Царева vs серый волк

Глава 24

Небо было серым, по пустынной улице гулял ветер. Город как будто вымер — пара человек на первом этаже торгового центра, один человек на деревянной скамейке остановки, девушки — сразу три, — стояли у витрины книжного магазина и что-то обсуждали. И все. Больше я никого не видел, да и эти люди, судя по всему, не видели меня.

Надо было что-то делать, надо было как-то срочно вернуться в реальность, у меня не было никакого желания провести всю оставшуюся жизнь в этом пустом потустороннем мире. И выход напрашивался только один — надо было связаться с Филоненко. Покаяться, попросить помощи. Едва ли он откажет… Ну не изверг же он, чтобы на всю жизнь меня здесь оставить! Нет, он не изверг, — убеждал я себя, — он человек интеллигентный, воспитанный, воспитание не даст ему бросить человека в беде!

Правда, была ещё одна проблема — как мне с ним связаться. Излучателя у него нет, он меня не увидит, а я не увижу его. Но помня перерезанный шнур обогревателя в ателье, я понимал, что эта проблема решаемая. Надо только дойти до Филоненко а уж там я как-нибудь дам ему знать, что я рядом, и что мне надо помочь.

Я вытащил телефон, чтобы глянуть который час — был полдень. Машинально я смахнул с экрана несколько свежих сообщений, и тут до меня дошло — сообщения эти дошли только что. Телефон ловил есть. А у меня был номер Филоненко!

— Геннадий Поликарпович, это я, Глеб. Глеб Волок.

На том конце молчали. Но трубку Филоненко не положил — и на этом уже спасибо.

— Я… Я очень сожалею… Я крайне сожалею… Мне так стыдно, но я просто… Это все Морена, она, наверное, меня заколдовала, она же не человек…

— Господи, Волок! — раздражённо оборвал меня Филоненко, — имейте мужество не валить все на женщину!

— Она не женщина. Она даже не человек и она украла у меня излучатель. Я застрял здесь, я не могу вернуться. Она мне не даёт!

Филоненко снова помолчал.

— Глеб, вы должны были вернуться и без излучателя. Поле исчезает через десять минут. Вы уверены, что все ещё в потустороннем мире?

— Я Морену вижу, она стоит за стеклом и смотрит на меня.

Опять пауза.

— Вы зря с ней связались, Волок. Я же вам говорил…

— Да, это было зря. Вы можете вернуть меня назад?

— Вы этого не заслуживаете, Глеб, но конечно же я вас верну… Что у вас там такое?

— Не знаю, тут только что пролетела огромная летучая мышь. И вторая. Их вообще много.

— Ладно, садитесь на любой транспорт — вас же не видно, — и быстро ко мне. Вы знаете, где я живу? Глеб?

— Да, я знаю.

— Хорошо. Ждите меня в моей квартире.

— А как я зайду? Блин, эти летучие мыши, они агрессивные!

— Волок, не будьте младенцем, если дверь будет закрыта, ждите в подъезде!

— Ладно… Ой!

— Да что у вас там?

— Меня только что укусили. Ай!

— Глеб! Уходите оттуда, сейчас же полдень! Не оставайтесь на одном месте! Только не оставайтесь на одном ме…

Телефон, вырванный из моей руки когтями летучей мыши упал на асфальт. Экран тут же потух — и я не знал, разбился телефон или просто выключился, я хотел поднять его — но сделать это было уже невозможно. На меня со всех сторон налетали рукокрылые, огромные рукокрылые, размером с небольшую собаку, у каждой были острые когти, острые зубы, и все они целились в меня. И все они смелели с каждой секундой. Сбить одну такую тварь было несложно, я сбил уже нескольких, растоптав их ногами — но их были десятки, а может уже и сотни. Они впивались в мою одежду, они царапали мне лицо, они были повсюду, как когтисто-зубастый вихрь, и я метнулся обратно за двери «Конника» — они распахнулись впуская меня и парочку рукокрылых.

— Ты вернулся, — удовлетворенно сказала Морена, — я ждала тебя.

— Ты что, здесь живёшь? — Я ударом руки сшиб одну рукокрылую тварь на пол, и ногой добил её, оставив на белом кафеле кровавое пятно.

— Нет, я не здесь живу. За спиной у тебя еще одна…

Прямо передо мной был магазин одежды — за его витриной была стойка с зонтами. Выхватив один я со всего маху врезал тяжёлой пластиковой ручкой по голове летучей мыши. Взвизгнув та рухнула на пол.

— Пойдем ко мне, там эти монстры тебя не достанут.

— Какое заманчивое предложение! — Я прибил ещё одну рукокрылую тварь, — но, наверное, откажусь!

— Ты уже вернулся ко мне. Ты всегда будешь ко мне возвращаться.

Летучих мышей, тем временем, опять стало много. Они как будто нашли вход в торговый центр и теперь летели ко мне со всех сторон.

— Прощай! — я кинулся к эскалатору, оставив Морену внизу.

Правда, рукокрылые тоже полетели со мной. Они летели плотным облаком и я еле успевал отбиваться от них своим зонтом. Кожа моя уже вся была в порезах и царапинах, одежда разодрана. Мне было больно, я уже ничего не видел и отмахиваясь, отбиваясь, я просто бежал — а летучие мыши нападали. «Не оставаться на одном месте» — сказал мне Филоненко, и я надеялся, что он знал, что говорил, что это какой-то ключ к моему спасению, поэтому я на месте не оставался, я бежал, не разбирая дороги, — я налетел на какую-то женщину и она испуганно ойкнула, — но летучие мыши пролетели сквозь неё, не причинив ей никакого вреда.

А мне они вред причиняли. С моих рук уже стекала кровь, на моих руках было столько порезов, что кое-где кожа свисала лоскутами…

И я залетел в туалет — и на какой-то момент они все меня оставили. Но не успел я ужаснуться своему окровавленному отражению в зеркале над раковинной, как тут же в одной из кабинок раздался шелест крыльев, потом в другой, в третьей, и вот уже целые стаи этих мерзких созданий вылетали из-за перегородок и мчались ко мне.

Я пулей выскочил из туалета, я захлопнул за собой дверь, и — надо же, — за дверью летучих мышей не было, они не поджидали меня в коридоре, они как будто разлетелись. Но не успел я сделать и пары вдохов, как рукокрылые снова материализовались в разных углах этого помещения и все разом полетели ко мне.

И каким-то шестым чувством сообразив, что надо делать, я метнулся обратно в туалет.

И — да, в туалете рукокрылых не было первые несколько секунд. Несколько секунд без их когтей и зубов. Потом они появились — но я тут же нырнул в коридор. Досчитал до семи — и вернулся обратно. Снова счёт до семи — и в коридор. В коридор — в туалет, в туалет в коридор. Очевидно, летучие мыши не летали за мной, она появлялись в любом месте, где был я. Но появлялись не сразу. В коридор — раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь — снова в туалет. Снова счёт до семи — снова в коридор. Пальцы мои, мокрые от крови, скользили по гладкой дверной ручке и больше всего я боялся, что сейчас или ручка оторвётся или дверь слетит с петель, лишив меня единственной защиты, и все эти рукокрылые набросятся на меня, а у меня уже нет сил бежать и защищаться да и зонт мой где-то далеко, я выронил его где-то и не помнил где.

— Хватит, хватит — вдруг сказал чей то голос, — монстров уже нет. Полуденный час прошёл. Хватит!

— И чьи то руки силком меня остановили, — Хватит, успокойся!

Меня силой посадили на пол. Я поднял взгляд — рукокрылых не было. Потолок ходил ходуном, мир вокруг меня кружился — но рукокрылых больше не было.

И со стоном я повалился навзничь.

— Ты молодец, — продолжал говорить какой-то человек, — нашёл способ как побороть своих монстров. Они спауняться всегда возле тебя, ты это понял? Они всегда вокруг тебя. Если ты откуда-то ушёл — они сразу исчезают. Но тебе повезло, что у тебя мелкие монстры будь это кто-то большой, он бы просто снёс эту дверь.

— Ты кто? Ты человек?

Я сел, прислонившись к стене. Я был весь в крови, в прорехах моей одежды светилась израненная кожа. Меня трясло. Голова кружилась. С рук капала кровь. Да т не только с рук наверное, я был весь мокрый — и скорее всего от крови.

— Тебе надо переодеться и умыться. Подожди, я сейчас.

И этот кто-то — какой то долговязый худой парень, — отошёл от меня. Не буду врать — мне тут же стало страшно, я почему-то решил, что сейчас вернуться летучие мыши — но они не вернулись. Вернулся парень, он принёс мне целый ворох одежды.

— Иди, приведи себя в порядок — он протянул мне вещи, — тут много рубашек, ты разорви их на полосы и перевязки сделай себе. У тебя есть несколько серьёзных ран. Их надо перевязать.

Но то ли от усталости, то ли от нервного потрясения — но у меня даже не было сил встать с пола. Кроме того, я вдруг почувствовал боль. Острую боль во всем теле, на всей коже. Мне захотелось выть.

— Я… Я не могу…

И тогда этот человек поднял меня, усадил на скамью, сам разорвал рубашки на полосы и принялся делать мне перевязки, вместо дезинфекции заливая мои раны чем-то парфюмерным.

Мне тут же вспомнилась Морена.

— Какая вонь… И как больно! Может не надо лить это на раны?

— Терпи.

Хороший, был, конечно совет — но меня уже трясло, а в глазах темнело.

— Ты кто? — из последних сил спросил я у долговязого парня.

— Вася.

— Глеб.

— Дай я сам… Сам руки себе перевяжу…

— Да сиди ты… Тебя аж качает.

— Ты кто? Ты человек? Или… Или как Морена?

— Нет, я человек. Не как Морена.

— Ты знаешь Морену?

— Да.

Долговязый человек — Вася, — накручивал мне на предплечье полосу ткани. Она тут же пошла кровавыми пятнами.

— Тебе надо в больницу, швы наложить.

— Я не могу, Морена забрала мой излучатель.

— А это что ещё за излучатель?

— Излучатель… Чтобы попасть в потусторонний мир… Филоненко его изобрёл.

Вася явно был озадачен. Мне было дико больно, в глазах у меня темнело, но я заметил, что этот Вася озадачен.

— Так ты хочешь попасть обратно в нормальный мир? — спросил он.

— Да. Но для этого мне надо позвонить Филоненко… А телефон мой разбился.

— Номер помнишь?

— Нет. Но я помню, где он живёт.

— Ладно, я провожу тебя к этому Филоненко.

Вася был очень добр. Он поднял меня с пола, он меня перевязал и теперь я не истекал кровью — ну или не так сильно истекал кровью. Но кто он был? Явно не простой человек — простые люди шли мимо даже не глядя в мою сторону.

И я как-то поопасился выдавать ему адрес Филоненко. Морена, она ведь сначала тоже казалась феей добра.

— Спасибо, — выдавил я из себя, — как-нибудь сам справлюсь.

— Не веришь мне? Правильно делаешь, здесь доверять никому нельзя. Я буду в Петербурге еще один день. Завтра около полудня снова приду к Морене. Если нужна будет моя помощь — обращайся.