Кровь Пламенных

Глава 9. Шкатулка с пионами

… Толстая дубовая дверь распахнулась, и Райга влетела в комнату. Рыжеволосый мужчина у окна обернулся. Складка на его лбу тут же разгладилась. Он опустился на одно колено и распахнул руки. Девочка пронеслась через весь кабинет и упала в объятия своего отца.

— С днем рождения, моя дорогая, — шепнул он ей на ухо. — Сегодня твой первый юбилей.

Он подхватил ее на руки и поднес к окну. Райга обняла его за шею и с любопытством уставилась во двор.

— Видишь? — спросил ее отец. — Гости продолжают прибывать. Все Пламенные сегодня собрались здесь ради тебя.

Мама подошла сзади, прижалась щекой к плечу отца и ласково погладила девочку по голове.

— Эрига не приехала, — со вздохом сказала она. — Все остальные уже здесь. Скоро начнется Пламенный Совет.

Райга почувствовала, что руки отца напряглись. Он тоже вздохнул и сказал:

— Эригу можно понять. Но жаль. Я бы хотел ее увидеть. И чтобы она увидела наше сокровище.

— А подарки мне уже привезли? — спросила Райга, выжидательно заглядывая ему в глаза.

Тот рассмеялся и ответил:

— Разумеется. Но ты получишь их вечером, на празднике.

Девочка надула губки и насупилась:

— А я хочу сейчас! Ну хоть одним глазком посмотреть можно?

Отец потрепал ее по голове:

— Придется потерпеть. Ты будущая Великая герцогиня этого края. Надо уметь ждать.

— А кузен Веруто сказал, что герцогом станет он, — заявила Райга. — А я самая самая младшая, и мне достанутся только огрызки от крысиных хвостов из подвала.

Отец посуровел:

— Не слушай этого болтуна. Наследницей станет та, в ком спит Пламя Кеуби. Ты — надежда рода и Королевства. Помни об этом.

С этими словами он опустил дочь на пол.

— Те, которые сидят внизу, тоже так сказали, — задумчиво протянула Райга. — Что это значит, папа?

— Внизу? — переспросила мама. — Что ты имеешь ввиду?

— Те, которые разговаривают из огня, — серьезно ответила ей девочка. — Там, куда мы спускались с папой. Их там было так много, и они перебивали друг друга. Кажется, их не учили хорошим манерам в детстве.

Несколько мгновений ее родители обескураженно молчали. Затем ее отец осторожно спросил:

— А что-нибудь еще они говорили?

— Да много чего, — беспечно ответила Райга. — Болтали без умолку. Только я больше ничего не запомнила.

Отец улыбнулся и сказал:

— Постарайся в следующий раз запомнить больше, договорились?

Девочка серьезно кивнула. В дверях появился слуга, который сообщил, что Великий герцог Дайго уже собирает Пламенный совет. Когда они с мамой шли по коридору прочь от кабинета, Райга задумчиво спросила:

— А что дедушка Дайго и папа будут делать на Совете?

— Обсуждать взрослые важные дела.

— А потом будет мой праздник?

— Да.

— И подарки? — продолжала требовательно выспрашивать Райга.

— И подарки, — улыбнулась ей мать.

Затем она наклонилась и прошептала в ухо дочери:

— Мы на них обязательно взглянем одним глазком до бала. Потерпи.

После этого она передала руку дочери няньке и тоже ушла.

Ждать в своей комнате было очень скучно. Какое-то время Райга устраивала день рождения для своих кукол. Но вскоре это занятие ей надоело. Ведь сегодня у нее настоящий день рождения. И настоящие подарки от целой кучи родственников. И ее терпение таяло с каждой минутой.

Наконец, Райга не выдержала. Тихонько выбралась из комнаты, пробралась мимо задремавшей в кресле няньки и понеслась по коридорам дворца в сторону большого бального зала.

Она уже не скрывалась, а просто надеялась добежать и посмотреть раньше, чем ее поймают и будут ругать. По дороге она никого не встретила — наверное, все взрослые были в зале Советов, а слуги готовились к празднику. До бального зала остался последний поворот, Райга ускорила шаг и влетела прямо в невысокого полноватого мужчину с тронутыми сединой рыжими бородой и усами.

— Дедушка, — разочарованно пробормотала она.

И тут же увидела, что за его спиной стоят родители. Девочка ожидала, что ее будут ругать, но тот, кого все знали как Пламенного Старика Дайго, улыбнулся внучке и взял ее маленькую ручку в свою большую теплую ладонь.

— Бежишь смотреть на подарки, проказница? — ласково пророкотал он. — Пора отрастить немного терпения, юная леди. Тебе уже пять лет.

И, вопреки своим словам, открыл дверь в бальный зал и потянул ее за собой. Внутри все сверкало рыжим и золотым. Слуги накрывали на столы. Группа музыкантов настраивала инструменты в дальнем углу. Но глаза Райги сразу оказались прикованы к столику, на котором были сложены свертки и шкатулки разной величины.

Одна из служанок как раз ставила на стол очень красивую шкатулку, на которой были искусно вырезаны пионы.

Ее мать нахмурилась и спросила:

— Кто это принес, Элия?

— Не знаю, леди, — ответила та. — Я зашла, а она здесь стоит. Не помню, чтобы кто-то передавал нечто подобное…

— Открой, — бросил ей герцог Дайго.

Сердце Райги восторженно забилось. В такой красивой шкатулке ее наверняка ждет какой-то потрясающий подарок. Может быть, золотой кулон, как у кузины Руисивель?

Малышка поднялась на цыпочки и вытянула шею, чтобы хоть краем глаза рассмотреть содержимое шкатулки.

Служанка повернула защелку и осторожно подняла крышку. Но ни золота, ни украшений она не увидела. Из шкатулки в воздух взлетела какая-то красная пыль. Облако окутало Элию. Она сделала вдох. Райга с удивлением наблюдала, как глаза женщины становятся алыми, а волосы приобретают странный розовый оттенок. А затем она начинает медленно заваливаться назад. Шкатулка падает на пол и облако красной пыли начинает стремительно распространяться по залу.

Дедушка тут же схватил ее, сунул в руки отцу и крикнул:

— Бегите! Это красное проклятие! Спаси ее и пробуди Глаз Пламени! Я предупрежу остальных

И они побежали. Отец стукнул по едва заметному выступу в стене, и они влетели в незнакомый узкий коридор. Райга не понимала, что происходит. Страшные слова “красное проклятие” все еще звучали в ее ушах. Но, как и все пятилетние девочки, она верила, что родители способны защитить ее от всего.

Наконец, они вывалились из тайного хода в комнату. Райга огляделась и поняла, что они находятся в самой высокой башне замка. Мать подбежала к окну и крикнула:

— Облако поднимается вверх! Нужно бежать! Дайго просил нас спасти ее.

Отец в это время поставил Райгу на пол и вытащил из ножен кинжал. Его лицо стало совсем белым. Он хрипло сказал:

— Мы не успеем. И тогда умрут все. Весь род. Весь мир. Отец правильно сказал. Наш единственный шанс — пробудить Глаз. Сжечь проклятие может только Изначальное, дарованное ей.

Ее мать резко обернулась. Казалось, она не могла поверить в то, что говорил отец. Девочка почувствовала, что от вида отца с обнаженным лезвием в руках в ее сердце закрадывается страх.

— Сото, не смей! — крикнула мама и бросилась вперед. — Ей только пять, еще рано!

Но отец уже был совсем рядом. Клинок коротко блеснул и полоснул Райгу прямо по левому глазу.

Боль была такой сильной, что девочка захлебнулась слезами и криком. Очнулась она уже в незнакомом коридоре. Мать уносила ее по ступеням вниз и повторяла:

— Держись. Ты выживешь и обязательно справишься. В другой раз — справишься!..

Несколько крупинок красной пыли успели вырваться из шкатулки прежде, чем Райга захлопнула крышку и выхватила ее из рук принца. Первым среагировал амулет. Стена пламени полыхнула прямо перед лицом Райтона. Это пламя не могло сжечь проклятие. Могло только замедлить. Но этого времени Райге как раз хватило, чтобы отвести в сторону рыжую челку и открыть артефактный глаз. Красная пыль полыхнула в волоске от лица принца. Тот отшатнулся и недоуменно наблюдал за тем, как Райга упала на колени, двумя руками прижала крышку шкатулки и крикнула:

— Не подходите! Это могу сжечь только я!

Медленно и неохотно крышка шкатулки начала тлеть, вверх взметнулись хлопья красного пепла. Она начертила Пламенный щит, чтобы не дать проклятию ускользнуть от магии. Купол вспыхнул, и Райга почувствовала, как следом за ним вырастает еще один пламенный купол, а сверху опускаются щиты ее друзей. Рев пламени смешался с удивленными и полными ужаса криками придворных.

И дерево, и содержимое шкатулки горело тяжело. Но Райга продолжала вливать свою магию. Вся правая половина ее тела налилась тяжестью. Внутри полыхала ярость Изначального Пламени. Уничтожить. Сжечь.

Она не понимала, сколько прошло времени, когда, наконец, каждая крупинка яда и каждая щепка от шкатулки обратились даже не в пепел — в прах. И тут же девушка ощутила, что ее источник тоже пуст. Прежде, чем Райга успела обратиться к заемной магии, силы покинули ее, и наступила тьма.

Первое, что она ощутила, когда очнулась — тонкие пальцы учителя у себя на лбу. Над головой тут же раздался его спокойный голос:

— Тихо. Ты сожгла его, все хорошо. Подожди, пока успокоится твой источник.

Пламя внутри, действительно, будто обезумело. Даже волна резонанса, которая шла по ученической нити, лишь чуть-чуть сдерживала резкие колебания силы в источнике.

Райга медленно открыла глаза. Наставник осторожно убрал руку с ее лба и она смогла осмотреться. Девушка поняла, что лежит в своей комнате, в крыле королевы. Служанки успели избавить ее от прически и платья. На ней было хакато с цветочным узором, рыжие и розовые пряди рассыпались по подушке.

С одной стороны ее постели сидел магистр Лин, с другой — бледный и осунувшийся Райтон. Миран и Ллавен, все еще одетые в парадные бордовые мундиры, двумя изваяниями застыли у входа. Их встревоженные и напряженные взгляды были устремлены на Райгу.

— Ты спасла нас всех, — хрипло сказал принц. — Нет слов, которые способны выразить мою благодарность. В этой шкатулке было красное проклятие?

Райга медленно кивнула. Затем села на постели, сжала пальцами виски и уткнулась лбом в колени.

— Голова болит? — донесся до нее обеспокоенный голос Ллавена.

На макушку легла ладонь наставника, но Райга тут же отстранилась и тихо сказала:

— Не нужно. Со мной все в порядке.

Она отметила, что в комнате горят магические лампы, за окном темно, а магистр Лин все еще не сменил камзол на эльфийское одеяние.

— Сколько времени я была без сознания? — спросила девушка.

— Сейчас раннее утро, — ответил ей эльф. — Ворота Джубирана закрыты, как и ворота дворца. Королевская гвардия и Серые прочесывают город. Как ты поняла, что в шкатулке?

Райга смогла выдавить в ответ только одно слово:

— Вспомнила.

Аметистовый взгляд наставника впился в ее лицо.

— Вспомнила что?

— Как погиб мой род.

Эльф осторожно прикоснулся к ее руке и и попросил:

— Расскажи.

Какое-то время она молчала. А затем начала рассказывать. Медленно, с усилием облекая в слова картины прошлого, что стояли перед глазами. Друзья и учитель слушали ее молча, не перебивая. Несмотря на бурю чувств, которые бушевали внутри нее, голос Райги звучал абсолютно безжизненно.

— Ёи сказал правду, — горько подвела итог она. — Я бесполезная. Я никого не смогла спасти. Они умерли из-за меня, потому что моя сила тогда не проснулась.

— Глупости! — возмутился Райтон. — Тебе было пять лет! И сегодня ты спасла всех здесь! Меня. Мою семью. Всех, кто был в зале.

— Твоя сила тогда проснулась, — мягко сказал учитель. — И она спасла того, кого могла спасти. Тебя.

Райга посмотрела на него. Алый взгляд встретился с аметистовым.

— Я знаю, проткнуть глаз своей дочери — это жестоко. Но этим твой отец спас тебя, — уверенно продолжил эльф. — Если бы он не пробудил твой глаз, ты бы умерла, как и все они. И сейчас в Королевстве и дальше умирали бы люди. От змеев Изначального.

— Глаз Пламени, — поправила его Райга. — Они называли его Глаз Пламени.

Райтон нахмурился и задумчиво протянул:

— Глаз Пламени… Что-то я такое уже слышал. Глаз Пламени, глаз Луны… Кажется, у но-хинцев есть какая-то сказка с подобными названиями.

В голове Райги будто вспыхнул свет. Она схватила принца за руку и сказала:

— Сказка? Книга!

— Какая книга? — недоуменно хлопнул глазами юноша.

— “Сборник древних сказаний” Мияго! Эрига говорила, что в ней было что-то про глаза осени. И она должна быть в библиотеке твоей матери.

В этот момент в дверь постучали. На пороге появился Иночи Райс. Он оглядел своих подчиненных, отвесил поклон принцу и сказал:

— Ваше Высочество! Его Величество требует вас к себе.

Райтон поднялся и сказал:

— Я дам приказ Аито отыскать эту книгу в библиотеке и принести тебе.

После этого он ушел. Ллавен и Миран с сожалением взглянули на Райгу и последовали за принцем. Иночи Райс задержался на мгновение и на прощание бросил на Пламенную заинтересованный взгляд.

Девушка отрешенно уставилась в стену. Из задумчивости ее вывел вопрос магистра Лина:

— Хочешь, я проведу тебя в Манкьери прямо сейчас? На могилы твоих родителей.

Райгу прошиб холодный пот. Прежде, чем успела понять, что делает, она ответила:

— Нет.

Но если ее поспешный ответ и удивил эльфа, тот ничем этого не выдал, а просто спросил:

— Тогда куда ты хочешь отправиться?

Девушка удивленно взглянула на него и ответила, почти не задумываясь:

— В Но-Хин. К Эриге.

И добавила уже про себя: “Туда, где я смогу по-настоящему оплакать свою семью.”

— Хорошо, — кивнул магистр. — Я думаю, король не будет против. Но сначала нужно завершить здесь дела. Туда мы сможем попасть только завтра. Сейчас город под куполом, отсекающим портальную магию.

Девушка молча кивнула и обхватила колени руками. Магистр Лин коснулся ее головы в жесте утешения и поднялся.

— Мне тоже нужно уйти. Твой источник немного успокоился. Если колебания будут усиливаться, я вернусь. Не вини себя ни в чем. Ты слишком многих спасла за последние два месяца, чтобы думать иначе.

После этого он ушел.

Хунта Сид появился на пороге вечером. Райга сидела в кресле в кабинете принца. Но-хинское одеяние она так и не сменила, только заплела косы. Наставник расположился в соседнем кресле. Райтон, под глазами которого залегли темные круги, сидел за столом и просматривал отчет Иночи Райса. Миран и Ллавен застыли за его спиной. Райга подумала, что за время, проведенное во дворце, юноши привыкли тенями следовать за ним. Если они также будут ходить в школе, с каменными лицами телохранителей, это будет, по меньшей мере, забавно.

Когда дверь распахнулась, и в комнату вошел ищейка, на него тут же устремились пять злых и усталых взглядов. Хунта выглядел очень плохо, кожа посерела. Он закрыл за собой дверь и повернулся. Пошатнулся и привалился плечом к стене. Стало видно, что он тоже совсем не спал и на ногах со вчерашнего вечера.

— У вас проблема, — вздохнул он. — Серым нужны воспоминания Райги о шкатулке.

— Возьми мои, — поднял голову принц. — Я эту шкатулку в руках держал, а она все со стороны видела.

— Возьму, — прикрыл глаза Серый. — Но ее воспоминания тоже могут пригодится. Кроме того… Я могу вытянуть еще то, что она не вспомнила сразу.

— Нет, — ровным голосом ответил магистр Лин.

Ищейка поднял на него злой взгляд и сказал:

— Вы не в том положении, чтобы отказываться. У меня чрезвычайные полномочия.

— Чрезвычайные полномочия у твоего учителя, а не у тебя, — холодно ответил эльф.

— То есть, вас устроит, если мастер Алси решит покопаться в ее голове? — саркастично сказал юноша. — Пусть увидит ее воспоминания о том, как ставили Печать? Пусть тянет из нее все, пока она не сойдет с ума от боли? В ваших интересах сейчас чем-нибудь отвлечь моего учителя и позволить мне применить Дознание.

— А какие у меня есть гарантии, что ты не сольешь ему эти воспоминания сам? — вскинул бровь эльф. — Это ведь ты выдал Фортео артефакт. А твой отец подсказал ему просить принца о внесении одиннадцатого пункта в правила поединка.

— Уже не слил, — буркнул Сид. — Я уже видел их, и могу попытаться заблокировать в этот раз, чтобы не причинить ей боли. Что касается артефакта — это моя работа и долг перед короной. А отец… у нас с ним одна цель, но разный путь. Райга Королевству нужна. Я не причиню ей вреда. И если вы хотите, чтобы мастер Алси ни о чем не узнал, вам придется поверить мне сегодня.

Магистр Лин поднялся с кресла и сказал:

— Верить тебе я не собираюсь. Я займу чем-нибудь Аллатриссиэля. Но, — он махнул рукой в сторону принца и его товарищей. — тогда они будут присутствовать.

— Хорошо, — согласился Сид.

Магистр Лин вышел за дверь, а юный ищейка повернулся к Райге.