Принцесса Восточного Созвездия

Глава 21. «Я убила вашу жену»

Янн Робер

Спать хотелось ужасно. После двух суток на ногах, расследования в душных пещерах, скачек через пустыню, серьёзного ранения и боя с паладином организм требовал своё. Однако служба давно научила просыпаться быстро и мгновенно приходить в сознание. Стоило услышать фразу «я убила вашу жену!», как я вскочил с кровати.

Каюсь, первой мыслью было «счастье-то какое».

Второй — жён-то у меня теперь две…

***

Шейна

Я проснулась в странном помещении. Белые стены, диковинная мебель, абсолютно зеркальная поверхность потолка… Удивительно. Прохладно, и на мне толстое одеяло, а не льняная простыня. Температура такая, как будто зимой в Аль-Мадинате наконец-то прошёл желанный дождь, и даже воздух как будто влажный.

Я пошевелилась и чуть не упала с края необычной кровати, которая крепилась тонкими серебристыми веревочками к стене. Стоило встать, как предмет мебели прямо с подушкой и одеялом беззвучно растворился в вертикальной поверхности.

Стало немного не по себе.

Последнее, что я помнила чётко, как Янн посадил меня впереди на лошади и прижал к твёрдой горячей груди со словами «всё будет хорошо, со мной ты в безопасности». То, что она была горячая, я почувствовала лопатками даже сквозь его тяжёлый плащ. Как же уютно было прижиматься к цваргу спиной… Воспоминания заставили кровь прилить к щекам.

Я вновь уже внимательнее осмотрела незнакомое помещение и заметила Янна за полупрозрачной перегородкой на такой же кровати. Сердце участило бег. От мысли, что мы провели целую ночь в одной комнате, стало одновременно и жарко, и холодно. Да, мы уже проводили вечер вместе и даже сидели на одной постели, но не как муж и жена…

«Если муж доволен женой, то спит в её постели», — напомнил ехидный внутренний голос, и я с сожалением признала, что он прав.

Выходит, мы не супруги? Или всё-таки да?

Янн спал, мощная грудная клетка мерно поднималась и опускалась, длинные чёрные волосы лентами разметались по подушке, густые ресницы слегка подрагивали, а цвет кожи отдавал не в сиреневый, а в светло-лиловый.

Как же он устал…

Я прикусила губу, думая о том, сколько крови он потерял на днях, как ловко сражался с Гафуром и сколько времени провёл в седле. Будить его было бы кощунством.

Я огладила помятое свадебное платье, переступила с ноги на ногу, отчего крошечные бубенцы на ножной цепочке тихо звякнули, и оглянулась на пустоту за собой в нерешительности. Что делать? Где ждать?

«Женщина должна быть оазисом в пустыне Мужа. Пускай её руки будут ласковыми ветрами, блюда — пищей не только для тела, но и для сердца, а дом сверкает чистотой и благоухает, как её волосы», — вспомнились недавние наставления замужних женщин. Тогда я была уверена, что выйду замуж за Гафура, и слушала вполуха, а сейчас почувствовала, что очень-очень хочу быть Янну хорошей женой.

Точно! Еда! Я должна вкусно накормить мужа, когда он проснётся.

Стараясь ступать как можно бесшумнее, я подошла к единственной в комнате двери и здорово удивилась, когда полотно отъехало в сторону. Совсем как чудная кровать на тонких веревочках! Вышла из комнаты — дверь встала обратно в паз.

Чудеса… Словно джинн здесь всё своей магией окутал.

Коридор тоже оказался необычным: очень узкий, а вместо привычных прожилок мрамора, ковров или строгих рисунков поверх глины то тут, то там торчали ручки, крючки, где-то виднелись углубления… Я потянулась к квадратику с дырочками и чуть не подпрыгнула, когда позади раздался громкий женский голос:

— Не рекомендую совать пальцы в розетки.

— Кто это сказал? — Я стремительно развернулась, но коридор позади оказался таким же пустым, как впереди.

— Искусственный интеллект корабля, модель «Галилея», эмиссар высшего звена Янн Робер предпочитает называть меня просто Лея. А как можно обращаться к вам?

— Шейна, — представилась, почти не задумываясь.

Что такое «искусственный интеллект», я не поняла, но слово «корабль» напомнило о разговоре с Силис.

— А вы и есть та самая железная птица, на которой цварги перевозят специи и каменные розы?

— Гм-м-м… — Голос на секунду озадаченно замолчал, затем ответил: — Такое определение в принципе корректно.

Я вздохнула. Выходит, пока я спала, Янн доставил меня внутрь своей чудо-птицы… Надо было сразу понять, что они будут не похожи на наших животных. Я предполагала, что птицы-корабли носят цваргов на себе, а не внутри. Что ж, выходит, я ошибалась.

— Лея, я вам не делаю больно? — Неожиданная мысль заставила затаить дыхание.

— Нет. Вы не можете сделать мне больно.

Я перевела дыхание. Отлично.

— А здесь есть еда?

— Разумеется. Вы голодны?

— Я хотела бы приготовить что-нибудь для Янна.

— О, идите вперёд, следующая дверь направо — и будет кухня.

— Спасибо!

В приподнятом настроении я добралась до сверкающего чистотой помещения и замерла: ничего общего с кухней во дворце эмира. Готовила я неплохо, только вот как что-то сделать, когда понятия не имеешь, как этим пользоваться? Диалог с Леей у нас приобрёл несколько сумасшедший оттенок, даже я это чувствовала, но, в отличие от Франгаг, она очень терпеливо отвечала на все вопросы:

— А где здесь печь?

— Вы имеете в виду «индукционная плита»? Слева от вас.

— А как раздобыть огонь?

— Хм-м-м… Обычно на кораблях не используют открытый огонь. Теоретически, чтобы получилась искра, можно поместить металлическую посуду в микроволновку. Или, когда мы будем стартовать, из сопел обязательно вырвется пламя.

— Как попасть в подвал?

— У нас нет подвала.

— Как же хранятся продукты?

— Для этого есть холодильник. Он справа от вас.

За каких-то пять или десять минут я почувствовала себя полнейшей неумехой, которая даже задать правильно вопрос не в состоянии. Лея использовала слова, смысла которых я абсолютно не понимала. Они и звучали-то непривычно: «микроволновка», «холодильник», «миксер», «автомат», «синтезатор», «вакуумная упаковка», «сублимат», «пластиковый контейнер»… В душе нарастало противное чувство беспомощности.

— А есть ли финики, курага или изюм?

— Нет, таких продуктов на борту не имеется.

— Может, хумус? — С ним можно сделать лепешки, так завтракают селяне.

— Увы, его тоже нет.

— Верблюжье молоко?

— Боюсь, это слишком редкий и локальный продукт. Могу предложить соевое молоко.

Владыка, я понятия не имею, как выглядит животное «соя»!

Я хотела приготовить рисовую кашу — рис, к счастью, у Леи имелся, — но то, что она назвала «молоком», по вкусу вообще на него не походило. Определённая часть продуктов в ледяном шкафу, в том числе и мясо, была покрыта плотной прозрачной пленкой, из-за чего я не знала, свежее ли это и не опасно ли давать Янну. Лея что-то говорила про загадочные полуфабрикаты, но они напугали меня даже больше, чем вырезка в пленке. Дальше пошли какие-то железные банки, тюбики с пробками, закрытыми так плотно, будто сам джинн там сидит, и баночки поменьше с широкими крышками, которые тоже отказывались поддаваться… Я смотрела на это и ощущала, как в груди нарастает огромный горько-колючий ком безысходности. Ещё немного — и разревусь. Неужели я настолько бесполезна, что не могу приготовить даже завтрак?..

— Вы совсем ничего не хотите готовить? — вежливо уточнила Лея, когда глаза защипало и я села на непривычно высокий стул.

— Хочу. Но я не понимаю, что могу сделать для Янна! — воскликнула я, взмахнув руками.

Чёрт, чёрт, чёрт! Такой беспомощности я ещё не ощущала никогда в жизни. Даже когда Гафур припёр меня к стенке чайханы своим огромным животом!

— Хозяин любит гречку. Не хотите приготовить её? Она несложно варится.

Я встрепенулась. В Аль-Мадинате не росло это растение, но с севера раз в пару лет приходили караваны с редкой коричневой крупой. Несколько раз я её готовила под предводительством Франгаг на кухне дворца. На вкус ничего, особенно если добавить оливковое масло.

— Это же крупа, да? — на всякий случай уточнила я. Пообщавшись немного с железной птицей, я уже ни в чём не была уверена.

— Разумеется, — невозмутимо ответила Лея.

И… всё пошло. Я нашла драгоценную гречку и старательно промыла под водой. Прошло не без эксцесса — я не удержалась и охнула, когда вода хлынула из железной палки словно из родника. Всё это было для меня в новинку. Затем взяла кастрюльку и замочила крупу ненадолго. Лея уговаривала, что это вовсе не необходимо и пыли, как и песка, на корабле нет, но я делала так, как меня учили готовить. Пока занималась едой, меня дёрнуло уточнить:

— Так ты питомец?

— Почему вы так считаете?

— Ты сказала «хозяин» про Янна. Я пытаюсь понять… в каких вы отношениях и как мне можно обращаться.

— Общение любое, как вам удобнее, Шейна.

Я кивнула, перебирая крупу в кастрюле.

— А отношения?

Лея ненадолго замолкла, затем с небольшой задержкой ответила:

— Недавно Янн Робер сказал, что женился бы на мне, если бы встретил раньше.

Я так и замерла. Нет, конечно, я догадывалась, что жена из меня так себе, Янн даже не захотел делить со мной постель… но у нас на Террасоре часто говорят, что жена — это та, к кому тянется сердце мужчины. Ведь не зря даже когда жён несколько, старшей становится именно любимая. Стало до глубины души обидно. В первую нашу встречу Янн чётко дал понять, что не собирается брать вторую жену, а тут, выходит, Лея ему почти что супруга… Выходит, дело во мне? А не выкинет ли он меня через неделю-другую, когда совсем надоем?

«Почему ты думаешь, что он просто тобой не воспользуется? Что останется содержать и защищать тебя здесь, в Аль-Мадинате, а не улетит на своей железной птице на далёкую родину? Что ты не умрешь с голоду или, что ещё хуже, закончишь свои дни как продажная девка?!»

Руки задрожали. От волнения я схватила кастрюлю за ручки и сунула в шкафчик, который Лея называла микроволновкой. Она сказала, в нем появится искра, а огонь-то мне и нужен.

— Шейна, остановитесь! Так делать нельзя! — крикнул искусственный интеллект, но кастрюля внутри уже завращалась, тут же вспыхнула искра, затем другая, а через секунду с потолка вдруг повалили огромные белые хлопья.

Я испуганно отпрыгнула, но задела ногой порожек и потеряла равновесие. Всё перед глазами замелькало, в ушах стоял противный звон, кухня покрывалась густой пеной, и, падая, я попыталась ухватиться за стену. То, что я окончательно и бесповоротно что-то испортила, поняла, когда Лея резко замолчала, а я с удивлением увидела торчащие шипы и собственные окровавленные руки. Перевела взгляд на стенку — та была раскурочена.

Я убила его любимую жену.

***

Янн Робер

Когда я увидел плачущую Шейну в хлопьях пены от системы огнетушения и кровь на её руках, сердце чуть не сделало кульбит в груди.

— Шейна, что случилось? Где болит?! — Я присел на корточки, боясь трогать террасорку. Мало ли что.

Её эмоции шли в раздрай, я даже толком не мог определить, что это за чувства. Определённо, она очень сильно переживала. Шейна прикусила губу и помотала головой, старательно отводя глаза, от чего подвески и многочисленные жемчужные цепочки в волосах зазвенели.

— Это пена Реки Тьмы забирает её душу. Я убила вашу любимую жену.

«Какая ещё, к шварховой матери, любимая жена?!» — чуть не взвыл я, подумав об Эсмеральде, но Шейна, всхлипывая, продолжила:

— Лея такая вежливая, так хорошо воспитана, знает, что вы любите гречку…

Ах, дело в Галилее! Невидимая рука разжала тиски страха. Даже дышать стало легче. Корабль — это всего лишь техника. Даже если угроблю шаттл, максимум, что мне будет, — проблемы на работе.

Дурацкая кожаная вуалеска занимала пол-лица Шейны. Больше всего на свете хотелось сорвать эту маску, чтобы лучше видеть мимику, и потребовать отвечать на вопросы внятно, но я понимал, что такими действиями напугаю принцессу. Поэтому я шумно вдохнул и медленно выдохнул, как учили на подготовительных курсах, и, убедившись, что кровь на Шейне её собственная (а из хрупких предплечий торчат шипы, но к этому я уже был морально готов), я осторожно поднялся и осмотрел стену.

Провода, зашитые в пентапластмассу стены, были порваны. Да уж, тут как раз проходят кабели, отвечающие за передачу голоса в динамики. Недолго думая я переступил клубы пены и всё ещё всхлипывающую девушку, взял из ящика обыкновенный кухонный нож, зачистил защитную резинку и переплёл провод. В общем, восстановил как умел.

Почти сразу же Галилея затараторила:

— …Нельзя ставить металл в микроволновую печь. Я предупреждала!

Ага, теперь становилось понятнее, откуда взялась вся эта пена.

— Лея, а почему Шейне вообще пришло в голову это делать? — вкрадчиво поинтересовался у корабля.

— Она спросила, как добыть открытый огонь на корабле…

О-о-ох.

Я бросил взгляд на Шейну, которая продолжала сидеть на полу и испуганно смотреть снизу вверх огромными голубыми глазами. «Оживший» голос Леи явно её успокоил, но припухшие губы всё ещё подрагивали.

Ужасно хотелось с дотошностью следователя расспросить искусственный интеллект, что же здесь произошло, и устроить ей выволочку за то, что не уследила за гостьей, но ещё сильнее я осознавал, что в этот момент нужен Шейне. Её шипы на предплечьях незаметно втянулись обратно, и теперь это были лишь окровавленные руки.

— Пойдём. — Я подал ей ладонь. — Я покажу, где можно умыться. Если хочешь — перебинтуем. Тебе обезболивающее нужно?

Она удивленно посмотрела на свои руки и отрицательно покачала головой:

— Нет, лекарств не нужно. Бинты тоже не понадобятся, кожа уже начала затягиваться. — И подала свою ладошку.

Сама!

Я помог ей подняться и, каюсь, на лишнюю секунду задержал тонкие пальчики в своих руках. Какая же нежная у неё кожа…

— С Леей всё будет в порядке? — внезапно уточнила она, бросая на меня взгляд из-под полуприкрытых ресниц.

— Ну конечно, что с ней станется... — рыкнул я, всё ещё раздражённый бортовым компьютером.

Бескрайний космос, Галилея создана, чтобы защищать от астероидов, помогать в поимке опасных преступников, прокладывать и вычислять сложнейшие маршруты, а эта бестолочь не смогла помочь обычной девушке из Средневековья! Ну как так-то?!

— Вы злитесь.

Шейна неожиданно остановилась и снова опустила взгляд в пол. Мы как раз подошли к сантехническому блоку. Я остро почувствовал, что сам с утра ещё не принимал душ, не использовал зубные каппы и даже не причёсывался. Как услышал крик, так и рванул на помощь… Хорош жених. Стою тут пред террасоркой, «благоухаю». Эсмеральда уже бы всё высказала, что обо мне думает, будь на месте Шейны, но та молчала.

— Да. — Я на всякий случай отошёл на шаг. — Прости, это тебя не касается. Я злюсь исключительно на Лею.

— Она не виновата. Я сама решила приготовить вам завтрак. Если вы будете гневаться, пожалуйста, бейте не её. Меня.

Искренне так попросила. Я… честно скажу, остолбенел. Я и садо-мазо как-то никогда не увлекался, хотя на Тур-Рине всякие разные практики преподаются, а тут… Она облизала нежные розовые губы.

«Ох. Зачем ты вообще о постельной акробатике вспомнил? Янн, сосредоточься!»

— Я не буду никого бить, Шейна. Ни Лею, ни тем более тебя. И готовить для меня тоже не надо. Ты здесь не обслуга, я вполне справлялся с тем, чтобы прокормить себя. Если что-то делаешь, то делай это в первую очередь ради себя.

Она изумлённо вскинула на меня взгляд и медленно кивнула.

— Можно спросить?

— Спрашивай.

— Мы теперь муж и жена?

— По вашим законам получается, что так. — Я развёл руками. — Сегодня же встречусь с эмиром, отдам за тебя выкуп, и точно станешь моей женой.

«А то, судя по словам Силис, этот хитрый лис ночью явно хотел выдать тебя за другого, благо после пещер я решил отправиться не на корабль, а во дворец», — добавил мысленно.

Она потеребила край рукава, которые после инцидента на кухне вновь натянула по самые фаланги.

— А по вашим законам, Янн? Что будет со мной дальше?

Я вздохнул. Шейна была умной девушкой и задавала очень правильные вопросы. Честно говоря, я пока сам не решил, как с ней поступить… Её можно было бы вывезти на Цварг, но ей будет очень сложно, и дело даже не в религии или воспитании, дело в её средневековом мышлении. Одной только просьбы «не бить Лею» уже за глаза хватало, чтобы понять, насколько ей будет некомфортно в другом мире.

— Если хочешь, мы можем подыскать тебе другой город на Террасоре, подальше от Аль-Мадината. Я куплю тебе дом и…

— Вы хотите от меня избавиться?

Вопрос был задан ровным тоном, девушка не допустила ни единой ноты претензии в голосе, но по тому, как меня наотмашь ударило солёными бета-колебаниями, я понял, что предложил ей чуть ли не наказание. Что ж, Цварг — значит Цварг.

— Или я могу взять тебя с собой на свою родину. Но тебе придётся много учиться, в первую очередь — учить незнакомый язык. Хочешь?

Она робко кивнула.

— Я не боюсь учить что-то новое, лишь бы преподаватель был хороший. Когда мы были маленькими, эмир для меня и принцесс нанимал учителей. Я умею петь, танцевать, лепить посуду из глины, готовить и читать на террасорском. Но… Янн, если вы заберёте меня на Цварг, кем я там буду? Вы возьмёте меня второй женой?

Я поморщился. Разумеется, на Цварге нет многоженства, а за простое словосочетание «вторая жена» Эсми вцепится как аллигатор в антилопу и уже не отпустит никогда. Воспользуется поводом устроить скандал планетарного масштаба, состроить из себя жертву и отсудить у меня всё до последнего кредита…

Шварх, как же всё не вовремя.

Я вновь посмотрел на девушку, которая в ожидании обхватила себя руками за талию. Было в этом жесте что-то трепетное, такое беззащитное… больше всего на свете захотелось положить свои руки поверх её, обнять и прижать к себе.

«Опасно, Янн, очень. По минному полю ходишь, — мысленно отвесил себе оплеуху. — Может, Шейне и двадцать пять, но морально она ещё ребёнок из Средневековья, который не видел мира и ничего не знает. Ты не имеешь права думать о ней как о женщине. Это попросту низко».

— Шейна, послушай. Мы прилетим на Цварг и со всем разберёмся, обещаю. У меня сейчас другие проблемы… Я не думал пока о дальнейшем. Но там, на Цварге, я обязательно тебе во всём помогу, куплю дом и… — Я на миг зажмурился, потому что это всё же надо было проговорить вслух. — Найду тебе действительно подходящего мужа, если ты захочешь.

— А если не захочу? — Она вскинула на меня свои огромные влажные глаза-озёра, и я забыл, о чём говорил. Тонкий цветочный аромат с привкусом специй щекотал ноздри и наполнял лёгкие. Мягкие розовые губы подрагивали в прорезях кожаной маски, ключицы проступали сквозь влажную ткань. Хлопья противопожарной пены с еле слышным шипением впитывались в её платье и волосы, но при этом я поймал себя на том, что не видел ничего более завораживающе прекрасного, чем Шейна в своей хрупкости и беззащитности.

— Если не захочешь, то ничего не будет.

— То есть мы не супруги по вашим законам?

Я отрицательно покачал головой.

— Нет.

— А что должно произойти, чтобы мы стали супругами?

— Подписать определённые документы. — Я тяжело вздохнул. — Но я не могу этого сделать, пока женат на другой женщине, а развод с ней, к сожалению, мне не дают. А теперь иди мойся. Вода будет падать с потолка, это называется душ. Лея тебе поможет, если что, просто громко спрашивай вслух, куда нажимать. Хорошо?

— Ладно. А… я могу во что-то переодеться?

Я мысленно дал себе ещё одну оплеуху… Похитил девушку и забыл, что ей вообще-то нужна одежда. За годы службы я слишком привык вязать отморозков и забыл, как надо обращаться с леди.

— Сними свою одежду и отдай мне, я поставлю стираться, а надеть можешь любую мою рубашку. В душевой их много, Лея подскажет.

Она снова кивнула.

Стоило двери въехать в паз за Шейной, как в коридоре раздался голос искусственного интеллекта:

— Янн, прямо сейчас вас вызывают на связь из эмиссариата Цварга. Пометка канала «срочно». Мне установить соединение?

Я в который раз за утро мысленно выругался, что ничего не успеваю.

— Да, разумеется. Давай голограмму только в рубке раскрывай, я сейчас подойду.