Встреча

Глава 25

Удобнее всего было ехать опять в аннинский Лабиринт. Доехать на автомобиле до ближайшей дирижабельной станции, а с нее — на дирижабле до Аннинска. В Верх-Иреть оттуда точно идет ночной дирижабль, так что при удаче можно будет сразу добраться до отчима, а от него — вечером в Святославск. Ключевое здесь «при удаче», поскольку от меня мало что зависело. Только приехать до отправления дирижабля и дойти по лабиринту до алтаря и вызвать бога.

И всё было бы хорошо, если бы не одно но: своими действиями я показывал, что отправляюсь в Лабиринт, а противник мог понять, что отправляюсь я туда не просто так, а на встречу с богом, и сделать свои выводы. Нет, вполне возможно, что скверники общались со своим покровителем другим способом и поездка в Лабиринт у них не вызовет ненужных ассоциаций. Но я предпочел перестраховаться, поскольку не был уверен, что соглядатая в Озерном Ключе нет.

В результате мы поехали совсем в другой город с кучей предосторожностей и не на приметном автомобиле, а в коляске, каких было множество, то есть внимания к себе не привлекали. Наташу я решил взять с собой, хотя без нее было бы прятаться от противника проще. Но мне так было спокойнее, к тому же вполне вероятно, что она предупредила бы об опасности задолго до того, как та смогла бы реализоваться.

Выехали мы в сторону, противоположную Озерному Ключу, и ехали проселками, пока не выбрались на нужную нам дорогу. На месте возницы сидел дружинник, который вернет повозку в поместье, когда мы пересядем на дирижабль.

Лететь мы собирались не в Аннинск — если там не сменился служащий, он мог меня запомнить и поделиться информацией с кем-то ненужным. А там и до Базанина дойдет. Я не был уверен, что в сложившейся ситуации это грозит мне чем-то большим, чем сейчас, но решил оставлять следы по минимуму. И сильно тоже не скрываться, чтобы не выглядеть подозрительным больше необходимого.

На дорогу до дирижабельной станции у нас ушло два дня, еще сутки — на сам перелет до города с Лабиринтом. Там я оставил Наташу в гостинице, получил порцию напутствий от Валерона, которые, по сути, сводились к тому, что просить надо больше, тогда получу хоть что-то, и быть понаглее, потому что боги вежливости не понимают и жулики такие, что демоны за ними скромно стоят в очереди.

Здание с Лабиринтом выглядело братом-близнецом того, что в Аннинске. Вошел я в него одновременно со смотрителем, настолько благодушно настроенным после обеда, что он расщедрился на совет:

— Сударь, если хотите знать мое мнение, зряшное дело вы затеяли. Очень редко кто-то что-то получает в Лабиринте. Лучше потратить деньги на те же кристаллы — больше вероятности получить что-то полезное.

— Но говорят, Ваше благородие, только здесь можно получить уникальные навыки?

— Мало ли чего говорят, сударь, — улыбнулся он. — Вы хотя бы одного мага встречали, кто получил бы в Лабиринте уникальный навык?

— О таком болтать никто не станет, Ваше благородие.

— Разве что, сударь. Воля ваша, отговаривать не буду. Деньги тоже ваши.

Он с намеком протянул руку, и я вложил в нее требуемую сумму ассигнациями. Всё-таки дорого обходится мне встреча с работодателем. Будем надеяться, что хоть немного отобьется сегодняшняя встреча, а то ведь с этой скотины станется не прийти, а меня уже опять печать клятвы начинала жечь, намекая, что я ничего не делаю для ее выполнения.

— А то может, сударь, просто отметку поставим в вашем магическом свидетельстве? — предложил он вновь. — Дешевле — и без риска.

— Спасибо за заботу, Ваше благородие, но я хочу рискнуть.

— Эх, молодость-молодость, — неодобрительно покачал он головой, но деньги взял, квитанцию мне выписал, после чего я наконец прошел в святая святых этого мира. Кристаллы в этот раз у меня были при себе, так что тратиться на этот пункт у смотрителя я не стал. Выбрал из самых ненужных, с навыком Скверны — решил, что поскольку бог говорил только о цвете, содержимое ему безразлично, даже если оно окажется антагонистично. А может, даже и предпочтительней, поскольку с этого кристалла уже никто не возьмет навык или его не повысит.

Шел я не менее внимательно, чем в прошлый раз, поэтому нигде не запутался и пришел к алтарю в рекордные сроки. Возможно, меня подгоняла злость, а возможно — жжение печати, от которой я надеялся избавиться сегодня.

За прошедший год из моей памяти не выветрилась ни одна деталь воззвания к богу, а если бы немного что-то позабылось, то навык абсолютной памяти сразу же вытащил бы нужные детали.

Проход, из которого я вышел, пропал, как и остальные, через которые я прошел, и я опять оказался в изолированной комнате с алтарем, по факту бывшим всего лишь приемником для кристалла. Я положил ладонь на углубление в алтаре, и он слабо засветился. На стене, как и в прошлый раз, проявились контуры двери, а потом — и она сама. Ничего нового, только уже известное старое.

Я опустил кристалл в единственный проем на алтаре и использовал Воззвание к Богу. В этот раз пришлось ждать минут пять, и я уже начал беспокоиться, когда вспышка меня ослепила и передо мной появилось изображение моего работодателя.

— Не понял. Ты же должен был умереть, — заявил он, обвиняюще выставив в мою сторону палец. — Это что за дела? Так вот почему всё пошло столь косо.

Божественного при этом в нем вообще ничего не осталось. Не было даже попытки произвести впечатление высшего существа. Одна скандальность базарного торговца.

— Ну простите, желание жить оказалось сильнее, — отрезал я уже со злостью, поскольку понял, что меня на смерть отправили намеренно. — Между прочим, мы договаривались, что я восстановлю реликвию, после чего договор считается исполненным. Я восстановил две.

— Между прочим, мы договаривались, что договор будет исполнен, когда я смогу проявиться в этом мире. Я не могу. И всё потому, что кто-то провел активацию неправильно. Если бы ты сделал всё как надо, помучился бы немного, зато потерял печать клятвы и спокойно ушел на перерождение. Нарушил договор — а предъявляешь претензии мне.

Он разозленно колыхался передо мной, хотя за тот год, что я его не видел, обрел некоторую плотность. Не в смысле, что растолстел, а в смысле, что изображение теперь казалось куда более материальным, чем год назад. Даже зеленый дымок от кристалла был плотнее и поглощался с куда большим удовольствием, хотя выглядел бог всё равно недовольным.

— Ты меня очень подвел, — заявил он. — Если бы ты сделал всё, как мы договаривались, был бы уже свободным.

— Вы мне врали с самого начала, — напомнил я. — Я бы никогда не согласился на смерть в мучениях. Так что снимайте печать и расстанемся недовольными друг другом.

— Я не могу снять, — ожидаемо ответил он. — Потому что для этого мне нужно воплотиться в этом мире. А сама она не снимется, потому что условие не выполнено. Активируй реликвию правильно — и всё закончится.

Правильно — это в себе? Вот спасибо. С учетом моих планов вариант совсем непривлекательный.

— Насколько мне помнится, вы обещали, что я смогу после выполнения вашего поручения спокойно жить в этом мире.

— Но ты же его не выполнил, — заявил он. — Так чего ты хочешь?

— Я? Отправить жалобу.

Похоже, мне удалось его удивить.

— Какую еще жалобу? Кому и как ты ее собрался отправлять?

— Вызову другого бога кристаллом другого цвета, — заявил я, заметил, как дернулось изображение бога, и продолжил уже куда увереннее: — Он подскажет, что нужно делать. Ему наверняка будет интересно узнать, как кто-то нарушает правила, чтобы изменить баланс игры в свою пользу.

— Я не нарушаю правила.

— Нарушаешь, — отрезал я, решив больше не обращаться к нему с уважением. Не заслуживал.

— Я имею право на нескольких личных адептов, — попытался он выкрутиться.

— Я — не твой адепт, — отрезал я. — Я жертва обмана. Это любой суд признает.

— Какой суд? — он поморщился.

— Откуда мне знать, какой у вас там суд.

— Давай ты станешь моим адептом?

— У адепта должны быть права, отличающиеся от почетной смерти при восстановлении реликвии. Умирать я не собираюсь. И сделал я для тебя достаточно, чтобы ты мог хотя бы сказать спасибо, а не наезжать.

— Ты — наглая смертная букашка и имеешь наглость что-то там вякать? — опять разозлился он.

— Имею. Обманывать даже наглых смертных букашек нехорошо.

Он растерял остатки величественности и смотрел на меня со злостью.

— Они нарушили первыми.

— Подозреваю, что с доказательствами туго. Тоже наверняка использовали смертных букашек, как ты меня.

— Договор исполняется, следов не остается, — подтвердил он.

— Если активирую другим человеком, договор всё равно исполнится?

— Исполнится, — подтвердил он обрадованно. — И мы тогда не будем ничего друг другу должны.

— С чего бы? — удивился я.

— С того, что я тебе отсыпал авансом столько, что ты должен мне до конца жизни быть благодарным.

— Только жизнь должна была стать короткой, чтобы никто ничего не заподозрил, да? Ты меня обманул, и я имею право на компенсацию. И когда я ее получу, тогда мы и не будем друг другу ничего должны. Не раньше. И вообще, выдать требуемое в твоих интересах, потому что я хочу усилить людей, которые будут восстанавливать реликвии.

— Восстанавливать? — заинтересовался он наконец. — Я могу кое-что передать, но при условии, что никогда ни от кого не прозвучит источник.

От кристалла к нему ровным потоком шла зеленая дымная струя, которую он продолжал втягивать с явным удовольствием.

— Мне нужно дать магию нескольким людям — это будет новое княжеское семейство на территории с недавно разрушенным источником.

— Это не моя реликвия, — сразу сказал бог. — Не заинтересован. Из моих две были восстановлены, но привязка слабая, не могу проявиться и контролировать.

Посмотрел он на меня с выражением «лучше бы ты правильно сдох», но я не проникся и продолжил:

— Но, если мы ее восстановим твоим заклинанием, не привяжется ли она к тебе?

— Интересный вопрос. — Глаза его забегали, как будто он что-то читал с экрана. И он обрадованно сказал: — Точно, привяжется. Пожалуй, на этом можно неплохо поднять очков.

— Рад за тебя. Но то, что для вас игра, для нас — жизнь. А надо мной еще постоянно висит смерть либо от договора, либо от носителей Скверны, которые устроили на меня охоту. И если ты хочешь, чтобы я отказался от идеи подать жалобу и стал твоим адептом, то ты должен меня убедить в том, что сотрудничество с тобой полезно.

— Помогу чем смогу, — обрадованно решил он. — Что ты хочешь получить?

— Если подсаживают Скверну, то и нормальную магию тоже можно подсадить. Так что я настаиваю на магии для нескольких людей.

— Это будет сложно оставить незамеченным.

— И тем не менее этот пункт обязателен. Мне будет сложно без поддержки этих людей.

Бог скривил недовольную физиономию, но, похоже, решил, что со мной лучше дружить, потому что спросил:

— Что еще?

Ну и я вывалил на него сразу весь список:

— Нужно Сокрытие сути для нескольких человек. Дополнение к Божественному взору, чтобы видеть, кому была дана клятва и какими навыками труп владел при жизни. Мне нужен навык по сливу ненужных навыков в нужные, пусть и с потерей уровней. Схема Большого сундука Макоши или любого другого пространственного хранилища для переноски жертвы для активации реликвии. Несколько Божественных взоров. Несколько Даров Бога. Навык, позволяющий выявить людей даже за защитой.

— Магию и Передачу навыков дам. На этом всё. Остальное зарабатывай.

Пакет он пока не отправил, поэтому я решил, что все эти пункты обсуждаемы.

— Это очень мало для той задачи, что стоит передо мной. Мне нужен Божественный Взор для помощника. Очень нужен. Причем максимального уровня. И дополнение к Божественному взору мне тоже нужно очень — без него сложно определять врагов. Схема нужна. Навык выявления нужен. И слив ненужных навыков тоже очень нужен.

— Последнее-то тебе зачем? — недовольно спросил он. — Не бери ненужные — и всё.

— Не получается. У меня навык Модифицированная удача сопряжен с Кражей навыка. Цепляю вне своего желания всякое дерьмо.

— Например?

— Например, ядовитый укус и ядовитый плевок.

Бог гнусно захихикал. Не иначе как представил меня за использованием этих навыков.

— И я опасаюсь подхватить какой-нибудь навык Скверны.

— Не опасайся. Пока у тебя нет к ней сродства, навык ты не получишь.

— Точно?

Он задумался и уже не так уверенно сказал:

— Использовать точно не сможешь — источника не будет.

Теперь я заволновался по-настоящему. Одно дело — ядовитый плевок, который в принципе ни на что не влияет, если не использовать, и совсем другое — навык Скверны, который неизвестно как проявится, если я его вдруг подцеплю. У меня, конечно, удача прокачана…

— Обрадовал. А если навыки количественно этот источник подключат?

— Да что ж ты такой проблемный? — буркнул он. — Может, ты активируешь реликвию правильно, закрыв все свои проблемы, и дальше я как-нибудь сам?

— А если этот вариант не позволит тебе проявиться? Что будешь делать? Другую душу фиг отловишь. Так и будешь болтаться на границе как… неприкаянный.

Первоначально я хотел сказать «как говно в проруби», с чем в отношении этого типа у меня была четкая ассоциация, но потом я решил, что это будет перебором. Честно говоря, меня беспокоило, что зеленая дымка постепенно бледнела — я понимал, что когда она исчезнет, разговор нужно будет завершать. Сообразил это и бог.

— Ну-ка положи второй кристалл, — скомандовал он.

— Не засекут?

— Я уже достаточно силен, чтобы скрыть, — отмахнулся он.

Кристаллы при себе у меня были, и разного цвета — на случай, если угрозу придется выполнить и пожаловаться. Я выбрал еще один зеленый и отправил в кристаллоприемник, после чего бог довольно втянул в себя усилившуюся зеленую дымку и продолжил:

— Ты хочешь сразу три божественных навыка: трансформация навыка, передача навыка и сотворение источника. Это очень много. Если кто-то увидит, у меня могут быть большие проблемы.

— Ты мне уже давал божественные навыки. У меня Сокрытие сути работает постоянно, — напомнил я. — Оно не преграда для другого бога?

— Напрячься ему придется, чтобы пробить. Обычный человек не сможет. И артефакт не сможет, — задумался он. — А, была не была. Но ты теперь мой адепт, понял? Я тебя награждаю за помощь.

— Договорились. Но мне нужны и небожественные. И схема.

— Не слишком много хочешь. Тебе трех божественных мало?

— Так это всё не для меня, а чтобы эффективно выполнить поручение, — удивился я. — Я сам прекрасно обошелся бы тем, что у меня есть. Разве что от алхимического рецепта резины не отказался бы. То есть, по факту, для себя я вообще ничего не прошу — это всё нужно для тебя.

Общение с Валероном бесследно не проходит — главное — внушить собеседнику, что дать всё запрошенное — в его интересах.

— Мне самому нужны деньги, но я их у тебя не прошу, хотя потратился на посещение Лабиринта

— Еще бы ты просил… — его глаза опять бегали по невидимым строчкам — значит, ищет нужное. — Нет навыка, которым можно посмотреть, чем владел труп при жизни. Или не могу найти. Проявитель клятвы — тоже божественный навык. Аппетиты у тебя, однако.

— Так это всё для тебя, — напомнил я. — Мне самому это не нужно. И кстати, хотелось бы понять. При передаче навыка я не теряю свой?

— Нет. Создается копия навыка, — ответил он. — Для обычного — первого уровня. У божественных, которые ты собрался раздавать, уровней нет. Еще вопросы есть?

— Есть. По сотворению источника. Сила источника от чего-либо зависит?

— От силы, влитой тобой.

— Для реципиента это болезненно?

— Очень, — признал бог. — Лучше под присмотром целителя делать, снимать болевой синдром. Так, время вышло. Следующая встреча не раньше чем через три месяца. Лови.

Он отправил мне пакет информации, который выглядел светящимся шаром и впечатался мне в грудь, сразу впитавшись. После чего резко втянул остатки зеленой дымки и испарился.