Мы с констеблем Смитом обошли десяток соседних домов, чтобы опросить жителей, но никто не слышал и не видел ничего подозрительного вчера вечером или ночью. О мистере Пембертоне отзывались как о человеке, ведущем уединенный образ жизни. После смерти жены он почти все время проводил в своей лавке, иногда принимал ценные вещи в залог и давал ссуды на короткое время под проценты.
Никто из опрошенных нами не признался, что пользовался услугами Пембертона. Кажется, жители Рэвенхилла умели хранить свои секреты.
Часы на городской ратуше показывали три часа дня, когда мы с констеблем пришли в офис на Аптекарской улице.
Аргайл сидел за столом, разбирая какие-то конверты.
— Никто из соседей не заметил ничего, сэр Тревор, — отрапортовал Смит.
— А вы что скажете, Коринна? — спросил Аргайл.
Я еще в прихожей уловила аппетитный запах тушеного мяса, и мой желудок предательски громко заурчал.
— Коринна, Джеймс, прошу вас пообедать со мной, кухарка приготовила вкусное жаркое из баранины, — предложил Аргайл.
— Сэр, миссис Смит меня заждалась, как-никак воскресенье, — замялся констебль, переминаясь с ноги на ногу.
— Хорошо, можешь идти, но завтра ты мне нужен будешь с ясной головой, Джеймс.
— Даже не сомневайтесь, сэр, — Смит отдал честь и вышел.
— Прошу вас, Коринна, — Тревор провел меня в небольшую уютную кухню и достал тарелки.
— Нарежьте пока хлеб, — попросил он меня, а сам стал накрывать на стол.
Было непривычно видеть Аргайла в домашней обстановке.
— Я хоть и сын графа, но не наследую титул и потому могу сам себя обслужить, — усмехнулся он, словно прочитав мои мысли.
Жаркое действительно оказалось изумительным, так же как и рыбный пирог с румяной корочкой.
— Итак, Коринна, что вы думаете об убийстве мистера Пембертона? — спросил Тревор.
Я принялась рассуждать:
— Возможно, убийца не ожидал, что хозяин ночью окажется в лавке, а пришел только с целью ограбления. А то, что из тетрадки, куда Пембертон записывал клиентов, вырваны последние листы, позволяет предположить, что убийцей мог быть кто-то из людей, сдавших вещи в ломбард. Убийца носит перстень на правой руке. А еще я думаю, что очень скоро он уедет из города, чтобы сбыть награбленное.
— Это в том случае, если ему нужны были деньги. А что, если он убил бедного Пембертона по другой причине? Что скажете, мисс Льюис?
— Возможно, убийца хотел отомстить за что-то? Или ему нужна была в ломбарде только своя вещь, а денег, чтобы ее выкупить, не было? Получается, нам необходимо узнать, чьи ценности хранились в сейфе. Но как мы это сделаем?
Аргайл пожал плечами.
— Думаю, клиенты Пембертона не заставят себя ждать…
Тревор оказался прав. До вечера к нам в офис пришли несколько горожан, сообщивших, что недавно отнесли в ломбард вещи. Золотые часы, браслет, серьги… Миссис Блэйз поинтересовалась, не обнаружили ли мы в лавке Пембертона полдюжины серебряных ложек, доставшихся ей в наследство от бабушки. Кажется, бизнес покойного хозяина ломбарда процветал.
Начинало уже смеркаться, когда в дверь снова постучали.
В приемную вошла закутанная в плащ молодая женщина в шляпке с вуалью, почти закрывавшей лицо.
— Чем мы можем вам помочь, леди? — учтиво спросил Аргайл, предложив ей кресло.
Женщина откинула вуаль с лица, и я узнала Эмилию Вуд.
— Мистер Аргайл, мисс Льюис, скажите, нет ли новостей об Артуре? — спросила она.
— К сожалению, пока нет, мисс Вуд.
— Я слышала, что несчастного мистера Пембертона убили. Какой ужас, — вздохнула девушка.
— Мисс Вуд, скажите, не пользовались ли вы иногда его услугами? — спросил Аргайл.
Девушка покраснела, а затем кивнула.
— Я в ужасном положении, — прошептала она. — Если матушка узнает, будет грандиозный скандал… Умоляю вас, помогите мне!