Тиран, я требую развод!

Эпилог

Прошло пять лет. Пять тихих, мирных, созидательных лет, которые для королевства Алстад стали настоящим чудом после десятилетий страха и застоя. Эпоху ледяного тирана сменила эпоха Короля и его Драконьей Королевы, и эта смена была похожа на приход весны после долгой, изнурительной зимы.

Королевство процветало. Мирный договор с Тарнией, скрепленный не только золотом репараций, но и новыми, выгодными торговыми путями, оказался на удивление прочным. Новый тарнийский король, унаследовавший трон после скоропостижной (и весьма подозрительной) кончины своего отца, оказался прагматиком и предпочитал звон монет лязгу стали.

Союз с Детьми Скал и драконами превратил суровый, некогда опасный север в источник силы и богатства. «Серебряная дорога» стала самой оживленной и безопасной артерией в стране, а в столицу теперь текли не только серебро и меха, но и мудрость древних гор. Бьорн, ставший уважаемым членом Малого совета, принес с собой прямоту и честность, которых так не хватало дворцовым интригам.

А компания «Сириус», некогда бывшая моим тайным оружием, превратилась в Королевскую Торговую Гильдию под моим личным патронажем. Месье Жакоб, похудевший от постоянного страха и ответственности, но невероятно гордый своим положением, управлял ею с удивительной эффективностью, приумножая богатство казны. Мы накормили не только свою страну, но и стали главной житницей для всего региона.

Но главным чудом был не экономический подъем. Главным чудом был мир. Не тот хрупкий мир, что держится на страхе, а тот, что рождается из уважения и доверия.

Я стояла на увитой розами террасе в саду, том самом, где когда-то разъяренный Эдвин впервые показал мне свою одержимость. Теперь это место было наполнено не страхом, а смехом. На траве, раскинув ручки, сидел маленький мальчик лет четырех, с волосами цвета воронова крыла и моими, как говорили придворные, упрямыми голубыми глазами. Наш сын, принц Кай.

И он был не один.

Рядом с ним, опустив на траву свою огромную, покрытую сияющей медной чешуей голову, лежал молодой дракон. Это был сын Ферруса, первый дракончик, вылупившийся за последние двадцать лет. Он был размером с большую собаку, неуклюжий, любопытный и абсолютно ручной. Он осторожно, кончиком носа, подталкивал к Каю деревянный мячик, а тот заливисто смеялся и пытался оседлать своего чешуйчатого друга.

— Они неразлучны, — произнес тихий голос у меня за спиной.

Я обернулась. Эдвин подошел и обнял меня, положив подбородок мне на плечо. Он был в простой льняной рубашке, без короны и регалий. Здесь, в нашем саду, он был не королем. Он был просто мужем и отцом.

— Я иногда смотрю на них и не могу поверить, что все это — правда, — сказал он, глядя на идиллическую картину на лужайке.

— Привыкай, — я улыбнулась, накрывая его руку своей.

Он взял мою ладонь и перевернул ее. Его взгляд, как и всегда, задержался на маленькой, иссиня-черной чешуйке на моем запястье. Этот шрам стал частью меня, частью нас. Эдвин больше не смотрел на него с болью или виной. Он смотрел на него с благоговением. Он осторожно коснулся губами этой метки, и по моей коже пробежали мурашки — не от страха, а от нежности.

— Иногда мне кажется, что все это было страшным сном, — прошептал он.

— А иногда мне кажется, что сон — это то, что происходит сейчас, — ответила я, поворачиваясь к нему. — И я боюсь проснуться.

— Не бойся, — он заглянул мне в глаза, и в его золотых, теперь теплых, как летний мед, радужках отражалось небо и мое лицо. — Мы заслужили этот сон. Мы выстрадали его.

Мы стояли, обнявшись, и смотрели на нашего сына, играющего с драконом. Это было наше будущее. Мирное, светлое, полное чудес, о которых мы не смели и мечтать.

— Знаешь, о чем я иногда думаю? — спросила я, прижимаясь к его груди.

— О чем?

— О том, с чего все началось. О той глупой, напуганной женщине, которая ворвалась в твою жизнь с одним-единственным требованием.

Он усмехнулся, и его грудь завибрировала от смеха.

— Да, я помню. Что-то про развод?

— Что-то про развод, — подтвердила я, улыбаясь. — Какая же я была дура.

— Нет, — он поцеловал меня в макушку. — Ты была самой умной женщиной в мире. Ты потребовала развод, а в итоге получила половину королевства, сердце короля и личного дракона для сына. По-моему, это самая выгодная сделка в истории.

Я рассмеялась. И в этом смехе, смешанном с теплым ветром, жужжанием пчел и далеким, радостным визгом нашего сына, было все. Наше прошлое, наше настоящее и наше бесконечное, счастливое будущее.

Тиран получил не развод. Он получил любовь. А я, попаданка, требовавшая свободы, обрела нечто гораздо большее. Я обрела дом.

Конец.