Три недели спустя
Каждый день я по несколько раз подбегала к почтовому ящику нашего дома на Речной улице, проверяя, не пришел ли мне ответ из какого-нибудь города. С замиранием сердца я открывала каждый полученный конверт, надеясь на предложение о работе, но внутри находила лишь несколько вежливых слов. «Мисс Льюис, в настоящее время вакансий детектива не имеется». Таких писем пришло уже штук пять, в то время как сама я отправила несколько десятков. На остальные мне просто не удосужились ответить.
Похоже, обидные слова Джеффри Гилмора начинали сбываться.
Я объездила в Эрбенне все суды, адвокатские конторы и, конечно, управление расследований, но везде слышала примерно одно и то же:
— К сожалению, мисс Льюис, мы ничего не можем вас предложить...У нас нет вакансий на данный момент, мисс...Извините, ничем не можем вам помочь...Возможно, через полгода или год…
Непроизнесенные слова, казалось, висели в воздухе, как густой утренний туман: «Вот если бы только вы были мужчиной...»
Я вежливо благодарила, складывала в сумочку свой диплом и уходила, закусив губу. Почему мне не хотят дать шанс доказать, что я ничем не хуже моих однокурсников, которые все уже нашли работу?
Мой друг Питер Грант уже служил в управлении расследований помощником детектива и через три месяца должен был получить бронзовый жетон.
Раз в неделю мы встречались с Питером в кофейне недалеко от Академии Правосудия.
— Мне так жаль, Коринна, что тебя не берут, но я уверен, что ты обязательно найдешь работу! Я обязательно буду везде узнавать, вдруг появятся какие-то варианты для тебя, — друг старался вселить в меня уверенность...
Однажды на площади я встретила свою школьную подругу Мелли Томсон, и мы зашли с ней в уютную кофейню. Мелли все так же была полноватой, но в модной шляпке и дорогом деловом платье она выглядела привлекательно и респектабельно.
Мелли рассказала новости про наших бывших одноклассниц. Оказывается, Памела Шелти, досаждавшая мне в школе, недавно вышла замуж за немолодого, но богатого судовладельца и стала миссис Уильямс.
А сама Мелли помогала отцу заниматься ресторанным бизнесом.
— Ты довольна? — спросила я ее.
— Знаешь Кори, мне нравится придумывать рецепты новых блюд. А ветеринарная клиника, наверно, останется детской мечтой. Отец хочет отправить меня в поездку за границу, познакомиться с кухней других стран.
— Я завидую тебе, — искренне призналась я. — Новые места, люди, впечатления...
— Ты тоже молодец, Кори, закончила Академию с отличием.
Мне неловко было признаваться, что я до сих пор ищу работу, несмотря на отличный диплом.
Мы тепло попрощались с Мелли, пообещав поддерживать связь.
Денег, оставленных мне мамой, оставалось уже не так много, и приходилось задумываться, что делать дальше. Тетя Хизер вздыхала, но я все равно была ей благодарна хотя бы за то, что она не твердила: «я же говорила тебе, что ничего не получится».
Впрочем, в сейфе королевского банка по-прежнему лежало бриллиантовое ожерелье, и я все чаще задумывалась о том, сколько оно стоит. К тому же я хорошо запомнила рассказа профессора Мэллори о том, что существуют очень искусные подделки драгоценностей. А вдруг в сейфе лежит просто горстка стекляшек, по каким-то причинам памятная для Мирабеллы Старр? Ведь положила же она туда дешевую брошку с паучком и кольцо, подаренное ей родными.
На следующий день, одевшись в скромный клетчатый костюм, я отправилась в банк и забрала бархатный мешочек из ячейки номер шестнадцать. Бриллианты сверкнули холодным ледяным блеском, словно недовольные тем, что их покой потревожили.
Неподалеку от банка я еще раньше заприметила солидную вывеску на одном из первых этажей домов. «Ювелирная лавка. Г. Бек и сыновья».
У входа меня встретили два мужчины очень внушительного телосложения. Возможно, они работали охранниками у ювелира.
За прилавком стоял невысокий худой человек. Если бы не седина, его можно было бы принять за подростка из-за торчащих во все стороны вихров.
Я рассматривала выставленные на витрине изделия, дожидаясь, пока выйдут немногочисленные утренние посетители, а затем подошла к прилавку.
— Выбираете украшение, мисс? Что именно вас интересует? Серьги, кольца, подвески? — мужчина внимательно посмотрел на меня.
— Мне нужна консультация мистера Бека по поводу одной вещи.
— Хм, что же, пройдемте в мой кабинет. Я и есть Грегори Бек.
Мы прошли в маленькую комнатку, где на столе лежали самые различные инструменты: молоточки, щипцы и пилочки.
Ювелир предложил мне присесть и заявил:
— Если вы решили принести мне краденую вещь с надеждой продать ее, то я сразу предупреждаю: вы пришли не по адресу, мисс.
Я покраснела до корней волос.
— Эта вещь досталась мне по наследству, мистер Бек.
— Что же, давайте взглянем.
Я развязала бархатный мешочек, и ожерелье выскользнуло оттуда, сверкнув сотнями искорок.
Мистер Грегори пригладил руками торчащие вихры, взял лупу и стал внимательно разглядывать украшение.
Он почему-то решил сначала изучить застежку в форме маленькой короны. Затем несколько минут ювелир рассматривал в лупу камни, что-то бормоча про идеальную огранку и цвет.
Затем мистер Бек отложил ожерелье в сторону и пристально посмотрел на меня.
— Итак, откуда у вас эта вещь, мисс?
— Она досталась мне в наследство от родственницы.
Ни за что на свете я не хотела произносить имя Мирабеллы Старр.
— Хм, не думаю, что ваша родственница принадлежала к королевской семье, мисс. Это ожерелье — фамильная драгоценность, изготовленная мастером Полом Найтом почти три века назад. На застежке есть его инициалы. Найт был замечательным ювелиром и делал прекрасные драгоценности для монаршей семьи.
Насколько мне известно, все эти вещи долгое являлись фамильными сокровищами, но часть из них впоследствии была продана прабабушкой его величества Бертольда и попала в частные руки. Итак, как же звали вашу усопшую родственницу, мисс?
— Я не могу вам назвать ее имя.
Ювелир покачал головой и развел руками, а затем вздохнул, снова уставился на камни и даже погладил их рукой.
— Сколько стоит это ожерелье, мистер Грегори? Возможно, в будущем мне понадобятся деньги, — я хотела получить ответ.
Мистер Бек, поколебавшись, сказал:
— Скажу честно, вам будет очень сложно продать его без моей помощи. Но если разделить его на отдельные камни, то стоимость упадет в несколько раз. Эти бриллианты всегда можно продать по отдельности, не вызывая лишних вопросов. У них прекрасная огранка. Например, за самый маленький я бы предложил…
И ювелир назвал внушительную сумму, не отрывая глаз от сияющих камней.
— Мне нужно подумать, мистер Бек, — сказала я, вставая и забирая ожерелье.
— Не советую вам обращаться к другим ювелирам, мисс, я не обману вас и предлагаю честную помощь в обмен на разумную комиссию, — напоследок сказал ювелир.
Мне показалось, что в его голосе прозвучало сожаление…
Вернувшись домой, я положила ожерелье в шкатулку в своей комнате, решив вернуть его в банковский сейф как можно скорее.
Не удержавшись, я достала драгоценность и приложила бриллианты к груди. Камни засверкали холодным блеском. На миг я представила, как роскошная красавица Мирабелла Старр принимает от влюбленного поклонника дорогой подарок и на ее губах появляется улыбка…
Кем же был этот человек? Я знала, что у его короля Бертольда есть несколько кузенов, племянники, брат Арчибальд. И был еще погибший принц Освальд. А вдруг кто-то из них был поклонником мамы? Кто же мне расскажет это спустя столько лет? А вдруг Мирабеллу Старр действительно убили из-за этих камней?
Вздохнув, я спрятала загадочные бриллианты в шкатулку и решила еще раз проверить почтовый ящик. Он был пуст, как вчера и позавчера. Но вдруг я заметила запыхавшегося мальчика лет десяти, подбегающего к нашему дому.
Он сказал:
— Вы мисс Коринна Льюис?
Я утвердительно кивнула.
— Вам записка от одного джентльмена. С вас полпенни, мисс…
Мальчик протянул листок бумаги, а я дала ему мелкую монетку.
Записка была от моего друга Питера Гранта.
«Кори, срочно приезжай в управление расследований», — гласила первая строчка.
Мое сердце радостно забилось, но дальше я прочитала: «У моего начальника сэра Донахью внезапно уволилась секретарша, и ему срочно нужна помощница. Поспеши, пожалуйста. П.Г.»