Принцесса Восточного Созвездия

Глава 44. Принц Аль-Мадината

Янн Робер

Мы вышли из здания Системной Полиции, и я всё ещё не мог поверить, что Шейна это провернула. Как? Когда? Ну не мог же Идрис Свет Истины сам мне позвонить после того, как я фактически украл его дочь, вышел на конфликт с его женой и унизил в последнюю нашу встречу?!

Видимо, я произнёс это вслух, потому что Шейна неожиданно лукаво улыбнулась:

— Это я его попросила.

— Но почему он меня усыновил?!

— Янн, ты ничего не понимаешь в наших традициях. Ты меня не крал, а просто отложил выкуп. А что касается Франгаг, то с того момента, как она предала отца, она ему больше не жена. А тем, что за всё это время не выказал пренебрежения, что он плохо воспитал старшую жену, ты лишь повысил мнение о себе в его глазах.

«Плохо воспитал жену…» Что за дикость? В этот момент в голову пришёл поступок Эсмеральды, и я мысленно лишь посочувствовал тестю.

— Ты вскрыл нарыв на земле, принадлежащей моему отцу, и не потребовал за это никакой награды, хотя мог бы. Уже в этот момент ты стал для него достойнейшим из паладинов.

— Я не паладин.

— Ты санджар, победивший паладина.

Я лишь покачал головой, чувствуя, что всё это такая ерунда… Главное — Шейна здесь, со мной, и никуда не ушла. Вселенная, как же я перед ней виноват! Как же я хочу целовать её руки за то, что она всё это время верила в меня. Что спасла меня… там, на Террасоре, и здесь сейчас.

Я покачал головой, всё ещё не веря в случившееся.

— Откуда ты узнала про дипломатическую неприкосновенность?

В ответ она потупила взгляд и тихо вздохнула:

— А я про неё и не знала. Просто подумала, что если отец голосом выразит благословение, то ты догадаешься, что являешься желанным гостем на моей родине. Прости меня, если я сделала что-то не так.

Нечто огромное и тёплое расцветало внутри. Я смотрел на Шейну и думал о том, что никогда ещё ни одна девушка так не заботилась обо мне. Даже жена… Особенно жена. Одно только то, что там, на Террасоре, Шейна наплевала на опасность и вернулась за мной, уже заставляло сердце щемить от нежности к этой принцессе, а уж то, как она держалась так долго на Цварге одна без меня, — и вовсе равносильно подвигу.

— Это ты прости меня, — выдохнул я, внезапно крепко прижимая любимую к себе и зарываясь носом в её роскошные светлые косы. Плевать, что на нас все смотрят. Плевать, что это не очень-то прилично делать в общественном месте…

— За что? — Она встрепенулась, но сопротивляться не стала.

— За всё, что тебе пришлось пережить… Да хотя бы за то идиотское видео, которое состряпала Эсми.

При этих воспоминаниях в крови вновь забурлила ярость, но Шейна — удивительная террасорка — ответила, выбивая почву из-под ног:

— Мне главное, чтобы ты был счастлив. Всё остальное — неважно.

Я растерялся, не зная, что на это ответить. Никто и никогда не говорил мне таких слов. На нас стало оглядываться слишком много прохожих, и я с сожалением отпустил талию любимой женщины.

— Там во флаере нас одна гиена ждёт… Пойдём, а то, наверное, уже полсалона сгрызла… Кстати, не расскажешь мне, как так получилось, что она теперь на Цварге? В последний раз я видел её на другой планете.

— Ой, а я назвала её Преследователем… — Шейна вспыхнула красным цветом и принялась торопливо пересказывать, что с ней случилось, пока я был в отключке. Несколько раз у меня сжималось сердце от абсолютно спокойного рассказа террасорки.

Она каким-то образом затащила моё тело на гравибайк! Летела на нём до «Галилеи», придерживая меня! Не испугалась хищника, нашла способ положить меня в медицинскую капсулу. Восхищение к этой маленькой и отважной женщине росло в груди с каждой секундой. Мы сели во флаер, и я вбил в навигатор координаты.

— А куда мы летим? — встрепенулась она. — В дом твоей старшей жены?

— Нет. Не хочу туда. Если ты не против, я на время, пока не куплю нам собственный дом, поселю тебя у моих родителей.

— Ты познакомишь меня с родителями? — Она широко распахнула дымчатые глаза, а у меня руки зачесались обнять её и понежить в своих объятиях. Вроде бы не долго лежал прикованным наручниками к кровати, но даже эти дни казались сейчас вечностью. Целую вечность я не прикасался к своей восточной принцессе.

— Конечно познакомлю, — ответил я, поднимая флаер в воздух. — Они у меня отличные… Просто так сложилось, что после женитьбы на Эсми я практически перестал с ними общаться. Вначале Эсмеральда заявила, что она теперь моя настоящая семья, и я воспринимал эти слова как лёгкую ревность, а потом всё чаще и чаще брал задания вне орбиты Цварга.

Внезапно с соседнего кресла до меня донёсся всхлип, и я с изумлением обнаружил, что моя принцесса плачет!

— Шейна, что случилось?! Где болит?

По ментальному фону боли не было, но всё же после криосна резонаторы долго могут барахлить.

— Нигде. — Она вновь громко всхлипнула. — Янн, это большая честь для меня — познакомиться с теми, кто тебя вырастил, но ведь я такая…

— Какая?

— Отсталая. Необразованная… Духи, да я даже не смогла сама разобраться, как написать сообщение, и попросила помощи у Даниэллы! Я путаю слова, а ещё я не уверена, что осилю это ваше высшее образование! Оно такое сложное… Я только из глины красиво лепить умею и танцевать. А вдруг они скажут, что я не достойна тебя? А ещё ведь это я пришла к тебе в дом. Если бы я не заявилась к Эсми, то ничего бы не произошло! Всё из-за меня… Я слабая и глупая и не умею прятать эмоции… Я боюсь, в один прекрасный день ты поймёшь, что тебе не нужна такая жена.

Она продолжала что-то говорить, а я судорожно перевёл управление на автопилот и похлопал по бедру.

— Так, пускай все мои девочки сейчас окажутся на моих коленях.

Шейна кивнула и послушно переползла. Я крепко-крепко прижал её к себе, нашёл губами её мягкие губы, передавая всё спокойствие, какое имел, и, в общем-то, в ментальном фоне тоже. Какая теперь разница? У меня дипломатическая неприкосновенность, а значит, мне можно. Я буду успокаивать жену всеми доступными способами.

Некоторое время от Шейны пахло рваными эмоциями, но буквально через неполную минуту она перестала вздрагивать в моих ладонях. Я отстранился и заглянул в дымчато-голубые глаза.

— Я очень тебя люблю, Шейна. Мне никогда не понадобится никакая другая женщина. Я восхищаюсь тем, какая ты храбрая, что взяла и решилась вот так просто поменять даже не город — планету, на которой будешь жить. Я горжусь тем, как ты впитываешь знания словно губка, учишь наш язык, осваиваешь новую технику… Даже управление гравибайком. Ты вообще в курсе, какой процент женщин на Цварге осиливают гравибайк?

— Нет.

Огромные глаза уставились на меня с растерянностью.

— Менее восьми процентов женского населения имеет права категории А-класса. Шейна, ты особенная, и я считаю тебя самой потрясающей из всех девушек, которых когда-либо встречал. Я даже не смел надеяться, что когда-либо мне так крупно повезёт… А уж про двух девчонок я и вовсе молчу.

— Кстати, об этом. — Она вдруг опустила взгляд и дотронулась до пуговицы на моей рубашке. — Тут такое дело, я не уверена…

— Что будут цваргини? Ты человек, так что насчёт расы не беспокойся. Я в этом уверен.

— Да нет, я не уверена в том, что будут девочки…

— Что? Ты разве не сделала тест крови?

Она отрицательно покачала головой, прикусив губу. Я вспомнил, с какой уверенностью Шейна заявила, что беременна девочками, и несколько завис.

— А как же тогда?..

— Ну, понимаешь… У нас на Террасоре считается, что когда жена беременеет, то она обязательно носит наследника. Так говорят вплоть до самих родов, пока уже не становится точно известно. До момента родов женщина имеет право на все те же привилегии, которые имеют жёны, подарившие наследников.

— Подожди-подожди, ты хочешь сказать, что соврала?!

— Не то чтобы соврала… У нас это враньём не считается, — ответило мне это чудо, а я вдруг запрокинул голову на подголовник и расхохотался.

Блефовала? Блефовала!

Слёзы потекли у меня по щекам, но я ничего не мог с этим поделать.

— Янн, Янн! — переполошилась террасорка. — Прости меня, если расстроила… Янн!

— Ох, Ше-е-ейна. — Я притянул к себе любимую женщину и снова поцеловал. — Ты меня не расстроила. Я восхищён тем, как ловко ты обвела вокруг пальца мужчин, мнящих о себе, что умеют считывать эмоции. Поверь мне, ты очень храбрая! — Я погладил рукой её живот и задумчиво добавил: — А знаешь что, давай не узнавать пол до рождения? Давай сделаем в соответствии с традициями твоей родины? Пускай будет сюрприз.

— Давай, — искренне улыбнулась Шейна и на этот раз сама потянулась за поцелуем.

Как же мне повезло.