Забытая жена из горного края

Глава 57

Я легла спать, так и не дождавшись дракона. Впервые он не появился к ужину. Я честно старалась не задремать, но сон всё же одолел, убаюкивая меня в своих ласковых объятиях.

Его нежные прикосновения разбудили меня перед самым рассветом, он принёс с собой запах гари, пота и стали.

Прикосновения супруга были умелы и настойчивы. Моё тело откликнулось мгновенно, встречая его ласку и получая свою долю удовольствия.

Позже, устроившись в коконе его рук, я задумчиво выводила узоры пальцами по его широкому плечу. Тусклые лучи рассвета пробивались сквозь узкое замковое окно и рассеивались по спальне, пока дракон мирно спал. Даже во сне он держал меня так крепко, будто боялся потерять. Я осторожно коснулась его лица, выжигая в памяти его образ. Я ощущала, что с каждой нашей близостью мы словно срастаемся, жаль, что только души в этом не участвуют…

Укорив себя и велев собраться, я всё-таки безжалостно выбралась из его объятий и подойдя к кувшину с холодной водой начала умываться, ощущая на своей спине его ленивый взгляд.

Первые две пригоршни я плеснула в лицо холодной водой, чтоб взбодриться, а после уже подогрела магией. Это движение стало практически родным, естественно сорвавшись с рук и уст, при этом вновь вызывая восторг.

— У тебя красивые волосы, словно лунный свет и на ощупь словно дорогой шёлк, а улыбка заставляет улыбаться вместе с ней…

— Надо же, а вы поэт по утрам, дорогой супруг.

— Немудрено, когда передо мной красивая девушка, — он неожиданно оказался у меня за спиной, приобнимая меня за плечи. — Прежде, чем ты выпустишь свои колючки и укоришь меня в очередном грехе, поминая мою ужаснейшую привычку — исчезать, когда ты хочешь поговорить, предлагаю одеться и поспешить из замка прочь. Только ты и я... и твои вопросы, ну и корзину с едой нужно прихватить, — с удовольствием запутавшись ладонью в моих волосах, он вдохнул их аромат.

— Когда выезжаем?

— Прямо сейчас. Одевайся, а я велю слуге приготовить нам что-нибудь с собой. Если задержимся, то обязательно что-нибудь нас отвлечёт… хотя мы можем и задержаться, если ты пожелаешь, — его ладони скользнули по моим плечам, явно намекая на кровать, но вывернувшись я отрицательно качнула головой, хватая рубашку. Мэтью же звонко рассмеялся, вызывая удивлением своим хорошим настроением не только у меня, но и у стражника, что стоял в коридоре. Не смущаясь своей наготы, дракон распахнул дверь и отдал распоряжения — готовить лошадей.

— Мы не полетим? — немного расстроено спросила я.

— Нет. Я уже говорил, что не люблю оборачиваться, — он воспользовался остатками холодной воды вылив её прямо себе на голову, — а лошадей я люблю и утренние прогулки в особенности.

Встряхнув головой, будто собака, он довольно оскалился. В то время, как я замерла, следя за струйками воды, что катились по его груди. Поймав мой взгляд, он довольно подмигнул мне, а я смущенная поджала губы и продолжила одеваться.

Мы выехали из ворот замка, когда сонное оцепенение ещё владело прислугой. Они медленно окунались в новый день, когда мы пустили лошадей в галоп. Я чувствовала себя уверенно в седле, хотя, конечно, и не так, как Мэтью. Я куталась в тёплую накидку, и крепко держала за узду спокойную лошадь, в то время, как он давал свободу своему скакуну, словно они были продолжением друг друга.

Дракон всё время ехал чуть впереди, с удовольствием врываясь в новый день, хоть и старался не потерять меня, постоянно оглядываясь. Его волосы развевались на ветру, а на суровом лице играла едва заметная улыбка — та самая, что появлялась лишь в моменты настоящей свободы.

Через полчаса мы выехали на опушку леса, где ветер шевелил листву, а остатки утреннего тумана цеплялись за тёмные стволы деревьев. Воздух был полон терпкого запаха прелой травы, сырой земли и предчувствия осени.

Не сговариваясь, мы медленно приблизились друг к другу.

— Доротее лучше, но она не желает меня видеть, — глядя на ярко-рыжий лист, затесавшийся в пышной зеленой кроне, я неожиданно вспомнила о драконице, что велела закрыть вчера передо мной дверь.

— Она могла потерять ребёнка, думаю, ты и сама понимаешь, что для неё это тяжело и она корит твою кузину, желая её крови.

— Но это же только на словах? — тихо выдохнула я.

— Нет. Если бы та не уехала, то боюсь, как только Тея смогла бы встать и обратиться, то от Давины осталась бы кучка пепла.

— Я понимаю, что она не права, но она моя родственница… к тому же мы связаны магией, — решила я, поделиться с ним.

— Насколько связаны? — подозрительно покосился он.

— Её жизнь — мой долг, — размыто произнесла я, отвлекаясь, — смотри это же малина! И много! Надо бы сюда отправить людей, чтобы собрали. Из нее хорошо сделать на зиму варенье…

— Надо попробовать, вдруг не вкусная? К тому же, это отличное место, чтобы нам с тобой перекусить. Я чувствую аромат холодного окорока, что положила повариха… — усмехнувшись, он не стал вдаваться в дальнейшие расспросы о кузине, хотя я видела, что его мои слова зацепили. Вместо этого он остановил коня, слезая, а после протянул ко мне руки.

Осторожно улыбнувшись, я позволила ему помочь, чувствуя, как он нарочито медленно позволяет скользнуть мне вдоль его тела. Медленно вывернувшись, я окинула взглядом кусты, что уходили в глубь леса. Яркие ягоды были похожи на алые рубины, рассыпанные на изумрудном бархате. Сорвав пару ягод, я закинула их в рот, широко улыбаясь.

— Сладкая…

— Надо проверить, — по уже сложившейся традиции, он вновь оказался у меня бесшумно за спиной, но вместо того, чтоб сорвать малину, он припал к моему рту в поцелуе — медленно скользнув кончиком языка по губам, — и правда сладкая, — хрипло выдохнул он, мне в ухо.

— Ты даже не представляешь, насколько, — хмыкнув, я оттолкнула его и вновь вернулась к малине, хотя то и дело украдкой поглядывала на него.

Дракон словно вышел на охоту, не спуская с меня внимательного взгляда.

Вот только я решила воспользоваться ситуацией. Мне нравилось его внимание, но и разговор затеять нужно было.

— Эти земли тебе ведь недавно достались. Почему ты тогда не приводишь хозяйство в порядок? — поинтересовалась я, набирая ягоды в пригоршню. — Я бы могла помочь…

— Всё в порядке. Финансы я проверил. Налоги собраны, люди сыты. Но ты не об этом, ведь так? Ты о людях?

— Малышка, которую выхаживает Кайра, обретёт магию и, говорят, это повод, чтобы её семья продала её. Это несправедливо! Может было бы неплохо запретить торговлю людьми хотя бы на своих землях?

— Тогда у неё не будет шанса. Продадут — лучше для всех. У неё будет будущее, — усевшись поодаль на упавшее дерево, он вытянул ноги продолжая наблюдать.

— Это ужасно! Ты говоришь о продаже человека! Так нельзя, — чересчур резко сжав ягоду, я с сожалением смотрела на сок, которым она окрасила кончики моих пальцев.

— Если её и купят, то маги. Для того, чтобы взять в помощники или для усиления собственных сил. И тот, и тот вариант — неплох. Бедная семья получит немного лишних монет, что позволит им прокормить детей. А у неё есть шанс чему-то научиться и стать магом, или же стать весьма дорогой прислугой. Тебе повезло, в отличие от многих юных магов, ты действительно хорошо научилась управлять своей силой. Другие, обладая магическим потенциалом, не могут освоить заклинания. Тебе благоволит богиня.

— И всё же мне это не нравится… Если бы были школы, которые обучали магов, то было бы правильнее. Родители… не должны продавать своих детей, — поджала я недовольно губы, сдерживаясь от других более тяжёлых слов.

— Если хочешь, ты можешь её купить и тогда тебе не придётся переживать за её жизнь. Я тебе позволяю сделать это.

— Позволяешь? — замерев, я уставилась на него в то время, как в голове щёлкнуло. Сарказм помимо моей воли наполнил голос.

— Да, я как муж должен заботиться о твоих желаниях.

— Надо же… Я бы тогда сказала, что как мой муж, ты должен был приехать в мой дом и забрать меня, а не надеяться, что я тихо сгину.

— Линн, сделанного не вернуть. Давай, не будем рушить хрупкий мир, между нами.

— А ты хотя бы сожалеешь? — он задумался, а я горько усмехнулась, — я отвечу за тебя — нет.

— Немного ли разговоров для такого чудесного дня? Мы можем всё испортить

— Нам пока нечего портить. Между нами инстинкт, который работает безупречно, но на этом всё. Ни супружеской преданности, ни доверия, ни даже любви… Я не поеду в твой отчий дом. Если ты будешь настаивать, то знай, что тебе придётся действовать помимо моей воли. Я вернусь в свой замок, — не спрашивала я, а озвучивала принятое решение.

— Место жены рядом с супругом, — задумчиво проговорил он, — к тому же ты понимаешь, положение твоих земель?

— Отчетливо. И именно поэтому я хочу уехать. Я не против магов и, наверное, даже могла бы присягнуть твоему королю, если потребуется. Я не хочу, чтобы на моих землях лилась кровь. Отпусти меня, — протянула я ему ладонь полную ягод.

— Но как же мы? — не спешил он их касаться, с подозрением глядя на них.

— А ты долго планируешь пробыть на этой земле? — саркастично протянула я, — могу предположить, что ещё пару недель… Не важно, где я буду!

— Тебе будет небезопасно в «Орлиной Верности», — впервые спокойно проговорил он. — Ты не сможешь удержать ни свой народ — он у тебя вспыльчив, ни выстоять перед советом хитрых старейшин независимых королей, ни обхитрить моего короля.

— Но я попытаюсь…

— А мне ты предлагаешь просто смотреть? — притянув меня к себе, он уткнулся лбом мне в живот, а после поднял задумчиво взгляд. — Я не готов тебя сейчас отпустить… — он задумчиво взял мою ладонь и притянул для поцелуя, — инстинкты все ещё берут своё. Я желаю тебя.

— Тело, но не душу…

— Всё придёт со временем.

— А что сейчас? Когда тяга уляжется? — выдохнула я, чувствуя, как пожар стремительно охватывает моё тело.

— Тогда будет ещё хуже, ведь в тебе зародится новая жизнь… Но я поговорю с королём, в прошлом он был категоричен, желая, чтобы и твои земли были завоёваны. Сейчас всё иначе, я добьюсь, чтобы их оставили за мной.

— Так это его была воля? А почему?

— Я воин, Линн, и я не спрашиваю, почему мой сюзерен принял то или иное решение, тем более что это решение отражало моё нежелание… Ты была мне чужой.

— А разве, что-то изменилось?

— Да, я испытываю сильное желание к моей супруге, — он стремительным движением усадил меня к себе на колени, рассыпав часть ягод. К оставшимся он медленно склонился и одну за другой ягодкой съел с моей ладони, пробуждая во мне жар желания, давая понять, что время для разговоров закончено. Каждое прикосновение жгло сильнее любых слов. Я старалась сохранить ясность, вот только чертовы инстинкты, что связали нас, действовали наверняка, заставляя отдаться им.