Принцесса Восточного Созвездия

Глава 35. Эсмеральда

Эсмеральда Робер

Эсмеральда в девичестве Диез очень любила эксклюзивную одежду и драгоценности, званые вечера и ужины в обществе богатых мужчин, она обожала вызывать лёгкое чувство зависти у подруг, а ещё больше — купаться в мужском внимании. «Ты очень красивая и достойна только самого лучшего!», «Цваргини — сокровище нации», «Ты моя маленькая принцесса, а вырастешь настоящей королевой», — с детства повторял ей отец, балуя всевозможными игрушками, платьями, украшениями и исполняя каждое желание даже раньше, чем маленькая Эсми его могла чётко сформулировать. Родители души не чаяли в единственной дочери и гордились ею, внушая, что она особенная. Впрочем, на планете, где на десять мальчиков рождается две-три девочки, Эсми действительно была особенной. Добавить сюда древний род, безупречную внешность и бесконечно любящих родителей, и к совершеннолетию молодая цваргиня уже была уверена в том, что Вселенная вращается лишь вокруг неё.

Когда Эсмеральде Диез исполнилось тридцать два, любимый папа пришёл в её комнату, чтобы поговорить о серьёзном. А сказал он следующее:

— Дорогая дочка, мы с мамой не вечные, а потому мне будет спокойнее, если ты хотя бы присмотришься к этим мужчинам и выберешь того, кто тебе больше по душе.

Лукас Диез принёс Эсми целую стопку анкет из Планетарной Лаборатории, которая по личной просьбе высокопоставленного цварга потратила целый месяц на анализ генного материала и подбор подходящих для Эсмеральды мужчин. Среди самых богатых, влиятельных и молодых, но подающих надежды, разумеется. В числе последних как раз и оказался Янн Робер — младший двоюродный брат Фабриса Робера — цварга, который, в свою очередь, однажды доказал, что готов идти против системы, но добиться поставленной цели. Лукас уважал силу характера и был уверен, что такие вещи передаются по крови. Его же дочка идеальная, вся в него.

Эсми, уверовавшая, что её руки хотят все сильнейшие мира сего, была не против брака. А что плохого в том, что тебя будет боготворить и носить на руках ещё один мужчина? Ничего. Тем более когда это очень симпатичный открытый молодой цварг с блестящей карьерой и окладом эмиссара высшего звена. Янн Робер понравился Эсми сразу, хотя выбор и лёг на него случайно.

Ко всему, Эсми была уверена, что супруг круглосуточно будет заниматься только её делами. Каково же оказалось её удивление, когда после скоропалительной для цваргов — всего полгода ухаживаний — свадьбы выяснилось, что муж не хочет ходить с ней по магазинам за одеждой, не готов носить то, что сочетается с её нарядом по цвету, потому что он, видите ли, привык к форме эмиссара и чёрному цвету и не всегда может ответить на звонок! Супружеская жизнь оказалась совершенно не такой, какой Эсми себе представляла…

А ещё пресловутая обязанность отдавать супружеский долг цваргиню ужасно раздражала. Отец её к такому не готовил! Эту тему они никогда не обсуждали. Как можно? Противно! Гадость! Фу! Лукас лишь однажды сказал, что порядочный цварг будет ждать внимания со стороны супруги столько времени, сколько понадобится, а мама потом вечером поцеловала и добавила на ушко, что в постель с мужем надо ложиться лишь тогда, когда в животе расцветает огненная лилия.

Никаких лилий, роз и даже пресловутого одуванчика в животе Эсми не расцветало, зато появился гастрит на нервной почве из-за того, что Янн, оказывается, оказался не таким благородным, как думала Эсмеральда, и настаивал на супружеском долге. Хотя бы раз в месяц, похотливый козёл! Мерзавец! Червяк с низменными инстинктами.

Каждый раз Эсми казалось, что муж её унижает, а ещё интим существенно омрачала мысль о том, что она может забеременеть. Беременность не входила в ближайшие жизненные планы. Как она с гигантским пузом будет влезать в любимые платья? Носить шпильки? Кататься на гоночных трассах и аттракционах, в конце концов?! А некоторым цваргиням в беременность так тяжело, что они перестают краситься и у них появляются проблемы со сном. Кошмар! К сожалению, Эсми даже противозачаточные не сразу смогла купить, так как оказалось, что в аптеках Цварга продаются лишь презервативы, а инъекции и таблетки можно получить самое ближайшее — на Тур-Рине, а туда ещё надо попасть…

Зато Эсмеральда стала замечать, что в процессе, собственно, «выдачи супружеского долга» можно попросить у ненаглядного супруга всё что угодно — и он не откажет. Ни в покупке шестого спорткара, ни в новой недвижимости… ни в чем! И это ей нравилось. А вот горизонтальная плоскость — не очень.

Пробуя и так, и сяк, она постепенно вывела ещё одну любопытную закономерность: если устроить мужу скандал, то он надолго исчезает из поля видимости, оставив дома желанную банковскую карточку. В конце концов, умело манипулируя, Эсми свела количество обязанностей делить постель с мужем к нулю, но при этом вытряхивая из него столько денег, сколько он способен заработать. Чувство вины при этом не грызло ни разу. Она же его жена и цваргиня, принцесса! Он обязан её содержать.

Однажды Эсмеральда заподозрила Янна в том, что он ей изменяет. В кармане плаща эмиссара она обнаружила визитку известного райского дома на Тур-Рине и отпечаток алой помады на ней. Первой накрывшей эмоцией стала ярость. Как так этот ублюдок ей, королеве, ещё и изменяет?! А второй… интерес.

Умело изобразив грусть, Эсми решила проверить гипотезу.

— Дорогой, вчера вечером был такой шикарный показ моды, а среди всех модельеров Кэрол Матеско, тот самый, который воспользовался моими институтскими наработками, — картинно вздохнула она, изо всех сил транслируя в ментальный фон сожаление. — Я так надеялась, что и ты придёшь, но ты снова задержался на работе.

— О-о-о… да, Эсми, прости. Я действительно взвалил на себя в последнее время много обязанностей и вот... забыл. — Муж отвёл взгляд, явно испытывая стыд, а цваргиня мысленно возликовала.

Получилось! Главное, не выплеснуть радость в фон. Заточить в себе, а посмаковать это чувство можно будет и потом…

— А после показа моды был аукцион дизайнерских ювелирных украшений, — продолжила она давить грустью. — Алие и Элене мужья такие красивые ожерелья купили. Перебили все ставки, представляешь?

— Хм-м-м… А ты себе что-нибудь взяла?

— Нет. — Ещё один вздох. — У меня лимит на карточке закончился, да и я была уверена, что ты меня сопроводишь и что-нибудь подаришь. Кстати, в том месяце у нас была годовщина первого свидания, а ты даже про неё не вспомнил.

— Прости, — снова покаялся Янн, а на следующий день Эсми ждало на прикроватной тумбочке ожерелье из муассанитов высочайшей пробы.

С тех пор Эсмеральда даже радовалась, что Янн ей изменяет со случайными ночными бабочками — с неё снимаются неприятные обязанности, а поток денег только мощнее, если подловить в нужный момент и надавить на чувство вины.

Серьёзные проблемы у Эсми начались, когда Янн посмел заявить, что хочет развода. За годы брака цваргиня набралась житейского опыта от подруг и узнала, что не у всех мужья такие щедрые, большинство зарабатывает хуже, чем эмиссар высшего звена Службы Безопасности, да и должность менее престижная. В конце концов, не факт, что второй супруг будет так же спокойно относиться к тому, что Эсми избегает супружеских обязанностей.

Одна Вселенная знает, каких нервов Эсмеральде стоили все три попытки Янна сорваться с поводка брака. В последний раз цваргине даже пришлось прибегнуть к актёрским способностям, и вот снова…

На периферии сознания появилось очень странное чувство.

Эсми обладала поразительной интуицией, и та ей буквально кричала, что несмотря на то, что Янн выполняет сейчас некую тайную операцию, её брак снова под угрозой. Женщины чувствуют такое всегда. Это проявляется в невербальном поведении мужчины, в мимике, в мелочах… Вроде бы это задание ничем не отличалось от предыдущих, но всё же что-то в нём было, что заставляло Эсми нервничать.

Несколько раз вдохнув и выдохнув, Эсмеральда нажала на коммуникаторе кнопку воспроизведения их последней ссоры.

— В тот год я работал под прикрытием и выводил на чистую воду наркокартель.

— От тебя воняло каждый вечер!

— Не преувеличивай, я приходил домой не чаще раза в неделю.

— Вот именно! Ты не оставлял мне денег!

Эсми вслушивалась в диалог, мысленно взвешивала, правильно ли себя вела… Вроде бы всё как обычно. Тогда откуда это зудящее чувство тревоги?

— Эсми, помехи, я далеко от Цварга, вернусь с командировки — поговорим.

Запись на этом обрывалась. Эсмеральда задумчиво поставила диалог на паузу, как внезапно обнаружила, что на голограмме мужа нет обручального кольца. Она приблизила его руку многократно, и… нет, его действительно не было! Более того, тонкую посветлевшую полоску кожи схватил лёгкий загар.

Тревожные звоночки уже не просто звенели — они сигналили как корабельные сирены перед неизбежной катастрофой в космосе.

Неделю Эсмеральда не могла найти себе места. Она отменила все запланированные встречи, металась по их общей квартире и думала-думала-думала…

А через неделю на коммуникатор поступил аудиозвонок.

— Слушаю! Говорите быстрее! — не очень-то вежливо ответила Эсми, пребывая на грани нервного срыва.

— М-м-м… Здравствуйте, это госпожа Робер? Это оператор связи из Службы Безопасности. — Мужской голос прозвучал озадаченно, и Эсми тут же вспомнила правило из детства: что бы ни случилось, цваргини должны быть мягкими, как бархат. «Ласковый андроид у двух станций зарядку берёт», — как сказали бы где-нибудь на Танорге.

— Да, здравствуйте, это я. Простите… я была немножко занята, уже свободна. Внимательно вас слушаю, — проворковала цваргиня, останавливаясь посреди комнаты.

— Отлично, — обрадовался собеседник. — У меня сообщение, что ваш муж, господин Янн Робер, уже вылетел в сторону Цварга. Он будет на родине приблизительно через месяц.

Янн явно не стал бы говорить коллегам, что они поссорились, а так как звонит оператор, а не сам Янн, это может означать лишь одно…

— С ним что-то случилось? Он жив?!

Голос дрогнул по-настоящему. Эсми уже несколько раз представляла себе, что будет, если рано или поздно супруг словит луч бластера на одном из заданий. Стать богатой вдовой её устраивало, но не устраивало другое: ей пятьдесят шесть лет, и по законам Цварга бездетные вдовы в детородном возрасте всё равно должны выйти замуж. Одна эта мысль ввергала в пучину отчаяния.

Она что, шлюха, чтобы спать с разными мужчинами?! И кто знает, кто им окажется! А если он будет старый и уродливый? Не престижный? Вдруг он будет настаивать на сексе? А если, не дай Вселенная, сделает беременной?! Нет-нет, Янн её полностью устраивал. Молодой, красивый, богатый, в принципе щедрый, если поймать нужное настроение, и прекрасно обслуживает себя на стороне. Ну счастье же!

— Ох, госпожа Робер, простите, пожалуйста, что заставил вас нервничать. Да, пожалуй, с этого надо было начинать. Ваш супруг жив, с ним… относительно всё в порядке.

— Относительно?

— По имеющимся у меня данным, у него сильное отравление, несколько колотых ран и требуется переливание крови, так как организм не в состоянии сам справиться с фильтрацией яда. Он пока что находится в состоянии поверхностного криосна, корабельный док нашёл подходящих доноров, и ему уже делают переливания. Как только яд будет полностью вымыт из организма, господина Робера разбудят.

— То есть всё будет хорошо? Он выкарабкается? — уточнила Эсмеральда на всякий случай. Никогда в жизни она не испытывала столь сильной тревоги за супруга, как сейчас.

— Да, разумеется. Я потому и звоню сообщить, что с ним всё в порядке, но ближайший месяц он не сможет с вами связаться и сообщить обо всём лично.

— Ужасно, просто ужасно! — вздохнула Эсми, обмахиваясь свободной ладонью и совершенно натурально всхлипывая. — У него такие опасные задания, я постоянно нервничаю.

— Я вас понимаю. Простите ещё раз, что сообщаю такую тяжелую новость, но руководство обязывает докладывать обо всём ближайшим родственникам…

— Я понимаю. Так через сколько он будет на Цварге?

— Как раз через месяц. Я думаю, пробуждением уже будут заниматься в стационарной клинике на планете, так безопаснее. Но в целом док просил передать, что жизни пациента ничто не угрожает, просто требуется время, чтобы запустилась расовая регенерация.

— Отлично! А можно мне заранее выписать пропуск на день пробуждения? Я хочу забрать супруга домой сразу же, как только это будет возможно.

— Гхм-м-м… Я не знаю, — растерялся цварг. — Обычно пострадавшие на заданиях офицеры приходят в себя в клинике, проходят реабилитацию, и только после этого их отпускают домой.

— Уважаемый… — Эсми попыталась затушить в голосе вспыхнувшее раздражение. — Знаете, сколько времени я мужа дома не видела? Три месяца! Три!!! Он рисковал жизнью ради нашей планеты, он, между прочим, герой, а вы не хотите дать больничный на дому?..

— Простите, это не входит в мою зону ответственности, — испуганно забормотал оператор, но Эсми уже увлеклась зародившейся истерикой:

— Я постоянно волнуюсь, места себе не могу найти всё это время! А теперь вы заявляете, что я не увижу его неизвестно сколько?! Я хочу, чтобы моего любимого Яннушку перевели домой сразу же, как только выведут из криосна! Он мой супруг, в конце концов! Ближе у меня уже никого нет!

— Я… я сделал пометку и всё передам доку, госпожа Робер.

— И перезвоните мне! Как только корабль сядет и можно будет вылетать в клинику! Слышите? Я не хочу и минуты лишней провести без мужа! — Эсмеральда настолько вжилась в роль любящей и заботливой жены, что ещё несколько минут полоскала мозги несчастному оператору.

Как только звонок был окончен, довольная собой цваргиня сделала глубокий вдох, посмотрела на своё идеальное отражение в зеркале и улыбнулась. Наконец-то всё начинало выстраиваться именно так, как она хотела.

Кем бы ни была её соперница, Эсми заберёт Янна домой и покажет ей, кто тут настоящая жена, а кто второсортная приживалка. А ещё она может сделать заявку в Службу Безопасности от лица мужа на семейный отпуск, так как не видела дорогого супруга долгих три месяца… Это весомое обоснование. В глазах общества, его коллег, Аппарата Управления… Янн уже трижды пытался расторгнуть брак, и ему отказывали, но надо перестраховаться. В последний раз даже отец отвёз Эсмеральду в ресторан и задавал много наводящих вопросов о её браке. Лукас Диез, имеющий несколько близких друзей в Аппарате Управления, конечно же, всегда выступал на её стороне, но Эсми заметила, что на дне его глаз поселилось беспокойство.

Итак, решено! Главное теперь — не переборщить с эмоциями… Впрочем, Эсмеральда действительно очень боялась потерять супруга.