол, придвинув к сэру Томасу и, оглянувшись на Эдварда, произнесла: — Мне нужны ваши имя, титул и кое-что еще. Но это мы бы обсудили при вашем положительном ответе. Взамен я оплачу ваши долги. Поверьте, денег у меня достаточно и без поддержки отца. Если решитесь, пришлите слугу с запиской. — Хотела еще добавить, чтобы не льстили себе надеждой на этот отбор. Я вообще сомневалась, что подобное предложение от обедневшего мага, заинтересует хотя бы одну девицу в столице. А потом увидела глаза старшего милорда и прикусила язык.

Будь Эдвард один, высказала бы то, что думаю, а так…

— Пойдем, отец. Я донесла до этих джентльменов свою мысль и предложение. Теперь пусть думают. Но учтите, — у двери резко обернулась, смерив взглядом Эдварда. — Долго ждать я не собираюсь. У вас от силы неделя. До свидания, господа! — и первой вышла в коридор.

Лакей ждал нас у дверей. Проводил с поклоном, тихо прикрыв двери. Я спустилась вниз, заметив, что на козлах сидит еще один слуга, присматривавший во время нашего отсутствия за коляской. Это порадовало. Все же, у Бэриллов имеется и кучер.

— Я тут приглядел за вашими лошадками, — мужчина спрыгнул на тротуар, поклонился. — Очень хорошие кобылки. Просто загляденье.

Смерив кучера взглядом, улыбнулась. Мужчина явно знал толк в лошадях. Он был стар, но еще крепок. Взгляд голубых глаз цепкий и умный.

— Как ваше имя? — спросила, принимая руку кучера и забираясь на козлы, в то время как отец садился в коляску.

— Стивен, миледи, — быстро ответил мужчина.

— Давно служите у лорда Бэрилла? — я взяла в руки поводья.

— Да уже пятнадцатый годок пошел, миледи, — поклонился Стив.

— Мисс! — поправила собеседника и, прежде чем пустить лошадок шагом, добавила: — Еще увидимся, Стивен. До встречи.

— До свидания, мисс! — донеслось вслед, и коляска покатила в сторону сквера, чтобы, сделав круг почета, развернуться. Возвращаться домой я намеревалась той же дорогой, по которой приехала сюда.

На этот раз не спешила. Лошадкам нужен отдых, а мне хотелось немного подумать. Едва выехали за городскую стену, отец нарушил молчание.

— Как-то ты слишком резко повела себя с Бэриллами, — проговорил он под перестук копыт.

Обернувшись через плечо, бросила на папу быстрый взгляд.

— Не резко, а правильно. Я и не собиралась никого уговаривать. В первую очередь это нужно им, не мне. Я изложила свои требования, дала им время осмыслить свое положение и мое предложение. Думаю, сэр Томас заинтересовался.

— Но разве сэр Томас у нас жених? — рассмеялся мистер Латимер.

— Нет, не он. Но родители имеют влияние на своих чад, — Я снова посмотрела на дорогу. Хотелось пустить лошадей в галоп, но удержалась. Хватит того, что мысли мои несутся вскачь.

Снова и снова вспоминала Эдварда и его лицо. Точнее маску, которую он надел, пока принимал нас в своем доме, кажется, против своей воли. Как же ему неприятно находиться в подобном положении. Будь я на его месте, точно бы взревела от ярости и обиды. Ведь, по сути, его продавали. За деньги, за благо для рода и семьи. За возможность снова стать прежними Бэриллами, вхожими во все приличные дома в столице. Для меня, дочери торговца, истинные ценности заключались в других благах, но для тех, кто с рождения привык к почету, балам, славе и вниманию, конечно, подобная ерунда важна.

— Мне показалось, что сэр Эдвард не особо заинтересовался тобой, — как всегда прямолинейно выразил свои мысли папа. — Он выглядел крайне недовольным.

— И пусть. Мне не нужна его любовь, — ответила я. В тот миг думала именно так. В мои планы чувства не входили. Но очистить репутацию стоило. И Бэрилл мне в этом поможет, если согласится на наш союз.

А он согласится. Я почти уверена в этом.

— Ох, милая, ты еще мало знаешь жизнь, — посетовал отец. — Однажды обожглась на молоке, а теперь на воду дуешь!

Сделав вид, что не расслышала фразы, все же не удержалась, пустила магию и лошадки, приободренные криком, побежали быстрее.

После ухода Латимеров, оба Бэрилла, и отец, и сын, молчали. Эдвард подкатил кресло к камину и теперь снова наблюдал танец огня на черных углях умирающего пламени.

— Надо же, какая бойкая девушка, — наконец, нарушил тишину сэр Томас.

— Я бы сказал, наглая, — бросил Эдвард не оборачиваясь.

Перед его взором предстала мисс Латимер и он невольно признал, что девица хороша собой, но этот ее характер! Да ни одна знакомая Бэриллу леди не позволит себе говорить подобным тоном, так дерзко и своевольно. Отсутствие манер и воспитания налицо! И он совсем не жалел, что вчера не снизошел до ответа Латимеру старшему. Сегодня же подозревал, что записку написала именно его дочь.

Хм… А ведь она не назвала свое имя. Впрочем, какая разница. Генерал очень надеялся, что больше не встретит на своем пути эту мисс. А уж жениться на такой! Спаси его боги!

Эдвард прикрыл глаза. Устало откинулся на спинку кресла, обмякнув без сил. Ему стоило огромного труда держать спину перед этой семейкой. Но не мог же он, право слово, повести себя иначе?

А девушка с огоньком, это стоило признать. Зеленые глаза, словно два драгоценных камня, сияли жизнью и силой. И те драгоценные побрякушки, выставленные напоказ, не шли ни в какое сравнение с блеском ее взгляда, такого живого и полного энергии. В ней чувствовалась магия, что немного удивительно, ведь обычно дар обходит стороной простолюдинов. Потому и ценятся благородные дома, хранящие в своей крови магический дар.

- Будь мисс Латимер благородных кровей, я бы сказал, что она, как никто другой, подходит тебе, Нед, — нарушил размышления сына сэр Томас. — В девушке столько огня, что она пробудила бы тебя, вернув радость жизни.

— Или свела бы в могилу своим поведением и характером, — буркнул маг на что старший Бэрилл лишь усмехнулся.

— Сомневаюсь. Мне кажется, ты смотрел поверхностно. Девушка хорошая. За ее бравадой прячется доброе сердце. И думается мне, Габи она бы понравилась.

Эдвард качнул головой.

— Разговор ни о чем. Она мне не подходит и точка.

— Ну… — протянул сэр Томас. — Как знаешь. Я ведь не уговариваю тебя, да и отбор никто не отменял. Посмотришь, мы найдем достойную партию.

Нед развернул кресло в сторону отца, взглянув ему в глаза.

— Что ты уже задумал? — спросил тихо.

— О! — рассмеялся сэр Томас. — Ничего такого. Просто хочу узнать, кто такие Латимеры. Я слышал эту фамилию, но, признаться, не помню где. Да и сам понимаешь, не до того было в последнее время. Но тут, — он поднял руку и оттопырив указательный палец, постучал им по виску, — сидит какая-то уверенность, что я что-то забыл или упускаю.

— Не стоит тратить время, отец, на подобные пустяки, — заметил Эдвард глухо.

— Ну, может ты и прав, но мне любопытно. А потому я все же разузнаю. — Сэр Томас вздохнул. — Все же, слишком давно мы не были в столице. И дом запустили, и себя.

— Делай, что хочешь. Ты в своем праве, — произнес Нед и снова отвернулся к огню. Разговаривать больше не хотелось. Он чувствовал себя подавленным и уставшим.

— Сожги карточку, — попросил отца.

— Э, нет! Ее дали мне, мне и решать, что с ней делать, — улыбнулся старший лорд и подняв со стола оставленную мисс Латимер карточку, сунул ее в нагрудный карман своего жилета, прихлопнув для надежности ладонью.

"Пригодится", — решил мужчина.