Забытая жена из горного края

Глава 35

— Кто такой господин Арманд? — поинтересовалась я украдкой у Брэдди. Мужчина был шумным и шустрым, вроде бы простачком… вот только глаза его были умны и внимательны. Кто-кто, а он точно знал!

— Говорит, что торговец из Касталона…

— Врёт?

— Конечно, госпожа, — он подлил в мой кубок разбавленного вина и тихо зашептал на ухо: — Он покупает у нас столько эмрадита, что, честно сказать, я не хочу знать, кто он на самом деле. Крепче буду спать. И вам не советую.

— Но не выйдет ли нам это боком? — озадачилась я, оглядываясь в поисках торговца. Он стоял в компании ещё двоих незнакомцев. Таких же высоких и подтянутых, с одинаково оценивающими взорами, что то и дело впивались в меня. Их внимание нервировало. Они казались хищниками, притаившимися в засаде.

— Если будете настаивать на вопросах, то выйдет и весьма скоро, а так… леди, у вас ведь есть преимущество, которого не было ни у отца, ни у дяди. Вы — женщина и всегда можете сказать, что не разбираетесь в нюансах. Так что я советую не думать о них. Мы обо всём договорились. Оплату они уже оставили, и через два месяца мы полностью подготовим партию, которую они заказали.

— Брэдди, а у нас была возможность им отказать?

— Боюсь, что нет, моя леди… Таким, как они, не отказывают.

— Тогда будем молиться Матери Сущей, чтобы их пути не привели к нам вновь.

— Ох, как знать, как знать… Наше месторождение весьма богато, и камень здесь отменный, у него одна из самых высоких магических проводимостей. Если им понадобятся особые артефакты, то они вновь захотят использовать наш камень… Но не стоит об этом сейчас думать, — поспешил он меня успокоить, видя, что от его слов я начинаю хмуриться. — Может, ещё вина?

— Нет, с меня хватит. Благодарю за ужин, он был отменный. Я оставлю вас, но хотела бы утром поговорить о делах.

— Как скажете, леди, — не выказал он и капли недовольства, чем подарил мне надежду, что хоть к нему у меня не будет претензий.

Выскользнув на улицу в компании Грэхема, следовавшего за мной тенью, я поёжилась, недовольно вскидывая голову к небу. Звёзд не было видно, и только случайно выглянувшая из-за туч луна освещала дорогу к дому. Холодный ветер, завывая, скользил по рукам, желая пробраться под платье и тем самым подгоняя меня к теплу очага, горевшего в моём доме и манившего меня теплом и уютом. Вот только тихий хруст камней и лязг меча, который Грэхем молниеносно вытащил из ножен, нарушили мои мечты о праздном уединении.

— Прошу простить, не хотел напугать, — Арманд последовал за нами и теперь, подняв руки, стоял позади, в то время как острый меч моего охранника упирался ему в горло. Я видела, как кожа слегка собралась под железным остриём. Ещё капля усилия, и алая кровь покатится по его шее. Вот только он ни капли не боялся. — Любезный, уберите эту игрушку, пока никто не пострадал, — он лёгким движением оттолкнул остриё, когда я кивком подала сигнал Грэхему. Убивать покупателя явно не входило в мои планы на вечер.

— Что вы хотели, господин Арманд? — с подозрением впилась в него немигающим взглядом.

— Всего лишь извиниться. Наше знакомство вышло… не таким, каким бы я хотел, — он очаровательно улыбнулся, уверенный в волшебстве своей улыбки.

— Думаю, это вы могли мне сказать и утром.

— Никогда нельзя откладывать то, что можно сделать сегодня.

— Увы, я вашего энтузиазма не разделяю! Спокойной ночи!

До дома осталось несколько метров, которые я преодолела, уже не любуясь красотой вечера, а гадая о его истинных мотивах. Моя внешность не произвела на него такого впечатления, как имя. Потому я гадала: что ему от меня надо?

Шустрая ласка стремительно вынырнула из орешника, что рос под окнами, и нырнула за мной следом в дом.

— Кто-то вовсю развлекается, проказница, — пожурила я Кенай, довольно забравшуюся по моей руке, в то время как я подобралась к оконцу. Сквозь мутное стекло была отчётливо видна мужская тень на том месте, где я его оставила. И это не нравилось не только мне, но и Грэхему. Мужчина опустил тяжёлый засов на дверь и громко свистнул. Из кухни тут же вышел сонный пацан, что был у меня в сопровождении.

— Буди ребят, — велел он.

— Грэхем? Ты думаешь, что…

— Не важно, что я думаю, леди. Вам в любом случае не о чем беспокоиться. Я узнал: их всего несколько человек, а в этой деревне живут крепкие парни. Ваша жизнь в безопасности, просто он мне не нравится, а значит, я буду чуть более внимательным. Отправляйтесь спать, я приставлю к вашей двери охранника.

Его слова меня не успокоили. Но я поднялась к себе в комнату и стала готовиться ко сну.

— Кто вас так напугал? — Кенай обернулась девчонкой и теперь с любопытством выглядывала в окошко.

— Один странный тип. Богатый, красивый, но странный… Радует только, что я его больше не увижу. Завтра он уедет.

— Жалко, — разочарованно протянула Кенай, падая на постель, — ребята научили меня нескольким отличным приёмам, я бы на нём их применила… раз съесть у меня не выходит, то, может быть, получится побить?

— Кровожадная ты моя, буду молиться, чтобы этот человек уехал ранним утром. Он, как-никак, наш покупатель и потратил очень много на наш эмрадит.

— Много? А это сколько?

— Завтра узнаю. Брэдди сказал, что сумма меня впечатлит. Но давай готовиться ко сну. Раз ты в человеческой форме, могу рассказать сказку.

— Сказку? А это что? — тут же подпрыгнула она на кровати, горя любопытством.

— Это истории, которые рассказывают человеческим детям, они учат добру и дружбе, вере и надежде…

— Хочу! — затаилась она. Я же, забравшись в постель, притянула девушку к себе и стала медленно перебирать её волосы, рассказывая сказку.

Не знаю, почему, но в моём рассказе сами по себе возникли дракон и принцесса, которую заточили на вершине высокой башни.

Рассказ неспеша сказывался и, не дослушав, девочка медленно засопела, прижавшись к моему плечу. В этот раз не было кокона, она спала как обычный человеческий ребёнок, слегка посапывая и приоткрыв рот.

Волосы её были мягкими, словно шёлк, я медленно пропускала их сквозь пальцы, наблюдая как догорает огарок свечи.

Вместе с последним всплеском пламени я тихо заснула. В эту ночь впервые за долгое время мне вновь приснился дракон. Он задумчиво кружил надо мной, не зная, что делать. То ли хватать, то ли бросить навсегда и никогда не вспоминать.

— Кэти, не могла бы ты провести меня по деревне? Рассказать, что здесь где? И кто есть кто? — недовольно смяв послание от Брэдди, я перевела взгляд на девушку, убиравшую со стола.

— Так господин Брэдди, поди, сам захочет. Честь такая!.. — растерялась она.

— Он не может, — недовольно протянула я, надеясь, что его отвлекли дела, а не то, что он за ночь не успел подделать документы.

— Тогда, конечно, я с удовольствием. Только на рудник меня, поди, не пустят…

— Ничего. На рудник я съезжу в компании управляющего, как только он освободится, а ты покажи мне всё остальное!

Кэти, смущаясь, убрала стол и повела меня по узеньким улочкам деревеньки.

— Это дом рыжей Энн. У её коров — Пятнашки и Ягодки — самое жирное молоко во всей деревне. Её муж и старшие сыновья работают на руднике, — проходя мимо небольшого домика, аккуратно обвитого плющом, Кэти помахала рыжеволосой женщине, как раз выходившей из дома.

— Привет, Кэти! А кто это с тобой? — женщина подозрительно окинула меня взглядом.

— Это наша леди Йолайр!

— Да ты что?! — всплеснула та руками, бодро сбегая к нам по каменным ступеням. — О, леди! Как мы вам рады! — шустро поклонившись, продолжила изучать меня горящим взглядом.

— И я рада познакомиться, Энн! Надеюсь, твои муж и сыновья здоровы?

— Вы знаете моё имя! — довольно зарделась она. — И про мужа тоже… Но это и ясно: он уже двадцать лет работает на руднике. Старший над парнями! Да. И мальчики мои подают надежды… Ах, о чём же я?! С ними всё хорошо! — замявшись она продолжила: — Благодарю! А что вы здесь делаете?

— Кэти показывает мне деревню.

— Так и я могу! Правда, Кэти? — напористо посмотрела она на мою провожатую.

— Конечно, — девушка смутилась ещё больше, но согласно кивнула.

— Ну, что вы уже посмотрели? Хотя, о чём я?! Дом-то ваш за углом, вы только начали! Нужно заглянуть в пивоварню! У нас варят лучший эль во всём нагорье, — на мгновение она засомневалась, глядя на мою руку, а потом на свою. Я так и видела, как в ней борется желание ухватить меня за руку, чтобы скорее промчаться по знакомой деревне. Но, дважды протерев и без того чистую руку о передник, она всё же просто повела ладонью в нужном направлении.

Энн оказалась бойкой женщиной, которая с любовью повела меня по деревне, знакомя практически с каждым жителем. В основном это были женщины, дети или старики, ведь молодые мужчины работали или на руднике, или стояли на защите границ деревни, или охотились и заготавливали лес. Женщины создавали уклад в Эмре.

Ближе к обеду мы вышли к площади, где собралась небольшая толпа: все знакомые мне лица. Около десятка женщин, переговариваясь, смеялись. Каждая из них держала в руках корзину.

— Что происходит? У вас какое-то собрание? Вы чем-то недовольны?

— Ой, что вы?! Просто последний полдень месяца, и женщины собрались к вдовам.

— К вдовам?

— Ну да! Не всем везёт как мне. Столько лет и муж, и дети на руднике, и самое страшное, что приключилось — это перелом. У некоторых рудник забрал не только молодость, но и жизнь. Хорошо, если дети к тому времени будут взрослыми, а если ещё малые? Тяжело тогда… Край-то у нас суровый, без мужчин не обойтись. Но некоторые вдовы исхитряются, они съезжаются. Жить вместе легче, ухаживать за детьми, готовить… Но всё равно им туго. Вот раз в месяц мы собираемся и относим им кто что может. Вон, Магда планирует отнести одежду, что осталась от её мальцов. Они-то все уже выросли. Я думала взять сыра, да замоталась… — виновато поморщилась она.

— Я тебя отвлекла, — констатировала я, в то время как она немного смущённо согласилась с моим утверждением. — Я с вами. Правда, у меня нет с собой даров, но я что-нибудь придумаю.

Вдовы жили на окраине деревни в большом старом доме. Здесь местность была пологая, что позволяло гулять паре коз и курицам, которых гоняли совсем ещё маленькие дети.

Женщины, встретившие нас, были разными, но на всех лицах застыла печаль утраты.

— Сколько же вас здесь? — поинтересовалась я, присаживаясь к столу. Новость, что их дом сегодня навещают не только местные, но и леди, порядком взбудоражила женщин. Оттого они суматошно накрывали на стол. — Не нужно резать сыр, — уговаривала я, видя, как молодая женщина схватилась за головку овечьего сыра, что им только принесли.

— Да как же это?! Надо! — суетились они, и только пожилая женщина — Мойра — спокойно села напротив меня.

— Не мешайте им, леди! Может, в их жизни больше и не представится достойного случая посуетиться. Оставьте им хоть какое-то чувство самоуважения. Они принимают свою леди. Будет что рассказать, если выйдет достойно.

— Хорошо, — улыбнулась я ей, решая, что в любом случае оставлю им несколько монет, возместив сыр и всё, что они соизволят поставить к столу. — Вы приютили всех этих женщин, почему? — поинтересовалась я у неё, наблюдая через маленькое окошко, как, оставив необходимое, большая часть женщин отправилась по домам.

— Когда-то этот дом полнился смехом. Но потом мой муж погиб, а за ним — и трое моих сыновей. Единственная дочь решила искать счастье в городе, и ей это даже почти удалось. Она вышла замуж за владельца таверны. А я… я не захотела быть одна, решив пригласить к себе тех, кто, как и я, знает горечь потерь на вкус. Вместе легче переживать, да и выживать тоже легче.