Гнев Пламенных

Глава 24. В королевском дворце

Райга опустила взгляд и переспросила, стараясь потянуть время:

— Слухи? Из Но-Хина?

Королева улыбнулась и несколькими изящными росчерками начертила глушилку. Райга отметила у нее немного иную постановку руки для росчерка. Райтихо удовлетворенно сказала:

— Теперь нас никто не слышит, и ты можешь говорить правду.

— Какую правду? О чем? — попыталась сделать непонимающие глаза Райга.

Но обмануть королеву не вышло.

— Говорят, из моря вышел Райтоо с пылающей рукой, — продолжила Райтихо. — Не знаю больше ни одного пламенного человека, кроме тебя. А Райтоо… Говорят, Глаз Айну на его лице сиял, как отблеск луны в весеннем море. Твой глаз золотистый, а сына я назвала в честь одного из богов, который явился мне во сне перед его рождением.

Темные раскосые глаза сверлили лицо девушки. Райга сцепила руки на коленях и осторожно спросила:

— Почему бы вам не спросить об этом Райтона?

Королева вновь распахнула веер и прищурилась.

— Мой сын хорошо владеет собой, и не хочет волновать меня. А ты гораздо хуже умеешь скрывать свои чувства. Судя по тому, как ты взволнована, это, действительно, были вы. Но глаз… Откуда?

— Кровь ветра и воды соединилась в нем, — ответила Райга. — Истинные Джуби вырождаются… Вот, что сказал нам Хайко Хебито.

Королева немного помолчала. А затем сказала:

— Ты принесла мне интересные новости, Райга Манкьери. Как вы попали в Но-Хин?

— Нас перенес водный дракон, — вспомнила девушка рассказы друзей. — Один из малышей

дал Райтону свою чешуйку, когда мы первый раз приходили к Хайко.

В глазах Райтихо вспыхнуло изумление, граничащее с благоговением. Она прикрыла лицо веером и глухо произнесла:

— Отмеченный морем… Первый отмеченный морем в роду Хачби за несколько веков! И это мой сын. Как жаль, что он младший. Райтон достоин большего.

В ее последних словах прозвучала горечь. Райга нервно поерзала, не зная, что говорить. Она помнила предсказания Хайко. При мысли о том, во что может вылиться вражда двух братьев, по ее спине бежал холодок. Но если Риовелл, как и Сага, поддерживает того человека…

Из воспоминаний ее выдернули слова королевы:

— Вы пробудете здесь до бала в честь совершеннолетия Райтона. Надеюсь, что здесь ты сумеешь отдохнуть перед выпускным классом. На тебе лежит слишком много ответственности для столь юной девушки. Ратка и Аито присмотрят за тобой.

Райга поблагодарила ее на но-хинском. В последнем путешествии ей, наконец, начал, хоть немного лучше, даваться язык этой страны.

Дальше королева развеяла глушилку и принялась расспрашивать ее об учебе в Алом замке и зимнем экзамене.

Дни полетели один за другим. То ли Риовелл внял предупреждению Райтона, то ли Райге везло, но девушка почти не пересекалась со старшим принцем, и, что самое главное — с его новым лекарем. От Хвента она ждала подлянки. Тот, наверняка, все еще был связан с Сага и мог попытаться забрать у нее ключ.

Неделю спустя Ратка с утра вошла в ее комнату и прокряхтела:

— Там к тебе юноша пришел. Из Серых. Пускать?

Райга тут же вспомнила, что медальон Сида остался в Алом замке, и теперь ищейка не мог ней связываться по своему желанию. Затем память услужливо подбросила ей воспоминания о вечере в доме Цанцюритэля, и она мстительно процедила:

— Нет.

Однако, когда она вышла из Крыла Королевы после завтрака, то увидела не только Иночи, но и Сида. Капитан гвардейцев смотрел только на девушку. Райга поприветствовала его, а затем повернулась к ищейке. В Серых глазах ей почудилась насмешка. Она процедила приветствие, а затем, без обиняков, спросила:

— Что тебе нужно?

— Поговорить, — улыбнулся Хунта. — Желательно, наедине.

Он бросил многозначительный взгляд на Иночи. Тот улыбнулся в ответ и сказал:

— Это исключено. Магистр фуу Акаттон Вал дал мне указания не оставлять леди одну.

Серый холодно взглянул на него и ответил:

— У меня есть кое-какие исключительные права…

— Не в этом замке, — парировал капитан гвардейцев. — Леди останется с вами только после приказа ее наставника или принца Райтона. Запишитесь на прием у его секретаря. Всего хорошего.

После этого он протянул Райге руку, и она, с облегчением, вложила свои пальцы в его ладонь. Через пару поворотов Пламенная оглянулась. Ищейка не последовал за ними. Иночи бросил на девушку внимательный взгляд и констатировал:

— Ты его не любишь.

— А что, должна? — немного озадаченно спросила Райга. — Серых, наверное, никто не любит.

— Леди Айлисия намекала на то, что к Хунтабере Сиду вы неравнодушны.

Иночи сказал это ровным тоном, но в его взгляде мелькнула ревность. Райга почувствовала, что внутри нее вскипает злость, и постаралась как можно спокойнее произнести:

— Еще как неравнодушна. Едва не спалила его при последней встрече.

Иночи сдержанно усмехнулся. Только в кабинете принца она смогла вздохнуть свободно. Райтон поднял глаза от документов и спросил:

— Что-то случилось?

— Сид, — коротко ответила девушка и опустилась на стул перед ним.

В глазах Мирана вспыхнул недобрый огонек.

— Здесь? — жадно спросил темный.

— Ждал меня у Крыла Королевы, — ответила девушка. — Где он сейчас — не знаю.

— Он там, а ты — на службе, — осадил принц. — И я запрещаю тебе его искать сейчас.

Темный сник, а Ллавен спросил у Райги:

— Что он хотел?

— Поговорить наедине, как всегда, — пожала она плечами. — Но после того, как он попытался влезть ко мне в голову последний раз, желание разговаривать с ним у меня пропало.

— Но лучше расскажи магистру Лину об этом, — посоветовал Райтон.

Райга поднесла руку к воротнику, но касаться броши в виде плоского кольца не стала. Отклик на другом конце ученической нити был, но очень слабый. Это говорило о том, что наставник далеко.

— Вечером, — сказала она принцу. — Вероятно, он чем-то занят сейчас.

Когда Райга возвращалась в Крыло Королевы, она едва не столкнулась в дверях с королем. Девушка отступила на шаг, низко поклонилась и пробормотала положенные извинения и приветствие. Райсвелл смерил ее задумчивым взглядом. В его глазах сверкнуло одобрение.

— Вам идет форма гвардейцев, леди, — сказал он.

Девушка поблагодарила, вспоминая слова магистра Лина. Ей в глаза бросилась неестественная бледность короля. Он, как будто, похудел и осунулся. Райга поспешно опустила глаза и проскользнула в свою комнату. Но, переодеваясь в хакато, продолжала думать о том, что видела. Король, явно, был болен. Она вспомнила, что болен он был уже в то время, когда Большой Совет обсуждал создание особого отряда. А рядом с Риовеллом появился Хвент. Если эти два события связаны, все могло кончиться очень и очень плохо. Стоило предупредить Райтона.

Следующее утро началось также. Пока Райга переодевалась в форму, Аито возвестила:

— Хунтабере Сид просит вас принять его.

— Нет, — отрезала Райга.

— Тогда поторопитесь, леди, — усмехнулась служанка. — Пока ваши кавалеры не договорились до дуэли.

Бордовый мундир Райга застегивала уже на ходу. Юноши стояли в коридоре перед дверями в Крыло королевы и мрачно смотрели друг на друга. Райга поправила воротник рубашки и сказала:

— Оставь меня в покое, Хунта.

Серый посмотрел на нее с укором:

— Пожалеешь — я не виноват.

С этими словами он развернулся и ушел. Иночи проводил его мрачным взглядом:

— Доложить магистру фу Акаттон Вал о том, что он угрожал вам?

— Нет, — поспешно ответила Райга. — Не стоит отвлекать магистра Лина.

Она невольно нащупала ученическую нить и, с удивлением, обнаружила, что наставник во дворце и даже не очень далеко. Райга надеялась, что учитель найдет их сам, и она сможет рассказать ему о Хунте. Но в этот день он не зашел ни к принцу, ни в Крыло Королевы.

Больше Сид не приходил. Не приходил и наставник. Каждый вечер, прежде, чем лечь спать, девушка осторожно касалась ученической нити. И только ощутив отклик, пусть далекий и слабый, засыпала. Чем больше времени проходило, тем больше ее тревожило это затишье. Никто из врагов не появлялся на горизонте. Но приближался день рождения Райтона, и все больше мыслями Райги овладевал предстоящий бал.

Магистр Лин появился вечером за день перед балом. Райга, как раз, пришла с ужина, когда Аито доложила о приходе наставника. Эльф вплыл в комнату. После обмена приветствиями они несколько мгновений молчали, глядя в глаза друг другу. Затем его взгляд скользнул по алому хакато, которое было на ученице, и магистр сказал:

— Зря ты не любишь эту одежду. Тебе идет.

Райга удивленно хлопнула ресницами и пробормотала благодарность. Огненный смерч внутри учителя вращался равномерно, навевая умиротворение. Эльф отбросил назад молочно-белую прядь и сказал:

— Миран хочет сотворить очередной подарок для Райтона. Выпросил ночную прогулку на кладбище. Заодно и от нежити его зачистим. Собирайся.

С этими словами он вышел из комнаты. Райга торопливо сбросила алое хакато, вытащила из шкафа школьную форму и куртку. Несмотря на то, что дело шло к марту, весной в Джубиране еще не пахло.

У дверей Крыла Королевы ее ждал не только магистр Лин. Рядом с ним стояли одетые в школьные форменные куртки Ллавен и Миран. Юный эльф показался ей слегка поникшим. Миран, наоборот, светился предвкушением.

Пока они шли полупустыми коридорами дворца, магистр Лин обратился к Райге:

— Иночи доложил, что к тебе снова приходил этот щенок.

— Хунта? — переспросила она. — Да.

— Что ему было нужно на этот раз?

— Понятия не имею, — как можно равнодушнее пожала плечами Райга. — Я не стала с ним разговаривать.

Ей показалось, что во взгляде магистра Лина мелькнуло удовлетворение. Эльф бесстрастно сказал:

— Я рад, что ты перестала вестись на его сомнительные предложения.

Пламенная призналась:

— Я не уверена, что это правильно. Он приносил полезные новости. Но сейчас я слишком сильно злюсь на Хунту, чтобы принять его помощь.

— Наконец-то, — пробурчал Миран.

За воротами дворца отряд прошел через портал и оказался на кладбище. Снег пышными шапками лежал на надгробиях и сиял в лунном свете. Райга подняла голову и взглянула в усыпанное звездами небо. Во дворце ей не хватало именно этого — ночных вылазок, магии, чувства опасности. Магистр Лин начертил несколько поисковых заклинаний и сказал:

— Тут пара умертвий со свитой из скволлов. Заходят с юга. Идите на север и делайте то, что нужно. Я разберусь с нежитью один.

Затем он взглянул на Ллавена и процедил:

— Можешь призвать своего… питомца. Только следи, чтобы его никто не видел.

Юный эльф радостно кивнул. В его глазах светилось изумление. Он, явно, не ожидал, что учитель разрешит ему призывать Черныша после Харнара.

Миран спросил у магистра Лина:

— Принесли?

Эльф неспешно кивнул и вытащил откуда-то кинжал в простых черных ножнах. Темный принял клинок из рук наставника, вытащил из ножен и тщательно осмотрел короткое узкое лезвие. Затем удовлетворенно кивнул и сказал:

— Должен подойти.

Когда магистр Лин скрылся за рядами надгробий, Райга спросила:

— Что будем делать на этот раз?

— Клинок с защитой от кражи, особенно эффективный против нежити, — пояснил темный. — Разумеется, соберем в кучу все виды нашей магии.

Ллавен невольно оглянулся и предупредил:

— На этот раз, без моей крови. Иначе, он меня, точно, убьет. Во избежание неприятностей.

— Хотел бы — уже убил, — попытался ободрить его Миран.

— Он хотел и убил бы, если бы не Райга, — поправил его юный эльф.

Тот не нашелся, что ответить, и какое-то время они шли молча. Наконец, Миран выбрал могилу. Райга поняла, что снова не в состоянии уловить логику, по которой Миран выбирает место для нанесения заклинаний. На этот раз его привлекло помпезное надгробие какого-то купца.

Повинуясь знаку темного, она растопила снег. Миран положил на землю клинок, распорол руку и начал делать короткие росчерки среди поднимающегося от ладони дыма. Ллавен в это время огляделся. В ближайшей тени вспыхнули белые глаза, а затем полоса пламени вдоль хребта. Черныш вышел на свет, помахивая пылающим белым хвостом, поднялся на задние лапы и лизнул своего хозяина в лицо. Затем того же приветствия удостоили Райгу. Девушка погладила пса по холодной голове. Больше всего ей хотелось потрогать это белое призрачное пламя, но она не решилась. Пес стал бдительно обходить их по кругу, а Ллавен расслабился и сосредоточился на том, что делает Миран.

С другой стороны кладбища донесся потусторонний вой. Первому умертвию вторило еще одно, чуть ближе.

Миран шептал заклинания, не отвлекаясь на посторонние звуки.

Сделав завершающий росчерк, он сказал:

— Пламя!

Райга послушно зажгла огонь на своей ладони и направила его на клинок. Тот, как будто, впитал его, а затем Миран сказал:

— Теперь эльфийская магия.

Ллавен сделал несколько замысловатых пассов и пробормотал скороговорку из незнакомых слов. Зеленые линии точно также впитались в клинок. Миран бросил на товарища задумчивый взгляд, но больше ни о чем просить не стал.

Еще несколько черных росчерков — и клинок тускло засветился багровым. Через пару мгновений сияние погасло, а ладонь Мирана перестала дымиться. Темный смахнул пот со лба, и протянул руку Ллавену. Пока эльф перевязывал его рану, Райга взяла в руки клинок.

В этот момент она почувствовала нарастающее жжение под левой ключицей. А затем позади нее раздался знакомый рык. Девушка обернулась и увидела, что на ближайшем надгробии сидит привратник. Шестью хвостами он хлестал себя по бокам, а его шею обхватывал рыжий ошейник. Райга огляделась в поисках второго, но сегодня ее зверь был один. Девушка позволила пламени окутать свое тело и протянула ему ладонь.

Но тот не стал подходить, а перелетел на следующее надгробие и оглянулся, словно приглашая следовать за ним.

Миран и Ллавен все это время молчали, боясь спугнуть зверя. Райга передала кинжал темному и сказала:

— Кажется, он зовет нас. Пойду следом.

— Мы с тобой, — тут же заявил Ллавен. — Если ему это не понравится — отстанем и будем держаться на расстоянии.

Но зверь не обратил внимания на юношей. Он неспешно перелетал с одной могилы на другую, пока они не добрались почти до границы кладбища. Там, под одиноким платаном, привратник опустился на землю и принялся разрывать лапами снег. Райга осторожно приблизилась, пытаясь понять, что нужно зверю. Тот нетерпеливо рыкнул и прихватил зубами ее правую руку. Девушка непонимающе посмотрела на вырытую зверем яму. И в этот момент проснулся артефакт. Левый глаз наполнился жжением, Райга распахнула его и, наконец, увидела. Под землей сиял крохотный красный огонек. Маленький и очень слабый, он был очень похож на те, которые она видела внутри амулетов, призывающих нежить. Райга потянулась к Глазу, и пламя откликнулось. Огонек вспыхнул и осыпался прахом, а земля под их ногами дрогнула.

— Что это было? — спросил Миран.

Райга с усилием опустила веко и ответила:

— Кажется то, что могло вырасти в новый амулет, приманивающий нежить. Я его уничтожила.

— Хороший котик, — пробормотал Ллавен, глядя на привратника.

Тот рявкнул на него, как будто понял. А затем взмахнул мощными крыльями и вознесся в небо. Райга проводила зверя взглядом и сказала:

— Что ж, враг продолжает сеять смуту с помощью этих амулетов. А привратники умеют их находить. С этим нужно что-то делать.

— Доложим магистру Лину, — поддержал ее Миран. — Сумеешь найти его?

Райга нащупала ученическую нить, уверенно кивнула и направилась в ту сторону, где чувствовала учителя. Черныш рыкнул на прощание и растворился в темноте.

На полпути магистр нашел их сам.

— Закончили? — спросил их эльф.

Миран уверенно кивнул, а Райга начала торопливо рассказывать о появлении привратника и зачатке амулета. Закончила она теми же словами, которые уже говорила товарищам:

— Нужно с этим что-то делать.

Например? — бесстрастно спросил эльф. — Прочесать все кладбища королевства? Чувствовать их можете только вы двое и, может быть, Миран. Это долго. И трудно.

— Нет, — покачала головой Райга. — Я подумала, что, возможно, с помощью моей магии и магии Райтона, Миран мог бы создать амулеты или артефакты для поиска.

Темный задумался и медленно сказал:

— Я могу попробовать, но не гарантирую результат.

А Ллавен осторожно предложил:

— Кажется, Райтон может как-то общаться со своим привратником. Возможно, эти существа могут нам помочь.

— Будем думать, — подвел итог магистр Лин. — Пока что, ваша основная задача — благополучно пережить завтрашний бал. Сомневаюсь, что на нем ничего не произойдет.

С этими словами эльф открыл портал к воротам дворца. Миран унес кинжал с собой, чтобы вручить завтра принцу.

А утром Райгу разбудила не сердобольная Аито, а холод, распространяющийся от розового кольца.