Тиран, я требую развод!

Глава 13

Ужин с Эдвином, точнее, то, что произошло в его финале, стало для меня новым видом пытки. Его прикосновение, этот единственный, демонстративный, интимный жест, преследовал меня. Он не просто коснулся моей руки. Он вторгся в мое личное пространство, в мою крепость, которую я так тщательно выстраивала, и оставил там свой след. Невидимое клеймо, которое горело на моей коже, напоминая о его власти. Власти не только физической, но и чувственной. Он нашел новую трещину в моей броне, и теперь методично, с жестоким наслаждением, пытался ее расширить.

Я заперлась в своих покоях, отказываясь кого-либо видеть. Я терла палец пока он не покраснел, пытаясь смыть фантомное ощущение его губ, его языка. Но это было бесполезно. Воспоминание въелось в память, и каждый раз, закрывая глаза, я видела его лицо, его хищную, торжествующую усмешку. И самое страшное, самое унизительное было то, что мое тело помнило. Оно помнило этот постыдный, предательский трепет, который прошел по венам в ответ на его прикосновение. Я ненавидела себя за эту слабость. Я ненавидела его за то, что он заставил меня ее почувствовать.

Эта ненависть стала моим топливом. Я с удвоенной энергией погрузилась в работу. Ночи напролет я проводила над документами, которые приносил мне дрожащий Харрингтон. Моя теневая империя «Сириус» росла. Я перехватывала контракты, вкладывала деньги в рискованные, но прибыльные предприятия, плела свою собственную паутину в ответ на ту, что опутала двор. Каждая удачная сделка, каждый мешок золота, поступивший на мои тайные счета, был маленькой победой. Это было единственное, что давало мне ощущение контроля. Я строила свой ковчег, свою крепость из денег и влияния, готовясь к тому дню, когда мне придется либо бежать, либо дать открытый бой.

Именно в разгар этой моей тайной деятельности по дворцу разнеслась новость: его величество король объявляет Великую Осеннюю Охоту.

Это было не просто развлечение. Это было важнейшее политическое событие. На охоту съезжались все самые знатные и влиятельные вельможи королевства. Здесь, в неформальной обстановке, решались судьбы, заключались союзы, плелись интриги. Не явиться на охоту для члена королевской семьи было равносильно признанию в немощи или опале. Я знала, что должна там быть.

И я знала, что это ловушка.

Память оригинальной Кирии услужливо подбросила мне нужный эпизод из романа. Именно на этой охоте должен был произойти «несчастный случай». По сюжету, Лиана, желая избавиться от соперницы, подстроила падение королевы с лошади. Но в книге запуганная, слабая Кирия в последний момент отказывалась ехать, сославшись на плохое самочувствие. Ее место рядом с королем занимала, разумеется, «случайно» оказавшаяся рядом Лиана, и план сорвался, лишь добавляя «святой» очков в глазах короля, который видел в этом очередное доказательство трусости и никчемности своей жены.

Но теперь все было иначе. Теперь на охоту поеду я. И я поеду не на смирной кобылке. Я поеду на Демоне.

Эта мысль родилась мгновенно, острая и ясная. Это будет не просто поездка. Это будет заявление. Я покажу им всем — и Лиане, и Эдвину, и всему двору — что я больше не жертва.

Подготовка к охоте превратилась для меня в подготовку к битве. Я проигнорировала портних, которые предлагали мне сшить роскошный дамский костюм для верховой езды из бархата и кружев. Вместо этого я заказала у лучшего мастера в городе мужской костюм, но сшитый по моим меркам. Узкие, плотные штаны из оленьей кожи, идеально облегающие ноги. Высокие сапоги из мягкой, но прочной кожи. Простая льняная рубашка и короткая куртка из темной замши, не стесняющая движений. Я выглядела не как королева, а как профессиональный охотник. Или наемник. И мне это нравилось.

В утро охоты я сама пошла на конюшню. Гюнтер, увидев меня, лишь молча поклонился. Слухи о моем «ведьмовстве» сделали его на удивление покладистым. Я сама проверила Демона, сама его оседлала, используя то же легкое кавалерийское седло. Конь встретил меня тихим, радостным ржанием, ткнувшись мордой в мое плечо. Мы были союзниками. Два зверя, готовящиеся к схватке.

Когда я выехала во двор, где уже собралась вся знать, на меня уставились сотни глаз. Я видела шок, недоумение, осуждение. Но под всем этим я видела и новое чувство — страх. Они боялись меня. Они боялись огромного вороного жеребца подо мной, который нетерпеливо бил копытом, и его глаза горели огнем. Они боялись женщины, которая посмела его укротить.

Мой взгляд нашел Эдвина. Он стоял в стороне, разговаривая с герцогом де Монфором. Он тоже был в черном, и на фоне своего огромного боевого скакуна выглядел как темный бог войны. Он обернулся и посмотрел на меня. Его взгляд скользнул по моему костюму, по моей фигуре в седле, по моим рукам, уверенно держащим поводья. На его лице не дрогнул ни один мускул, но я увидела, как в глубине его золотых глаз на мгновение вспыхнул тот самый, знакомый мне огонь. Огонь собственника, который видел нечто принадлежащее ему, но при этом абсолютно непокорное.

Рядом с ним, разумеется, была Лиана. Сегодня она была в образе лесной нимфы. На ней был изящный костюм из темно-зеленого бархата, который идеально гармонировал с ее каштановыми волосами. Она сидела на изящной гнедой кобылке и смотрела на меня с выражением ангельской жалости. Но я видела, что скрывается за этой маской. Я видела холодный блеск в ее глазах, видела предвкушение. Она была уверена, что сегодня ее план сработает.

Раздался звук охотничьего рога. Громкий, протяжный, он разорвал утренний воздух. Свора собак, нетерпеливо скуливших на поводках, залилась лаем. Охота началась.

Мы двинулись в лес. Шумная, пестрая кавалькада всадников, слуг, псарей. Я держалась немного в стороне, не позволяя никому приближаться к Демону. Конь был напряжен, он не привык к такому скоплению людей и шуму. Я успокаивающе поглаживала его по шее, тихо ему нашептывая. Я была начеку. Каждое мое чувство было обострено до предела. Я следила за каждым движением, за каждым взглядом. Особенно — за Лианой.

Она, как и следовало ожидать, держалась неподалеку от Эдвина, но я постоянно чувствовала ее взгляд на себе. Она выжидала.

Мы углубились в лес. Солнечные лучи с трудом пробивались сквозь густую крону деревьев, создавая причудливую игру света и тени. Стало тише. Слышен был лишь хруст веток под копытами, редкие крики птиц и лай собак где-то впереди.

Именно здесь она и начала действовать. Я заметила, как она, под предлогом того, что ей нужно поправить седло, немного отстала от группы короля и начала смещаться в мою сторону. Она делала это очень естественно, словно просто хотела обменяться парой слов.

Она поравнялась со мной.

— Ваше величество, — пропела она своим сладким голоском. — Какой у вас грозный конь. Вы не боитесь?

— Бояться нужно не коней, леди Лиана, а людей, — ответила я, не глядя на нее. — Люди бывают куда коварнее.

Она натянуто улыбнулась.

— Вы как всегда остры на язык. Я лишь хотела сказать, что вам стоит быть осторожнее. В этом лесу много… неожиданностей.

Это была угроза. Завуалированная, но несомненная.

Мы ехали по узкой тропе. С одной стороны был крутой, заросший кустарником склон, с другой — густые заросли. Идеальное место для «несчастного случая».

И тут… Она сделала резкое, почти незаметное движение рукой. Что-то маленькое и темное выскользнуло из ее рукава и упало на тропу, прямо перед копытами моего коня. Это не было похоже на хлыст. Это было что-то другое. В слабом луче света, пробивающимся сквозь листву, что-то блеснуло. Металл.

Мой мозг сработал быстрее, чем я успела осознать опасность. В памяти всплыли картинки из прошлой жизни, из исторических фильмов и книг. Кальтроп. Шип. Маленькая, но смертельно опасная штука, способная покалечить лошадь и заставить ее обезуметь от боли.

Все произошло в одно мгновение.

Копыто Демона опустилось прямо на это место. Раздался короткий, пронзительный, полный боли и ужаса визг, который не был похож на конское ржание. Жеребец взвился на дыбы так резко, что я едва удержалась в седле. Он забился, затряс головой, пытаясь понять, откуда пришла эта острая, жгучая боль.

А потом он понес.

Мир превратился в смазанное, мелькающее пятно из зеленых и коричневых полос. Ветви хлестали по лицу, по рукам, оставляя на коже горящие царапины. Ветер свистел в ушах, заглушая все остальные звуки. Я слышала крики позади, но они были далекими, нереальными.

Я вцепилась в гриву, припав к шее коня. Мое тело действовало на автопилоте, вспомнив все, чему я когда-то училась. Я пыталась удержать равновесие, пыталась не дать ему сбросить меня под копыта. Но Демон обезумел. Он не просто бежал. Он летел, не разбирая дороги, ломясь сквозь кусты, перепрыгивая через поваленные деревья. Он был ослеплен болью и паникой.

Я пыталась докричаться до него, успокоить его, но мой голос тонул в шуме ветра и стуке его копыт. Я понимала, что он несется вслепую. И я знала, куда он несется. Впереди, в какой-то миле отсюда, был глубокий овраг. Место, которое все охотники объезжали стороной. Старая каменоломня с отвесными стенами.

Я умру.

Эта мысль была не страшной. Она была констатацией факта. Холодной и ясной. Вот он, конец моей второй жизни. Такой же нелепый и несправедливый, как и тот, что был описан в романе. Я боролась, я строила планы, я создавала свою империю… и все для того, чтобы погибнуть из-за коварства девятнадцатилетней интриганки.

Злость. Горячая, бессильная злость захлестнула меня. Нет. Я не сдамся. Я не умру так просто.

Я собрала все свои силы. Я перестала просто держаться. Я начала бороться. Я тянула поводья, пытаясь повернуть его голову, сбить его с этого смертельного курса. Я кричала ему в самое ухо, пытаясь пробиться сквозь пелену его паники.

— Демон! Стой! Это я! Успокойся!

Но все было бесполезно. Он был неуправляем. Я чувствовала, как его мощное тело дрожит от боли и страха.

Лес начал редеть. Я знала, что это значит. Овраг был близко. Я уже слышала далекий шум воды на его дне.

Это конец.

Я закрыла глаза, ожидая последнего, рокового прыжка в пустоту. Прощай, Карина. Прощай, Кирия. Это был интересный, хоть и короткий аттракцион.

И именно в этот момент, сквозь рев ветра и грохот копыт, я услышала другой звук. Звук, которого здесь не должно было быть. Глухой, мощный, стремительный стук копыт другой лошади. Лошади, которая неслась за мной. С невозможной, нечеловеческой скоростью.