Кровь Пламенных

Глава 15. Новые вопросы

Ночные приключения утренней побудки не отменили. Когда они шли на завтрак после пробежки, Миран спросил:

— Ты чего такая сонная?

Райга коротко пересказала события прошедшей ночи, умолчав о пробуждении Печати и кровавом огне внутри горы. Пришлось упомянуть о сне, который заставил ее выйти из комнаты.

— Сон? — задумчиво переспросил Ллавен. — Я ничего не почувствовал.

— Ну ты же не чувствуешь каждый сон, — пожала плечами девушка.

Он огляделся по сторонам и убедился, что их никто не слушает.

— В том то и дело, Райга, — серьезно ответил юный эльф, — что с тех пор, как лаэ пробудил мой дар, я чувствую каждый сон. Каждый сон каждого человека в этом замке. Если бы я почувствовал твой кошмар, я бы пришел и забрал его.

— Интересно, что скажет магистр, если застанет тебя ночью в комнате у девушки? — ухмыльнулся Миран.

— Подозреваю, что ничего хорошего, — поежился Ллавен. — Он смирился с моим существованием, не более того. Но в любом случае то, что я не почувствовал твой сон — странно.

За завтраком Райга так отчаянно зевала, что Роддо спросил ее:

— Ты ночью не спала что ли?

Девушка покачала головой и коротко пояснила:

— Была на задании.

— С наставником? — жадно спросил юноша.

Она кивнула. А Роддо мечтательно сказал:

— Было бы здорово посмотреть на Серебряную Смерть в деле.

— Да, — вздохнула Райга. — Там было на что посмотреть. То, что он демонстрирует на наших уроках — жалкая тень его настоящей силы.

— Мой народ сложил легенды о его путешествиях по Но-Хину, — заметил Акато. — Удивительно, что он вообще согласился кого-то учить. Хотя магистр Чеку был очень рад, когда об этом узнал.

— Он же ведет у вас порталы, — вспомнил Миран.

Третьеклассники переглянулись и поморщились.

— Да, это был провал, — признался Роддо. — Давно я не чувствовал себя настолько тупым. Как будто на теории магии два предыдущих года я смотрел в окно и считал ворон вместо того, чтобы слушать учителя.

Райга вспомнила, как магистр несколько месяцев назад пытался объяснить ей, как создать пламенный кокон — спираль. Тогда она тоже себя чувствовала непроходимо тупой.

— Щингин-хао — невероятен, — согласился Акато. — Не представляю даже, как мы будем сдавать экзамен по порталам.

Его товарищи печально вздохнули. А Миран прозорливо сказал:

— Подозреваю, что в следующем году главными мальчиками для битья на этих уроках будем мы. Тупыми могут быть все остальные. Но от нас он всегда ждет превосходный результат.

— И вы его выдаете, — серьезно сказал Роддо. — На практическом экзамене в первом классе ваша четверка была лучшей.

— Еще бы он был этим доволен, — мрачно сказала Райга.

Под сочувственное хмыканье третьеклассников они закончили завтрак и пошли на уроки.

День начался с еще одного нового учителя. Во втором классе им предстояло изучать гномий. Уроки вел самый настоящий гном, с каштановыми кудрями и кудлатой бородой. Кажется, он немного удивился, когда четверка принца заняла свои места на задних партах, но пересаживать их не стал. Райга с интересом рассматривала нового преподавателя.

— Мое имя — Гуорвик Дарху, — пророкотал бородач. — Магистр Дарху для вас. Я буду учить вас языку гномов. Наша письменность немного легче эльфийской, да и произношение…

При слове “письменность” Райга с тоской посмотрела на учителя. Но все оказалось не так страшно. Гномьи буквы состояли преимущественно из прямых линий разной длины. Писать их было проще, чем эльфийские руны. И оказалось даже проще, чем обычное человеческое письмо. К концу урока Райга сумела изобразить в тетради вполне узнаваемые буквы и слова. Магистр Дарху, похоже, об особенностях адептки Манкьери был осведомлен. Гном только бегло пробежал глазами по ее тетради и одобрительно крякнул, рассматривая идеально ровные буквы в тетради принца.

Когда адепты вышли с урока, Миран с облегчением вздохнул:

— Ну, кажись, это будет попроще, чем эльфийский.

— По крайней мере, то, что я написала, гномы будут способны прочитать, — согласилась Райга.

— Если я правильно помню, — сказал принц, — во втором классе изучают законы других государств Союза Трех Королевств. — И у гномов эти законы очень заковыристые.

— Не будем о грустном, — отмахнулся темный. — Вроде, Роддо сказал, что сначала они изучали законы эльфов.

— Можно подумать, они намного легче, — покачал головой Ллавен.

“Лучше бы мы изучали эльфийские обычаи”, - отстраненно подумала Райга. Ее вновь посетило чувство, что вместе с обменом магией с наставником она вляпалась во что-то опасное.

Магистр Лин неспешно шел по коридору второго этажа. Он мимоходом проверил ученическую нить и убедился, что девочка отправляется в столовую, как и положено. Все встречные адепты кланялись ему и спешили на обед. Эльф привычно не замечал этих поклонов и восторженных взглядов.

Он подошёл к нужной двери как раз вовремя. Альбертин Сага уже собирался запереть класс и уйти на четвертый этаж, в столовую для учителей. Эльф придержал рукой дверь и не терпящим возражения тоном сказал:

— Минуточку, магистр. Прошу вас задержаться для короткого разговора.

Мальчишка не посмел ему отказать. Вошёл в класс, прислонился к столу, скрестил руки на груди и ответил:

— Я вас внимательно слушаю, магистр фуу Акаттон Вал.

Он изо всех сил старался сохранять спокойствие, но Линдереллио чувствовал, что Альбертин его боится. И это ощущение приносило удовлетворение.

— Дознаватель Сид рассказал мне о том, что произошло этой ночью между вами и моей ученицей, — холодно начал эльф.

— Юноша не верно оценил то, что видел, — нервно перебил его Сага. — Ничего предосудительного между нами не происходило. Братские объятия. Она моя сестра, мы давно не виделись…

— Магистр Сага, — оборвал его Пламенный, и между тонких пальцев мелькнула рыжая вспышка. — Леди Манкьери к вашей семье бесконечна добра и терпелива. Но не пылает большой любовью. В том числе, сестринской — к вам. Я такими добродетелями не обладаю. И ваш отец своими визитами уже изрядно истощил мое терпение. Держитесь подальше от моей ученицы. Для того, чтобы сжечь вас на арене, мне не понадобится артефакт Кеуби. Поверьте, защитить от моего Пламени вас не сможет ничего.

— Вы мне угрожаете? — попытался возмутиться Альбертин.

— Вы сегодня невероятно догадливы, — саркастично улыбнулся эльф.

— Король не позволит вам вызвать меня на дуэль. Моя магия слишком слаба.

Магистр спрятал руки в рукава хьяллэ и сказал:

— А кто сказал, что для этого мне нужна дуэль? Пока ваша сестра связана со мной ученической нитью, я отвечаю за нее. Я клялся на Хаассолирене. Поэтому подумайте миллион раз, прежде чем решите еще раз подойти к ней. И, поверьте, если вы ее хоть пальцем тронете… — он приблизился к Сага и последние слова произнес шепотом, глядя тому в глаза. — Я узнаю об этом, даже если Райга мне ничего не скажет.

Белые волосы и черный подол хьяллэ взметнулись, когда Линдереллио развернулся и вышел. Пламя внутри него сердито вращалось и требовало немедленной кары для Сага. Возмездия. Но ради девочки стоило быть терпеливым. Сначала Сага должны выдать ему того, кто ставил Печать. А после этого он не оставит от них даже пепла.

После обеда Райга и товарищи отправились на тренировку. Привычный учебный распорядок после злоключений во дворце и но-хинских каникул воодушевлял. Еда в столовой казалась самой вкусной едой в мире. А возможность носить школьную форму и не раскланиваться с каждым встречным приносила облегчение. Солнце ярко светило, на прогалинах пробивалась трава, и меньше всего девушке хотелось думать о проблемах.

Наставник в своей обычной манере появился на тренировочном поле из портала. Эльф смерил Райгу бесстрастным взглядом. Затем он вручил каждому их юношей список заклинаний, которые нужно было повторить. Открыл следующий портал и бросил ученице:

— Иди за мной. У нас сегодня персональная тренировка в менее горючем месте.

Девушка послушно шагнула в синий дым следом за эльфом. Они вновь оказались на небольшой поляне среди скал, где она так долго тренировала пламенный кокон.

Райга посмотрела на магистра и сразу вспомнила, каким он был вчера. Похоже, ее лицо в очередной раз выдало все ее чувства, потому что наставник вскинул бровь и спросил:

— В чем дело?

Девушка вздохнула и робко спросила:

— А я когда- нибудь смогу… так?

— Как? — не понял эльф.

— Сражаться также, как вы вчера, — с затаенной надеждой сказала Райга.

Магистр улыбнулся уголками губ и сказал:

— Это спрашивает у меня девушка, которая превратила арену для поединков высокородных в озеро из Пламени?

— Это была не моя сила, — покачала головой Пламенная. — И она предназначена для другого.

— А вот в этом я не уверен. Артефакт — часть твоего тела. Основная версия сейчас — что ты с ним родилась. Вчера он черпал силу из твоего источника. А в тот день… — он нахмурился. — Он поглотил мое заклинание. И потом оно попало в твое тело.

Память услужливо подбросила Райге картины того дня. Она смущенно опустила взгляд и торопливо сказала:

— Ну да. И что?

— Это значит, что артефакт как-то связан с твоим источником. И, возможно, эта связь работает в обе стороны.

— В обе стороны… — задумчиво повторила Райга, села на большой камень у стены и задумалась.

Она мысленно перебрала обрывочные воспоминания о бое с Фортео и, наконец, сказала:

— Возможно, так и есть. В тот момент, когда на меня обрушился водный жернов, я потеряла сознание на несколько мгновений. Меня привела в чувство пульсация глаза. И, вероятно, артефакт дал мне силу, чтобы создать пламенный кокон и разрушить заклинание.

Магистр серьезно посмотрел на неё.

— Ты понимаешь, что если ты научишься управлять этим процессом, твоя сила возрастет в разы?

— Я даже примерно не представляю, как это сделать, — покачала головой Райга. — Я не чувствую Глаз Пламени, пока он не просыпается сам. Как будто его нет.

Наставник спрятал руки в рукава хьяллэ и бесстрастно сказал:

— Я и не требую, чтобы ты сделала это сейчас. Ты можешь попробовать, когда Глаз проснется в следующий раз. Не сжигать чистой силой. А взять эту силу себе и создать из нее заклинание.

— Я попробую. — неуверенно ответила Райга. — Если вспомню об этом в момент пробуждения Глаза.

— Вчера твой глаз проснулся сам и ничего не сжег.

— Мне казалось, что он хотел показать мне то, что происходило внутри горы, — задумчиво сказала Райга. — Вы мне обещали рассказать, что это за кровавый огонь.

— Я ничего не обещал, — отрезал наставник. — Об этом мы поговорим в другой раз. А сейчас — тренировка. Сегодня отрабатываем защиту.

Несколько молниеносных движений — и в сторону Райги полетел первый огненный шар. Ей ничего не оставалось, кроме как сосредоточиться на пламенной спирали и выбросить из головы мысли о ночном происшествии.

Когда Пламенные вернулись на поле для тренировок, то обнаружили там сердитого и взъерошенного Райтона. Лицо Мирана выражало крайнюю степень недоумения. Ллавен в этот момент как раз начертил око целителя.

— Что случилось? — спросила девушка у принца.

— Сам не знаю, — мрачно сказал юноша. — Я чувствую себя как-то странно. Заклинания не выходят, ленты силы рвутся.

— Неудивительно, — сказал Ллавен, развеивая зеленые линии. — Это — смена объема источника. Несколько преждевременно, но не критично.

— Поздравляю, — невесело сказала Райга. — Я уже все это прошла.

— Он не Пламенный, ему будет проще, — бесстрастно заметил магистр Лин. — Магия приспособится к новому объему за несколько недель, и на самочувствие и настроение это почти не влияет.

Принц вздохнул и признался:

— Быть неспособным нормально управлять своей магией тоже неприятно.

— Чем больше будешь тренироваться, тем быстрее приспособишься, — ответил ему наставник. — Так что на сегодня свободны все, кроме тебя.

Райга, Миран и Ллавен оставили друга на поле и направились в сторону замка.

— Это же всех нас ждет, да? — задумчиво спросил Миран.

Юный эльф кивнул.

— Тебя — после летнего экзамена, скорее всего. Как и большую часть наших одноклассников.

Неожиданно из-за дерева вышел Рейлин Фортео. Райга остановилась. Миран и Ллавен встали за ее спиной. Девушка оглянулась и обнаружила, что оба темных расправили плечи, нацепили на лица маски телохранителей и ощупали младшего Фортео неприятными взглядами. Тот скривился в ответ и мрачно спросил:

— Не надумала поговорить со мной?

— О чем?

— Пусть эти уйдут, тогда узнаешь.

— Не уйдем, — отрезал Миран.

— У нас нет оснований доверять тебе, Рейлин, — добавил Ллавен.

Фортео фыркнул и сказал:

— Она чуть не спалила моего отца, Главу Магического Совета. Вы, действительно, считаете, что я могу навредить, пока у нее эта штука в глазу?

Миран вышел вперед и ухмыльнулся:

— Маленькая поправочка. Если бы не магистр Лин, сейчас вместо отца у тебя был бы кувшинчик с пеплом.

— Миран! — одернула его Райга. — Не нужно. Пойдем, — она повернулась Рейлину. — Сейчас у меня нет секретов от друзей. Ты можешь говорить при них.

Юноша сердито мотнул головой и сказал:

— Если передумаешь — приходи в общежитие. Твой друг Райс подскажет, где меня найти.

С этими словами он развернулся и ушел. Даже спина Рейлина выражала крайнюю степень его досады и возмущения.

— Интересно, что ему нужно? — задумчиво протянул Ллавен.

— Он настойчив, — согласилась Райга. — Стоит подумать, как поговорить с ним, не подвергаясь большой опасности.

— Нужно рассказать об этом магистру Лину, — поддержал ее Миран. — Возможно, он найдет способ сделать его более сговорчивым.

Но рассказать наставнику о Фортео вечером не вышло. Магистр вернулся вместе с Райтоном около полуночи. Ллавен и Миран к этому времени ушли спать. Райга сидела в гостиной одна и задумчиво листала летописи. Принц вяло махнул ей рукой и ушел. Стоило Райге открыть рот, чтобы заговорить, как стационарный портал, по которому Сил приходила из Мерцающего леса, выбросил столб синего дыма. Но вышла из него вовсе не эльфийка, а прекрасный среброволосый эльф в серебристом одеянии — Хаэтеллио.

Он оглядел комнату, бросил на Райгу испепеляющий взгляд и повернулся к брату:

— Что она здесь делает? — в голосе эльфийского принца звучала едва сдерживаемая ярость.

Райга удивленно хлопнула ресницами. А магистр спокойно напомнил брату:

— Она здесь живет, Хаэтеллио. Имеет право сидеть здесь и делать все, что угодно.

Но тот бросил на Райгу уничижительный взгляд. От этого ей стало не по себе. Она еще во время их прошлой встречи поняла, что эльф считает ее виновной во всем. Но такой откровенной неприязнью девушка была обескуражена.

— Уходи, — бросил ей эльф. — Ты…

— Оставь ее, — оборвал его магистр Лин. — Пойдем в библиотеку.

После этого наставник решительно пересек комнату и распахнул внутреннюю дверь, пропуская брата вперед. Хаэтеллио бросил на Райгу еще один полный ненависти взгляд, гордо вскинул голову и вышел. Магистр шагнул к ученице, на мгновение коснулся ее головы в жесте утешения и тихо сказал:

— Прости его.

После этого он ушел вслед за своим пылающим гневом родственником. Девушка какое-то время смотрела им вслед и удивленно хлопала ресницами. Неприкрытая ненависть Хаэтеллио была неприятным сюрпризом.

Райга осторожно собрала летописи и вышла из гостиной. Попадаться на глаза гостю, когда он будет возвращаться к стационарному порталу, и получать еще одну порцию неприязни не хотелось.

Несмотря на усталость и бессонную ночь, Райга долго ворочалась в постели, гадая, за что ее так невзлюбил отец Ллавена. Уже засыпая, она вспомнила, что магистр так ничего и не рассказал ей о кровавом огне.