Попаданка в семье драконов 2

Глава 18

Прерываю панические поиски своих промахов. С одной стороны, ко мне приближается ректор, пожилой дракон... с другой — не позволять же ему устраивать мне выволочку посередине коридора при гвардейцах и фрейлине. Пушиночка, незаметно следовавшая рядом с нами, раздувается и дергает хвостом. Едва ректор Дегон приближается, спрашиваю:

— В чем дело?

Притормозив возле поднятых гвардейцами щитов, Дегон раздувает ноздри:

— Как ты могла?

— Что? — четко спрашиваю я. — Объясните, пожалуйста.

— Как ты могла лишить Академию финансирования? — Ректор от возмущения задыхается. — Отдать сокровища болотным гоблинам, лишить Академию денег — как ты могла? Ты же драконица!

— Обучающиеся в Академии иномиряне финансирования не лишаться, их будут обучать за счет моих личных средств.

— Да с этих Аранских денег не допросишься, — возражает Дегон. — Раз дадут, а два забудут. Это не финансирование, это...

— За счет моих личных средств, — тверже повторяю я. — У меня есть собственные деньги.

Ректор Дегон с подозрением меня оглядывает, хмурит кустистые брови:

— Откуда? Успела чьи-то сокровища прибрать?

Тяжело вздыхаю: «Лера, привыкай к драконьим манерам».

— Можно и так сказать: прибрала к рукам хорошего специалиста, он намного лучше сокровищ, потому что сам генерирует деньги. На обучение иномирян в Академии хватит.

Дегон оправляет бороду, ворчит:

— Но сейчас финансирование уже прекратилось. Его нужно восстановить немедленно.

Собственно... а почему не сейчас? Все равно этот вопрос надо решить в ближайшее время.

«Арен, тут у ректора Дегона трагедия: отчисления от гоблинских сокровищ не идут».

«Хм, в самом деле трагедия», — не понять, Арен серьезен или шутит.

«Ты можешь кого-нибудь попросить переводить средства с моего счета в имперском банке?»

«Нет, для управления счетом нужно назначить доверенного, а это делается лишь в присутствии владельца вклада».

«Можем сейчас все решить?» — отмахиваю гвардейцам, чтобы опустили щиты. Медведеоборотни делают это

с видимой неохотой. А Пушиночка и не думает успокаиваться, гневно машет лапкой в сторону Дегона.

«Да, я заканчиваю с делами, можем вместе отправиться в Нарнбурн, ты там счет открывала. Отделение уже работает».

У Дегона дымок идет из ноздрей.

— Сейчас отправимся в Нарнбурн, все организуем, — взглядом скольжу по лохматой бороде и треснувшей по швам, прожженной искрами рубашке. — Вы бы переоделись...

Дегон фыркает. Проходится из стороны в сторону:

— Ну и молодежь нынче пошла: старых драконов вздумали учить.

Реналия едва сдерживает улыбку.

— Конечно, я переоденусь, — ворчливо продолжает Дегон. — Только во дворце у меня личного гардероба нет, как получу разрешение на телепортацию, отправлюсь в Академию и приведу себя в порядок. Только не думай, что сможешь воспользоваться случаем и улизнуть.

— Ну куда я улизну? — улыбаюсь я. — Императорский дворец место приметное, трудно его на карте потерять и адресом ошибиться.

— Др-раконица, — признает Дегон то ли раздраженно, то ли довольно.

Слегка киваю, признавая его правоту.

А он ведь наверняка в Клубе коллекционеров состоит. Интересно, удивится, узнав о моем запечатлении, или нет?

В огненно-золотом вихре рядом со мной возникает Арен, тут же обхватывает за плечи, прижимая к себе.

— Оиии! — Пушиночка грандиозным прыжком заскакивает ему на плечо и пытается влезть на голову, но Арен ловко перехватывает ее и прижимает к груди.

— Ректор, — слегка кивает Арен.

Дегон неохотно, но голову в ответном приветствии склоняет. Тут же продолжает недовольно:

— Как ты мог позволить своей денее отдать сокровища? Как она могла так варварски поступить?

— Лера поступает так, как считает правильным, — Арен скользит ладонью по моей обнаженной для крыльев спине. — И она полностью компенсирует потери Академии, не стоит на нее огрызаться. Мне. Это. Крайне. Не. Нравится.

Брыкавшаяся Пушиночка прижимает ушки и повисает на его руке. Дегон щурит отливающие красным глаза, раздувает ноздри. Но говорит только:

— Открой мне возможность телепортации, мне еще переодеться надо. Встречаемся у имперского банка Нарнбурна.

Пару мгновений спустя раздосадованный и недоверчиво косящийся на меня Дегон исчезает в костре алого пламени.

— Лера, не обижайся на него, — просит Арен. — Он старый одинокий дракон, для которого Академия — это все.

— Я уже поняла.

Из-под полуопущенных ресниц поглядываю на Реналию, проверяя ее реакцию на Арена: она склонила голову и на Арена даже не смотрит. Зародившееся в глубине души раздражение стихает: хорошая фрейлина...

— Реналия, пожалуйста, приготовь все необходимое для разработки платья и отнеси в башню. Как только вернемся из Нарнбурна, займусь эскизами.

— Да, госпожа, — сделав реверанс, Реналия, так и не взглянув на Арена, уходит прочь.

— Что ж, взглянем на новый Нарнбурн, — Арен окутывает нас огненно-золотым вихрем.

Нарнбурн изменился: улицы теперь шире и ровнее, дома больше похожи друг на друга, и все новенькие, как с картинки. Черепичные крыши покрыты слюдой и отливают красноватым вечерним светом.

— Наверное, банк скоро закрывается, — оглядываю город.

Он красив, и мостовые ровненькие. Похоже, улицы перемостили полностью. Но... он еще не обжит, словно затаился после сразившей его беды.

— В имперских банках всегда есть пара дежурных на экстренный случай. — Арен тоже оглядывается.

Возможно, вспоминает старый город, а может, наш день в Нарнбурне. — Как тебе здесь?

— Все слишком ново. Никогда не была в только что отстроенных городах. Немного жуткое впечатление, — снова оглядываю пустынную площадь, на черные камни которой мы телепортировались. — Но, наверное, тут скоро будет кипеть жизнь.

— Да, тут рядом Академия, а теперь, когда Пат Турин практически уничтожен, расположенное здесь производство големов может возродиться с новой силой. Подземные цехи почти не пострадали, некоторые рабочие уже вернулись, проверяют все, чинят. — Арен отпускает Пушиночку на землю и мягко тянет меня за собой.

Я иду следом, продолжая оглядываться:

— А как наличие големов сочетается с запретом на развитие технологий?

— Действие наших големов почти полностью основано на магии, производство не массовое. И у нас был пример Пат Турина, мы не могли лишать себя подобного оружия. — Арен выставляет мне локоть.

Обхватив его рукой, шагаю рядом с Ареном. Хотя Нарнбурн кажется почти нежилым, в окнах домов зажигается свет, мелькают фигуры.

И запах... дым, ароматы сдобы, жарящегося мяса, лука... в полуподземной таверне кто-то басисто распевает. Доносится редкий цокот копыт... Улыбаюсь: Нарнбурн жив, несмотря ни на что.

Прогулка до банка получается даже приятной, и Пушиночка с интересом осматривается. Она, совсем как большая Пушинка, игриво подковыривает камушки и каменные украшения на фасадах, кованные завитки фонарей.

Переодевшийся в бархатный костюм и плащ Дегон дожидается нас на массивном крыльце двухэтажного банка. Мечется от одного края широкого крыльца к другому, выпускает огненные искры, пугая стоящих у дверей охранников. На заплетенной седой бороде то и дело играют огненные отсветы.

— Я не сбегу, — предупреждаю издалека. — Сейчас оформим все документы, чтобы вы могли спать спокойно.

Будь у Дегона выпущен хвост, он бы наверняка им нервно дернул. А еще очень похоже, что он хочет зарычать на меня, но не решается. Пушиночка опять надувается, фыркает недовольно и с независимым видом проходит мимо старого дракона.

— Поглотители магии ты тоже оплатить обещала, — напоминает Дегон.

Чуть с шага не сбиваюсь, но киваю уверенно:

— Помню.

«Лера, осторожнее, — Арен галантно предлагает мне руку и проводит в открытые охранниками двери. — Мы, драконы, существа... с завышенными требованиями: если слабину дать и соглашаться — будем напирать до последнего».

«В смысле?» — окидываю взглядом банковский зал: он не изменился — все та же массивная величественность, стойки сотрудников.

Только посетителей нет, и сотрудник с охранниками один. Завидев нас, служащий откладывает книгу в стол и поднимается:

— Добрый вечер.

— Какой же он добрый? — ворчит Дегон, надвигаясь на него.

«В том смысле, — Арен ведет меня к столу сглотнувшего и отступившего служащего, — что если будешь постоянно уступать, Дегон тебя без денег оставит. Совсем. Вытянет все до последнего золотого. Он так одного мецената почти разорил, отцу пришлось вмешаться, спасти несчастного человека».

Буду иметь ввиду. Служащий потерянно смотрит в сторону: Пушиночка успела забраться на один из столов и лапкой теребит перышко. Пригрозив ей пальцем, подхожу к стойке и как можно мягче здороваюсь с бледным, потеющим служащим. Тот испуганно смотрит на Дегона и Арена, на меня тоже поглядывает с опаской.

— Я бы хотела, чтобы с моего счета на счет Академии драконов списывалась часть средств. — Вспомнив замечание Арена, добавляю: — Чтобы они списывались на оплату счетов за обучение иномирян и счета на закупку поглотителей магии, которые предоставит Академия.

Дегон щурится и поджимает губы, но не возражает. А я... мне легче от того, что я отдам часть денег Академии: ее столько раз разносили по моей вине, иномирянам действительно нужна поддержка, а у болотных гоблинов теперь меньше поводов ненавидеть окружающих. Помочь намного приятнее, чем иметь не особо мне нужные деньги в банке.

— Данные о счете? — осторожно спрашивает служащий.

И тут-то я вспоминаю, что где-то потеряла пластинку с данными счета. Вздохнув, признаюсь:

— Потеряла. Вы можете восстановить доступ к счету? Он открыт на имя Валерии Белкиной.

Еще раз глянув на драконов, служащий кивает:

— Да, конечно. Подождите минутку, сейчас принесу идентификатор.

Он уходит, а Арен с мягкой улыбкой поглаживает меня по спине. Так тепло от его руки и приятно, что полупустой зал банка, Дегон, охранники — все отступает, остаются только глаза Арена и тепло его прикосновений.

Не замечаю, как мы придвигаемся еще ближе. Внутри все переворачивается от взаимного притяжения, нас примагничивает друг к другу, и все остальное просто исчезает...

— Кхм, простите, — в наше с Ареном замкнутое пространство проникает чужой голос. — Вам нужно пройти идентификацию. Кровью или слюной?

Отступаю от Арена, осознавая, что чуть не поцеловалась с ним на глазах у всех: тут нормы поведения строже, чем на Земле. Да и на земле банк — не место для поцелуев.

Кашлянув, перевожу взгляд на серебряную пластинку в руках служащего. Она покрыта магическими символами.

«Плюй, — Арен снова поглаживает по спине, и меня накрывает волна мурашек. — Иголка вряд ли проколет твой палец».

Наклонившись вперед, плюю на серебро. Узоры на пластинке вспыхивают всеми цветами радуги и вдруг окрашиваются алым.

— Идентификацию вы не прошли, — сообщает служащий. — Вы не Валерия Белкина.

Вот это номер...