Попаданка в семье драконов 2

Глава 39

Вспыхивают в свете кристаллов расправленные крылья Арена, а в следующий миг он ими плотно меня обвивает. Мы оказываемся в золотом перепончатом коконе, смотрим друг другу в глаза. И я сейчас близко, очень близко к Арену, только мы шевельнуться не можем.

— Мне кажется, так ничего не получится, — нервно хихикаю я.

— Кхм, перестарался, — Арен раскрывает крылья.

Тоже нервно усмехается, продолжая смотреть мне в глаза. Повисает неловкое молчание, сдобренное изрядной порцией волнения и желания.

— Обмен кровью! — Арен подхватывает мою руку и подносит палец к губам. — Начинают с обмена кровью.

— Зачем? — Вздрагиваю от легкого укуса в подушечку и наблюдаю, как Арен слизывает кровь, а глаза его чернеют из-за расширившихся зрачков. — Мне казалось, это нужно только для избранных недракониц.

— Для них просто смысл немного другой — усиление тела. А у дракониц цикл очень длинный, можно годами ждать благоприятного момента, а добровольный обмен кровью, — Арен отпускает мой облизанный палец и надкусывает свое запястье, — этот момент приближает.

— К-какой момент? — отступаю от его окровавленной руки, и чуть не спотыкаюсь о твердый холмик в шкурах.

Под ними что-то прямоугольное сложено.

— Что там? — потопываю пяткой по припрятанному.

— Книги, — Арен со странной улыбкой обмакивает пальцы в свою кровь и тянется к моим губам.

— Какие книги?! — Нет, я не убегаю, но что-то мне тревожно.

— Это Элор с Лином выдали на всякий случай. Инструкции. С картинками. Элор сказал, что от сердца отрывает. — Арен смеется. — Просил бережно обращаться.

Инструкции с картинками от Элоранарра... От одной мысли, что может быть в этих объемных на ощупь фолиантах, щеки пылают.

— Ты так мило краснеешь, — Арен проводит окровавленным пальцем по моим губам.

К металлическому запаху его крови примешивается запах сандала и меда, голова идет кругом, и я облизываю губы. Меня словно ударяет током, по телу пробегает дрожь, меня всю перетряхивает, и я почти падаю в объятия Арена.

— И правда на дракониц сильнее действует. — Арен подхватывает меня и относит на несколько шагов от запаса книг. И хотя его тело горит, он осторожно укладывает меня на шкуры. — Как себя чувствуешь?

— Что-то мне страшновато.

— Не бойся, позволь моим ощущениям и желанию взять верх, растворись в них, и этой ночью тебя ждет только удовольствие.

Опять нервно смеюсь. Меня еще потряхивает, а в венах начинает пульсировать жар, сердцебиение стремительно учащается, в ушах гудит, и кожа такая чувствительная, что каждый волосок меха ощущается и своим прикосновением сильнее разжигает бушующий огонь. А когда Арен наклоняется и целует в губы, кажется, что вся кровь вскипает, ослепляя меня настолько, что я не сразу понимаю: я уже обнимаю Арена, цепляюсь за его плечи, подставляю шею под судорожно-нежные укусы.

Происходящее доходит до сознания вспышками смешанных ощущений, и не понятно, где мои, где Арена — поцелуи, прикосновения, проступающие под ногтями чешуйки, ритм движений, жажда, удовольствие до сладкого рыка, и снова прикосновения, нежность и ненасытное желание всегда держать в своих объятиях, сливаться в одно целое, сходить с ума от пьянящего наслаждения, дышать друг другом, быть рядом до скончания веков, и снова поцелуи-поцелуи, его восхищение, страсть...

Проснувшись в объятиях Арена, долго смотрю на светящийся потолок. Красиво. Но не понятно, какое время суток. Или именно на это и рассчитано? Чтобы две недели — двадцать дней по местному счету — драконы без оглядки наслаждались друг другом, благо драконья регенерация и выносливость позволяет не отвлекаться. Скашиваю взгляд на улыбающегося во сне Арена. Раствориться в его чувствах было приятно, особенно в первый раз, но в следующий ведущей в ощущениях буду я. Или попробую такой стать. Наверное, с опытом придет умение разграничивать переживания, и опыта, судя по всему, у нас будет более чем достаточно.

Улыбнувшись, осторожно выползаю из кольца сильных рук. Крадусь к «ванне» с водой. Температура приятная, и я с наслаждением спускаюсь в воду, опираюсь на бортик.

Ко мне подплывает поднос с фруктами, а следом и Арен бесшумно перебирается в воду и укладывается рядом со мной.

— Ур-р-р. — Он утыкается мне в шею, и я млею от этого ощущения.

Урчу в ответ. И так странно, что никуда не надо бежать, не надо ничего делать. Только разгорающееся в Арене желание намекает, что покой этот ненадолго.

Драконья пещера намного более обжита, чем кажется на первый взгляд: в стенах замаскированы двери в технические помещения и долгий спуск к морю, так что пребывание здесь напоминает отдых в комфортабельном отеле, в котором мы с Ареном оказались одни. И это к лучшему: все пространство в нашем распоряжении, можно не опасаться случайных свидетелей заигрываний, которые заканчиваются весьма жарко.

Удивительно, что меня это не смущает, воспринимается совершенно естественно, и я делаю небывалое: купаюсь в море обнаженная, так же расхаживаю по пляжу, по пещере, так поднимаюсь выше по склону довольно урчащего вулкана.

Я обнимаю Арена, покусываю его, заваливаю на шкуры или на песок. Привязанная к Арену намертво, я чувствую себя свободнее, чем когда либо. И это мне нравится. Я наслаждаюсь каждым днем с ним...

За мясом Арен улетает только через неделю. Я прошусь с ним, но Арен накрывает мои губы пальцем, и я его прикусываю.

— Не обращайся, Лера, ты можешь в любой момент застрять в своем облике, и не думаю, что тебе понравится так долго быть драконицей.

Мне нравится запах крови, когда Арен приносит для меня оленя, нравится наблюдать, как на берегу моря Арен свежует тушу золотыми когтями, а пена окрашивается алым. Нравится зажаренное на огне мясо, его яркий вкус и гордость Арена тем, что он сам добыл нам еду.

Мы даже в книги заглядываем, чтобы оценить, что рекомендуют братья. По содержанию сразу понятно, какие от кого: в одних — заумное описание брачных отношений с точки зрения биологии и магии, в других — достойные Камасутры изображения с подробными инструкциями о том, что куда и как. Причем тому, куда посвящена довольно большая глава с советами не промахнуться.

— Неужели Элор думал, что я не догадаюсь? — скептически интересуется Арен и выгибает бровь. — Я же не настолько маленький.

— Наверное, опасался, как бы мы здесь дольше двух недель не застряли, — фыркаю я и захлопываю фолиант.

— Подожди, — Арен снова его раскрывает, перелистывает шуршащие страницы. — Я тут такую картинку интересную видел...

Я просыпаюсь от собственного судорожного вздоха. Арен сидит рядом и странно на меня смотрит, глаза его кажутся черными, ноздри трепещут, а цветной свет подчеркивает резкость скул.

— Что случилось? — приподнимаюсь на локтях.

— Все хорошо, ложись, — Арен мягко касается моих плеч, и меня захлестывает его растерянностью, страхом, смущением и радостью. — Спи, Лера, все хорошо.

— Что-то случилось, я ведь чувствую...

Арен молниеносно перетекает в положение лежа рядом со мной, мягко утягивает обратно на шкуры и утыкается носом мне в волосы. Его волнение бьет по нервам, его прикосновения почти невесомы.

— Да что случилось?

— Твой запах меняется. Это восхитительно. И немного пугает. Будит инстинкты. Мне сейчас немного хочется уничтожить весь мир, чтобы никто не мог к тебе приблизился. И это... правда пугает.

Меня тоже — вон, потряхивает всю.

— Прости, — шепчет Арен, едва ощутимо меня поглаживая. — Сейчас я постараюсь успокоиться. Просто это... мне понадобится время, чтобы привыкнуть к твоему новому запаху и перестать так остро реагировать, а то сейчас мне кажется, что от малейшего прикосновения ты развеешься.

— Я не собираюсь развеиваться.

— Знаю, но все внутри меня кричит об обратном и требует защищать тебя даже от пылинок.

— А с чего это вдруг?..

Арен мягко улыбается.

И я сама нахожу ответ: бурные отношения, изменение запаха... похоже, цель брачных недель достигнута. И мне самой вдруг становится страшно: а как оно у превратившихся в драконов людей проходит? Справлюсь ли я?