Сердце зимнего духа

Глава 34

После того как Анфиса ушла, не оглядываясь, спеша домой сквозь лес, где снег хрустел под валенками, а слёзы замерзали на щеках, зимний дух остался у старого пня один. Он стоял неподвижно, глядя вслед её удаляющемуся силуэту, пока она не скрылась за деревьями. В его глазах — тёмных, глубоких — мелькнуло что-то новое, редкое для вечного существа. "Ты сделала это, Анфиса, — подумал он. — Самое трудное. Жертва чистого сердца. Яд уходит полностью".

Сфера, что она оставила как дар — не вещь, а он сам, её привязанность, её любовь, — начала светиться ярче. Тихий — олень — задрожал, сияние разлилось по шерсти, рогам, и форма его растаяла. На пне, в лучах заходящего солнца, возник он в истинном облике: высокий мужчина с белыми волосами, мантией из инея, короной из хрусталя. Сила вернулась — полностью, без остатка яда. Он вдохнул глубоко, чувствуя, как холод в его венах становится чистым, живым, готовым к передаче.

Ритуал передачи силы начался сам собой — древний, как мир, не требующий слов или жестов, только намерения и равновесия. Зимний дух поднял руки к небу — ладони вверх, пальцы раскрыты, как ветви. Вокруг него лес затих: ветер стих, снег перестал падать, даже птицы замерли в гнёздах. Воздух задрожал, и из его тела начала истекать сила — серебряный свет, как лунные лучи, смешанные с инеем. Он тек вниз, в землю: проникал в корни старого пня, в снег, в почву под ним. "Я уступаю, — шептал дух без слов, передавая мысль природе. — Мой покой, мой холод, мой сон — завершены. Бери, сестра моя".

Свет уходил — не резко, а мягко, как таяние снега под первыми лучами. Зимний дух слабел: волосы его становились менее белыми, мантия таяла, корона тускнела. Он чувствовал, как сила перетекает на восток — к Весне, что ждала своего часа. Там, в далёких краях, где снег уже таял, молодая хранительница пробуждалась: её волосы зеленели, платье расцветало лепестками, глаза загорались надеждой. Она принимала дар — рост, тепло, жизнь.

Ритуал длился до заката: солнце опустилось за горизонт, небо окрасилось в розовые и фиолетовые тона, а лес наполнился тихим гулом — как дыхание просыпающейся земли. Ручьи под снегом запели громче, птицы зашевелились, готовясь к возвращению. Зимний дух опустился на колени у пня — теперь более похожий на человека на вид, без короны, с белоснежными волосами, немного более светлой кожей. Часть силы ушла, но не навсегда — он знал: через год полностью вернётся, когда Осень передаст ему эстафету.

Он встал, посмотрел в сторону деревни — туда, где девушка спешила домой. "Спасибо тебе, — подумал он. — Ты вернула цикл. Весна придёт скоро — с первыми капелями, с зелёными ростками.

Ритуал завершился: снег вокруг пня начал таять, обнажая землю, и из-под него пробился первый подснежник — белый, хрупкий, символ передачи. Зима уступила. Хранители продолжали свой вечный танец.