Гнев Пламенных

Глава 39. В Сага

Несколько мгновений в комнате царила мертвая тишина. Райга взглянула в глаза магистра Лина и поняла, что не сможет соврать. Но увильнуть от ответа все же попыталась:

— В Мерцающем лесу.

— Я понимаю, что не в Северных горах, — раздраженно ответил наставник. — Я имел в виду — кто дал тебе это?

— А что ему за это будет? — ответила девушка вопросом на вопрос.

— Кому — ему?

— Тому, кто дал мне это.

Магистр мельком взглянул на часы и замешкался. Райга попыталась развить свой успех и пошла в атаку:

— И, обычно, вы пользуетесь дверью. Что-то случилось?

В аметистовом взгляде сверкнула тоска.

— Нет, — неожиданно спокойно ответил учитель. — Хотел тебе кое-что показать, раз ты не спишь и теперь можешь видеть потоки. Но, похоже, придется это отложить.

— Откуда вы знаете, что я не сплю? — подозрительно спросила Райга.

Магистр еще раз взглянул на часы. Вздохнул, спрятал руки в рукава хьяллэ и сел на постель рядом с ученицей. Она отодвинулась, прижимая к груди книгу, и посмотрела на эльфа исподлобья.

— Я всегда знаю, когда ты не спишь, благодаря ученической нити и обмену магией, — серьезно ответил магистр. — Отдай мне учебник.

— Зачем? — спросила Райга. — Это запретные знания?

— Да. Это запретные знания моего народа. Они не предназначены для людей. И тот, кто дал это тебе, сильно рискует. Кроме того, если это не учебник по пламенной магии, тебе он не поможет.

Райга не удержалась и на мгновение отвела взгляд при этих словах. Но после этого только крепче прижала к себе книгу. Магистр, похоже, был удивлен ее упорством.

— Значит, все-таки, это кто-то из Пламенных, — сказал он.

— А вы про кого подумали? — бесцветным голосом спросила девушка.

— Ллавен не первый раз рассказывает тебе что-то запрещенное. Узнавать остальное тебе успешно помогает древнеэльфийский, который я разрешил тебе учить на свою голову.

— Он здесь ни при чем.

— Тогда кто? Виниаритэль или Хиаллитэль? У остальных не хватило бы смелости.

Девушка решительно заявила:

— Никто. Я нашла ее под подушкой.

— Под подушкой? Хочешь сказать, что Силлириниэль этого не заметила и не предупреждала о том, что тебе не стоит ее брать?

Райга тут же вспомнила записку, которую она нашла в книге и со вздохом призналась:

— Предупреждала.

— Но ты ее не послушала.

— Как видите.

— Мне нужно знать, кто ее тебе дал, чтобы вернуть ему.

Райга молчала. Расставаться с книгой не хотелось ужасно. Огненный смерч начал угрожающе раскручиваться, но затем вращение рывками пошло на спад. Эльф миролюбиво сказал:

— Я расскажу тебе все, что ты хочешь, из того, что в ней написано.

— Вы непонятно объясняете. А там — понятно.

Магистр терпеливо повторил:

— Книгу придется вернуть. Если хоть одна живая душа узнает, кто тебе дал учебник, у этого эльфа будут большие проблемы. Так Вин или Хиа? Я могу придти к каждому и потребовать показать свой учебник, но это привлечет внимание.

— Вин, — нехотя ответила Райга.

— Хорошо. А теперь отдай его мне.

Девушка нехотя вложила учебник в требовательно протянутую ладонь учителя. Магистр тут же убрал его за пазуху и сказал:

— Отлично.

— Что вы хотели мне показать? — тут же спросила Райга.

Эльф с сожалением взглянул на часы и сказал:

— Теперь уже поздно. Самое интересное уже закончилось. В другой раз.

В его голосе послышалось сожаление. Магистр поднялся и направился к выходу. Когда наставник подошел к двери, Райга решилась его окликнуть:

— Магистр Лин.

— Что? — спросил эльф, не поворачиваясь.

— Если вы знаете, когда я не сплю… — подозрительно начала Райга. — То, может, вы чувствуете, когда я просыпаюсь? Значит, вчера я все-таки вас разбудила?

— Это не имеет значения, не так ли? — холодно ответил эльф и вышел, оставляя Райгу размышлять над новыми сведениями.

Значит, обмен магией как-то повлиял на ученическую нить. Но как? И, самое главное, что с этим делать?

На следующий день перед тренировкой магистр Лин объявил им:

— В Сага отправимся в пятницу вечером.

Райтон удивленно вскинул голову:

— Разве королевская канцелярия Айрена не ждет нас в субботу утром?

— Ждет, — подтвердил магистр Лин. — Пусть ждет и дальше. Мы пойдем другим путем, и будем в Сага к вечером в пятницу. Сделаем сюрприз герцогу Аурелио.

— Он не тронет нас у себя в замке, — сказал принц.

— Нас не тронет. А, вот, запугивать кое-кого и дальше это ему не помешает.

Эльф многозначительно посмотрел на Райгу. О том, что произошло между ней и Риовеллом принцу так и не рассказали. Но Райтон помнил, как Райга отвлекала на себя внимание дяди во время их прошлого визита в Сага, и помрачнел.

Миран фыркнул и сказал:

— Символично.

— Что именно? — холодно спросил наставник.

Темный пояснил:

— В прошлый раз мы сами пригнали туда нежить, чтобы проникнуть в Сага и украсть летописи. Теперь они пригнали нежить, чтобы заманить нас в ловушку. Мстят, гады.

— Не заманят, — отмахнулся принц. — Мы сильнее. И на нашей стороне ищейка. Хлайе Цанцюритэль будет ждать нас в Сага?

— Мы условились встретиться под Керивилем, — подтвердил наставник. — В пятницу вечером, после трудового дня, он удалится в Квартал Красных Фонарей. А вернется тогда, когда мы завершим нашу миссию.

Затем эльф повернулся к Райге и сказал:

— Артуро сегодня придет позже, у нас будет час для того, чтобы позаниматься на хаотаки.

Девушка мысленно застонала, но возражать не стала. С каждым занятием она все больше чувствовала свою никчемность. Эльф был невероятно искусен во владении клинком, и как бы он не сдерживался и не старался внушить ей мысль, что здесь тоже все решает упорный труд, Райге с каждым днем все меньше хотелось прикладывать усилия. Но возражать было бесполезно. Поэтому после ужина она подхватила учебный меч и ушла на поле.

Возвращалась она уже за полночь. Тренировка на хаотаки сегодня больше напоминала избиение, и она спалила учебный меч со злости. Избежать наказания и разноса ей помогло только появление магистра Чеку. При нем эльф не стал ничего говорить, а только отправил по ученической нити волну неудовольствия и ушел.

Взлететь тоже не получилось, так что возвращалась она в отвратительном настроении, погруженная в тяжелые раздумья. Поэтому на тихий девичий смех впереди она не обращала внимания, пока не повернула в коридор, ведущий в покои эльфа.

…Миран прижимал к дверям гобеленового зала Эрилину Азарио. Светлые волосы девушки растрепались, тонкие пальчики перебирали воротник темного. Парочка слилась в страстном поцелуе.

Несколько мгновений Райга наблюдала эту картину, чувствуя, как волна смущения сменяется злостью. Она многозначительно прокашлялась. Миран и не подумал отойти от девицы, только нехотя оторвался от ее губ, повернулся к Райге и спросил:

— Что?

Пламенную захлестнула злость. Хорошо, что в ее источнике плескались лишь крохи магии. Едва сдерживая негодование, она сказала:

— Магистр Лин не разрешает нам ходить поодиночке.

— Я и не один, — нахально ответил темный.

— Ты знаешь, о чем я, — возмущенно сказала Райга. — Ты должен вернуться в комнату.

Миран поморщился, выпустил Эрилину и сделал шаг в сторону.

— Прости, — извиняющимся тоном обратился он к девушке. — Сейчас мне нужно уйти.

Блондинка бросила на Райгу полный негодования взгляд, поцеловала темного в щеку и ушла. Райге показалось, что в глазах Эрилины мелькнуло мрачное удовлетворение. Миран резко развернулся и вошел в гостиную, Пламенная последовала за ним.

Там юноша обернулся и возмущенно сказал:

— Я не нуждаюсь в том, чтобы ты меня пасла.

— Пасла? — изумилась Райга. — Эрилина опасна! Хунта предупреждал о ней.

— Хунта? Ты кому веришь — ему или мне? — распалялся юноша. — Обычная девушка, Азарио — дружественный род.

— Все равно нужно быть осторожным, — настойчиво сказала Пламенная.

Темный выпалил:

— Не нуждаюсь я в твоей опеке! И, вообще, ты просто завидуешь. Вы-то друг на друга только и можете, что смотреть.

С этими словами он развернулся и вылетел из гостиной. Райга осталась стоять, хлопая глазами от изумления, и чувствуя, что у нее нет сил даже злиться на друга. От его слов было горько. Но тревога за Мирана была сильнее этой горечи. И Пламенная сама не могла объяснить, почему. Эрилина — обычная девушка, и единственное, что она хочет — женить темного на себе. Или нет?

До извинений темный дозрел уже к утру. Пока они возвращались в замок после пробежки, Миран приотстал, пошел рядом с Райгой и пробурчал:

— Прости.

Девушка покосилась на него и бесцветным голосом ответила:

— Ничего. Бывает. Кроме того, ты был прав. Но, пожалуйста, будь осторожен.

— Мне ничего не грозит, — заверил ее друг.

Райга немного помолчала, а затем призналась:

— Не нравится она мне. Как ты там говоришь обычно? Печенкой чую? Так, вот, я печенкой чую, что она опасна.

— Моя печенка ничего не чует, — ухмыльнулся Миран. — Все будет хорошо.

“Хотелось бы в это верить,” — подумала Райга, но вслух ничего не сказала.

Остаток недели пролетел быстро. Чем ближе подступал вечер пятницы, тем сильнее Райгу охватывало волнение. Несмотря на подсказки предков и участие ищейки, ее все еще тяготили воспоминания Райлиты. Предел в Раввии — переломный. В прошлый раз все сорвалось именно в этом месте. И не может быть, чтобы враг не попытался повторить свой успех. А у нее так и не получился полет.

Адепты отправились на тренировочное поле налегке, как в обычный день. Под прикрытием невидимости они шагнули в портал и оказались во дворе какой-то развалюхи. Молчаливый хозяин в грязной рубахе держал под уздцы четверых коней. Линхэ бил копытом чуть в стороне.

Эльф бросил мужчине мешочек с золотыми, и отряд выехал со двора. Домик стоял на отшибе, среди полей. Вокруг не было ни души. Кони пошли размашистой рысью по узкой тропке среди полей. Через полчаса они выехали на тракт, к Сага подъехали уже в сумерках.

Тревога не отпускала девушку. Когда конюхи расторопно увели лошадей, магистр Лин встал рядом с Райгой. По ученической нити начала приходить равномерная пульсация резонанса. Девушка долго и придирчиво осматривала двор, знакомую до боли крепостную стену, конюшню, построенную взамен той, что она когда-то сожгла. Сегодня, как никогда, ей хотелось спалить здесь все. Райтон едва заметно коснулся ее левой руки и сказал:

— Прекрати. Артефакт сейчас проснется. В чем дело?

— Не знаю, — негромко ответила Пламенная, — плохое предчувствие.

Стоящий с другой стороны от нее магистр также тихо спросил:

— Что именно тебя смущает? Дом, двор?

Райга прислушалась к себе и неопределенно пожала плечами. За спиной наставника она прошла к замок. В просторном холле их встречал не только мрачный герцог Сага, но и недовольная Иравель.

Райга равнодушно смотрела на дядю и его дочь, и понимала, что впервые в жизни не испытывает ужаса, не цепляется взглядом за его пальцы и одежду в страхе увидеть хотя бы край управляющего медальона. Точно также, как однажды ее жизнь разделилась на “до” и “после”, когда черный, пропитанный неизвестным снадобьем клинок коснулся ее кожи в пещере, так и теперь жизнь поделилась на то, что было до битвы с наставником и его признания и после.

В тот миг, пусть с артефактом и с заемной магией, она держалась почти на равных. Против магии уровня, который когда-то казался ей недостижимым. Эта битва дала ей осознание своей силы, а последующий разговор принес что-то новое, доселе неизвестное. И до этого она была готова защищать свой отряд до последней капли крови, но признание наставника возвело ценность того, что она имела, в совершенно иной ранг.

И рядом с желанием отплатить дяде за годы унижений, вернуть то, что принадлежит ей по праву и выполнить миссию, возложенную на нее предками, тлело жгучее желание защитить все то, что она считала своим.

Аурелио Сага любезно улыбнулся и сказал:

— Мы ждали вас завтра к обеду, магистр фуу Акаттон Вал.

— У нас мало времени, — отрезал эльф. — Детям нужно учиться, а не зачищать от нежити территории Великих герцогинь, неспособных сделать это самостоятельно. Раньше начнем, раньше закончим.

Иравель побелела от ярости, но промолчала. Наставник холодно добавил:

— Напоминаю вам, что все дети должны жить в соседних комнатах со мной.

Слуги устроили их быстро. Все было сделано именно так, как просил наставник. Им дали те же комнаты, что и в прошлый раз. Ужин прошел в молчании. Магистр Лин сверлил герцога Аурелио таким взглядом, что тот не решался сказать и слова. Принц тоже не спешил заводить светскую беседу, то ли из солидарности с наставником, то ли по договоренности с ним же.

После ужина тревога продолжила грызть Райгу. Девушке не сиделось в комнате, и она пошла бродить по замку в компании Мирана. Темный засовывал любопытный нос во все щели. Его, неожиданно, заинтересовали детские воспоминания Пламенной. И теперь они со странным энтузиазмом обходили места былой славы наподобие комнаты, в которой девушка ютилась десять лет жизни у дяди, зала, в котором ее регулярно отчитывали за провинности, или террасы, на которой Райга высиживала часы, пытаясь научиться прилично писать.

Когда они проходили мимо богато украшенных двустворчатых дверей, Миран ткнул в них пальцем и спросил:

— А что там?

Райга огляделась и сказала:

— Святая святых этого замка. Дядина коллекция древних скатертей различных эпох.

— Скатертей? — недоверчиво переспросил Миран.

— Да, — подтвердила Райга. — Дядя коллекционирует их с детства.

Темный фыркнул и призналася:

— Хотелось бы на это посмотреть.

Девушка немного подумала, еще раз огляделась, и прикоснулась к замку. Тот мгновенно раскалился и осыпался крупными хлопьями пепла. Райга осторожно повернула ручку и вошла. Миран прошел следом и присвистнул.

Они оказались в большом зале, заставлено столами разных размеров, на которых красовались скатерти самых разных форм и размеров, с самыми разными рисунками и орнаментами.

Девушка ткнула в три дальних стола и сказала:

— Вон те — раввийские. Справа от них — лирейские со времен до создания монолита.

— Как они сохранились? — удивленно спросил темный.

— Магия, — пожала плечами Райга. — Говорят, в древней Раввии ей владели почти все. А сейчас в каждом столе есть эльфийский амулет от старения ткани.

Миран начал ходить вокруг столов, иногда осторожно касаясь ткани пальцами. Стоило ему коснуться розовой скатерти, как позади раздался возмущенный голос Аурелио Сага:

— Кто разрешил вам войти сюда?!

Райга обернулась и равнодушно ответила:

— Я смогла открыть дверь. А что? Показываю другу вашу потрясающую коллекцию, дядюшка.

— Дружить с оборванцами из темных можешь сколько угодно, но не таскай их к моей драгоценной коллекции! Вон!

Кажется, крики герцога разносились далеко. За его спиной почти сразу же возник магистр Лин, но злость и беспокойство, которые чувствовала Райга, требовали выхода. И, прежде чем наставник успел сказать хоть слово в защиту своих учеников, Райга прикоснулась к ближайшей скатерти левой рукой.

Ткань вспыхнула и сгорела мгновенно, как бумага. На столе остался ровный слой серого пепла. Сага потерял дар речи. Прежде, чем он разразился очередной тирадой, магистр Лин сдержанно похвалил свою ученицу:

— Очень точный контроль силы. Идем.

Под яростным взглядом дяди, Миран и Райга направились к выходу вслед за своим наставником.

Уже по пути в комнату магистр Лин укоризненно сказал:

— Зря. Идем, Ллавен обнаружил кое-что интересное.

— Что? — подозрительно спросил Миран.

— Тебе это будет интересно в первую очередь, — загадочно сказал наставник.

Адепты переглянулись и заспешили следом за эльфом. Сердце Райги гуко стучало. Интуиция подсказывала, что это “интересное” совсем не обязательно хорошее. А скорее даже, однозначно опасное для них.