Город, которого нет 7

13. Утро перед апокалипсисом

— Ты что, накх или иной пожиратель судьбы? — с опаской спросила Таня, на что Фай рассмеялся.

— Скорее пустотник, только вместо пустоты во мне живёт скука. К счастью, живая фантазия позволяет её скрашивать. Так что расскажете, Полярис и Тень?

— Я обещал историю о том, что случилось в месте прорыва нового противника, и о нём самом. Мы были там вместе с Тенью, потому это будет одна детальная история от нас обоих. Подходит?

— Вполне, — улыбнулся Фай и присел рядом.

— О, у нас новенькие, — обратил кто-то на меня внимание, и народ начал оборачиваться к нам.

Пошла процедура знакомства. Мне протягивали руки мужчины и обнимали женщины в качестве приветствия. Той же процедуре подвергалась Таня, только объятий было ещё больше.

Я честно пытался запомнить кого как зовут, но для моей памяти это было слишком.

Потому я просто поддерживал умеренную вежливость и наблюдал за людьми. Народ был здесь своеобразный. Каждый, можно сказать, со своей изюминкой. Или что-то в одежде, или в образе, или какой-нибудь необычный предмет.

У троих — лидера этого сборища и ещё двух человек — я заметил линзы, такие же, как у нас с Таней. Они скрывали рисунок необычных глаз, но не могли скрыть их лёгкое свечение. Серебряный у хозяина дома и одного из собравшихся и золотисто-зелёный у одного крупного бородатого мужика, который был на голову меня выше.

— А чем вы занимаетесь, как попали к нам? — спросила незнакомая девушка с вьющимися волосами.

— Эра притащила, — улыбнулся я. — А мы просто шли мимо.

— Ага, увидела рядом с эпицентром происшествия, — улыбнулась наша проводница.

— Да… давайте я начну наверное с истории, — сказал я. — Это о кризисе, так что касается всех.

— Так это было его проявление? — заинтересовался первый обладатель способности. Он был одет скорее как хипстер, а манера речи и уверенность выдавали человека экстравертного, любящего общение.

— Оно самое. Мы с Тенью играли в клубе в контру, когда началось. Игра вдруг начала становиться сверхреалистичной, на какое-то время я потерял чувство реальности и мне казалось, что я физически бегаю по миру игры. А потом оказалось, что так оно и есть. Помещение оказалось в центре столкновения игровых фракций.

— А оттащить людей, чтобы они не играли, не пробовали? — спросил бородатый.

— Без толку. Первым, кого я убил, был мой собственный игровой аватар. Кстати, у кого есть нестандартные способности, они их от игрока копируют. Так что пробуждённым лучше перед кризисом воздержаться от игр.

— Это какой тип противника? — спросила незнакомая девушка.

— Аберрации, — ответил я. Эта информация могла помочь людям получить больше времени, но не говорит о том, где я её взял. — Не знаю, как это связано, но существа напавшие на здание были с графикой нулевого эхо. С кривыми лицами и растянутыми полигонами, а их тела фактически большие многогранники.

— Физикой их бить можно? — послышался следующий вопрос.

— Да. Я так понял, на них действуют игровые законы. Если в игре это можно убить, то и в реальной жизни так же. У них даже урон идёт с игровой графикой, вроде пиксельной крови, пролетающей сквозь текстуры.

— А оружие рабочее? — спросил бородач, указав пальцем на трофейный автомат Тани. Я и забыл о нём — она его таскала как картонку, а не боевое оружие из металла.

— Да, — ответила Тень. — С теми же характеристиками что в игре. Для этого автомата, например, в игре не был прописан вес.

— Те аберрации, что я помню, были другими, — заметил хипстер с серебряными глазами.

— Значит какой-то новый вид. А что делали те?

— Налипали на тело, обездвиживали и превращали в другие аберрации. К счастью, только до конца круга. Только убивать их было сложно. Оружие их не брало.

— Думаю, если монстры будут лезть из игр, то там полно неубиваемых тварей, — ответил я. — Но есть и те, на ком можно заработать времени. В интернет-кафе они просто использовали игровое оружие. Отсюда взрывы и пожар. Хотя у кого сложность пониже, может будут слаймы и зомби.

Хозяин дома поставил на стол кальян.

— А если просто отключить игры? Ну, рубануть свет, например? — спросил бородач.

— Значит, Город будет чинить, а тебя будут искать, если перестараешься, — покачал головой хипстер. — Ты же людей радости лишаешь, заставляешь испытывать негатив…

— Если это оттянет по времени кризис или вообще его отменит, то оно того стоит.

— А кризис удавалось хоть раз оттянуть или отменить? — усмехнулся хозяин дома.

— Лучше подумать, как от всего этого обороняться. — вернула всех на землю одна из девушек.

— Тут типа не один такой случай, — обратил к себе внимание всех собравшихся невысокий парень с ноутом, который весь наш рассказ сидел в стороне и что-то строчил на клавиатуре. — Ещё два прорыва, один тоже в игровом клубе. Другой в офисе. Там пиксельный огород начал расти сперва, а потом полезли пиксельные зеки. Видимо кто-то с упоением играл в тюрягу, лол.

Мы с Таней переглянулись.

Парень повернул ко всем свой ноут:

— … нет никакой причины для паники. Мы выясняем причины произошедших событий, — объяснил перепуганный толстый мужик в пиджаке с мокрой белой рубашкой. Мужик сильно потел и периодически нервно посматривал по сторонам.

— Есть свидетельства, что это началось с компьютеров. В частности, люди опознали персонажей игры… — начала было блондинка-журналист, но тот её перебил:

— Какие игры? У нас вообще офисный центр загорелся. Полиция уже занимается инцидентом. Ни компьютеры, ни любая другая техника здесь не причём…

— Симулякры? — усмехнулся хипстер. — Главный технический прорыв этого эхо, больше там нечему творить хтонь, сборка компов максимально стандартна для этого времени.

— Ты понимаешь, что это такое? — спросил я у него.

— Угу, у меня друг технарь в прошлом, говорит разбирал, изучал. Штука выглядит вообще инопланетной, а в основе кристаллы. Биосиликаты и кристаллосиликаты, если точнее. Вроде как симулякр не рисует графику, а создаёт симуляцию по заданным точкам. В общем, там используются принципы квантовой механики для ускоренного рендеринга графики. Изобрели их где-то в начале нулевых, основываясь на идеях Феймана. Потом квантовые вычисления предложили использовать в графике.

— А почему они светятся? — спросила Таня.

— Во время работы симулякр меняет форму, камни превращаются в жидкость, и в этот момент появляется световой эффект. Он симулирует квантовые взаимодействия света и материалов в реальном времени, не меняя остальную архитектуру компьютера, и светимость связана со сложностью и количеством объектов. Никогда не замечали, как симулякр меняет оттенки и яркость из-за сложности графики?

— А на низких эхо такое можно собрать? — загорелась моя девушки.

— Ну, мой друг будет пробовать, — загадочно улыбнулся хипстер с серебряными глазами. — Но он говорит, что это очень сложная технология, так с наскока её не освоить. Здесь две науки, которых не было в нулевом на таком уровне. Квантовая механика работает в любом эхо, но о силикатобиотике там не слышали.

— А она откуда взялась тут? — заинтересовался и я.

— Тут я не сильно копался, не так давно пробудился на этом эхо, — ответил он. — Их вроде изобрёл в сорок втором году британский учёный Киппинг, вдохновляясь диатомовыми водорослями. Они себе в природе строят кремневые панцири. Он имитировал биоминерализацию в лаборатории и создал такие самоорганизующиеся силикатные структуры. Живые камни. Вот это оно и есть. Фактически, ранняя кремниевая жизнь, которую создают и программируют в лабораториях. Вообще, их до компов как батарейки использовали. Видели, кстати, батарейки этого эхо? Они реально неубиваемые.

— Ты похоже хорошо в этом всём разбираешься, — похвалил я. — А давно ты здесь? В смысле, как пробуждённый?

— Да вот с прошлых аберраций, — улыбнулся он.

Выходит, он уже старожил в Городе, как Таня и Феликс.

— А тебе никогда не предлагали работать на сходки?

— Вербуешь меня в аномальщики? — парень улыбнулся. — Польщён. Но я, наверное, пас. Помогать готов, в основной состав — нет. Рано мне ещё геройствовать и рисковать душой. Я слишком люблю эту жизнь. А в остальном, можем обменяться контактами, пиши, если будут вопросы по технике. Технологии — это моя страсть! И друзья есть, которые в теме.

Значит, живые камни, затем квантовые симуляции игровой графики и ожидаемый кризис, выворачивающий всё это наизнанку. Осталось понять, почему в виде унылой полигональной модели, а не живьём, как в симуляции. Хотя, это уже чисто моё любопытство.

Мы с Таней провели здесь ещё часа три. Нас угостили картошкой из фритюрницы, а затем мы ещё какое-то время слушали разговоры о технологиях симулякров и потенциальных опасностях, что могут прийти из разных игровых вселенных, созданных до осени две тысячи седьмого, в особенности когда сложность и эхо начнут повышаться.

Наверное никогда пустой трёп об играх в лучшем духе вечеринки ботаников ещё не был настолько полезен. В воздухе пахло двойным яблоком, а под потолком зависли клубы кальянного пара. Атмосфера была дружеской, и «чужих» или «новичков» здесь не было, потому как состав постоянно менялся с новым кругом, и какие-то новички тут были всегда.

Вышли мы отсюда с рассветом. Эра была права, это действительно было полезно и в будущем, я чувствую, наведаюсь сюда ещё не один раз за информацией, которую упустил из виду сам.

Было раннее утро, около шести часов. В воздухе пахло свежестью и чистотой. И слегка — наступавшей осенью. На ветвях были золотистые листья. Меня снова окатило чувством невероятного счастья, как всегда, когда я обращал внимание на мир вокруг и старался запечатлеть его в своём сердце. Каждый такой момент встречи с Городом был маленьким напоминанием, что я не в тоске нулевого мира, а живой свободный человек. И никакого апокалипсиса здесь ещё не наступило.

— Мне очень стыдно, — вырвала меня из мыслей Таня.

— М-м?

— Я вроде изучала вопрос, но нашла гораздо меньше, а потом вообще всё завертелось, и я сама даже толком не вскрывала симулякр. Что мешало стащить где-то комп и посидеть пару вечеров, разбирая их по гайдам с форумов?

— Ты изучала магию, тренировалась и радовала меня. Меня всё устраивает.

— Всё равно, не нужен тебе никакой Борис…

— Кто? — не понял я.

— Ты пригласил его в аномальщики… — напомнила Таня. — В общем, я сама технарь… или считаю себя такой. И сама тебе буду всё рассказывать по науке и технике нового эхо.

— А, вот ты о чём, — я улыбнулся. — Да не парься, всё, что ты делала было не менее важно. Включая отдых. Если забывать радоваться жизни, то начнёшь забывать, зачем ты вообще в Городе и почему его нужно защищать.

— Глубоко сказано, — улыбнулась Таня и обняла меня за руку. — Люблю тебя.

Ого. Вот так вот буднично и просто?

Я потрепал её по голове.

— Ещё бы. Сама же это Сивилле заказывала.

Когда мы отошли от дома, по очереди выпили зелье снятия усталости. На вкус… пожалуй разделяю пристрастия алхимика. Горьковато, но в целом приятно.

В голове начало быстро проясняться. Усталость отступила. И не как от кофе, а скорее как после хорошего контрастного душа и крепкого сна. Именно то, что нам нужно. За алхимией я сюда тоже теперь точно вернусь.

Вернувшись домой из затянувшегося похода в интернет-кафе, мы некоторое время посвятили друг другу. Иначе с Таней у меня не получалось. А затем, ещё более счастливые, мы принялись за выбор арсенала на сегодняшний кризис.

Обсуждения на квартирной сходке натолкнули меня на мысль о том, что наилучшим решением будет захватывать оружие врага. Даже автомат Тани хоть и был пиксельной игрушкой без веса, стрелял вполне убойными пиксельными пулями.

В моём случае Гераний сподручнее, а затем попробую завладеть каким-нибудь мечом божественного света из рук эльфа восьмидесятого уровня.

Таня снарядила нас запасом коктейлей Молотова, а также концентрированными кислотами и прочей полезной в конце света химией. Затем нас прервал стук в дверь теплицы. Девушка ушла открывать, а я тем временем вскрыл свой ящик и достал ещё один козырь на сегодняшний бой.

Время пришло. Я хотел сделать ей этот подарок сегодня, надеясь, что это поднимет ей настроение перед апокалипсисом.

— Полярский! Привет!

Тень вела Маруславу, за спиной которой вышагивала Красноглазка и робко топал Церхес.

— Я схожу за Умброй, — сказала Таня. — Совсем о нём забыла со всем этим…

— Он уже тут, — улыбнулся я, кивнул в сторону серой фигуры некроманта, сидящей на диване, где обычно спала Маруслава, когда оставалась в теплице.

Я позаимствовал идею Михаила, и перед апокалипсисом вся троица стирателей была покрашена. Красноглазка теперь была блондинкой, Церхес рыжим, а Умбра с насыщенным каштановым.

— Лучше иди сюда, — позвал я Таню.

— А?

— Вот, возьми, — я протянул ей алый свёрток из лавки Лешего.

— Это…

— Повышает характеристики, включая приобретённые. Он поможет ещё больше разогнать эффекты от лидерства и остальные способности.

— Это же плащ бестии? Как у тебя?

— Угу. Только не свети нигде на всякий случай. Это для личного пользования. Надевай вместе с маской.

— Поляр, я не могу видеть через маску пустого в реальном мире, — напомнила Таня. — Но суть поняла. Только при своих. Спасибо!

Она прыгнула мне на шею и крепко обняла. Я обнял её в ответ, ощущая тепло её тела, а сердце снова готово было выпрыгнуть из груди от близости той, которую люблю.

Следующие пару часов мы сидели наготове, продумывали варианты стратегии выживания. Первые монстры для нас не должны на текущей стадии стать проблемой. Дальше сложность и эхо начнут расти. Я надеялся, что близость Красноглазки рано или поздно сработает, и случится то, что было во время нашей ссоры с Луричевой — откроется ещё один разлом на изнанку, и тогда наши возможности существенно расширятся.

Но начинать мы всё равно будем с обороны в центре. Как минимум, будем недалеко. Всё же мне надо бы увидеть своих людей перед концом света. Жаль, с делом Миши было совершенно глухо, и мои поиски странностей ни к чему так и не привели. Интернет рассказывал из необычного лишь про помолодевших и выздоровевших после встречи с Мару, но даже о самом Мару никто уже не помнил.

На сегодняшней ночной встрече у Эры тоже стоило бы расспросить, но теперь уже в другой раз.

— Значит, хочешь, чтобы мы сидели в засаде, пока ты будешь на обороне со всеми?

— Я должен там быть. Я отмечу вас лидерством, чтобы все получали баф. Займём дом недалеко от площади. Потом, когда людей станет меньше, я возьму своих и приду к вам, — сказал я. — Затем постараемся создать эффект Красноглазки и открыть портал на изнанку воплощением. Если расчёты сойдутся, то воплощение, поднятое акцессией, перенесёт нас туда. Но я не заставляю тебя видеться с Сашей, а если она выживет вначале, добивать я её, уж прости, не буду.

— Если это единственная причина, то ничего страшного, — улыбнулась Таня. — Сейчас, думаю, у меня достаточно уверенности в себе. Моя мечта исполнена. Едва ли она сможет меня задеть. А кто там будет ещё?

— Феликса ты помнишь. Ещё можешь помнить готессу в чёрном платье…

— Они хорошие и адекватные, да, — кивнула Таня.

— Ещё один разгильдяй-гитарист. Он выглядит грозно, но парень душевный и большой добряк. Одна вспыльчивая любительница животных, но тебе её гнев не грозит точно. Ну и Рита. Она вообще безобидная.

— И Саша.

— И Саша, — подтвердил я. — Почти дружная компания.

Плюс боевой маг без магии, художница-аутистка и патологический параноик. Самый нормальный в этом списке наверное Умбра, потому что вообще ничего не говорит и не делает без приказа, пока не впадёт в режим берсерка.

— Пора на охоту, — довольно улыбнулась Маруслава.

— Пииклюшения! — повторила за ней Красноглазка, заставив нас тревожно посмотреть на первого стирателя в нашей компании. Она становилась умнее день ото дня и уже была на уровне относительно-осознанного ребёнка.

— Они самые, — криво улыбнулся я. — Это был долгий круг.