Князь 2. 18+ (с иллюстрациями)

Глава 12 Остановите эту пушистую тварь

Я смотрел на этого бельчонка-магната, чувствуя, как у меня начинает дергаться глаз. Он смотрел на меня с непоколебимой уверенностью в своих бизнес-решениях.

— Голову? — переспросил я, с трудом сдерживая саркастический смех. — Не все в этой жизни делается по принципу «дошел и чик-чик».

— А почему бы и нет? — искренне удивился Сквиртоник, разводя лапками. — Это быстро, эффективно, не требует долгих эмоциональных инвестиций. Проблема — решение. Вот и все.

— Потому что не все так быстро происходит! — попытался я объяснить, ощущая себя на грани отчаяния. — Нужно терпение. Время. Сначала нужно выжить, а мы остановились в этой дыре, чтобы не умереть с голоду и не быть растерзанными по дороге! Все вопросы, включая… оптимизацию графика, я решу. Своим путем.

В этот момент с лестницы донеслись четкие шаги. Кто-то поднимался. Быстро. Я метнул взгляд на дверь, потом на Сквиртоника. Не думая, я схватил его за шкирку — он пискнул от неожиданности — и швырнул в стоящий в углу старый дубовый шкаф, захлопнув дверцу.

Ровно в эту секунду дверь в комнату открылась. На пороге стояла Лира, настороженно оглядывая помещение.

— Мой господин, что-то случилось? — спросила она, ее кошачьи зрачки сузились, выискивая опасность. — Я услышала какой-то шум.

— Нет, дорогая, все хорошо, — ответил я, стараясь дышать ровно и прислонившись спиной к шкафу, из-за двери которого доносилось яростное, хоть и приглушенное, царапанье. — Просто… зацепился за стул.

Я для верности сильно хлопнул ладонью по дверце шкафа, чтобы окончательно оглушить его обитателя. Царапанье на секунду прекратилось.

— Внизу так шумно, эти споры не утихают, — Лира поморщилась. — Если что, приходи вниз.

— Хорошо, дорогая, — сказал я, вкладывая в голос всю нежность, на которую был способен.

Слово «дорогая» подействовало на нее как заклинание. Она вся расплылась в счастливой улыбке, ее хвост завилял, и она, довольно мурлыкая, вышла, прикрыв за собой дверь.

Я выждал пару секунд, пока ее шаги не затихли, и распахнул шкаф. Оттуда, сбив мех и с перекошенными очками, вывалился Сквиртоник. Он отряхнулся с видом оскорбленного достоинства.

— Вот видишь? — с горькой усмешкой сказал я. — Не все так просто в жизни. Особенно, когда у тебя целый гарем на попечении.

Сквиртоник поправил очки и уставился на меня с холодной аналитической оценкой.

— Гарем, который ты даже полностью и удовлетворительно выебать не можешь, если судить по последним показателям? — поинтересовался он деловым тоном.

У меня отвисла челюсть.

— Ты что, следил за нами⁈

— Артур не должен злиться на Сквиртоника, — ответил он, подняв лапку. — Я это делал исключительно ради сбора данных и вашего общего просветления. Анализ эффективности…

— Я СЕЙЧАС ДАМ ТЕБЕ ПРОСВЕТЛЕНИЕ! — зарычал я и рванулся к нему.

Сквиртоник, не ожидавший такой реакции, пронзительно завизжал и пустился наутек. Его рыжий хвост мелькнул под кроватью, затем он перепрыгнул на тумбочку, опрокинув кувшин с водой. Я кинулся за ним, пытаясь накрыть его шапкой, но бельчонок был невероятно проворен. Он визжал, я ругался, и наша комната на пару минут превратилась в сумасшедший цирк, где белка-бог в облике грызуна отчаянно убегал от разъяренного князя с огненным членом.

Сквиртоник, визжа, юркнул в щель под дверью с невероятной для бельчонка скоростью. Я ринулся за ним, сердце бешено колотилось. Черт! Черт! Если его увидят, если поймают… Нам всем пиздец! Колдовство, связь с богами, да они нас на дрова пустят!

Внизу стоял оглушительный гам. Голоса моих красоток, спорящих о чем-то, перекрывал низкий, властный рокот Марты. Я слетел по лестнице, едва не снося перила, и оглядел зал. Никакого бельчонка.

— О! Артур, — раздался спокойный голос. Марта стояла за стойкой, вытирая кружку, и смотрела на меня своим каменным взглядом. — Вы отдохнули?

— Типа того, — выдавил я, пытаясь выровнять дыхание и осмотреться. В углу за своим столиком сидели Годфрик и Мурка, доедая что-то мясное. И тут я его увидел.

Сквиртоник. Он был позади могучей спины Годфрика, прижавшись к стене. Его крошечные, но невероятно выразительные глаза были прикованы к тарелке капитана, на которой лежал внушительный, нетронутый кусок жареной куроля — видимо, про запас. Сквиртоник, припав к полу, делал выпад, его лапка с растопыренными пальчиками тянулась украсть лакомый кусок. Вид у него был при этом самый деловой и сосредоточенный, будто он не воровал еду, а проводил враждебное поглощение актива.

Я замер, не зная, кричать Годфрику, чтобы он прихлопнул вора, или молиться, чтобы бельчонок успел скрыться. А Сквиртоник, увлеченный целью, даже не подозревал, что я его вижу.

Я действовал на инстинктах. Схватив с ближайшего стола пустую глиняную кружку, я со всей дури швырнул ее в сторону Годфрика. Вернее, в белку, крадущуюся за его спиной.

Со стороны это выглядело ужасающе. Кружка с свистом пролетела в сантиметре от уха капитана и с глухим, но удовлетворяющим звонким чпоньк врезалась в пушистый бок Сквиртоника. Раздался тонкий, визгливый вопль, и бельчонка отбросило в сторону, где он замер, дрыгая одной лапкой.

В таверне воцарилась гробовая тишина. Все застыли, уставившись на меня. Годфрик сидел с широко раскрытыми глазами, его вилка замерла на полпути ко рту.

— Князь? — робко, почти испуганно произнес он.

Я тяжело дышал, стараясь не смотреть на оглушенного бельчонка, и направился к его столику.

— Чавкаешь, — буркнул я Годфрику, делая вид, что меня бесит именно это. — Как некультурный. Слышно на весь зал.

Пока капитан переваривал этот неожиданный упрек, я наклонился, будто чтобы поднять кружку. Ловким движением я подхватил обессилевшего Сквиртоника, сунул его в глубокий карман своего плаща, где он бессильно повис, и поднял кружку.

— Тише… тише, мой большой, — залепетала Мурка, хватая руку Годфрика и гладя ее. — Он тебя ценит, он просто… очень раздражен. Это не на тебя.

— Ну… я… просто проголодался, — растерянно пробормотал Годфрик, совершенно сбитый с толку.

Я, не говоря больше ни слова, пошел к лестнице. По пути Оксана вскочила со своего места, сжав кулачки и глядя на меня с решительным видом.

— Надо снять стресс, хозяину! Я помогу!

— Сидеть! — резко скомандовала Ирис и, вцепившись ей в плечо, насильно усадила обратно на стул.

— Я отдыхать, — бросил я через плечо, уже поднимаясь по ступенькам. — Будьте тише.

Забравшись в комнату, я захлопнул дверь, прислонился к ней спиной и с облегчением выдохнул. Из моего кармана послышался слабый, обиженный писк.

Я захлопнул дверь на ключ и прислонился к ней, переводя дух. Затем, с тяжелым вздохом, залез рукой в карман и вытащил за шкирку помятого, все еще слегка дрыгающего лапками Сквиртоника. Я поднес его к своему лицу, чтобы наши взгляды встретились.

— Ты мою голову хочешь, что ли? — прошипел я, тряся его легонько. — Устроить мне казнь через сожжение за колдовство с белками?

— Нет! — пискнул он, пытаясь вырваться. — Я просто проголодался! Этому телу нужен белок! Мясо! Энергия!

Я прищурился.

— Белки… едят мясо?

На его мордочке отразилось искреннее недоумение.

— А мне откуда знать⁈ Я в этом теле всего несколько часов!

— Ты же бог-белка! — не выдержал я. — Должен знать такие базовые вещи!

— Это форма! Оболочка! — возмущенно запротестовал он. — Я не настоящая белка! Это ложь и клевета!

Я сдался. С грохотом выдохнув, я отнес его к кровати и усадил на одеяло.

— Слушай сюда, ореховый магнат. Если ты хочешь дожить до того момента, когда увидишь, как Роксана получит по заслугам… то ты будешь вести себя как обычная, самая серая, ничем не примечательная БЕЛКА. Не будешь говорить. Не будешь носить эти идиотские очки и костюм. Ты будешь сидеть тихо и грызть то, что тебе дадут. Понял?

Сквиртоник надулся, скрестив лапки на груди.

— Слишком много правил для такого великого, как я. Это ущемление моих прав…

Я начал оглядываться по сторонам в поисках чего-нибудь тяжелого и метательного. Мой взгляд упал на медный подсвечник.

Увидев это, Сквиртоник тяжело вздохнул, смирившись с неизбежным. Он снял крошечные очки и аккуратно положил их рядом. Затем стянул с себя невидимый костюм и отложил его в сторону. Наконец, он сел на задние лапки, сложил передние на груди и издает идеальный, ничем не примечательный беличий писк: «Кыыы-кыыы!»

Я с облегчением опустил подсвечник.

— Другое дело. Теперь сиди тут и не отсвечивай. Попробую раздобыть тебе орехов. Или мяса. Чертов глиптидон недоделанный.

Спустя час в комнате царила почти идиллическая картина. Лира сидела на полу, а Сквиртоник, приняв образ обычного бельчонка, прыгал вокруг нее, выпрашивая угощения.

— Он такой прикольный, — умилялась Лира, протягивая ему орешек. Ее пальцы почесали его за ушком, а затем скользнули вниз, к животику. — Он теперь наш питомец?

— Ага… что-то вроде того, — ответил я, следя за ее руками. Мне категорически не нравилось, как она треплет божественную сущность в столь уязвимом месте. Я подошел сзади, обнял ее и нежно прикусил ушко, почувствовав, как она вся вздрогнула от неожиданности. — Не заигрывайся с ним.

— Ревнуешь? — обернулась она ко мне, и на ее губах играла счастливая, хитрая улыбка. Она мурлыкала, как маленький моторчик.

— Можно и так сказать, — буркнул я, целуя ее в шею. — Что сказала Марта?

— Что она свяжется со своим поверенным. А завтра у нас будет встреча. Нам понадобится вся информация о той гильдии, «Золотых Совах».

— Хорошо. Но, — я отстранился, глядя ей в глаза, — не пора ли нам продолжить наше путешествие? Задерживаться здесь опасно.

— Ты о Роксане только и думаешь! — надула она губки, но в ее глазах читалось понимание.

В этот момент я заметил, как Сквиртоник, закончив с орехом, устроился поудобнее и уставился на нас с нескрываемым, почти профессиональным интересом. Меня это взбесило. Я схватил его за шкирку и швырнул в дальний угол комнаты. В полете он обиженно пропищал.

Я сел на край кровати и усадил Лиру себе на колени.

— У нас есть задача, и мы должны ее выполнить, — сказал я ей тихо, но серьезно. — Иначе этот чертов бог-белка от нас не отстанет. А заодно будет смотреть, как мы занимаемся любовными утехами.

— Он что, такой озабоченный? — удивилась Лира.

— Еще какой. Слышал, он даже подписку оформил на Porn.prince.

— Ого! — ее глаза округлились от неподдельного изумления. — Тогда мы должны постараться выполнить эту миссию как можно скорее.

— Именно.

— Ой, смотри, как он внимательно на нас смотрит, — прошептала Лира, указывая подбородком в угол.

Я повернул голову. Сквиртоник сидел там, подобрав лапки, и не отрываясь смотрел на нас. В его глазах горел такой интеллект и любопытство, что меня передернуло.

— Все белки — извращенцы! — с раздражением заключил я.

— Да он ничего не понимает, — успокоила меня Лира, обвивая мою шею руками. Ее тело расслабленно прижалось ко мне, и я почувствовал, как она готова в любую секунду снять с себя платье. — Посмотри в его тупые, пустые глаза. В них нет ни капли разума.

Я сделал вид, что изучаю взгляд бельчонка. Сквиртоник, как на зло, в этот момент уронил орех и уставился на нас с открытым от изумления ртом, словно наблюдал за самым захватывающим спектаклем в своей жизни.

— Верно, — с облегчением сказал я. — Прирожденный кретин. Как хорошо, что он обычная белка и не может ничего сказать или понять.

— Конечно, — улыбнулась Лира, прижимаясь щекой к моей груди. — Он же бельчонок. Я, когда училась охотиться, то первое время ловила именно белок. Ротиком их — хвать! Шейку — грызь! Кровушка — брызг!

Я почувствовал, как тело Лиры напряглось в сладостном предвкушении, а из угла комнаты донесся тихий, но отчетливый звук. У Сквиртоника начал нервно дергаться левый глаз.

Лира принялась облизывать мою шею, ее мурлыканье становилось все громче и настойчивее, переходя в низкую, вибрирующую дрель.

— Лира, может, позже? — попытался я мягко возразить, чувствуя, как ее губы скользят по коже.

— Не хочешь меня? — обиженно прошептала она, слегка прикусив чувствительное место у ключицы, отчего по моей спине пробежали мурашки.

— Не в этом дело, просто… — мой взгляд непроизвольно скользнул в угол комнаты.

Сквиртоник устроился там, как в партере. Он сидел на задних лапках, подперев щеки передними, и его весь вид выражал сосредоточенное, даже научное внимание. Казалось, он мысленно ведет протокол.

— … Лучше расскажи, — быстро сменил я тему, пытаясь отвлечь ее. — Белки… вкусные?

Лиpa на мгновение задумалась, ее язык на секунду замер на моей коже.

— Очень, — с легкой кровожадностью в голосе призналась она. — Хрустящие, нежные… Я бы и этого схрумкала. Но я же леди. Потому не буду. Пока он себя хорошо ведет.

Из угла донесся резкий, драматический шорох. Сквиртоник демонстративно схватился обеими лапками за грудь, как будто его поразило стрелой, закатил глаза и с тихим стоном повалился на бок, изображая смертельную агонию.

— Ой, смотри, какой он забавный! — расхохоталась Лира, увидев его спектакль краем глаза. — Прямо актер!

— Угу, — мрачно буркнул я. — Может, отдадим его Оксане? Пусть с ним играется.

Едва эти слова слетели с моих губ, дверь в комнату с грохотом распахнулась, ударившись о стену. На пороге, с горящими алым огнем глазами и счастливой ухмылкой до ушей, стояла Оксана.

— Вы меня звали⁈ — возвестила она, озираясь в поисках поручения или развлечения.

— Не только белки здесь извращенцы, — прошипела Лира, с неодобрением глядя на ворвавшуюся демонессу.

Я с облегчением указал пальцем на белку, которая, заслышав имя Оксаны, тут же «пришла в себя» и замерла в позе полной боевой готовности к бегству.

— Оксана, — объявил я. — Поздравляю. Это твоя новая игрушка. Следи, чтобы он не говорил, не носил очки и не пытался оптимизировать наш быт. В остальном — полная свобода действий.

Девушки уставились на меня с немым вопросом.

— Белки не говорят и не носят одежду, — усмехнулась Лира, сжимая мое плечо. — Или у тебя опять начались галлюцинации после вчерашнего эля?

— Мы в мире, где боги устраивают оргии, а из членов стреляют огнем, — парировал я. — Тут всякое может быть.

В этот момент Оксана, недолго думая, схватила Сквиртоника за шкирку и подняла перед своим лицом. Она внимательно осмотрела дергающегося бельчонка, потом перевела взгляд на меня, а затем на Лиру, все еще сидевшую у меня на коленях.

— Это что за мышка такая? — с притворной невинностью спросила она. — Может, ее Лире отдать? Она же их любит… хвать-грызь-брызг, как она говорила.

Лира зашипела, как разъяренная кошка, а Сквиртоник отчаянно забился в попытке вырваться из цепких пальцев демонессы.

— Белок ни разу в жизни не видела? — фальшиво удивился я. — Это наш новый питомец. Твоя задача — следить за ним. Играть с ним. Веселить его.

Оксана посмотрела на бельчонка. Бельчонок посмотрел на нее. В его крошечных глазах читался животный ужас.

— И все? — разочарованно протянула Оксана.

— И все, — твердо сказал я.

— А Лира тем временем сидит у Вас на коленочках, — с обидой указала она.

— И? — я поднял бровь.

— Я первая мурлыка! Мне можно! — вставила Лира, прижимаясь ко мне. — А ты… иди сядь на свою белку. Поиграй с ней.

Оксана вновь посмотрела на бельчонка. Тот вновь посмотрел на нее. В воздухе повисло напряженное молчание, которое прервал сдавленный, но абсолютно четкий и разборчивый шепот Сквиртоника, полный самого настоящего ужаса:

— Ну нахер… У нее такая жирная жопа… она меня раздавит…

В комнате воцарилась абсолютная, гробовая тишина. Все, включая меня, замерли и уставились на белку.

— Вот дурак, — сокрушенно протянул я, понимая, что катастрофы не избежать.

— ОН ГОВОРИТ? — хором, с одинаковыми лицами, выдохнули Лира и Оксана.

— Говорю же… — вздохнул я, разводя руками. — Божественные земли. Магия. Аномалии. Всякое бывает.

Оксана медленно повернула голову и внимательно, с ног до головы, осмотрела Сквиртоника. На ее губах расплылась медленная, коварная ухмылка, в которой читалось столько обещаний «заботы», что у меня по спине пробежали мурашки.

— Идем, малыш, — сладко прошипела она, прижимая его к своей груди. — Я позабочусь о тебе. О-очень хорошо позабочусь. И что это ты там сказал про мою попку, а? Повтори-ка для твоей новой хозяйки.

— КВИИИИИИИИ! — пронзительно, уже по-настоящему по-беличьи, завизжал Сквиртоник, когда Оксана, хихикая, вышла из комнаты, прихватив его с собой. Его отчаянный писк был полон такого ужаса, что, казалось, он понял — его божественный статус не спасет его от демонической «заботы».