Кровь Пламенных

Глава 20. Первые ласточки перемен

— Зря ты так с мальчишкой, — сказал Глиобальд, помешивая ложкой чай. — Скорее всего, Сид не желает Райге зла.

Магическая лампа сегодня не горела. Россыпь пламенных светлячков кружила по кабинету директора, отбрасывая причудливые тени на корешки книг и стол. Задумчивый взгляд Линдереллио скользил по знакомой обстановке. Эльф отхлебнул из своей чашки и скривился.

— И ты туда же. Цанцю вчера два часа читал мне нотации. О том, какой перспективный юноша этот щенок, что все молодые люди совершают ошибки и так далее, и тому подобное. В своей излюбленной назидательной манере. Два часа!

Старый маг улыбнулся в усы. О способности Цанцюрителя довести своими наставлениями до белого каления кого угодно он был прекрасно осведомлен. И тот факт, что в этот раз его жертвой стал прежде безгрешный Пламенный, казался директору очень забавным. Но заговорил он серьезно:

— Хунтабере Сид — ученик Ала. Он верен короне и не станет вредить Райге.

— Он? Верен короне? — в голосе эльфа звучал сарказм. — Если б он был так верен короне, как считает Аллатриссиэль, мальчишка давно слил бы ему все воспоминания о Печати Молчания. Хунтабере Сид верен короне тогда, когда ему это выгодно.

Директор осторожно заметил:

— И пока все, что он делал, было тебе на руку. Этот юноша разрушил ловушку на Осеннем балу и спас принца. Благодаря ему тебе удалось спасти ребят от Айю. И сейчас он, с большой вероятностью, воспользовался обещанием Райги, чтобы помочь. Защитить.

Аметистовый глаз холодно блеснул в полумраке. Линдереллио жестко ответил:

— А его отец подсказал Фортео воспользоваться номером уложения и подбить на это принца Риовелла. А также сватал за сына Иравель Сага. Рэуто гостил в его имении не далее, как вчера. И с новым главой Магического совета он близок еще со школьной скамьи. Так что не верю я в благие намерения этого щенка. Кроме того, ему стоило соблюсти границы приличий и не распускать руки… — последнюю фразу он процедил сквозь зубы.

Пламенные светлячки ярко вспыхнули и начали носиться по кабинету с огромной скорость. Эльф взмахом руки усмирил их, выпрямился и уверенно закончил:

— Независимо от того, какой информацией он обладает, ему следовало предложить свою помощь Райге, а не навязывать ее. Вокруг девочки и без него достаточно тех, кто может ее защитить.

Глиобальд вздохнул:

— Но ведь ты делаешь то же самое, Линдереллио. Ты не спрашивал ее, когда взламывал источник. Когда ты понял, что нужно будет произвести разворот потока, ты не сказал ничего ни ей, ни Хаэтеллио. Ты поставил их обоих в ситуацию, когда не было иного выбора, кроме того, который ты считал правильным. Он раздражает тебя именно потому, что в своих методах вы слишком похожи.

Эльф вскинул голову и высокомерно заявил:

— Я хожу по дорогам этого мира больше шестисот лет. А этот щенок…

— Слишком юн и неопытен? — с печальной улыбкой оборвал его Глиобальд. — Ты и сам знаешь, что дело не в этом.

Друг ничего не ответил ему. Только отставил в сторону чашку и спрятал руки в широкие рукава хьяллэ. Глиобальд отогнал от лица пламенный светлячок и тихо заговорил:

— Не думал, что снова увижу, как твоя выдержка дает трещину. Кому ты оставил пару шрамов на память после смерти Дайсу? Старшему наследнику Руцу?

Эльф какое-то время молчал и разглядывал ковер на полу. А затем глухо сказал:

— Обмен магией между связанными ученической нитью категорически запрещен. Теперь я знаю, почему.

Директор бросил на него внимательный взгляд.

— Ваша связь стала работать иначе?

Тот поморщился и ответил:

— Да. Учитель и ученик всегда чувствуют друг друга. Но это делается для того, чтобы более стабильный источник уравновешивал другой. Источник Райги не сравнится с моим по размеру, я вообще не должен чувствовать ее настроение. Но тем вечером… ощущения были болезненно острыми. Я ушёл почти сразу, но это не помогло. Есть небольшая вероятность, что это произошло из-за того, что сделал этот паршивец. Или из-за пробуждения Печати — оно всегда вызывает колебания в источнике.

Глиобальд вздохнул и покачал головой:

— Тебе не кажется, что девочка имеет право знать обо всех последствиях того, что произошло в Цитадели и Харнарских горах?

Линдереллио твердо ответил:

— Нет, Эразмус. Я сделаю все, чтобы она никогда об этом не узнала.

Директор снова покачал головой, но спорить с эльфом не стал. Вместо этого он положил перед другом тонкую папку и сказал:

— Собрал тебе досье на первокурсников, как ты и просил. Так сходу и не скажешь, у кого может быть мотив для убийства. Думаю, что сразу стоит вычеркнуть Сейтана Азарио — Дорехиус был дружен с Манкьери и всегда предпочитает действовать в открытую. Сомневаюсь, что кто-то из его рода пошёл на сделку с Ичби или Сага. Остальные… Набор откровенно слабый. В обмен на новые земли или выгодный брак эти люди способны на многое.

Эльф встал и начал мерить шагами кабинет.

— Как откровенно слабый маг собирается убить Пламенную, которая обладает артефактом вне категорий — вот, в чем вопрос, — задумчиво сказал Линдереллио. — Порталы исключены. Яды — сомнительно. Для этого нужно втереться в доверие. Вся еда на кухне проходит магическую проверку с момента основания школы.

Глиобальд откинулся на спинку кресла.

— Артефакт?

Линдереллио мотнул головой.

— Серые периодически проходят замок с проверкой. Они бы почуяли. Да и каким артефактом они надеются побороть Глаз после того, как она сломала Водный жернов? Вся эта история с заклинанием Сида и покушением на Райгу шита белыми нитками.

— А что думает по этому поводу лайе Меллириссиэль?

— Она верит мальчишке и считает, что он, с большой вероятностью, хотел помочь, — в голосе Пламенного слышалась досада. — Вопрос в том, какую цену заплатит девочка за "помощь" на этот раз. И какую выгоду от этого получит род Сидов?

Директор развёл руками и подвёл итог:

— Остаётся только ждать. И быть начеку.

Райга вышла из столовой и оглянулась. Затем девушка догнала принца и тихо сказала:

— Ничего странного в последние дни не замечаешь?

Было утро четверга, и отряд спешил на ненавистную историю магии. Райтон также тихо ответил:

— Ты про Фортео?

— Ага. У меня такое ощущение, что он за мной следит. Как только выходим из класса — глаз не сводит. Вчера он был в лесу, когда мы возвращались с тренировки. Подозрительно.

— Думаешь, Сид имел в виду его? — спросил Миран у нее над ухом.

— А кого еще? — бросила девушка. — Я его отца едва в пепел не превратила. Спалила бы, если бы магистр не вмешался.

— И жаль, что вмешался, — мрачно бросил темный.

— Не знаю, — покачала головой Райга. — Откровенно говоря, в тот момент мне не хотелось его убивать.

Ллавен задумчиво сказал:

— Если бы ты сожгла его, Рейлин был бы сейчас твоим кровным врагом. И мог бы потребовать удовлетворения, как только ему стукнет восемнадцать.

— Можно подумать, теперь он этого не будет делать.

— Ну, теперь он должен магистру за спасение своего отца.

Миран скептически посмотрел на друга:

— Вот именно — магистру. С ним и так не рискнут связываться.

— Моя дядя — рискнул, — напомнила Райга. — И почти преуспел. Если бы не Глаз, — она коснулась пальцем рыжей челки, — никто из нас не вышел бы из Цитадели живым.

— Может, поговорим с ним? — предложил Миран. — Нас трое, он один. Устроим ему темную…

— Что значит — вас трое? — возмутилась Райга. — А я?

— Ну, ты девушка, — снисходительно ответил ей темный. — А я предлагаю разобраться с ним по-мужски.

— По-плебейски ты хотел сказать? — иронично переспросил принц. — Высокородные выясняют отношения в поединках лицом к лицу, а не в темных переулках трое на одного.

Миран фыркнул.

— Да, да. Высший боевой маг против первоклашки — очень справедливо.

Их перепалка был прервана тем, что они пришли кабинет истории магии. Пока Райга шла к своему месту, то чувствовала, что Альбертин сверлит ее взглядом. Девушка села за парту и приготовилась к очередной порции мучений.

Сегодня их ожидала контрольная работа. Райга мысленно застонала, когда увидела количество вопросов, и с ненавистью взялась за кисть для письма. Альбертин постоянно придирался к ее почерку. Для того, чтобы получить проходной балл по контрольной, ей придется приложить очень много усилий и сделать буквы хотя бы разборчивыми.

Весь урок Альбертин ходил между рядами. Чаще всего он останавливался около Райги и наблюдал из-за ее плеча, как девушка осторожно выводит неровные линии. Ее раздражение росло с каждой минутой. В конце урока ее брат сказал:

— Боюсь, леди, вам придется задержаться и расшифровать мне ваши ответы.

На его губах играла довольная улыбка. Райга ждала чего-то подобного с первых уроков и обернулась к друзьям за поддержкой. К столу учителя они подошли вчетвером. Девушка с удивлением отметила, что Альбертин сегодня не надел ни одно из родовых украшений, помимо рубашки на нем был изумрудный жилет без карманов. Будто хотел показать. что у него нет с собой управляющего медальона. Он оглядел хмурые лица юношей и сказал:

— Так не пойдет. Я просил остаться только леди Манкьери.

— Прошу прощения, магистр Сага, — бесстрастно ответил Райтон. — Мы получили приказ наставника не оставлять леди наедине с кем бы то ни было.

— У меня есть личный разговор к ней! — попытался возмутиться Альбертин. — И она моя сестра.

— Вы можете обратиться с этой к просьбой к магистру фуу Акаттон Вал, — продолжал стоять на своем юноша.

Сага медленно поднялся из-за стола и обвел взглядом адептов. Он протянул руку к Райге, будто собираясь схватить ее за плечо. Но Ллавен оказался быстрее и перехватил его запястье.

— Оставьте ее, — с нажимом произнес эльф.

Альбертин отдернул руку и бросил на него яростный взгляд. Затем он сложил руки на груди и посмотрел на Райгу:

— Может, уговоришь своих друзей отойти хотя бы на пару шагов? Я ничего тебе не сделаю. У меня нет при себе ничего, чем бы я мог доставить неприятности. Мне нужно просто предупредить тебя.

— Спасибо, — процедила Райга. — Меня тут уже предупредили… Без твоих предупреждений я, точно, обойдусь.

После этого она резко развернулась и ушла. Друзья последовали за ней.

— Тебя взбесила его попытка поговорить, — спросил Миран, — или ты Сида вспомнила? Вот кому бы я с большим удовольствием личико бы разукрасил, так это ему.

— Альбертин, Сид, Фортео, — буркнула Райга. — Все хотят со мной поговорить. На этой неделе я очень популярна.

— Надо обязательно рассказать об этом магистру Лину, — серьезно сказал Райтон. — Вполне возможно, что все эти события связаны между собой.

Следующим уроком было нежитеведение. В подвале, перед дверью в класс, адепты встретили Хаято Райса. Тот о чем-то тихо разговаривал с магистром Чеку. Лица у обоих были встревоженные.

— … обратимся к Линдереллио, — услышала девушка обрывок их разговора.

Затем магистр Райс смерил неприязненным взглядом Мирана и ушел. Райга уже собиралась зайти в класс, когда из дальнего конца коридора пришел знакомый обжигающий взгляд. Чувство было очень сильным, пробирающим до костей. Она тут же развернулась в сторону Источника. Краем глаза девушка отметила удивленные взгляды друзей и магистра Чеку. Но прежде, чем она успела шагнуть в ту сторону, тонкие пальцы сжали ее плечо.

Райга резко обернулась. За ее плечом сказал магистр Лин. Огненный смерч вращался неровно, будто отзываясь на пульсацию Источника под землей.

— Иди на урок, — холодно сказал ей наставник. — Скоро все закончится.

— Что происходит? — спросила Райга.

— Ты там сейчас не нужна. На урок! — бросил эльф и быстрым шагом удалился.

Девушка испустила разочарованный вздох.

— Пойдем, — мягко позвал ее магистр Чеку. — Линдереллио знает, что делает.

Райга покорно опустила голову и вошла в класс. Еще несколько минут жжение внутри заставляло ее постояно ерзать и косится в сторону коридора. Затем беспокойство и внутренний зуд постепенно прекратились. Девушка смогла, наконец, сосредоточиться на уроке. В этот момент магистр Чеку говорил:

— В этом полугодии нам также предстоит изучить высшую нежить, а также редкие и исчезающие виды нежити. Кто-нибудь встречал уже редкую нежить на практике?

Класс погрузился в раздумья. Принц вскинул руку. Про темных привратников говорить не хотелось, и перед глазами Райги тут же пронеслись воспоминания о змейвире и тысячеглазом ро. А затем она вспомнила Бегротор и странную серую массу внутри горы.

— Эмхэн, — произнесла она вслух раньше, чем магистр Чеку успел кивнуть Райтону.

В классе воцарилась тишина. Мириэлл резко обернулась и недоверчиво уставилась на одноклассницу.

— Ты была в Бегроторе? — спросила она.

Райга кивнула, а магистр Чеку задумчиво сказал:

— Да, леди, ваш отряд, похоже, по количеству встреченных монстров даст фору всем. Магистр фуу Акаттон Вал очень любит брать учеников на практику. А в силу своих выдающихся способностей, он гораздо чаще других учителей получает опасные задания.

После этого, к большому удивлению Райги, он перевел разговор на другие темы.

Перед тренировкой магистр бесстрастно выслушал новости о разговоре с Альбертином Сага и подозрения адептов насчет Фортео. Какое-то время эльф молчал. Затем он начертил невидимость и глушилку. Под удивленными взглядами своих учеников наставник сказал:

— Я тоже принес вам интересную новость. Сайкус Фортео признан временно неспособным к управлению родом. Завтра большой Совет Королевства собирается объявить Рейлина Великим герцогом. Пока эта мера считается временной. Но, если чуда не произойдет, и источник герцога не восстановится, ваш одноклассник очень рано станет главой рода.

Райга внимательно посмотрела на учителя и тихо сказала:

— Он не восстановится, верно? Вы сделали так, чтобы этого не случилось.

— Разумеется, — холодно ответил он. — Оставлять старому змею его зубы было бы глупо.

— У него есть связи, — заметил Райтон.

— Вот и посмотрим, за какие ниточки он будет дергать и к кому обращаться. Я приставил к нему своего человека. Пока что Фортео сидит тише воды и ниже травы. Рейлина я предупредил о том, что трогать Пламенных не стоит. Будем ждать, какой выбор сделает мальчишка — мстить или ценить то, что ему оставили.

Райга молча кивнула. Магистр смерил ее задумчивым взглядом, и начал тренировку.

После ужина Миран и Ллавен отправились в комнату, а Райгу и принца эльф снова увел на тренировочное поле. Адепты озадаченно переглянулись, но безропотно прошли через портал вслед за наставником.

На поле магистр вручил им два увесистых учебника.

— Теория магии за третий класс? — удивился Райтон.

— Твой источник достиг окончательного объема, а источник Райги стабилизировался, — пояснил наставник. — Переходим к изучению самонаводящихся заклинаний. За месяц мы должны пройти вторую половину учебника за второй класс и начать заклинания для третьего. Почитайте теорию на досуге.

Райга интенсивно закивала. И тут же вспомнила, как магистр Лин объяснял ей теорию пламенного кокона и какой непроходимо тупой она себя тогда чувствовала. Почему-то ей казалось, что теория самонаводящихся заклинаний и множественного вектора в исполнении наставника тоже не будет легкой.

В школу они с Райтоном возвращались через портал, слегка пошатываясь от усталости. Девушке ужасно хотелось спать. Но стоило им подойти ко входу в замок, сон как рукой сняло. У дверей стоял магистр Чеку. Вся его одежда была в крови, правая рука висела плетью. На его плечо тяжело опирался Хаято Райс. Кажется, у того была повреждена нога. Пламенные светлячки метнулись к ним и осветили растекающуюся лужу крови.

Эльф мгновенно оказался рядом и произнес несколько слов на своем языке. Его пальцы вспыхнули зеленым. Он опустился на одно колено и принялся лечить рану друга.

Магистр Чеку поймал взгляд Райтона и прохрипел:

— Иди за Махито.

Принц тут же умчался. Райга удивленно спросила:

— Что с вами случилось?

— Мроу, — ответил Хаято Райс. — Я даже не знаю, сколько там было этих тварей. Мы их не видели.

— Еле ноги унесли, — подтвердил его товарищ. — Кладбище слишком близко от людей. Зачищать нужно срочно.

Учитель истории мрачно посмотрел на эльфа и с досадой добавил:

— Помощь твоего ручного темного была бы кстати.

Магистр Лин отозвался, не отрывая взгляд от раны:

— Нужно — значит зачистим. Но завтра. Сейчас вам нужна помощь Махито.