Чужая жизнь

Глава 20

Коллекцию я осматривала с планшетом в руках, проверяя соответствие каждого предмета каталогам и задавая своим помощникам вопросы касательно некоторых заметок. Работа обещала затянуться не на один день, но я должна была иметь представление обо всём, что осталось от Сабрины. По Эрику и Фаронису было видно, что они одобряют мой план. Экспонаты со мной обсуждал в основном Эрик. Фаронис больше заведовал технической стороной вопроса: отвечал за организацию охраны и помогал ориентироваться в подвальном хранилище. Впрочем, благодаря аккуратности Сабрины я быстро разобралась в системе, по которой она расставляла свои сокровища.

Необходимость в присутствии Фарониса в итоге отпала, и я отпустила его по другим делам, задав перед этим вопрос:

— Скажите, может ли кто-то проникнуть в дом, минуя все системы безопасности?

— Это исключено, госпожа, — управляющий горячо помотал головой. — Ваш дом один из самых защищённых на Лазарии. Он был таким и до появления кибров, а уж обойти их не сможет ни один вор или злоумышленник.

— И никаких технических накладок в системе или у кибров в последние месяцы не случалось? Скажем, незадолго до моих приступов?

Лицо Фарониса напряглось.

— Господин Ксандр спрашивал о том же. Возьму на себя смелость напомнить, что за последние месяцы вы лично провели несколько проверок и приказали улучшить защиту, что и было сделано. Сбоев у нас не случалось, Сол это подтвердит. Она ответственна за поддержку большинства систем, но я контролирую и её, и сегменты, которые ей недоступны. Часть кодов также известна только мне, господину Ксандру и вам. Могу заверить, что они не попадали в чужие руки.

Я бы рассказала, что как минимум дважды в дом проникал неизвестный убийца, но это бы сильно осложнило мне жизнь.

— Из-за приступов я чувствую себя беспомощной, — выбрала другое объяснение. — Не могу контролировать того, что происходит. Я ни в чём вас не обвиняю, просто нервничаю и задаю неуместные вопросы.

— Что вы, что вы! — воскликнул Фаронис. Как мне показалось, с облегчением. — Если будет угодно, я предоставлю вам отчёт, который составил для господина Ксандра.

— Да, хочу его увидеть, — покивала я.

Когда управляющий ушёл, Эрик посмотрел на меня с пониманием.

— Ищите следы убийцы, госпожа?

— Что-то ведь должно быть, — рассудила я.

— Уж кто-кто, а господин Ксандр бы их заметил.

— Может, и заметил, но не счёл нужным мне доложить. Я буду вести собственное расследование. Что ещё мне остаётся? Ждать следующего покушения? Пока я вообще не понимаю, что искать. Табета умерла ночью, в спальне, в окружении рабов. А Инга?

— Днём в кабинете. Она была одна.

Ну да, оба раза смерти случались в местах, где отсутствовало видеонаблюдение. В спальнях, в том числе гостевых, а также в кабинете Сабрины камеры не были установлены.

— Странно, что все убийства такие аккуратные, правда? — спросила я. — И тот, кто их совершает, не удивляется неудачам, не пытается действовать более жёстко. Взорвать флаер, например. Чего он добивается? Почему делает паузы между покушениями? И что ему известно о чудесных воскрешениях Сабрины? Если он следит за ней, то знает о приступах с потерей памяти. Может быть, ему это выгодно? Не убивать, а заставлять её забыть? Сабрина что-то знала и погибла. Когда Инга и Табета вспомнили об этом, погибли и они!

Меня понесло. Одна мысль цеплялась за другую. Я задавала вопросы и тут же отвечала на них. Картинка получалась чертовски складной.

— Звучит логично, — признал Эрик.

— Арлета упоминала, что за несколько дней до смерти Табета сильно нервничала. Потом она пытала тебя, чтобы выведать о свойствах браслета. Хотела переключить его в другой режим. Она боялась, что вот-вот умрёт!

Мой детективный талант расцветал на глазах. Последнее откровения я изрекла слишком уж радостным, учитывая предмет обсуждения, тоном.

— Ты случайно не слышал от Сабрины, Табеты или Инги о какой-то опасности? Или о внезапном открытии, которое Сабрина сделала? — спросила у Эрика.

— Нет, госпожа. Ни о чём таком хозяйки со мной не говорили.

— А с Тадиусом?

— Насчёт него утверждать не стану.

Поборов желание немедленно вызвать Тадиуса, я посмотрела в планшет и открыла очередную коробку, где обнаружилось восемь изящных колокольчиков из похожего на хрусталь материала. У них было по два язычка и широкие ушки, куда легко входили пальцы.

— Инструменты для исполнения свадебных мелодий, — прочитала в заметках Сабрины.

— Наденьте и попробуйте сыграть, — предложил Эрик.

Удержаться от искушения было сложно, тем более что Эрик сам принялся надевать колокольчики на мои пальцы.

Каждый колокольчик звучал по-своему, хотя внешне все они были идентичны. Когда же я дёрнула одновременно двумя пальцами, звон слился и породил совершенно новую мелодию, в которой нельзя было различить звучание отдельных колокольчиков. Чем большим числом пальцев я шевелила, тем насыщеннее становилась музыка. Мелодия менялась в зависимости от скорости, с которой я трясла инструментами, их числа и того, какие из колокольчиков были задействованы.

Я развеселилась, как ребёнок. Улыбался и Эрик.

— Ты только послушай! — восторгалась я и никак не могла выпустить из рук удивительную игрушку. Надо сказать, что музыка получалась очень красивой, в определённых сочетаниях берущей за душу.

— А вы представьте, что было, когда на этом инструменте играл десяток человек, — сказал Эрик.

— Наверное, нечто поразительное!

Обратно в коробку я складывала колокольчики не без сожаления.

— Это ваша собственность, вы можете играть на них хоть весь день, — напомнил Эрик.

— И правда. Никак не привыкну. Я оказалась в доме, полном сокровищ, но убийце они были не нужны. Он приходил только ради их хозяйки.

После музыкальной паузы мысли вернулись к разговору, который мы вели. Что-то в моих рассуждениях было не так. Какая-то деталь не давала покоя.

— Кинжал.

— Простите, госпожа? — озадачился Эрик.

— Ксандр сказал, что Табета была преступницей. Став Сабриной, она носила с собой опасное оружие, но кинжал лежал в её сумочке, а не под подушкой. Она была готова столкнуться с опасностью вне дома, однако доверяла этим стенам и защитным системам. Почему? Инга ведь умерла здесь.

— Госпожа... — Эрик замялся.

— Ты что-то знаешь?

— Когда Ингу сменила Табета, господин Ксандр решил, что Инга сама покончила с собой. В последние дни перед смертью её психическое состояние было тяжёлым. Она добыла успокоительное средство, которое не прописывал доктор Манталь, и приняла большую дозу. Флакон от средства нашли в её кабинете. Получалось, что убийство было одно, а вторая смерть — всего лишь несчастный случай. Табета думала именно так. В первое время она, как и вы, задавала вопросы. Потом отвлеклась на другие дела. Я знаю, что ей нравилась жизнь Сабрины и что у неё были личные тайны. Возможно, Тадиус посвящён в какие-то из них.

— И вы с Ксандром молчали?! — возмутилась я. — По-вашему, мне не полагалось знать подробности?

— Простите, — Эрик повесил голову. — Видимо, господин Ксандр рассказал главное, не остановившись на деталях. После вашего появления он уже не сомневался, что смерти Инги и Табеты были подстроены.

— А что если Табета всё-таки тоже погибла случайно? Арлета вот предлагала мне выпить средство для повышения чувственности. Табета таким не злоупотребляла?

— Это средство безопасно, госпожа. Разве что у рабов, которые всё время принимают розовые и красные капсулы, возникают сложности с естественной эрекцией.

— Может, Табета приняла что-то ещё? Надо будет спросить у Ниана и Тадиуса, они находились рядом с ней.

— Вариант с таблетками, как и с успокоительным Инги, не исключает убийств, — заметил Эрик.

— Ты прав, им могли подсунуть какую-то отраву, — покивала я. — Чёрт! Как же всё сложно! На этом наше продуктивное обсуждение завершилось, как и разбор коллекции.

Меня ожидал обед, Эрика, надеюсь, тоже. Орланамонас продолжал демонстрировать своё искусство, и я вдруг поняла, что совсем не скучаю по знакомой кухне. Наверное, дело было не только в моих прежних предпочтениях, но и в привычках Сабрины.

О том, что Инга и Табета могли быть отравлены, я решила не думать. Судя по тому, что погибали они не сразу после воскрешений, время у меня оставалось, а прожить без еды не представлялось возможным.

После обеда я спросила крутившуюся рядом Лейлу:

— Ты случайно не в курсе, где сейчас Сол?

— Скорее всего, в мастерской, — ответила девушка.

— Отведёшь меня к ней?

Лейла не выказала ни капли удивления тем, что я хочу пойти к Сол сама, а не вызываю её по комму.

Вместе мы дошли до комнаты на первом этаже, располагавшейся в коридоре, куда я пока не заходила. Двери комнаты были открыты. Внутри я увидела большой компьютерный экран, несколько шкафов, какие-то ящики и широкий стол, на котором лапами вверх лежал один из роботов-жуков.

Темнокожая женщина, вооружившись инструментами, копалась в его внутренностях и была убийственно похожа на учёного-биолога, занятого исследованием гигантского насекомого.

Увидев меня, Сол быстро отложила инструменты и опустилась на колени. Мне захотелось провалиться под пол. Правила, по которым жили рабы, меня по-прежнему напрягали, а Сол была ещё и старше по возрасту.

— Можешь подняться, — разрешила я. — Надеюсь, не помешала?

— Что вы, госпожа, — откликнулась Сол и указала на жука: — Тут небольшая поломка в модели из прошлой партии. Устраню в течение получаса.

— Я посмотрю?

— Конечно, госпожа.

Даже в таком виде насекомое выглядело как живое. Я сделала шаг к столу и осторожно заглянула в раскрытое брюшко. Внутри обнаружилось множество непонятных деталей, часть из которых светилась слабым зелёным светом. Я дотронулась до задранной кверху лапки жука и почувствовала на коже холод металла. Иллюзия понемногу рассеивалась. Передо мной был робот, а не страшный монстр.

— Фаронис сказал, что вам некомфортно рядом с ними. Я слежу, чтобы они как можно меньше попадались на глаза, — поведала Сол.

— Отлично! Но как-то к ним надо привыкать... — я продолжала водить пальцами по неподвижной лапке. — Насколько поняла, на вас... на тебе не только они, но и техническое обеспечение дома. Работы много?

— Достаточно, — Сол пожала плечами. — Ваш дом великолепно оснащён. Спасибо, что доверили мне эту работу. Многие свободные люди мечтают о такой.

Сол держалась почти так же раскованно, как Эрик, только жёлтые глаза прятала.

— Как ты получила эту профессию? — спросила я.

— Начала ещё на родине. Закончила технический университет по инженерной специальности. После передачи Коалиции прошла дополнительное обучение и получила диплом класса Пять. Это большее, на что может рассчитывать раб.

— Что значит "после передачи Коалиции"? Ты тоже родилась свободной? Как Эрик и Ниан?

— Вы не знали? — Сол на миг встретилась со мной глазами и тут же снова их опустила. — Простите, госпожа, я не подумала о вашей болезни.

— Ничего. Ответь на вопрос.

— Моя планета, Родница, находилась в торговых отношениях с Коалицией сильнейших миров. Мы не были достаточно развиты, чтобы войти в её состав, но имели ресурсы для обмена и производили кое-какие уникальные материалы, вроде скрипового масла. Четырнадцать стандартных лет назад мой мир охватила эпидемия смертельной болезни. Мы обратились за помощью к Коалиции и получили её, но в обмен на другой ресурс, человеческий. До этого события Родница избегала подобных сделок, однако выбора у нас не оставалось.

— Лекарство в обмен на рабов? Вот так благородство со стороны сильнейших!

— На то они и сильнейшие, — Сол снова посмотрела на меня, непонимающе и настороженно, и твёрдо проговорила: — Моя благодарность Коалиции безмерна. Миллиарды жизней на Роднице были спасены в обмен на сотню тысяч. К тому же, нам дали выбор. Мы могли расплатиться добровольцами. Я горжусь теми, кто покинул дом вместе со мной, чтобы отработать наш долг. Добровольцев даже не ломали всерьёз. Провели тесты, несколько воспитательных процедур, объяснили правила и позволили учиться, чтобы повысить нашу ценность.

Из стройной речи Сол было совершенно не понятно, говорит она искренне или произносит правильные слова, которые должны слышать её хозяева.

— Что ж, ты нашла своё место, — вздохнула я. — Фаронис, насколько понимаю, тоже тобой доволен. Хотела обсудить твои обязанности, связанные с ним. Он говорит, вы нашли общий язык. Это правда?

— Да, госпожа.

— Как давно ты обслуживаешь его?

— Почти три года.

Чёрт! Значит, разрешение на это дала настоящая Сабрина.

— Госпожа, я знаю, что вы изменили обязанности Лейлы, — сказала женщина. — Спасибо, что дали ей передышку. Но моя ситуация другая, поверьте. Если бы рабы имели право на желания, а не обязанности, я бы назвала наши отношения с господином управляющим именно так.

Ответить я не успела. На коммуникатор поступил вызов.

Я приняла его, не глядя на браслет, где высвечивалась информация о контакте, и растерялась, услышав голос Арлеты:

— Сабрина, дорогая, ты дома?

После вчерашней "прогулки" я не успела обдумать дальнейшие с ней отношения. Откровенно говоря, глаза б мои её не видели.

С другой стороны, она была моей ниточкой к прежней жизни Сабрины, возможным секретам Табеты, а также миру за порогом дома. Наши семьи, очевидно, дружили и имели общий проект по внедрению в жизнь общества жутких кибров. Ксандру мой разрыв с Арлетой мог не понравиться, и я решила не торопить события.

— Дома, — откликнулась осторожно.

— Ах, как хорошо! Я рядом с тобой. Позволь зайти, надо обсудить вчерашнее недоразумение.

— Ладно, приходи, — разрешила я.

— Почти на пороге!

Она прервала связь.

Я посмотрела на Сол:

— Хочу, чтобы ты была со мной честна. Будем считать, что это приказ. Ответь ещё раз: мне нужно вмешиваться в ваши отношения с Фаронисом?

— Нет, госпожа, — отчеканила Сол.

— Что ж, так тому и быть.