Встреча

Глава 23

Валерон задержался не просто так. Как он пояснил сразу, в засаде у Камнеграда как раз проходила пересменка, поэтому он решил сначала проследить за теми, кто уходит, а уже потом решать вопрос с теми, кто остается.

— Чтобы, если чего забудут и вернутся, не насторожились, — пояснял он мне в промежутках между едой. Коротких промежутках. Он уже успел сдать на склад всё, полученное в качестве компенсации (как с наблюдательных пунктов, так и с убежища, где сидела группа в расчете на то, что я рискну идти в Камнеград летом) и сейчас просто передо мной отчитывался. — И знаешь, что я нашел? У них там целая база подземная. Вход не так-то просто найти, но я запомнил.

— И что там, на этой базе? — заинтересовался я сразу. — Нам про нее рассказали, даже с ориентирами. Но точное местоположение — очень ценная информация.

— Понятия не имею, мне туда хода нет, — ответил Валерон. — Там защита такая, что меня не пускает, а прыгать с кем-то я не рискнул — кто знает, когда они наружу выйдут. Артефакт, дающий доступ к входу, вот этот.

Он придвинул ко мне лапой артефакт, похожий на вычурный старинный ключ. Разве что магией от него шибало так, как не шибало ни от одного старинного ключа.

— Группу, что в убежище была, я в Камнеграде выплюнул. Двое были живых и не особо интересных для тварей. Пришлось к ним внимание привлечь, немного поплевав. После чего ими наконец заинтересовались и прибили. Съели всех.

После этих слов Валерон широко зевнул, свернулся на столе перед пустой миской и задрых с чувством полностью выполненного долга.

— Что делать будем, Георгий Евгеньевич? — спросил я Маренина, присутствовавшего при отчете. — Похоже, они уровней высоких. Валерон же не зря сказал, что не подохли в нем. Значит, со Сродством к Скверне, скорее даже двойным, а это говорит о высоких уровнях навыков.

— А что делать? Лезть туда всё равно нужно, — мрачно ответил он.

— А если там окажется больше человек, чем мы с собой возьмем?

— У вас хорошие артефакты, справимся.

— А если у них тоже хорошие артефакты?

Разбираться с захваченными артефактами от скверников было некому. Я иной раз даже не мог сказать, что они делали и как работали. Полученные при допросах сведения, с одной стороны, не противоречили друг другу, а с другой — у скверников могла быть общая инструкция по тому, что говорить, когда попадаешь в плен. Использовать их вещи, не разбираясь в принципах работы, я бы не рискнул. Да даже тот же отпирающий артефакт может быть настроен на конкретного человека и в руках другого при попытке использования взорвется.

— И что вы предлагаете, Петр Аркадьевич? Пусть следит за ними ваш помощник? Он долго не сможет. Ему тоже отдых нужен.

Маренин с нежностью посмотрел на сопящего Валерона и даже руку протянул, чтобы погладить того по голове, отдернул в самый последний момент и смутился от проявления своей сентиментальности.

— Иметь такое под боком — все равно что сидеть на бочке с порохом — никогда не знаешь, не рванет ли, — продолжил он. — Нужно их превентивно того. — Он покрутил руками, как будто скручивая кому-то шею. — Иначе опять злоумышлять начнут.

На знакомое слово Валерон дернул носом и лапами, но не проснулся — видно, сильно вымотался. С Марениным я был согласен: иметь такое под боком было опасно. Но еще опасней было лезть в логово врага без разведки. Мы не знаем ни сколько их там, ни какие возможности они имеют. Я помню возможности Резенского (а ведь у него наверняка еще что-то в загашнике оставалось) и могу вполне определенно сказать, что не уверен, что смог бы с ним справиться со всеми моими нынешними усилениями. И если там таких Резенских пачка, да еще добавятся особенности самой базы, то мы просто тупо поляжем, порадовав Базанина, что в мои планы не входило.

— Предлагаю пока периодическое наблюдение и прореживание, — решил я. — Иметь такое под боком плохо, согласен, но и лезть, не зная, сколько там человек и с какими умениями, — тоже не самый хороший вариант.

— И долго вы предлагаете выжидать, Петр Аркадьевич?

Я прикинул, сколько мне времени осталось до встречи с богом, но ответить не успел. В дверь коротко постучали, и вошла Наташа.

— Наталья Васильевна, — обрадовался Маренин. — Вы-то нам и нужны. У нас здесь под боком базанинская база, а Петр Аркадьевич говорит, что мы с ней можем не справиться. А вы как думаете?

Не дожидаясь, пока она использует навык, я подскочил из кресла, чтобы в случае чего поддержать. На Маренина я посмотрел без особой приязни. Если бы что-то нам серьезно грозило, Наташа и без того почувствовала бы, а так ей лишнее напряжение, которое отражается на здоровье.

— Где находится база, Георгий Евгеньевич? — уточнила Наташа.

— За Камнеградом, Наталья Васильевна, — ответил Маренин. — Сколько человек там — не знаем даже приблизительно. Одно понятно — там враги, которых нужно убирать. Хотелось бы понять, терпит это или нужно срочно идти и выбивать.

Наташа кивнула, показывая, что поняла серьезность задачи, и прикрыла глаза. Чуть побледнела, но даже не покачнулась и ответила:

— Терпит. С большой вероятностью они к нам сейчас не полезут. База им для другого нужна, не для слежки и диверсий. Не захотят выдавать. Месяца через два это может измениться, но не раньше.

— Петр Аркадьевич, так сколько, по-вашему, нам нужно выждать?

— Полтора месяца, Георгий Евгеньевич. За это время нужно улучшить всё, что можно.

— Консервы, — неожиданно тявкнул Валерон, не просыпаясь. — Нам нужны консервы.

— Это он про сгущенное молоко с сахаром, — задумчиво сказал Маренин. — Очень уж ваш помощник его уважает. Нужно будет не забыть купить в Озерном Ключе. Его туда периодически завозят. Запишу себе, чтобы из головы не вылетело.

— Демину поручите купить пару коробок, — предложил я альтернативу.

Хотя мне казалось, что намекает Валерон совсем на другое: на той базе куча скверников, которых можно использовать в качестве жертвы при активации реликвии. Мы ж с последних трупов опять не догадались сцедить даже стаканчик.

Так что пусть пока хранятся в целом виде, пока не придумаем, как их доставить в Камнеград при необходимости. Может, и сами дойдут, если решат мне помешать.

— Точно, Петр Аркадьевич. Зачем покупать с наценкой в Озерном Ключе, если можно купить на складе, — обрадовался Маренин. — С транспортом только пока проблемы.

— Будем решать, — ответил я. — Планирую первым сделать грузовичок.

Всё равно ведь обещал Демину. Идеи были, а артефактный двигатель настолько мощный, что и поезд потащит при необходимости. Единственное, что меня не удовлетворяло, — это отсутствие нормальных колес. Не уверен я был, что колеса от механизмусов выдержат такую тяжесть. Разве что их по четыре штуки ставить на ось? Лихачевская артель теперь таскала нам детали от механизмусов в большом количестве, так что восемь одинаковых колес можно подобрать.

Разумеется, это лишь временное решение. Не делать же грузовики гусеничными? Гусеничный транспорт имеет меньшую скорость и более высокие затраты энергии. С гусеницами можно сделать вариант облегченной маленькой машинки для зоны на пробу, но такой вариант будет куда менее скоростным, чем снегоход, на нем в Камнеград не сунешься. Поставить Незаметность, руны легкости, тишины и прочности…

Нет, всё же первым сделаю грузовик. Самый простенький, с деревянными бортами. Будет еще один образец продукции. Жаль только, что опять премиальный — делать-то придется из металла механизмусов.

— И всё же, Наталья Васильевна, не лучше ли разобраться с базой немедленно? — засевшая в голове у Маренина идея требовала срочного воплощения.

— Георгий Евгеньевич! — уже зло рявкнул я.

Наташа сделала останавливающий жест в мою сторону и прикрыла глаза. От ее лица опять отхлынула кровь, и она стала совсем бледной, почти прозрачной. В этот раз прорицание далось ей тяжелее, пришлось поддержать, чтобы не упала, и ответ был дан не обычным голосом, а тем, который у нее бывает в трансе.

— Сначала нужно найти Базанина. Базанин — ключ.

Потом она очнулась и сказала уже обычным голосом:

— Если нападать сейчас, успешных вариантов не вижу.

Маренин скомканно поблагодарил, косясь на меня, и ушел, а Наташа сказала:

— Ты зря злишься на Георгия Евгеньевича. Чем чаще я обращаюсь к дару, тем лучше им владею. А об опасности стоит знать заранее, а не тогда, когда она вот-вот нагрянет. Додумайся мы провести сеанс предсказания по базанинским соратникам раньше, можно было и вычислить, и проследить до него.

— Мне не нравится, как на тебе отражается использование твоего дара.

— Мне всё равно надо учиться обращаться к дару правильно, — ответила она. — Держать под контролем то, что касается нас. Хорошо бы где-то найти учебник по развитию дара. Мама говорила, что такие есть, но в армии. Обращаться туда — это всё равно что во всеуслышание заявлять о моем прорицании. Поэтому до всего приходится доходить самой. Но знаешь, после того как у меня появилось целительство, с этим стало проще. До некоторых вещей я дошла интуитивно.

— Учебник постараемся найти. Кстати, в тех, что мы у скверников забрали, ничего по твоей теме нет?

— Нет, — вздохнула она. — Я их тщательно просмотрела. Там много интересного, но не на эту тему.

— У твоего отца в княжестве тоже эти типы засели. Ему можно как-то передать?

— Он меня не послушает, — покрутила она головой. — Я ему сказала, что пока он не перестанет строить в отношении тебя козни, я с ним не буду работать. И не работаю. Он очень злится.

— Но всё равно хочет оставить тебя вдовой.

— Я ему уже сказала, что с высокой вероятностью этого не случится. Но он считает, что если вероятность есть, то за нее можно и нужно уцепиться.

— Ничего, скоро ему будет не до нас. Как только твоя сестра выйдет замуж, он поймет, что вдовой нужно делать не ту дочь. Кстати, я говорил, что мне Антон написал? Требует собранные с княжества деньги пересылать ему, чтобы он их распределял.

Наташа рассмеялась.

— А ты?

— А я ему написал, что он скоро станет Куликовым, так что к нашим деньгам отношения не имеет. Пусть с тестя требует.

— Сомневаюсь я, что он с отца много получит.

— Василий Петрович не считает оплату карточных долгов делом чести?

— Не считает, — подтвердила Наташа. — У нас в последние годы с деньгами было вообще плоховато. Жили в режиме жесткой экономии. Сейчас ситуация к лишним тратам тоже не располагает.

— Твоей сестре нужно было искать не столь любящего транжирить деньги супруга.

— Это была уступка Марии, как я поняла. Ее очень разозлил наш брак. Вот и…

— Она тоже решила выйти замуж за Воронова?

— Но так как самый лучший уже достался мне, ей пришлось брать то, что осталось.

— Зачем они вообще подбирают Антона?

— Не знаю. Мой дар иногда сбоит на них. Наверное, из-за моего отношения. Или их? Я уже не могу понять, семья ли они мне или враги?

Ее глаза наполнились слезами, но ситуацию разрядил Валерон, о котором мы напрочь забыли. Он громко всхрапнул и начал перебирать лапами. От первоначальной каральки, в которую он сворачивался для удобства, уже давно ничего не осталось — теперь Валерон инстинктивно искал положение, в котором будет спать мягче.

— Этак он со стола свалится, — сказала Наташа и сразу же переложила его в мое кресло. — Ты же всё равно уходишь?

— Ухожу, — согласился я. — Дел много. Нужно обещанным грузовиком заняться. Схему я уже продумал, осталось реализовать.

С мысли о транспорте я сразу перескочил на мысли о дорогах, которые оставляли желать лучшего. В Вороновском княжестве не было даже мощёных дорог, разве что некоторые были подсыпаны гравием. И то, это наверняка делалось не централизованно, не за счет княжества. А ведь дороги — это и логистика, и оживление торговли.

Появились мысли построить маленький асфальтовый завод для личного пользования. Опять же, рабочие места для тех, кто выбрался из заварзинской зоны и не может никуда приткнуться. Единственно, что княжеские земли я использовать не мог из-за своего неопределенного статуса, а значит, нужно было что-то выкупать, причем желательно уже со строением. Выкупить можно было достаточно дешево, поскольку собственники в местах рядом с границей зоны стремились от собственности избавиться побыстрее, чтобы получить хоть что-то.

Этим я решил озадачить Аниканова — конечно, не совсем его профиль, потом заведем отдел под недвижимость, но сейчас найти на не такой большой территории продающееся производственное здание — не такая сложная задача. Главное, чтобы оно было подальше от жилых районов.

Поэтому, прежде чем идти в кузню, я завернул к нашему финансисту и попросил заняться, обозначив примерные требования, а уже потом пошел заниматься ковкой.

Конечно, уровень огромных грузовозов мне был недоступен, да и не проедут они по тем дорогам, что у нас сейчас, поэтому грузовичок я запланировал довольно компактный, но с нормальной кабиной. Зачем заставлять водителя страдать от погодных неприятностей, если этого можно избежать?

Раму мы уже собирали вместе с мужем Милкиной хозяйки Степаном, тихим, но рукастым мужичком. Делали мы это в конюшне, которая у нас станет временным сборным цехом. Или уже стала?

Степан делал в точности то, что ему говорили, споро и аккуратно, но особого интереса к тому, что делает, не проявлял. В отличие от Прохорова, который появился, когда я размышлял, как будет лучше пристраивать доски на борт, чем Степан займется, когда я буду ходовую часть монтировать.

Прохоров обошел нашу автомобильную заготовку несколько раз. Его паук семенил за ним с деловым видом и с контейнером на спине. Бывшему 001 не хватало разве что блокнота и карандаша в манипуляторах, чтобы отмечать умные прохоровские мысли.

— А чо ты не хочешь сараем сделать? — спросил Прохоров неожиданно.

— Каким еще сараем?

— Обычным, для хранения, чтобы не сперли. Дверку на замок закроешь — никто не полезет. А с телег только так воруют. Егор Ильич соврать не даст. Большая телега — большие объемы краж.

— Металлический кузов — и материал лишний, и вес, — напомнил я. — Лишний вес — будет чаще застревать.

— А руна на что?

— Слишком легкая машина тоже плохо. Нет, Гриш, для начала я хочу простой вариант с тентом. Чтобы можно было съездить за продуктами, например.

— Или отвезти ингредиенты из зоны, — намекнул Прохоров. — А там кража маленького контейнера уже хорошо встанет. Нет, нужно делать сарай на колесах, с замком. Точно тебе говорю.

Степан, прислушивавшийся к нашему разговору, неожиданно в него вступил:

— Григорий Петрович дело говорит. Сарайка она понадежнее будет, ежели увезет ента бандура.

— Во, — обрадовался поддержке Прохоров. — Я и говорю: нужно сразу делать так, чтобы ничего не сперли. Ты же Печать тоже поставишь? Для гарантии?

— Это уже не машина, а банковский сейф получится, — заметил я. — А их тоже обносят.

— Так это специалисты совсем другого уровня уже. Ради мешка муки они пальцем не пошевелят. А мы уже этот мешок в убыток списывать не будем. Ну и солиднее выглядеть будет автомобиль-то. Как раз княжеские перевозки.

— Далеко не княжеские.

— Нужно думать на перспективу, — важно сказал Прохоров. И даже не по слогам. Вон что делают регулярные занятия с Павлом Валентиновичем. — Станешь князем, и будут говорить: «Вона княжеская телега едет».

— А княжеский сарай лучше звучит?

— Так кто ж из металла сараи делает? Ас… Ас… Ассоциации совсем другие возникают, — после пары запинок справился Прохоров и с этим сложным словом. — И покрасить нужно будет, чтобы на сарай не походил. Нужно его сделать так, чтобы он казался продолжением кабины. Металл мы тоненько откуем, не боись, весить будет мало. Зато солидность. Она дорогого стоит

— Гриша умный, — добавил льстиво бывший 001. — Гриша дело говорит.