Кровь Пламенных

Глава 16. Новое задание

Первый месяц учебы в Алом замке пролетел незаметно. Альбертин Сага больше не искал встречи с беглой сестрой. Но на своих уроках измывался, как мог. Райгу спрашивали не менее трех раз за урок, вызывали к доске, распинали за ужасный почерк и придирались к мелочам в заданиях. Девушка молчала и терпела. Друзья, по ее просьбе — тоже. Но Пламенная чувствовала, как с каждым днем тает терпение принца.

— Только от Ичби избавились, как следующий подоспел, — проворчал как-то Миран. — Хоть сидеть перед ним на первой парте не заставляет, и то хлеб.

Девушка вынуждена была с ним согласиться. История магия успешно заменила артефакты. Избавление от Ичби все равно радовало. Но каждый раз, когда Великий герцог встречал адептку Манкьери в замке, его взгляд обещал ей самые страшные кары.

Фортео больше не делал попыток поговорить с Райгой. И, вообще, старался ее не замечать. О том, что леди Манкьери едва не спалила Главу Магического Совета, слышали все. Класс будто затаился в ожидании того, что будет происходить дальше. Никто не искал их дружбы, но и задирать Пламенную и ее друзей перестали.

В последний четверг апреля магистр Чеку объявил:

— Итак, всех вас ожидает важное практическое задание.

Райга обратилась в слух, а учитель продолжил:

— Вы все научились справляться с разными видами нежити. Во втором классе каждому из вас предстоит не просто уничтожить нежить, а поймать ее.

— Поймать? — удивленно переспросил Руцу.

— Верно. И сделать это самостоятельно, без помощи наставников. Задания распределим жребием. Сейчас ко мне подойдут по одному адепту от каждого отряда.

Миран повернулся и бросил вопросительный взгляд на принца. Тот немного подумал, а потом кивнул. Темный с довольным видом поднялся и отправился к столу магистра Чеку. Там он растолкал одноклассников и уже потянулся было к одному из белых листов, на другой стороне которого было задание, когда магистр Чеку перехватил его руку:

— Не так быстро, адепт Солкинс. Для вашей четверки у меня есть особое задание.

— Особое? — переспросил Миран. — Но почему?

— Такой ценный набор талантов, как в вашем отряде, не стоит тратить на простых умертвий и ликатрасов, — улыбнулся учитель и вручил Мирану листок. — Школе нужен мроу. Вам с товарищами предстоит поймать одного. На том кладбище, где вы уже проходили магическую практику.

Райга тут же вспомнила все: нежить, красную кирпичную стену, бело-розовых призраков проклятия и статую. А еще — темного привратника в ошейнике. Ллавен покосился на нее через плечо. Миран тоже понимающе взглянул на Пламенную, прежде чем вернуться на свое место. Остальную жребьевку Райга уже слушала вполуха.

Как только все задания были распределены и адепты расселись по местам, магистр Чеку начал объяснять условия:

— Срок исполнения — две недели. За это время вы должны подготовить ловушку, поймать нежить и самостоятельно доставить ее в школу. Наставникам запрещено вам помогать и давать советы — все знания у вас уже есть. Осталось правильно их применить. Сотрудничество разрешается только в отдельных случаях и с отрядами младшего класса.

Будьте внимательны — никто не подстрахует и не вытащит из беды. Поэтому делаем все на совесть и продумываем стратегию тщательно.

По дороге на следующий урок класс гудел, как рассерженный улей. Отряд принца приотстал и тихо переговаривался.

— Придется потрудиться, чтобы соорудить ловушку для мроу, — сказал принц. — А, уж, загнать туда хотя бы одного будет делом не из легких.

— Надо задействовать артефакты, — задумчиво сказал Миран. — наверняка, я смогу создать что-нибудь полезное.

— И хорошо бы там поймать не только мроу, — внезапно сказала Райга.

— Ты о чем? — спросил Ллавен.

— Мы видели там темного привратника, — напомнила ему девушка. — Того самого, на котором был ошейник.

Райтон серьезно посмотрел на нее:

— Предлагаешь его поймать?

Райга кивнула.

— Думаю, что стоит хотя бы попытаться. Мы, точно, не знаем, где он живет. Но старое кладбище — вполне подходящее место для древней и редкой нежити. А первый раз мы увидели это существо именно там. Возможно, его лежбище где-то неподалеку.

— Оба раза он вытаскивал тебя из беды, — задумчиво сказал Ллавен. — Не думаю, что он появится просто так.

— Ну, попасть в беду на старом кладбище, полном нежити — вроде, не такая уж большая проблема, — усмехнулся Миран.

Принц покосился на него и заметил:

— Магистру Лину эта идея не понравится.

— Если он узнает, — выразительно посмотрела на него Райга.

— Где-то я эти слова уже слышал, — осторожно напомнил Ллавен. — И они для кого-то уже плохо закончились.

— Ну, теперь у нее есть Глаз Пламени, — резонно заметил Миран. — Вполне вероятно, что в случае опасности он проснется.

— Это не повод рисковать жизнью, — покачал головой юный эльф.

Но разубеждать ее дальше не стал.

Когда магистр Лин появился на поле для тренировок, то обнаружил, что адепты сидят на земле кружком. Головы их были склонены над листом бумаги, на котором твердой рукой Райтона были выведены замысловатые схемы, а лица выражали крайнюю степень задумчивости.

Когда тень наставника упала на бумагу, они торопливо вскочили и встали перед ним

навытяжку, всем своим видом выражая готовность к тренировке. Райтон быстро скатал лист бумаги и сунул его себе за пазуху. Эльф вскинул бровь и спросил:

— Уже получили задание от Артуро?

Четыре головы одновременно кивнули.

— Когда собираетесь туда отправиться? — продолжил наставник.

— В ночь с субботы на воскресение, — ответил за всех Райтон. — У нас есть еще два дня на подготовку.

— Два дня на подготовку к поимке мроу? — в голосе эльфа прозвучала ирония.

— А чего тянуть-то? — махнул рукой Миран. — Надо бы только завтра ночью на кладбище наведаться, артефакты сделать.

Магистр Лин немного подумал и сказал:

— Могу взять тебя с собой сегодня. У меня, как раз, есть задание от короля. А завтра ночью выгуливать детишек по кладбищам мне недосуг.

Темный согласно кивнул.

— А нас возьмете? — с надеждой спросила Райга

— Нет, — отрезал эльф. — Со мной пойдет только Миран.

— Он будет занят изготовлением артефактов, мы можем в это время охранять его, — попытался возразить принц.

Магистр смерил его холодным взглядом и сказал:

— Нет. Это не обсуждается. И сейчас у нас тренировка. Вы все против меня. Готовьтесь.

Райга почувствовала раздражение эльфа. Искоса взглянула на его источник. После визита Хаэтеллио проплешина еще уменьшилась. И теперь только узкая голубая полоса напоминала о ней. На утро, после визита эльфийского принца, Райга выдохнула с облегчением при виде источника наставника и заработала лишний круг по горам. И теперь она рассматривала проплешину только украдкой, чтобы снова не вызвать гнев магистра.

“Если бы Хаэтеллио не сердился на брата, а помог ему сразу, — подумала девушка, — того бы не поймали орки. Интересно, чувствует ли он свою вину?" И тут же вспомнила его полный ненависти взгляд.

Из раздумий ее вырвал сияющий огненный цветок. Пламя наставника окутало ее мгновенно. Девушка осталась невредимой и только виновато посмотрела на учителя.

— Проснулась? — холодно сказал магистр Лин. — Ты на тренировке, некогда глазами хлопать.

Райга почувствовала, как ее щеки вспыхнули и отошла к друзьям. Юноши на другом конце поля уже шептались, придумывая очередную стратегию, как победить наставника. Безнадежную, конечно. Оставалось только надеяться, что она будет чуть менее провальной, чем в прошлый раз.

Миран успел подремать пару часов, пока магистр терзал принца на поле. В полночь он стоял у ворот замка за плечом наставника. В мешочке у пояса лежали несколько подготовленных камней, которые ему выдал магистр Лин. Темный покосился на свой ученический браслет. Амулет, который сделал эльф, работал исправно. Больше он не видел снов после использования своей магии, а Ллавен не ходил по ночам.

Магистр проследил за его взглядом и спросил:

— Амулет работает?

Темный молча кивнул. Эльф бросил горсть портального порошка и шагнул в синий дым. Миран последовал за ним. Они оказались на довольно большом городском кладбище. За их спиной были кованые ворота и каморка сторожа. Впереди простирались ряды надгробий. На дальнем краю белели мраморные усыпальницы.

— Идем, — тихо сказал магистр. — Сначала нам надо поговорить.

Какое-то время они молча шли вдоль ограды. Эльф иногда останавливался, чтобы начертить заклинание и оставить на земле ключевую точку для будущей магической ловушки. Затем наставник сказал:

— Ты замечаешь перемену в Ллавене?

Темный облился холодным потом и замешкался, не зная, что ответить. Сдавать друга не хотелось. Но соврать под пронизывающим аметистовым взглядом было невозможно.

— Ну… может быть, — осторожно ответил он.

— Я пробудил его дар, — неспешно продолжал магистр Лин. — Замедлитель даст ему время, но его сила будет расти. С каждой черной прядью. С каждым собранным сном.

— Я понимаю это.

Взгляд наставника снова пронзил его насквозь.

— Тогда ответь мне правду. Он изменился?

— Да, — отвел глаза Миран. — Он и сам это чувствует. И мои братья…

Он осекся и замолчал.

— Твои братья что? — бесстрастно спросил эльф.

Миран мрачно зыркнул на него исподлобья и сказал:

— Поклянитесь, что не убьете его.

— Не могу, — с легким оттенком сожаления ответил магистр и вывел очередную серию молниеносных росчерков. — Потому что я обязательно убью его однажды. Как только он станет опасен для людей или эльфов. Как только он перестанет контролировать себя.

Ученик скрипнул зубами.

— Неужели ничего нельзя сделать?

Белые волосы наставника взметнулись, когда он одним движением выхватил лук и стрелой сбил скволла на подлёте.

— Я уже сделал все, чтобы отсрочить этот миг. Если бы темных можно было спасти, мы бы не убивали их в колыбели, мальчик, — еще один точный выстрел, и гротескный зубастый монстр упал за ближайшей могильной плитой. — Наши женщины не знали бы страха. Каждая эльфийка, которая носит под сердцем младенца, с ужасом думает о том, что ее ребенок может родиться с черной прядью. И будет убит, как угроза для рода и всех эльфов.

Шесть выстрелов — и ещё шесть тел падают на землю. Темный осторожно перешагнул через разлагающийся на глазах трупик скволла и сказал:

— Но тогда вы его, все-таки, оставили в живых.

Эльф обернулся и снял выстрелами еще семерых скволлов.

— Верно. Мальчишка обладает сильнейшей разновидностью темного дара. И он был готов рискнуть жизнью ради Райги. Ллавен будет верен вам. А наши враги могущественны. Пусть его сила служит королевству и Пламенным, пока он способен ее контролировать.

В молчании они прошли еще ряд могил. Нежить затаилась. Миран осторожно заговорил:

— Хайран и Дарел… Говорят, что он отмечен тьмой. Что на той стороне уже есть путь, по которому он может идти. Я не знаю, что это значит. А они не могут объяснить так, чтобы я понял. И еще… в амулете, который мы подарили Райтону, живет темная магия. Похоже, Ллавен вложил ее в свою кровь, неосознанно. И, вероятно, именно эта часть пробудила Пламенную магию амулета на балу и помогла Райге спасти Райтона.

Эльф покосился на него и спросил:

— Уверен?

— Я делал этот амулет, — пояснил темный. — И потом я осмотрел его. Магия Ллавена сработала первой.

— Я был там, — магистр повесил лук за спину и вытащил хаотаки. — Я не видел и не чувствовал эльфийской магии. Только Пламя.

Темный пожал плечами в ответ. Учитель и ученик прошли немного вглубь кладбища и эльф сказал:

— Дальше я пойду один. Делай свои дела здесь и не высовывайся. Нежить, скорее всего, придет на твою магию. Так я быстрее смогу зачистить это место.

— Вы меня поэтому взяли? — усмехнулся Миран. — Я хорошая приманка?

— В том числе, — бесстрастно ответил эльф и растворился в темноте.

Миран немного подождал и опустился на колени перед ближайшей могилой. Разложил перед собой камни, потом достал из-за отворота рукава бритвенное лезвие. Поморщился и отстраненно подумал, что за последний год использование темной силы стало привычным. Он легко вспорол себе ладонь и почувствовал, как магия, спящая в его крови, просыпается. Черный дым начал подниматься вверх.

— Дарел, Хайран, — позвал он.

Два сгустка призрачного света вылетели из черного дыма и ткнулись в его щеку. Холодные. Обжигающе холодные, но все же родные. Миран прикрыл глаза и шепнул:

— Я тоже скучаю по вам.

Затем духи, повинуясь его мысленной просьбе, унеслись прочь. Он делал росчерк за росчерком. Вливал свою магию в камни, которым предстояло стать основой ловушки для мроу. Затем проколол палец. Тяжелые алые капли оросили каждый из камней. Кровь впиталась в них. На мгновение амулеты засветились изнутри темно-багровым. И все стихло.

За спиной раздался шорох. Темный резко оглянулся и потерял дар речи. Рядом с ним стоял огромный пес, сотканный из такого же дыма. От гончих крови, которых он призывал на летнем экзамене, его отличал только размер и светящиеся белые, как снег, глаза.

И то, что он его не призывал. Темный скользнул взглядом по рукам и убедился, что не сделал ни одного случайного пореза или царапины. И увидел, что черный камешек, который магистр Лин вплавил ему в амулет, будто светится. Юноша прищурился и повел носом. Странную собаку и камень будто связывала едва заметная нить. Миран напрягся, вспоминая древний язык, а потом произнес:

— Что тебе нужно? Кто ты?

Тот распахнул пасть и… зевнул. Затем потянулся, деловито обнюхал Мирана и растаял в воздухе. Юноше осталось только удивленно открыть рот. Камень на браслете перестал светиться.

Миран с сожалением оборвал нити, которые связывали души его братьев и перевязал ладонь. От раны по его телу распространялся могильный холод. Он поморщился, собрал амулеты в мешочек и встал. Затем поднес к глазам браслет. Амулет выглядел также как прежде. И только накрыв его порезанным пальцем, темный ощутил внутри крохотную нить чужой магии. Знакомой до боли магии.

Стоило наставнику появиться из-за надгробий, Миран тут же опустил руку и постарался придать лицу спокойное выражение. Если эльф что-то и почувствовал, то ничего не сказал. Только, молча, открыл портал и поманил ученика за собой.

Беспокойство и любопытство жгли Мирана изнутри. Он изо всех сил сдерживался и спокойно шагал рядом с учителем. Хотя больше всего ему хотелось нестись сломя голову в комнату. Неспешно разулся, погасил магический светильник в гостиной и ушел к себе в спальню.

Ллавен сидел на кровати и с тоской смотрел в окно. Миран все чаще заставал друга в этой позе. Раньше юный эльф ложился и спал вместе со своими друзьями, несмотря на то, что эльфам было достаточно всего трех часов, чтобы выспаться. Теперь он как будто боялся ложиться. Подолгу сидел на постели и глядел на луну.

Когда темный вошел в комнату, эльф повернулся к нему и улыбнулся.

— Как все прошло? — шепотом спросил он.

Миран многозначительно показал ему мешочек с артефактами и сказал:

— Очень интересно. А что ты делал сейчас, Ллавен? Минут двадцать назад. Что ты делал? Ты пробуждал свою магию?

Юный эльф испуганно взглянул на друга и вцепился руками в медальон.

— Н-нет… Не должен был… Я не мог…

Миран неотрывно смотрел в глаза друга, а затем оборвал его:

— Похоже, мог, — он сунул эльфу под нос свой браслет. — Каким-то образом ты дотянулся до меня через эту штуку и вызвал с той стороны какую-то здоровенную тварь. Хвала Богам, дружелюбную.

— Вызвал с той стороны? — обреченно прошептал эльф. — Но как?

— С помощью моей крови, разумеется, — пояснил Миран. — И браслета. Похоже, он работает в обе стороны.

— Лаэ… видел?

В шепоте Ллавена звучал непередаваемый ужас.

— Нет, — мотнул головой Миран. — Но ты, это… поосторожнее в следующий раз.

— Я постараюсь, — печально ответил тот. — К сожалению… Я не умею толком пользоваться своей силой. И некому меня научить.

— Если ты еще раз сделаешь что-то подобное, проблему придется решать, — покачал головой Миран. — Неужели в ваших библиотеках, полных бесценной мудрости, нет пары книжонок, по которым темные учили темных?

Ллавен только печально посмотрел на него и пожал плечами в ответ. Миран махнул рукой:

— Ладно. В этот раз обошлось. А там разберемся. Не вешай нос.

Но лицо эльфа стало еще более обреченным и виноватым.