Попаданка в семье драконов 2

Глава 17

Свободную руку Арен протягивает мне:

— Хочу маме показать кое-что, а заодно спасти тебя от перенапряжения: мы только очнулись от почти недельного беспамятства. Надо себя поберечь.

То есть когда мы к сражению готовились, и я чуть живая ходила, — он считал подготовку к свадьбе чем-то несложным, а теперь она вдруг стала тяжелой. И только подхватив Арена под руку и прижавшись к его плечу, понимаю, что разница огромна: тогда, на фоне ожидания битвы с Безымянным ужасом, у меня по поводу свадьбы мандража не было, лишь легкое раздражение на то, что меня отвлекают, а теперь, когда впереди не маячит сражение с иномирным чудовищем, я слишком боюсь не справиться, сделать что-то не так.

— Оиии, — Пушиночка потирает лапами щеки Арена.

Высвободив свою руку, он обнимает меня за плечи и разворачивается к нашей круглой башне.

Четверо гвардейцев, ожидавшие меня возле жилища Элоранарра, бесшумно следуют за нами.

В противоположной дворцу стороне раздается сопение, хруст веток. Мы одновременно оглядываемся на парк с живыми изгородями и редкими беседками: Элоранарр тянет хорнорда из кустов, но тот упирается и воодушевленно обгрызает листья. Кажется, Элоранарр ругается.

Ланабет тихо посмеивается, кричит:

— Элор, ты в дракона превратись и просто перенеси его, куда надо!

— В полете он нервничает, — мрачно отзывается Элоранарр и снова тянет громадную зверюгу за поводья.

— Кстати, что там с орками? — интересуюсь я.

— Все в порядке, — Ланабет поправляет выбившуюся прядь. — Они теперь тоже маги. Тренируются. Похоже, они пришли из Нарака. Или демоническая магия им ближе. Нашим послам орки сказали, что будут и дальше жить на своей земле. Только не исключено, после возобновления дипломатических отношений с Нараком, они решат иначе.

В башне тихо и спокойно. Она ничуть не изменилась с того дня, как мы покинули ее из-за исчезновения магии в меридиане под дворцом. С тех пор будто минула целая вечность, а здесь все по-прежнему. И когда Арен ведет нас все выше по лестнице, начинаю догадываться о его планах.

Ланабет без вопросов поднимается на самый верх, но возле входа в спальню все же останавливается и вопросительно приподнимает бровь. В ее механических глазах вспыхивают яркие огоньки.

Сразу втроем нам в дверь не протиснуться, так что Арен пропускает нас с Ланабет вперед и снимает с головы Пушиночку. Она тут же пытается забраться назад, но Арен уверенно прижимает ее к груди.

Я жестом предлагаю Ланабет пройти в ванную, а там уже Арен открывает дверь к спуску в свою сокровищницу.

— О, — Ланабет треплет Арена по плечу. Кажется, ей приятно, но и немного забавно. — Приглашение в закрытую сокровищницу — большая честь.

— Мама, знаю, ты спокойно к нашим увлечениям относишься, но мне хочется, чтобы ты это увидела.

У Ланабет чуть вздрагивают губы. Похоже, она все же растрогана, хотя пытается сохранить привычный независимо-боевой вид.

Арен первым распахивает золотые крылья и, прижимая к груди радостно машущую лапками Пушиночку, шагает в шахту.

— Драконы так много значения придают своим сокровищам, — шепчет Ланабет с улыбкой и тоже раскрывает крылья.

Пропускаю ее вперед. Ощупываю припрятанные в декольте платок с браслетом. И ничего мы не много значения придаем, просто... ценим.

Когда приземляюсь на дно шахты, двери в сокровищницу уже открываются, выпуская к нам теплый ароматный воздух. Арен блаженно улыбается, глаза его чуть не светятся от радости. Хорошо еще, расставание с сокровищницей получилось коротким, иначе драконище совсем бы распереживался.

Он первым врывается внутрь. С явным трудом останавливается и разворачивается к нам.

— Мама, ты сразу на сердце коллекции взглянешь или на остальное тоже посмотришь?

Ланабет с какой-то рассеянной грустью оглядывает ярусы со всевозможными цветами. Наверное, она у императора все расспросила и знает, что сердцем коллекции Арена стал подаренный ею цветок, но одно дело просто знать, а другое — увидеть эту навеки запечатленную память о том, как Арен переживал о ней, тосковал, искал. И добавляя в коллекцию каждый новый цветок, просто глядя на цветы, вспоминал о ней, о том, что она пропала и где-то, возможно, ждет его помощи. Как и она все эти годы помнила о нем, переживала...

В коллекции Арена на самом деле столько грусти и страха...

Наворачиваются слезы, невыносимо тоскливо от этой вселенской несправедливости. Арен тут же оказывается рядом и, отпустив Пушиночку, обнимает меня за плечи.

— Что случилось? — удивляется Ланабет.

— Просто вспомнила, почему у Арена такое сердце коллекции.

— Лера, — мягко обращается ко мне Ланабет и подходит, вынимая из-за пояса носовой платок. — Главное, что все закончилось хорошо.

Платок у нее нежно-голубой, с вышитыми в уголке инициалами ЛА, но без лишних украшательств. Строгий такой. Ничего подобного у меня нет. Я хватаю его слишком поспешно. Осторожно прижимаю к уголку глаз, чтобы не запачкать.

Ланабет вопросительно приподнимает бровь.

— Да, очень хорошо, что все закончилось хорошо, — выпаливаю я. — Давайте посмотрим на коллекцию Арена, она просто потрясающая.

— Да, конечно. С удовольствием, — Ланабет окидывает цветочное великолепие взглядом и указывает на ярус с фосфоресцирующими растениями. — Давайте начнем с них.

Расслабившись и поглядывая на платок Ланабет, я по хрустящим гравийным дорожкам хожу с ней и Ареном в великолепной подземной оранжерее. Теперь я драконица, и эта прогулка дается легко, я наконец приглядываюсь к тем цветам, которые в прошлые разы остались без внимания из-за моей усталости.

Хищные растения приводят Ланабет в восторг. По приказу Арена маленький голем привозит ей кусочки мяса, чтобы она могла покормить растительный зверинец. Пушиночка подходит слишком близко, и ей едва не прищемляют любопытный нос.

Сотни похожих и не похожих друг на друга цветов радуют нас своими изумительными формами и расцветками, ароматами, а порой — отгоняют прочь вонью. Но все равно они прекрасны.

А потом мы, наконец, спускаемся на лужайку в центре амфитеатра, проходим мимо тахты к постаменту с сияющим в хрустальной капсуле с огненным цветком. У Ланабет опять дрожат губы, и в механических глазах ярко вспыхивают искры. Она прикладывает ладонь к прозрачной поверхности. Шепчет сдавленно:

— Я помню этот день, как вчера.

Сердце Арена сжимается, он отзывается:

— Я тоже.

Прильнув к нему, утыкаюсь лицом в грудь. И вроде умом понимаю, что это нормально, — драконы запечетлеваются на сокровищах в момент сильного переживания, — но так не хочется, чтобы у Арена это было навечно печальное воспоминание, если бы его можно было как-то исправить...

Внезапная идея меня воодушевляет так, что учащается пульс: а что, если в самом деле добавить к печальному воспоминанию Арена о цветах очень-очень приятное, сделать их воспоминанием о счастливом дне?

О свадьбе.

Может быть, украсить все цветами, в основном — такими же, как этот из сердца коллекции, не самая оригинальная идея, может, это не будет похоже на свадьбу тысячелетия, которую от меня хотят, но... плевать на всех, это наш с Ареном праздник, надо сделать его таким, чтобы было хорошо нам.

«Ты что-то задумала?» — Арен поглаживает меня по волосам и косится на пояс, в кармашек которого убран голубой платочек Ланабет.

«А?.. Нет, просто рада, что твоя мама смогла увидеть коллекцию».

Ничего не стану ему говорить, попробую организовать сюрприз. Если возможно. Хм... должно быть возможно, в мире магии мы или нет?

На обратном пути Пушиночка достается мне. Она сворачивается в руках, прикрывает мордочку хвостом и сладко посапывает.

— Как только разберусь с вампирами в Киндеоне, восстановлю клумбу с цветами, — обещает Ланабет, с нежностью поглядывая на Арена. — Может быть, две клумбы. Если все будет спокойно, мне надо будет чем-то заниматься.

Сдается мне, у Ланабет столько сил, что хватит превратить в оранжерею весь дворец. Она точно отличный кандидат мне в помощники.

— И, мама, — сочувственно обращается Арен, — прости, но платок тебе Лера не вернет.

Заливаюсь румянцем и опускаю взгляд, под прикрытием Пушиночкиного бока поглаживая свой кармашек в поясе. Сколько я Элоранарра ругала, а сама чуть платочек не увела.

— Запечатлелась? — удивляется Ланабет.

— Да, совсем одраконилась, — Арен обнимает меня за плечи. — Немного не привыкла еще, смущается.

— Да, жизнь меня к такому не готовила, — признаю со вздохом. — Простите. Я не хотела, это как-то само получилось. Обычно я вещи без спроса не брала.

Так и представляю, что она думает — еще один Элоранарр в семье.

— Для тебя важно увести платочек или платочек сам по себе? — интересуется Ланабет без тени осуждения.

Задумываюсь, поглаживая пояс со спрятанным там платочком. И с облегчением заключаю:

— Сам платочек.

— Значит, ничего страшного. Со временем научишься сдерживать порывы. А пока тебе надо купить платков. Арен?

— Я уже заказал довольно крупную партию.

Аж подпрыгиваю от восторга:

— А когда? Когда их привезут? Я хочу посмотреть!

Арен расплывается в коварнейшей улыбке:

— Придется немного потерпеть. Но ты не переживай, все платочки твои будут.

— А кристаллы?

Вздохнув, Арен признается:

— И кристаллы заказал.

— Кристаллы? — Ланабет вопросительно приподнимает бровь.

— К редким кристаллам у Леры тоже тяга, — радостно сообщает Арен. — Она у меня особенная.

— Просто к редким кристаллам, — сразу сообщаю я. — Я ни одного без спроса не взяла.

Правда, очень хотела умыкнуть корону Санаду, но даже не тронула ее, так что это не считается. Может, всем драконам хочется прибирать сокровища когтистыми лапками, но они благоразумно этого не делают. И я тоже смогу сдержаться.

Ланабет едва прячет улыбку:

— Похоже, Клуб коллекционеров ждет пополнение состава. Надо будет сказать Кару, что пора готовить подарок.

Расправив крылья, она первая взлетает по шахте вверх. За ней я с Пушиночкой на руках и Арен.

— Не буду вам мешать, — Ланабет сразу покидает спальню, поправ все слышанные мною ужасы о свекровях, не дающих жизни молодым.

Похоже, мне с ней повезло. Хотя она в отличие от героинь страшилок, может и голову отрубить.

Едва она покидает спальню, волшебные сферы приглушают свет.

— Лера, тебе действительно надо вступить в Клуб.

— Это срочно? — запрокидываю голову, прижимаясь макушкой к его плечу. — У меня же столько дел еще...

— Обычно драконы, едва ощущают тягу к сокровищу, являются туда и вносят описание сердца коллекции в реестр, чтобы... не возникло казусов. Считается дурным тоном украсть сердце коллекции, за это можно получить взыскание от всех членов Клуба. В каком-то смысле это защита наших интересов. Но четкой крайней даты вступления действительно нет. Просто... вежливо было бы явиться сразу.

— А сокровища там показывать придется?

— Если это открытый тип коллекционирования и дракон не против... Но не обязательно.

— Это какая-то церемония? Надо готовиться?

— Церемония официальная, неофиту дарят подарки, но в целом все мило, по-домашнему. Все свои, понимают, — Арен тепло улыбается и потирает мои плечи. — И это избавит тебя от многих неловких ситуаций, если ты вдруг у кого-то умыкнешь платочек или кристалл.

Лицо опять вспыхивает:

— Арен, я не буду ни у кого ничего умыкать! Я себя контролирую.

Арен улыбается шире:

— Всякое в жизни бывает. Вдруг ты увидишь очень особенный, красивый, большой кристалл, мимо которого просто не сможешь пройти?

Представляю такой большой, красивый, цветной кристалл с очень плотным строением, весь насыщенный магией... Судорожно вздыхаю и так стискиваю Пушиночку, что она жалобно пищит.

— Ой, прости, — сажаю ее на пол. — Прости, пожалуйста.

Дернув хвостом, Пушиночка с разбегу влетает на кровать и ложится поперек.

— Все равно не буду без спроса брать, даже большой и красивый, — гордо уверяю я.

И опять у Арена такая улыбка... довольная, нежная, но и насмешливая немного.

— Ты мне не веришь? — нарочито обиженно спрашиваю я и пытаюсь сделать бровки домиком.

— Ну как же я могу тебе не верить, верю конечно, — Арен обнимает меня и шепчет на ухо. — Но не забываю, что ты теперь та еще драконица.

Легонько стукнув его по боку, вдыхаю сандалово-медовый аромат и расслабляюсь, почти повисаю в руках Арена.

— Кажется, моей золотой драконице пора спать.

Но, конечно, он не может обойтись без того, чтобы перед сном хорошенько меня ощупать.

— Ты мое сокровище, я должен провести ревизию, — урчит он, поясняя свою бурную деятельность.

Утром я поднимаюсь бодрая и готовая к свершениям. Как хорошо, что я определилась с оформлением свадьбы — прямо гора с плеч. Я жажду действия, но Арен устраивает утреннюю весьма щекотную ревизию, а потом на завтрак нас приглашают Ланабет с императором.

В залитой солнцем столовой дворца не только родители Арена, но и дедуля. Он тоже бодр, как-то приосанился. Возвращение в Эеран сбросило ему несколько лет, а теперь он будто помолодел еще на десятилетие.

— Леруся, доброе утро, — он порывается встать, но стул мне выдвигает и задвигает Арен.

— Забываю, что драконы такие собственники, — вздыхает дедуля и снова усаживается, похлопывает меня по руке. — Думаю, тебя порадует это известие: в оформлении долговых документов и кредитов были некоторые нарушения, так что после перерасчета часть долгов Флосов мне удалось списать, и лорд Шиан в качестве извинения снял долговые обязательства с нашего родового замка.

— Это же прекрасно, — улыбаюсь я, понимая причину радостного блеска его глаз и немного растерянной улыбки.

— Да, просто чудесно! Если все будет благополучно, скоро сможем его отремонтировать. Надеюсь, ты заглянешь в гости.

Мне с трудом удается держать на губах улыбку:

— Да, конечно, как-нибудь надо заглянуть в родовое гнездо. Но сейчас у меня слишком много хлопот с организацией свадьбы...

И я просто морально не готова встретиться с остальными Флосами. Это не сложно, но пока бессмысленно: они не остыли, я не смогу их принять из-за их нелепых требований к Элиде, а дедуля опять расстроится.

— Лера, не переживай, — дедуля опять гладит мою ладонь. — Тебя примут. После того, что ты и Арен сделали для Эерана... Лера, я уверен, что все тебя полюбят, если ты дашь возможность узнать себя ближе.

— Дедуля, я правда сейчас очень занята.

Арен царственно извещает:

— Отсрочку даже в один день я не допущу.

Дедуля растерянно моргает. Потом отпускает меня:

— Простите, конечно, я совсем забыл, каково быть молодым, горячим. Простите, не подумал, что вы и так слишком долго откладывали торжество.

На этом попытки пригласить меня в родовой замок дедуля прекращает и, кажется, даже не обижается на отказ. Видимо, принял объяснение скорее приступить к супружеской жизни. Но мне... надо будет с Флосами встретиться, расставить все точки над «i» — когда мы все успокоимся и свыкнемся с существованием друг друга.

Под конец завтрака дедуля интересуется:

— Лера, тебе нужна помощь в организации свадьбы, совет?

Пожимаю плечом:

— Пока нет. Я хотела обсудить кое-что с Ланабет, если она свободна.

— Свободна, — тут же соглашается она.

— А я с твоим дедушкой пообщаюсь, — внезапно произносит Арен.

— Зачем? — наверное, у нас с дедулей одинаково округляются глаза, потому что и Ланабет, и Арен улыбаются.

— Хочу узнать о брачных традициях Терры, — Арен целует мою руку. — Просто любопытно. Не буду отвлекать тебя от дел: уверен, Марджемир сможет меня проконсультировать.

Арен смотрит честными-честными глазами, но почему-то мне кажется, что этот интерес у него неспроста. Возможно, он тоже хочет устроить сюрприз? Тогда не буду ему мешать.

Улыбнувшись, киваю:

— Да, дедуля прекрасно разбирается в традициях Терры.

Более того, он прекрасно осведомлен о моих мечтах о сказочном свадебном торжестве, так что Арена может проконсультировать очень качественно.

Едва узнав, что у меня появились идеи об организации свадьбы, Ланабет вскидывает руку:

— Нам нужно устроить совещание. И тебе пора познакомиться с твоими помощницами.

— Помощницами?

Ланабет увлекает меня вглубь дворца.

Мне наконец представляют трех моих личных фрейлин — дракониц, наблюдавших за первой эпичной попыткой Геринха впечатлить Иссену серенадой. Темноволосые, темноглазые Реналия, Улинара, Таория смотрят на меня с таким благоговейным трепетом, что даже немного неловко.

Самая смелая из них — Реналия — отзывается с придыханием:

— Мы сделаем все, что вы прикажете.

Оглянувшись на Ланабет, спрашиваю:

— Может, Вейру, Диору и Сирин пригласим? Мне показалось, они неплохо разбираются во всем, что касается украшений, тканей и мест, где их покупают... И хотелось бы Нику с Иссеной видеть в нашей команде, лорд Велларр их отпустит?

— Не отпустит. Но мы можем устроиться в гостиной рядом с их палатой и прорезать в стене дверь, — отзывается Ланабет.

Она всегда была склонна к перестройке дворца...

А здорово, когда тебе помогает тот, для кого даже стены не помеха.

Через полчаса в уютной оранжевой гостиной, куда слуги приносят чай и сладости, мои фрейлины усаживаются на один диванчик, драконицы Элоранарра — на другой. Пушиночка устраивается на окошке.

Ланабет тонким на вид мечом очерчивает на стене дверь. На месте появившегося прямоугольника вспыхивает золотой огонь.

Средненькая из фрейлин — Улинара — охает, и Ланабет снисходит до объяснения:

— Не переживайте, дворцовые заклинания настроены на меня.

Объятая пламенем часть стены вздрагивает, проседает. Делится на несколько квадратных в сечении столбов, они выдвигаются, выстраиваются вдоль стены, открывая аккуратный прямоугольный проем.

По ту сторону — две капсулы восстановления возле двух кроватей под балдахином. Иссена начищает свой щит, а Ника читает письмо. Обе смотрят на нас изумленно.

— Внезапно, — шепчет Иссена.

— Хотела бы я так уметь, — вздыхает рыжая Диора и мечтательно возводит взгляд к потолку.

— Даже я бы не отказалась, — соглашается Вейра.

Ланабет убирает в ножны клинок и с некоторой неохотой откладывает его на стулья у стен.

— Раз все в сборе, приступим к стратегическим обсуждениям предстоящего торжества. Валерия, что ты задумала?

Все взгляды обращаются ко мне. Глубоко вдохнув, рассказываю свою задумку. Не углубляюсь в причину, побудившую к цветочному решению, но, судя по тому, как Ланабет взглядывает на меня, она догадывается.

И одобряет.

Задумку принимают с неожиданным энтузиазмом, девушки начинают вспоминать все известные им цветы и все, что знают об их использовании для украшения помещений. Вейра, Диора и Сирин действительно очень помогают с организацией: демоница-заранея и ее фрейлины занимались устройством всех торжественных мероприятий, а когда они пропали, попутно уничтожив свои документы, всем было не до праздников, поэтому эта часть дворцовой жизни провисла, потеряла контроль и связи с поставщиками.

К счастью, драконицы Элоранарра всегда интересовались торжествами, иногда помогали, так что они знают, к кому обращаться, и согласны взять часть хлопот на себя.

— Это просто замечательно, — воодушевленно соглашаюсь я. — Вы меня просто спасете.

— С удовольствием, — улыбается в ответ темноволосая Вейра. — Лично мне это будет в удовольствие.

— Да, — кивает рыженькая Диора. — Она с огромным удовольствием организовывала все наши несостоявшиеся свадьбы.

— На этот раз все наконец-то будет по-настоящему, — улыбается Вейра.

— Кстати, — Ника отрывается от пирожного. — Что с посудой? Если свадьба будет в цветочном стиле, то и посудный набор, наверное, надо такой же...

Ох, да... традиционные свадебные посудные наборы. Предыдущий к такому оформлению не очень подойдет, и мне бы не хотелось ничего, связанного с Заранеей, но ведь он такой красивый, его так жалко будет...

— А можно прежний как-то исправить? — оглядываю всех. — Нам ведь подарили, не выкидывать его теперь.

— Но свадьбы не было, — напоминает Иссена. — Его можно... передарить? Продать?

— Благотворительные торги? — рассеянно произношу я. — А вырученные средства раздать погибшим при Пат Турине.

Все застывают, вспоминая самую страшную битву в обозримой истории.

— Достойный вариант, — кивает Ланабет. — Немного не по-драконьи, но так даже лучше.

— А как было бы по-драконьи? — интересуюсь я.

Отвечает старшая из фрейлин, Реналия:

— Вырученными золотыми монетами выстелить сокровищницу, конечно.

— Лучше семьям погибших, — решительно заявляю я.

Так мы постепенно оговариваем многие рабочие моменты. Как меня уверяют Ланабет, Сирин и фрейлина Таория — земляная драконица — можно все устроить так, что Арен до последнего не будет знать о цветочном оформлении. Похоже, организовать сюрприз получится.

На обед приходится отпустить Нику и Иссену в палату и закрыть проем в стене. Но после обеда мы освобождаем их из лечебного заточения и продолжаем.

Так к вечеру, когда солнце приобретает золотистый с медным отливом цвет, у нас получается вполне достойный план действий. Вейра, Диора, Сирин и мои фрейлины получают свои списки задач, Ланабет обещает решить вопрос с традиционным посудным набором и основным списком гостей.

У меня свои задания: подумать, кого я хочу пригласить вне основного списка из правителей Эерана и их семей, и... решить, какое свадебное платье мне хочется.

Свадебное платье...

Увидев выражение моего лица, Ланабет по-доброму смеется:

— Валерия, не переживай, у тебя есть несколько дней все хорошенько обдумать. А сейчас тебе нужно отдохнуть. Подумай сама: мы почти все решили.

— Нет, не почти все: мы еще не точно решили, какие цветы использовать, остались вопросы по отделке, мы не определились с меню... Да мы даже не знаем, сколько гостей будет и чем угощать демонов. — Хочется схватиться за голову, и только волевым усилием удается подавить панику.

Подойдя, Ланабет опускает ладони на мои плечи и твердо произносит:

— Это все мелочи, мы их решим. А демоны едят то же, что и мы, по Эзалону понятно.

— Но это же свадьба, вдруг что-то пойдет не так?

— Если кто-то попробует испортить вашу свадьбу, — шире улыбается Ланабет, — я этому самоубийце голову снесу.

Нервно усмехаюсь:

— Отрубленная голова не лучшее украшение свадьбы, так что, надеюсь, все пройдет гладко.

— Конечно. Положись на нас.

— Нам обязательно возвращаться в палату? — грустно уточняет Иссена. — Мы бы лучше занялись чем-нибудь полезным. Или потренировались хотя бы...

— Потерпите еще немного, — просит Ланабет. — Лорд Велларр явно начинает успокаиваться. И к свадьбе он вас выпустит, никуда не денется.

Пока мы разговариваем, рыжая Диора за ее спиной пробирается в палату через прорезанную дверь.

Наверное, хочет пробраться поближе к Эрршаму. Наблюдавшая за ней Вейра еле сдерживает смех.

Белокурая Сирин грустно вздыхает. Даже Пушиночка приоткрывает глаз и делает смешную мордочку.

Иссена с Никой возвращаются к себе, Ланабет запечатывает отверстие в стене и бодро объявляет:

— Валерия свободна, а остальные продолжают работу. Кроме убежавших на свидание, конечно.

Похоже, маневр Диоры она заметила с самого начала и просто решила не мешать.

— Реналия, достань Валерии все необходимое для эскизов, — приказывает Ланабет. — Остальные за мной, нам еще многое предстоит сделать.

Да, я их загрузила.

В озаренном солнцем коридоре они направляются в одну сторону, а Реналия приглашает меня в другую. За нами привычно безмолвно отправляются гвардейцы. Мы бодро шагаем по прямоугольникам золотого сияния.

— Это такая честь для меня, — щебечет Реналия, — стать вашей фрейлиной. Даже просто находиться рядом с настоящей денеей, да еще благословленной Великим драконом... просто немыслимо!

— Ты только перед Ареном не раздевайся, — ворчу я.

— Ну что вы, у него же денея! — с придыханием отзывается Реналия. — Он на другую женщину никогда не посмотрит. Если уж перед кем раздеваться, то перед принцем Линарэном. Только, — она нервно хихикает, — говорят, одна девушка встала перед ним обнаженная посередине коридора, а он мимо прошел, что-то записывая в своем блокноте, и ее даже не заметил. Она только гвардейцев насмешила.

— Это вполне в духе Линарэна, — киваю я.

— Как ты могла?! — раздается позади жуткий рев.

Активировав щиты, гвардейцы разворачиваются, хватаются за мечи. Мы с Реналией тоже разворачиваемся: с той стороны коридора, рассыпая вокруг огненные искры и проскакивая сквозь лучи золотого света, к нам приближается ректор Дегон. Его непривычно распущенная борода развевается, огромные мышцы так раздулись, что рубашка трещит по швам. Судя по всему, он тоже от Велларра, только где-то штаны приличные нашел и ботинки.

— Как ты могла?! — спрашивает ректор Дегон на ходу.

И спрашивает явно меня.

Что я еще успела натворить? Вроде ничего не делала...